Готовый перевод Modern Girl / Аристократ поневоле: Скрытый талант в современном мире: Глава 4

Ырл... дай матушке слово... хорошо заботиться об Ян-гэре... сделать так, чтобы он вырос здоровым и достойным человеком... ни в коем случае не позволь прерваться роду твоего отца!

Дай матушке слово... жить в согласии с будущим мужем... провести всю жизнь в счастье и благополучии...

Матушка уходит к твоему отцу и старшему брату... запомни... вы — дети великого генерала Сяо Юэньчжэня и госпожи Го из Хуайнаня... при любых обстоятельствах держите спину прямо... никому не позволяйте вас обижать!

Юнь-эр и Ян-гэр... вы должны жить хорошо... хорошо...

На кровати изнурённая прекрасная женщина угасала, её дыхание было едва слышным, голос становился всё слабее, а хватка на его руке — всё слабее.

Сяо Юэньюнь в пажаре ужаса сжал руку матери, с мольбой и тоской пытаясь удержать её жизнь, он хотел закричать, но словно был скован невидимой силой и не мог вымолвить ни слова.

Тревога нарастала, Сяо Юэньюнь резко открыл глаза и сел на кровати.

Матушка!

...

В глаза бросился тусклый белый потолок, сквозь щель в занавесках в комнату пробивался тонкий лучик света.

Сяо Юэньюнь тяжело дышал, от недавнего кошмара он незаметно для себя покрылся тонким слоем пота.

Брат, тебе снова приснился кошмар?

Сидевший рядом Ян-гэр потёр глаза и с беспокойством спросил.

Когда родители умерли, Сяо Юэюну было всего четыре года. Хотя он уже всё понимал, из-за юного возраста, пережив первоначальную скорбь, он, напротив, проявил себя даже более стойким, чем Сяо Юэньюнь, и часто сам утешал старшего брата.

Все годы траура преданная старая кормилица внушала ему, что он должен как можно быстрее повзрослеть и стать опорой для своего брата-нанэра.

Всё в порядке. Сяо Юэньюнь погладил младшего по личику, а затем перевёл взгляд на маленькие часы у изголовья. Он уже научился определять здешнее время.

Приближается мао-чжэн... нет, уже почти шесть часов.

Стоило лето, рассветало рано, и Сяо Юэньюнь не собирался позволять младшему валяться в постели.

Тем более что раньше старшему брату приходилось вставать ещё в мао-чу для занятий боевыми искусствами.

Сяо Юэньюнь поднял брата, и они умылись. На них были одинаковые белые пижамы — с первого взгляда было очевидно, что это те самые обычные хлопковые вещи оптом из супермаркета, однако на них они выглядели на удивление стильно и обладали особой породностью.

В ванной комнате братья из клана Сяо привычно выдавили пасту, открыли кран, уселись на унитаз и смыли воду. По сравнению с изначальной растерянностью и испугом, после нескольких дней адаптации они наконец-то научились жить в этом доме как рыба в воде.

Верно, именно в этом доме.

Это была небольшая двухэтажная вилла в тихом районе посреди шумного города на Третьем западном кольце Янчэна, принадлежавшая Семья Нин.

Когда Чэнь Чжицюань расспрашивал их обおтдельных требованиях к жилью, Сяо Юэньюнь заявил, что оно должно быть уединенным, безопасным и по возможности удобным для тренировок.

Вспомнив радиус действия того свистящего со свистом хлыста в тот день, Чэнь Чжицюань задумался на мгновение и предложил этот недавно купленный небольшой особняк Семья Нин. Внутри всё равно не было ничего секретного, охрана работала надёжно, а всего-то на три месяца — вряд ли босс окажется настолько прижимистым с теми, кто спас ему жизнь.

Нин Цзэчжань согласился; после выписки из больницы ему всё равно предстояло вернуться в родовое гнездо и терпеть чрезмерную заботу родственников, не поехать было нельзя.

Не считая того, что ему было трудно постичь столь малую общую площадь и якобы баснословную стоимость этого жилья, Сяо Юэньюнь остался вполне доволен домом с диковинной архитектурой и ещё более удивительными вещами внутри.

Этот небольшой особняк с двориком площадью всего около му, пусть даже в нём и было два с половиной этажа, по сравнению с глубоким четырехсторонним двором резиденции генерала Вэйюаня на пограничье, с его павильонами, террасами, садами и прудами, конечно, выглядел более чем скромно. Но после дня передышки в отеле и заботливых наставлений Чэнь Чжицюаня по дороге братья уже умели пользоваться базовыми предметами быта и электроприборами, так что перед тётушкой Чжан, домработницей, которую помог нанять Чэнь Чжицюань, они держались вполне уверенно.

Сначала Сяо Юэньюнь хотел отказаться: в конце концов, было уже неловко занимать чужой дом, а просить еще и служанку выглядело бы наглежом. К тому же следовало проявлять бдительность: хоть они и оказались в ином мире, нельзя было терять осторожность при появлении в доме постороннего человека, который будет прислуживать им.

Мой босс всё равно нанимает людей для регулярной уборки и обслуживания этого дома, так что платить ей чуть больше за помощь по хозяйству — попутное дело. Если сомневаешься, можешь сам выбрать человека в кадровом агентстве.

Кадровое агентство — это рынок работорговли?

Поразмыслив, Сяо Юэньюнь согласился. В конце концов, он больше десятка лет жил в роскоши, и хотя владел и вышиванием, и кулинарией в совершенстве, ему ещё не доводилось вести самостоятельное хозяйство, а вспомнив про младшего брата, он решил принять предложение. В худшем случае можно было заполучить контракт о продаже в рабство, а самому — усилить бдительность.

Однако Сяо Юэньюнь настоял на том, чтобы жалование служанки выплачивалось из их собственных средств.

Чэнь Чжицюань протянул ему пластиковую карту и сказал: На этой карте ровно пять миллионов юаней. Какова их покупательная способность, мы оценим, когда чуть позже заглянем в супермаркет. Через несколько дней, когда вам оформят удостоверения личности, вы сможете перевести деньги со счета на свои карты, только не забудьте поставить пароль. Впрочем, лучше я позвоню... нет, я сам отвезу вас в банк. Если не транжирить, этих денег вам двоим с лихвой хватит на десять лет жизни в этом городе, и на учебу, и на расходы.

Сейчас годовой доход одной семьи в Янчэне составлял пятьдесят тысяч, и вырастить двоих детей, если не висел тяжелый ипотечный долг, на эти деньги вполне можно было прожить десяток лет. К тому же эти двое не выглядели простыми людьми, одних их боевых навыков было достаточно, чтобы закрепиться здесь. Пять миллионов за две жизни — Нин Цзэчжань и Гу Янь были бесконечно рады заключить столь выгодную сделку.

Впрочем, предупреждаю: каждый месяц нужно платить агентству определенную сумму. То, что вы называете месячным жалованием, у нас зовется зарплатой, и выдает ее та сторона. Точную сумму я попрошу их обсудить с вами позже, заодно и человека выберете? Понимая стремление собеседника к независимости, Чэнь Чжицюань, разумеется, знал, когда следует проявить гибкость.

Сяо Юэньюнь оглаживал карту с изящным тиснением и выпуклыми знаками, думая про себя, что это, должно быть, свидетельство для получения денег из меняльной лавки.

Почему месяц... зарплату должно выдавать кадровое агентство? Контракт о продаже в рабство всё еще у них на руках?

Чэнь Чжицюань скривил губы и с трудом растолковал этому закоснелому дремучему человеку принципы работы кадровых агентств, а также то, что в современном цивилизованном обществе с верховенством закона такие феодальные пережитки, как контракты о продаже в рабство, противоречат правам человека, а потому давно запрещены правительством.

Сяо Юэньюнь поджал губы и кивнул.

На самом деле проверить чье-то прошлое и происхождение сейчас очень просто, информация абсолютно прозрачна: образование, брак, имущество, трудовая биография, судимости и прочее. Всё это заносится в компьютерную базу данных, и вам обязательно придется этому научиться. Мы ценим дух договора и верховенство закона, наше общество живет по законам, где не нужны никакие контракты о рабстве и грубая сила... кхм... то происшествие позавчера было случайностью, в конце концов, везде найдутся подонки и негодяи...

Чэнь Чжицюань снова принялся что-то воодушевленно объяснять, в конце концов слегка успокоив тревогу Сяо Юэньюня насчет безопасности в современном мире.

Обсудив всё с сотрудником кадрового агентства через некое устройство под названием планшетный компьютер, Сяо Юэньюнь изучил биографии и отзывы клиентов на несколько десятков человек. Узнав мнение младшего брата, он выбрал женщину с добрым, приветливым и честным лицом.

Пусть попробует поработать.

Сяо Юэньюнь с невозмутимым видом вернул планшет собеседнику.

После этого Чэнь Чжицюань снова посадил братьев в машину и отвез в ближайший крупный супермаркет. Потратив несколько часов на разъяснения и покупки, они наполнили тележки всем, что только смогли придумать, и привезли на виллу.

Не говоря уже о том, что внешность, манеры и длинные волосы Сяо Юэньюня привлекали всеобщее внимание и вызывали толки в супермаркете, даже к Сяо Юэяну приставало множество странных тетушек.

Когда Чэнь Чжицюань уехал с виллы, было уже за девять вечера. Перед уходом братья из клана Сяо очень торжественно сложили руки и поклонились ему в знак благодарности.

Благодарим брата Чэня за сегодняшнюю помощь, мы, двое братьев, непременно запомним это в сердце.

Искренне это было или нет, они чувствовали: в конце концов, это не входило в те три условия.

Глядя на макушки склоненных голов, Чэнь Чжицюань на мгновение растерялся. От копчика до самого сердца у него пробежала волна мурашек; ему стало немного неловко и совестно. Он торопливо помог им выпрямиться, бросил фразу: Это всё по приказу босса, если возникнут вопросы, звоните, — и, замахав руками, поспешно сел в машину и уехал. Его манера держаться совсем не походила на поведение обычно собранного и деловитого помощника Чэня.

Хотя сегодня он выполнял приказ босса разместить этих двоих, нельзя было отрицать: за несколько дней общения он проникся пониманием характера и поступков этих братьев. Обладая боевыми искусствами, они были добры сердцем, не отличались излишней хитростью, знали грань в общении, умели быть благодарными и сохраняли должную осмотрительность — редкие юноши, которых невозможно было не уважать и не любить. Вспомнив их судьбу — в этом мире они остались лишь друг у друга, — он невольно захотел помочь им еще больше.

Вспомнив их торжественные лица при прощании, Чэнь Чжицюань потер нос и надавил на газ.

Он уже несколько дней не видел бодрствующими жену и ребенка. Сегодня... если не получится поздно вечером, то завтра рано утром он непременно должен выкроить время, чтобы как следует побыть с ними.

**

Внешняя стена виллы достигала двух с лишним метров в высоту и находилась на некотором расстоянии от домов соседей, поэтому Сяо Юэньюнь без опаски начал обучать младшего брата боевым искусствам прямо во дворе.

Сначала он сам выполнил комплекс Техника меча семьи Сяо, а затем принялся обучать сиявшего от восторга младшего брата Техника кулака семьи Сяо.

Малыш, ты пока не можешь махать мечом. Доведи кулачную технику до совершенства, заложи прочный фундамент, а когда подрастешь, брат снова обучит тебя мечу.

Сяо Юэян уныло оглядел свое невысокое тело и с надутым видом принялся отрабатывать удары.

Когда тело разогрелось, Сяо Юэньюнь велел Ян-гэру встать в стойку мабу, а сам отправился в дом готовить завтрак.

Поскольку он обучал брата боевым искусствам с самого утра, а семейные техники меча не подобало раскрывать чужакам — к тому же, по словам брата Чэня, его мастерство в этом современном цивилизованном обществе выглядело поразительно, — Сяо Юэньюнь решил готовить сам, а почасовая домработница должна была приходить лишь к одиннадцати часам, чтобы готовить обед и ужин, а также выполнять прочие хозяйственные дела.

Сегодня тётушка Чжан, должно быть, не станет готовить мясных блюд.

Подумав об этом, Сяо Юэньюнь невольно опечалился. Смерть родителей, трехлетний траур — на деле это составляло двадцать семь месяцев, плюс три месяца траура по старшему родному брату. По обычаю династии Да Чжоу, отсчет велся со дня смерти каждого из родственников; периоды траура, совпадавшие по времени, соблюдались одновременно, их сроки не суммировались. Таким образом, к настоящему моменту у них с братом оставалось еще менее двух месяцев траура. В период траура запрещалось носить яркие одежды, есть мясо и пить алкоголь, посещать пиры и развлечения, супругам — делить ложе, а также запрещалось участвовать в императорских экзаменах.

Вспоминая неодобрительный взгляд и уговоры тётушки Чжан пару дней назад, Сяо Юэньюнь тяжело вздыхал. Самому ему было всё равно, но младший брат находился в возрасте интенсивного роста, у него как раз менялись зубы, и ему требовалось полноценное питание.

Хотя соблюдение траура в этом мире казалось чем-то непостижимым, истинный траур живет в сердце — как он мог переступить через это? Младший брат был мальчиком, к тому же наследником, продолжателем рода, на плечах которого лежала обязанность нести тяжесть семейного долга, он тоже находился в трауре — как можно пренебречь сыновней почтительностью? Вспомнив маленького послушника, которого он видел когда-то, когда сопровождал матушку в храм для воскурения благовоний, — говорили, что настоятель подобрал сироту еще младенцем и воспитал в стенах обители, и тот вырос вовсе не слабым, питаясь исключительно растительной пищей, — а также слыша о том, что простые простолюдины без постоянного имущества круглый год редко видели мясо, но все равно благополучно росли и обладали силой для работы, он подумал, что это вполне возможно.

Поэтому двадцать семь месяцев без мяса не должны стать непреодолимой преградой, в крайнем случае можно восполнить питательные вещества из других источников. В следующий раз стоит заглянуть в книжную лавку и поискать книги по поддержанию здоровья.

Обнаружив несколько дней назад поблизости книжный магазин, Сяо Юэньюнь радовался как сокровищу: он накупил множество книг по самым разным направлениям и принес домой. Такие издания, как Современный китайский словарь, Сто тысяч почему, Энциклопедия знаний, Пять тысяч лет китайской истории, Всемирная история, Три тысячи вопросов о повседневности и тому подобные, стояли на первом месте в списке покупок.

Благодаря адаптации за последние несколько дней он уже понял различия между этим миром и его родным домом: здесь не было не только нанэров, но и сама история после династии Сун сделала крутой поворот. На протяжении нескольких веков страной правили иноземцы, а западные варвары некогда дошли до их порога, вынудив подписать унизительные мирные договоры с уступкой земель и выплатой контрибуций, почти сто лет бесчинствуя на их родной земле!

К счастью, это был не его прежний мир, иначе отец и старший брат наверняка умерли бы от гнева.

И в данный момент он находился в Янчэне, одном из главных экономических центров Государство Хуа.

http://bllate.org/book/40811/5190534