Готовый перевод Stars Shimmer in His Eyes / Звёзды сияют в его глазах: Глава 9

Лу Чжаочжао сильно испугалась.

— Этого не может быть…

— Этот мерзавец! Три дня без ремня — и шкура чешется. Да и ты хороша: зачем вообще позволила Тан Я выйти на улицу гулять?

Лу Цзясин тут же повесила трубку. Лу Чжаочжао поспешно вскочила и стала переодеваться, чтобы отправиться в дом Танов.

Тан Я как раз пил в столовой чай от похмелья, когда входная дверь с грохотом распахнулась — кто-то пнул её ногой. Он обернулся, увидел вошедшую и в ужасе бросился наверх. Обычно он расхаживал, расставив ноги, как краб, и при малейшем поводе превращался в неуёмного задиру, но теперь стал похож на кота, прижавшего хвост.

В руках у Лу Цзясин была новая палка. По пути она заглянула в антикварную лавку и купила за двадцать юаней две линейки — акция «купи одну, получи вторую бесплатно».

— Тан Я, прячься получше! Только не дай мне тебя найти! Ты погубил честь своей сестры!

Лу Цзясин поднялась по лестнице. Тан Я, моргая от сонливости, пробормотал:

— Это всё Линь Сычжоу, этот подонок! Из-за него мою сестру теперь считают никому не нужной!

— Да, сначала Чжаочжао сказала, что её никто не хочет, а теперь все твердят, будто ты сам в неё втюрился…

Тан Я попытался возразить, но Лу Цзясин уже схватила его за руку и ударила палкой. Он завопил от боли и, прикрывая руками зад, бросился бежать.

Слуги, наблюдавшие за происходящим наверху, тайком позвонили отцу Тан Я.

— Госпожа бьёт молодого господина.

— Что случилось?

— Говорят, из-за того, что люди шепчутся: мол, Тан Я влюблён в Чжаочжао.

— …Пусть лучше убьёт его!

Слуга остался в полном недоумении.

В доме Линей тоже царил хаос. Семьи Линь и Тан вели совместный бизнес, поэтому, услышав, что Линь Сычжоу избил Тан Я, несколько родственников, заинтересованных в деловых связях, пришли навестить Линь Сычжоу.

Линь Синянь пришёл вместе со своим отцом.

Линь Сычжоу сидел на диване с синяками и ссадинами на лице. Лу Я рыдала так, будто уже готовилась к похоронам. Остальные выражали соболезнования, и вся сцена напоминала последние поминки.

Линь Синянь стоял в заднем ряду и холодно наблюдал за происходящим.

— Неужели правда, что Тан Я влюблён в Лу Чжаочжао? И из-за этого заступился за неё и избил тебя? — спросили несколько старших, всё ещё не веря.

С древних времён красавицы часто становились причиной бед, но чтобы кто-то из-за этого избивал другого — такого не слышали. Да и вообще никто не знал о каких-либо связях между Тан Я и Лу Чжаочжао.

— Я уже ничего не помню, — ответил Линь Сычжоу, чувствуя себя неловко. Как он мог признаться при Лу Я, что сам спровоцировал Тан Я своими словами? Он ведь не мог прямо сказать при всех, что хотел Лу Чжаочжао.

Линь Синянь фыркнул и, скрестив руки, прислонился к стене.

— Ладно, ладно, — сказала мать Линь Сычжоу, прекрасно понимая, что родственники пришли лишь для того, чтобы замять конфликт. Таны были слишком выгодной партнёрской семьёй, и Линь Сычжоу всё равно придётся проглотить эту обиду.

— После выпивки всегда случаются недоразумения, и разобраться, кто прав, кто виноват, невозможно. Давайте забудем об этом, — сказала она, не найдя повода обвинить Тан Я, и перенесла всю злость на Лу Чжаочжао. — Я же говорила, что внучка Лу — не подарок. Её мать родила её от какого-то непонятного мужчины. Какова мать, такова и дочь. Я просила тебя не водиться с ней — она настоящая лисица! Увидела, что ты с Лу Я, и нарочно наябедничала Тан Я. А потом ещё и бизнес Линей начнёт подрывать!

Остальные члены семьи Линь сочли её слова вполне обоснованными.

Лицо Линь Сычжоу побледнело, но он не осмелился возразить.

Линь Синянь вдруг громко рассмеялся, что прозвучало крайне неуместно. Все замолчали и повернулись к нему.

Он продолжал смеяться, а когда заметил на себе всеобщее внимание, беззаботно махнул рукой:

— Ничего, продолжайте. Просто мне показалось забавным. Кажется, это не Тан Я сказал, что хочет Лу Чжаочжао. По-моему, кто-то другой начал первым провоцировать.

Линь Сычжоу широко распахнул глаза:

— Дядя, ты о чём? Вчера ты же…

Взгляд Линь Синяня стал ледяным. Линь Сычжоу сглотнул и, испугавшись, что тот выложит всё при всех, поспешно добавил:

— Возможно, я ошибся. Я тогда выпил, мог случайно задеть Тан Я. Лу Чжаочжао, кажется, пыталась нас разнять. Я даже не уверен, знакомы ли они вообще.

Присутствующие удивились его противоречивым словам: сначала он утверждал, что Тан Я разозлился из-за слухов, будто Чжаочжао никому не нужна, а теперь вдруг говорит, что она вообще ни при чём.

— Не защищай эту Лу Чжаочжао! Она выглядит как настоящая лисица, целыми днями торчит в барах и ведёт себя безобразно. Если бы она не имела отношения к Тан Я, разве увидела бы вашу драку?

Мать Линь Сычжоу твёрдо решила возлагать вину на Лу Чжаочжао.

Линь Синянь опустил глаза и отвёл взгляд в сторону.

В итоге Линь Сычжоу точно не собирался мстить Тан Я, а остальным было всё равно, в чём там дело. Пришли шумно, ушли весело.

Проводив гостей, мать Линь Сычжоу злилась, но из-за давления родственников не могла отомстить Тан Я. Она чувствовала себя униженной, хотя и успокаивала себя тем, что принесла много подарков.

Поднимаясь по лестнице, она развязала ленту на коробке и заглянула внутрь — увиденное наконец-то вызвало у неё улыбку.

Но на последней ступеньке она вдруг споткнулась и рухнула навзничь. Коробка вылетела из рук, украшения и деньги разлетелись по полу, а сама она покатилась вниз по лестнице и потеряла сознание.

Линь Синянь бросил канцелярский ножик и сел в машину. Его отец как раз прощался с родственниками и, увидев, что сын уезжает, попытался его остановить, но Линь Синянь даже не взглянул на него и уехал.

Когда Лу Чжаочжао приехала в дом Танов, Тан Я лежал на диване и стонал:

— Ай-ай-ай!

Лу Цзясин сидела рядом, словно сама Яньло, и пристально следила за его обнажённой задницей.

— Мам, я уже взрослый! Мне скоро тридцать!

Он велел домашнему врачу нанести мазь и, терпя боль, жаловался Лу Цзясин. Та лишь фыркнула.

Увидев Лу Чжаочжао, Тан Я поспешно натянул штаны:

— Ты чего смотришь на чужую задницу, девчонка?

— А кто велел тебе лечиться здесь? Сам же хочешь, чтобы мама пожалела тебя, — безжалостно парировала Лу Чжаочжао.

Тан Я скис и съёжился на диване. Врач дал ему рекомендации, выписал лекарства и ушёл.

Лу Цзясин, глядя на его надутую физиономию, снова шлёпнула его:

— Неужели нельзя вести себя прилично? Твою сестру называют лисицей, а ты не думаешь о том, какие у нас с Линями деловые связи?

— Пусть болтают! Лучше пусть думают, что я в неё втюрился, чем что Линь Сычжоу — этот придурок — считает её никому не нужной, — сказал Тан Я, делая глоток воды. — Скажу всем, что Лу Чжаочжао — моя сестра. Что, мир рухнет?

— Нет, так нельзя! Скажут, что я продвигаюсь по протекции, — возразила Лу Чжаочжао, взглянув на Лу Цзясин. Та выглядела неловко.

На самом деле Лу Цзясин не хотела этого. Когда-то она вышла замуж вопреки воле семьи, а потом по множеству причин развелаcь.

Лу Чжаочжао понимала, что в такой ситуации ей лучше не возвращаться в дом Лу. Она позвонила бабушке.

— С тобой всё в порядке? Слышала, твоя тётя Линь попала в больницу — упала с лестницы и потеряла сознание.

— А? Как так вышло? — удивилась Лу Чжаочжао. Неужели из-за неё?

— Кто его знает… Наверное, наказание за несправедливые поступки. Если будет время, возвращайся домой. Одной тебе небезопасно.

Бабушка хотела ещё спросить про Тан Я, но в этот момент вернулась Фан Хуэй и промолчала, сразу повесив трубку.

Фан Хуэй была в приподнятом настроении:

— Слышала, Чжаочжао опять устроила скандал — связалась с Тан Я из дома Тан?

Бабушка бросила на неё холодный взгляд. Фан Хуэй решила, что попала в больное место: любимая внучка бабушки на улице флиртует с мужчинами, и теперь об этом весь дом знает, да ещё и Лини втянуты.

— Каждому надо знать своё место. Дом Тан — это совсем другое! Тан Я — будущий глава своего рода, совсем не то, что Линь Сычжоу, у которого полно братьев, сестёр и дядь. С Линь Сычжоу — просто игра, а с Тан Я…

— Замолчи! Не болтай ерунды! — перебила её бабушка, горько сжав губы, но не имея возможности ничего объяснить.

Фан Хуэй подумала, что задела её за живое, и с самодовольной ухмылкой добавила:

— Почему нельзя говорить? Если Лу Чжаочжао такая искусница соблазнять мужчин, почему не вышла замуж за Тан Я? Теперь и с Линями ничего не выйдет.

— Просто лисица!

Бабушка сдержалась и ушла в свою комнату.

Дочь Фан Хуэй, Лу Сиси, внимательно всё выслушала:

— Тан Я сильнее Линь Сычжоу?

— Конечно! Он единственный наследник дома Тан. Разве можно сравнивать с Линями, где каждый норовит отхватить кусок пирога?

— Но как он мог втюрился в такую пустышку, как Лу Чжаочжао? — удивилась Лу Сиси. По её мнению, Лу Чжаочжао была никчёмной: училась в заурядном университете, в шоу-бизнесе была самой непопулярной в группе, а даже с Линь Сычжоу её перехватили.

— Кто его знает, — с улыбкой ответила Фан Хуэй, глядя на дочь. — Тебе бы тоже поучиться у Лу Чжаочжао — прояви немного хитрости и найди себе кого-нибудь получше Линей.

Лу Сиси улыбнулась — она всё поняла.

Автор говорит:

Тан Я: «Малыш, твои мысли опасны…»

У Лу Цзясин были дела, и, немного посидев с телефоном в руках, она ушла. Слуга поспешил остановить её:

— Господин вернётся к вечеру. Не останетесь ли на ужин? Мы приготовили много блюд.

Лу Цзясин бросила взгляд на Лу Чжаочжао. Та смутилась:

— У меня сегодня днём работа.

И Лу Чжаочжао тоже не могла остаться. Лу Цзясин, сжав зубы, сказала:

— Нет, у меня тоже дела.

Тан Я, почти тридцатилетний мужчина, жалобно лежал на диване:

— Пришла, избила и ушла. Никакой ответственности!

Лу Чжаочжао сидела рядом и листала телефон:

— А кто велел тебе бить Линь Сычжоу? Ты же знаешь, что он живёт рядом с бабушкой!

— А ради кого я его избил? Ради тебя! Ты совсем глупая! Линь Сычжоу водил тебя за нос, будто в детстве играли в свадьбу: «Возьму тебя в жёны!» — а сам так и не женился. А теперь, будто раскаивается, смотрит на тебя с такой мученической миной… Противно!

Тан Я фыркнул:

— Я ещё мягко обошёлся с ним.

Лу Чжаочжао закатила глаза:

— Да я и не собиралась за него замуж! Не надо делать вид, будто я так уж в него влюблена.

— Если я ещё раз узнаю, что ты имеешь хоть какое-то отношение к Линям, ноги переломаю! — пригрозил Тан Я.

Лу Чжаочжао съёжилась и почувствовала неожиданную вину.

Тан Я явно возненавидел всю семью Линь. Лу Чжаочжао вспомнила, как вчера вечером Линь Синянь обсуждал с ним деловые вопросы:

— Но разве твоя компания не часто сотрудничает с Линями?

— Компания — не только моя, — многозначительно посмотрел на неё Тан Я.

— Но ведь ты лично ведёшь переговоры с Линями, — сказала она, осторожно отпивая чай и не решаясь взглянуть ему в глаза.

Тан Я не придал этому значения, потёр зад и задумался:

— Ты про вчерашнего?

— Про него. Но он же не выступает от имени семьи Линь.

Сказав это, он будто не собирался продолжать разговор и проигнорировал её взгляд:

— Разве у тебя не работа? Иди скорее, не маячи перед глазами.

— Ладно, — ответила Лу Чжаочжао, чувствуя досаду. Она не смогла выведать ничего полезного, но, похоже, Тан Я и сам мало что знал о Линь Синяне.

Вернувшись домой, она заехала в офис, проверила новинки на рынке, провела несколько совещаний и отправилась в агентство «Синци». Агент звонил ей несколько раз из-за сотрудничества с И Фанем.

Лу Чжаочжао знала: в таких ситуациях упрямство бесполезно — наверняка есть серьёзная причина.

Она специально сделала большой крюк по дороге в «Синци», любуясь пейзажем и успокаивая нервы.

Когда она вошла в кабинет, то уже была совершенно спокойна и готова выслушать агента.

— Гао И утверждает, что ты отбила у неё контракт, и уже забрала у тебя два других бренда.

— На каком основании? — Лу Чжаочжао даже усмехнулась. — Она ещё и в счёт умеет?

— Она прямо так сказала представителям брендов и предложила свои услуги дешевле. Просто плюёт тебе в лицо! Ты разве это стерпишь?

Агент был в ярости и готов был немедленно вступить в бой с Гао И.

Но Лу Чжаочжао не видела в этом смысла:

— Но ведь я не взяла контракт с И Фанем. Может, поговоришь с ними?

— Ты… — агент опешил и уставился на неё. — Это не похоже на тебя. Обычно ты бы сразу нашла Гао И и надела ей мешок на голову, чтобы проучить. А сейчас так спокойна… Кажется, будто тебе стыдно.

Лу Чжаочжао не чувствовала вины — просто ей хотелось избежать дальнейших связей с Линь Синянем. Она знала: рано или поздно Лини узнают о том, что между ней и Линь Синянем было что-то, и хотела, чтобы, когда всё всплывёт, разрыв выглядел менее унизительно.

— Кстати, — продолжал агент, — у Гао И всё шло отлично, она даже не повышала гонорары годами. Откуда вдруг разрыв с И Фанем? Говорят, у неё были тесные отношения с генеральным директором И Фаня. Неужели они поссорились?

Он бросил на Лу Чжаочжао многозначительный взгляд. Та поняла, о чём он думает:

— Не выдумывай. У Гао И и генерального директора Линя ничего такого не было.

http://bllate.org/book/4076/425897