Даже дядя Чжун затаил дыхание. Он боялся, как бы Е Тинвань не ляпнул чего-нибудь лишнего: вдруг дело дойдёт до драки, молодой господин снова пострадает, и как тогда отчитываться перед семьёй?
Все так думали лишь потому, что прошлые выходки Е Тинваня оставили в их памяти неизгладимый след.
Под взглядами нескольких человек, каждый из которых ожидал своего, Е Тинвань собрался с духом и заговорил:
— Я хотел спросить, вы уже вызвали врача?
Едва прозвучали эти слова, дядя Чжун с облегчением выдохнул, Бай Чуньи удивился, а лицо Цзи Тина смягчилось.
— Вызвал. Скоро будет.
— А-а.
— Е Тинвань.
— А?
Увидев, как настороженно Е Тинвань смотрит на него, Цзи Тин невольно усомнился в себе. Неужели он действительно настолько страшен?
— Ты меня боишься?
Е Тинвань: а разве не должен?
— Вы поверите, если скажу, что нет?
На невозмутимом лице Цзи Тина на мгновение проступило изумление, уголок рта дёрнулся.
— Боишься — значит, боишься. Не боишься — значит, нет.
— Ну, тогда боюсь. — Е Тинвань смущённо объяснил: — Вы такой... Тут и захочешь — не получится не бояться.
Точь-в-точь его старый университетский профессор. От одной властной манеры держаться становилось не по себе.
На лице Цзи Тина промелькнула непонятная полуулыбка.
— И только теперь ты научился бояться?
Е Тинваню стало неловко. Он вспомнил, что прежний хозяин тела Цзи Тина совершенно не боялся: почти год буквально вешался на него. А теперь сам он утверждает обратное. Получается противоречие.
Вдруг Е Тинвань принял совершенно серьёзный вид:
— Потому что я внезапно всё осознал. То, что я вас люблю, — моё собственное дело. Я не должен причинять вам неудобства. Кто в молодости не совершал глупостей под влиянием чувств? Теперь я больше не буду вести себя опрометчиво. Просто сохраню свою любовь к вам глубоко в сердце.
Слова прозвучали так проникновенно и искренне, что никто из присутствующих не заметил ни тени лжи. А самого Е Тинваня едва не стошнило от собственного красноречия.
Никогда прежде он не говорил таких приторных вещей, тем более человеку, которого едва знал.
Характер Цзи Тина в книге почти не раскрывался. Он был персонажем, в основном существовавшим в чужих воспоминаниях. Е Тинвань опасался, что его речь рассердит мужчину.
Он украдкой приподнял глаза и взглянул на Цзи Тина. Увидев, что тот смотрит прямо на него, тут же сделал вид, будто разглядывает сидящего у него на руках Цзи Няня. При этом мысленно молился: ну когда же придёт доктор? От неловкости хоть сквозь землю проваливайся.
Цзи Тин чувствовал, что после удара головой Е Тинвань действительно очень изменился.
Раньше он ни за что не стал бы с ним так говорить. И тот украдкой брошенный взгляд был даже немного милым.
Дядя Чжун чуть не прослезился от умиления. Молодой господин наконец повзрослел! Надо было записать эти слова, чтобы потом дать послушать госпоже.
Врач вскоре приехал. Это был добродушный, слегка полноватый мужчина лет пятидесяти с фамилией Вань.
Е Тинвань подумал: наконец-то доктор в романе о властном президенте оказался не очередным другом президента.
Он коротко рассказал доктору Ваню, что произошло с Цзи Нянем, чтобы тот понимал, на что обращать внимание во время осмотра.
Цзи Нянь прятался в его объятиях. Когда доктор Вань попытался его осмотреть, малыш, уже испытавший жестокое обращение, испугался незнакомого человека и стал зарываться в грудь Е Тинваня.
Но Е Тинвань ласково уговаривал его, и ребёнок постепенно почувствовал, что доктор не желает ему зла. Тогда он послушно позволил себя осмотреть.
— На коже есть следы от щипков. И ещё... ещё небольшое недоедание.
Подумать только: ребёнку из богатейшей семьи всего несколько месяцев, а у него недостаток питания! Звучало нелепо, но факты были перед глазами.
Обычно в таком доме детей регулярно обследуют, но Цзи Нянь появился здесь всего несколько месяцев назад, и время планового осмотра ещё не пришло. Поэтому никто не заметил повреждений на его теле. Цзи Тин раньше детей не растил и не мог определить, хорошо ли развивается малыш.
Доктор Вань оставил мазь, велел усилить питание и перечислил продукты, которыми можно кормить ребёнка. Цзи Няню уже исполнилось семь месяцев, у него прорезались два нижних зубика. Нельзя постоянно держать его на одной молочной смеси, пора понемногу вводить разные виды пюре и кашиц, чтобы восполнить недостаток питательных веществ.
Когда доктор Вань уехал, Е Тинвань положил Цзи Няня на диван и, не обращая внимания на остальных, расстегнул его одежду, чтобы смазать ушибленные места.
С ним малыш вёл себя покладисто. Даже когда его положили на диван, он не плакал — лишь держался ручонкой за одежду Е Тинваня.
Е Тинвань подумал, что маленький главный герой на самом деле очень послушный.
Он выдавил немного мази и стал осторожно наносить её на кожу, мягко распределяя.
Кожа Цзи Няня была такой нежной, что следы щипков выглядели особенно страшно. Стоило Е Тинваню слегка растереть мазь, как маленькое тельце болезненно вздрагивало.
У Е Тинваня сердце сжималось от жалости. Закончив, он ещё и подул на больные места.
— Фу-фу! Боль-боль, улетай!
Цзи Нянь решил, что с ним играют. Открыл маленький ротик и, подражая интонации Е Тинваня, счастливо улыбнулся.
— А-я?
— Улетай-улетай!
Бай Чуньи всё больше убеждался, что Е Тинвань сильно изменился. Стал таким нежным, даже умеет забавлять ребёнка. Поразительное дело!
Затем он перевёл взгляд на Цзи Тина, который наблюдал за большой и маленькой фигурками на диване. В глазах начальника невольно появилась нежность.
Баю Чуньи почудилось, что он обнаружил нечто чрезвычайно важное.
Е Тинвань быстро смазал все места, где Цзи Няня щипали, а затем снова одел малыша.
Тот захотел на ручки. Пришлось поднять его. Е Тинвань посмотрел на время: скоро одиннадцать, а малыш, судя по всему, не собирался с ним расставаться.
Оказавшись в затруднительном положении, он обратился за помощью к Цзи Тину:
— Господин Цзи, мне пора домой обедать. Как нам быть?
— Цзи Нянь не может без тебя, — ровно ответил мужчина.
Е Тинвань и сам это знал, поэтому осторожно уточнил:
— То есть вы хотите, чтобы я взял Няньняня с собой домой?
Цзи Тин покачал головой.
— Нет.
Не хочет? Е Тинвань никак не мог угадать его мысли:
— А как тогда поступим? Я сделаю, как вы скажете.
Цзи Тин откинулся на спинку дивана, закинул правую ногу на левую, сцепил руки на колене. Настоящая поза большого босса. Е Тинвань от одного этого занервничал.
— Сам понимаешь: учитывая твоё прежнее поведение, я не могу спокойно доверить тебе Цзи Няня.
Тогда какого чёрта было всё это говорить?! Е Тинвань осмелился возмутиться только мысленно. Снаружи не проявилось ни капли недовольства.
— И что же делать? — мягко, словно покорный ребёнок, спросил он.
Сердце Цзи Тина чуть дрогнуло от этого голоса, но быстро успокоилось.
— Поедешь со мной в компанию и будешь присматривать за ребёнком у меня на глазах. После обеда придут новые служащие, тогда сможешь уйти.
Получалось, нужно позаботиться о малыше ещё примерно полдня. Е Тинвань согласился: в конце концов, при власти Цзи Тина даже отказать толком не получится.
Бай Чуньи мысленно похвалил Е Тинваня. На этот раз тот выбрал верную тактику. Каким способом ему удалось так привязать к себе Цзи Няня, неизвестно, но успех очевиден: теперь его уже берут с собой в компанию!
Впрочем, спрашивать Е Тинваня о хитрости было бы бесполезно. Он и сам не знал, почему Цзи Нянь к нему так льнёт.
За обед Е Тинваня отвечал Цзи Тин. Юноша поехал с ним в компанию, а дядя Чжун в одиночку отправился домой.
Вернувшись, дядя Чжун рассказал Янь Линин обо всём, что утром произошло в усадьбе Цзи Тина. Та тоже изумилась.
Она сразу позвонила сыну. Услышав, что он действительно едет в компанию Цзи Тина и даже будет с ним обедать, Янь Линин совершенно растерялась.
Неужели после удара головой её сын ещё и поумнел?
http://bllate.org/book/40736/5382324
Сказали спасибо 0 читателей