Готовый перевод His Galaxy Always Shines / Его звёздная река светит вечно: Глава 44

— Эй, Сяонань, — донёсся из трубки голос тёти Цзян. У Ань Нань сердце забилось быстрее обычного, и она тихо отозвалась.

— Я купила билеты на послезавтра. Приеду вместе с твоим дядей.

— Хорошо, тётя, — улыбнулась Ань Нань, но в душе засомневалась: ведь приезжают они к Цзяну Суйфану, зачем же ей об этом сообщать? Да ещё и специально звонить?

— Я хочу кое-что привезти. Тебе чего-нибудь купить? Или что-то нужно?

— Нет-нет, вам и так хлопотно добираться, не надо ничего везти. Лучше спросите у Цзяна Суйфана, не хочет ли он чего-нибудь.

Ань Нань бросила взгляд в его сторону — он уже рассчитывался за покупки.

Она смотрела на него, ожидая ответа тёти Цзян, но та вдруг сказала:

— Ему-то что везти? Ты уж купи ему всё, что нужно.

— Э-э… — Ань Нань чуть не ответила, но тут же почувствовала себя виноватой и поспешила оправдаться: — Он сам всё купит, он же не маленький.

Тётя Цзян засмеялась, и по голосу было слышно, что настроение у неё прекрасное:

— Он купил новую квартиру. Ты уже смотрела?

— Да, смотрела. Очень хорошая.

— Тогда купите вместе кое-что для обустройства. Спасибо тебе заранее.

Ань Нань прикусила губу:

— Ничего страшного, я и так должна помочь.

Как только она это сказала, тётя Цзян засмеялась ещё веселее:

— Конечно, но не балуй его слишком. Он ведь мальчик, пусть и сам немного похозяйничает.

Ань Нань улыбнулась. Похоже, тётя Цзян до сих пор не знает, что она девушка Цзяна Суйфана. Чтобы развеять её сомнения, Ань Нань собралась с духом и выпалила:

— Ничего, у него теперь есть девушка, она и поможет.

На том конце линии воцарилась тишина. Ань Нань удивилась, посмотрела на экран телефона — разговор не оборвался. Она снова приложила трубку к уху, но по-прежнему не слышала ни звука. «Не сломался ли мой телефон?» — подумала она и окликнула:

— Тётя Цзян?

Тётя наконец заговорила:

— Я что-то напутала? Разве его девушка — не ты?

Голова Ань Нань будто взорвалась от удара. Внутри всё закипело, как капля воды, упавшая в раскалённое масло, и брызги разлетелись во все стороны.

Она запнулась:

— Я… я… он…

— Не может быть! Он же ни на кого, кроме тебя, и не смотрел. С кем ещё он мог там встречаться?

Ань Нань закрыла глаза и сделала самое смелое и безрассудное в своей жизни — просто отключила звонок. Вокруг воцарилась тишина. Она выдохнула. Как же стыдно…

Цзян Суйфан уже всё упаковал:

— Поговорила?

Ань Нань кивнула, посмотрела на него и, слегка смутившись, спросила:

— Ты правда ничего не говорил маме про наши отношения?

— Ага. Ты же сама настояла на секретности, — невозмутимо ответил Цзян Суйфан и двинулся к выходу с пакетами.

Ань Нань аж задохнулась от возмущения. Такой секретности ещё поискать! Но тут же добавила:

— Однако тётя Цзян совершенно уверена, что это я.

Цзян Суйфан остановился, с трудом поднял руку, потрогал нос и уставился в потолок:

— Ну, мама у меня умная.

…Ну и ну!

Ань Нань недоумевала: как это Цзян Суйфан, кроме неё, вообще общается только с тётей Цзян? Даже собака у него дома — кобель! С таким лицом он, пожалуй, и правда обречён на одиночество.

Хотя… может, и нет. Ведь раньше Ань Нань даже подозревала, что он гей.

Но теперь эти сомнения исчезли. Она отчётливо чувствовала: её словно поймали в ловушку.

— Ты никогда никого не любил? — спросила она.

Он пожал плечами и усмехнулся:

— Да я и себя не люблю.

— Почему? Как можно не любить себя?

Разве перед тем, как полюбить кого-то, не нужно полюбить себя? Как такое вообще возможно?

Ань Нань с недоумением смотрела на него, но Цзян Суйфан сказал:

— Не знаю. Просто думаю: почему именно я родился на этом свете? Почему не кто-то другой? Для кого я живу? Каждый вдох… будто даётся с трудом.

— Для себя же! — тут же воскликнула Ань Нань. — Откуда такие мысли?

Она взяла маленький пакетик и улыбнулась ему:

— Ты что, из тех, про кого пишут в книгах: «гений и безумец — на тонкой грани»? Не морочь себе голову.

— Никто не выбирает, когда и где родиться. Нам остаётся лишь прожить каждый день как можно лучше.

Цзян Суйфан посмотрел на неё, улыбнулся, помедлил и фыркнул:

— Шучу я, конечно.

Ань Нань и правда испугалась. Она сердито глянула на него:

— Интересно тебе? Говоришь всякие странности.

Она открыла пакет и достала коробку с недавно купленным тортом. Сверху лежали несколько клубничек. Дороговато вышло.

По дороге домой Цзян Суйфан ни разу не остановился. В лифте, держа пакеты, он не мог освободить руку и сказал ей:

— Карта у меня в кармане.

— В каком? — спросила Ань Нань.

— Внизу, — кивнул он в сторону своих брюк.

Ань Нань замялась:

— Достань сам.

— Почему? Ты же моя девушка. Чего стесняться?

— Да я не стесняюсь! Просто боюсь, как бы тебе не досталось.

Цзян Суйфан приподнял бровь:

— От тебя — меньше всего боюсь.

Ань Нань фыркнула и засунула руку в карман. Нащупав что-то, она посмотрела на выражение его лица. Он с насмешливым блеском в глазах наблюдал за ней. Щёки Ань Нань вспыхнули, сердце заколотилось, будто прыгало в воду снова и снова.

Она ещё раз провела рукой — и вытащила её, пунцовую от смущения:

— Там ничего нет!

Цзян Суйфан усмехнулся:

— Я ведь не сказал, в каком именно кармане.

Ань Нань онемела от возмущения, подняла на него гневный взгляд — и покраснела ещё сильнее.

— В другом, детка, — рассмеялся Цзян Суйфан.

Ань Нань глубоко вздохнула. Хорошо ещё, что на этом этаже живут только они. Представь, если бы кто-то увидел — умереть со стыда!

Сердце колотилось, как барабан, и этот стук отдавался прямо в ушах. Она обошла его с другой стороны и засунула руку в нужный карман. Нащупав карту, она почувствовала сквозь ткань чёткие линии его бедра. Прикусив губу, она вдруг о чём-то подумала и ещё больше смутилась — уши раскраснелись.

Цзян Суйфан смотрел на неё, прижав язык к нёбу. Ему вдруг показалось, что уж он-то сегодня действительно в проигрыше.

Ань Нань вытащила карту, не смея больше взглянуть на него, и быстро приложила к считывающему устройству. Как только дверь открылась, ей показалось, что воздух в коридоре стал свободнее.

Цзян Суйфан вошёл следом и поставил пакеты на обеденный стол. Ань Нань огляделась — квартиру уже прибрали, всё сияло чистотой, будто образцовый выставочный вариант. Два пакета на столе неожиданно добавили уютного домашнего тепла.

Ань Нань радостно подошла, чтобы разложить покупки, но Цзян Суйфан вдруг схватил её за обе руки. Его ладонь была такой большой, что легко обхватывала оба её запястья. Она вскрикнула от неожиданности.

И тут же он прижал её губы к своим.

— Ещё так рано, сестрёнка. Так торопишься готовить?

— А что ещё делать? — Ань Нань подкосились ноги от поцелуя. Он подхватил её, и она повисла у него на шее.

— Давай займёмся чем-нибудь другим.

— Чем? — Ань Нань посмотрела на его откровенный, прямой взгляд и опустила глаза. — Ведь ещё день…

— У меня кровать большая. Пойдём, сестрёнка, проверим.

Он целовал её, не давая вымолвить ни слова. Когда он наконец ослабил хватку, она мягко опустилась на постель. И правда, кровать была просторной — гораздо больше, чем в отеле.

Ань Нань попыталась отвернуться, но он сжал её запястье. Она сдалась и жалобно протянула:

— Днём-то всё-таки не очень…

— Ничего, сегодня только мы вдвоём.

Цзян Суйфан расстегнул молнию на куртке. Погода похолодала, под ней он носил худи. Сняв его, он обнажил узкую талию. Мышц, конечно, не столько, сколько у тренеров в зале, но они определённо были — особенно в определённых ситуациях.

Ань Нань покраснела ещё сильнее, резко уткнулась лицом в подушку — авось не увидит, так и не захочется.

Но Цзян Суйфан не собирался отступать:

— Сестрёнка, давай попробуем вот в этой позе.

Ань Нань подняла голову, чтобы что-то сказать, но он мгновенно нашёл её слабое место. Разозлившись, она схватила его за запястье и сквозь зубы выдавила:

— Цзян Суйфан!

— Я не стану тебя щадить, — ответил он и больше не произнёс ни слова.

Дыхание Ань Нань стало прерывистым, обрывочным, хаотичным. В конце концов она уже не могла различить, чей это стон — её или его.

Всё слилось воедино, переплетаясь и терзая друг друга.

Ань Нань всегда любила смотреть, как мужчина смотрит на неё с глубокой нежностью. Она притянула его ближе и нежно целовала его губы — они были сочными, красивой формы, всегда напряжённые. Она нарочно дразнила его поцелуями, и в ответ он становился настойчивее, заставляя её голос звучать всё тише.

Оба были безудержны и беспорядочны.

Только теперь Ань Нань заметила ванну в ванной комнате Цзяна Суйфана. Увы, она даже не успела как следует с ней познакомиться, как та уже приняла на себя то, что ванна выдержать не должна.

— Цзян Суйфан, я хочу пить, — пнула она его ногой.

Он дерзко усмехнулся:

— Ещё силы остались меня пинать?

— Быстрее! — ответила она ещё дерзче.

Цзян Суйфан цокнул языком, откинул одеяло и встал. Ань Нань одним взглядом увидела изящную округлость — и тут же отвернулась, умирая от стыда. Цзян Суйфан рассмеялся:

— Да мы же уже такие близкие. Чего смущаешься?

Ань Нань повернулась на бок. Цзян Суйфан натянул халат и вышел.

Ему предстояло ещё устанавливать очиститель воздуха — неудивительно, что он был раздражён. Ведь изначально он не хотел этим заниматься; Ань Нань нарочно его подначила, думая немного отдохнуть.

Через некоторое время, когда Ань Нань уже начинала клевать носом, за дверью послышался звук закипающего чайника.

А потом — щёлк зажигалки.

Ань Нань прищурилась и тихонько приподнялась, чтобы заглянуть. Цзян Суйфан стоял у стола без рубашки. Пламя облизывало сигарету у его губ. Он прикрыл огонь, бросил зажигалку и начал неторопливо курить. Закатное солнце, словно огненное, проникало сквозь окно и освещало его тело, делая бледную кожу томной и соблазнительной.

Ань Нань взглянула всего раз — и, заметив, что он вот-вот повернёт голову, мгновенно нырнула обратно под одеяло.

Закутавшись, она прикусила губу и тихонько улыбнулась.

Как же здорово… ведь этот мальчик — её.

Цзян Суйфан вернулся с водой, явно недовольный. Он поставил стакан и залез под одеяло, чтобы потревожить её:

— Пей воду.

— Не хочу, — пробормотала Ань Нань.

— Ты что, издеваешься? — прищурился он опасно.

— Мне просто спать хочется, — сонно ответила она.

— Нет, вставай и пей.

Он поднял её, но Ань Нань решила спастись миловидностью:

— Не хочу пить, правда…

— А, так ты меня разыгрываешь? — разозлился Цзян Суйфан. — Хочешь спать? Хорошо. Но сначала выпьешь — и тогда спи.

— Не буду, — упрямо ответила Ань Нань. Если сейчас встанет — спать не придётся. Точно умрёт.

Цзян Суйфан смотрел, как она, словно хомячок, снова зарылась в одеяло. Он рассмеялся, взял стакан и сделал пару глотков. Ань Нань, видимо, испугавшись, тут же высунула голову:

— Ладно, наверное, сначала выпью, а потом усну?

Цзян Суйфан прикоснулся губами к краю стакана и усмехнулся:

— Поздно.

Он набрал в рот воды, схватил пытающуюся сбежать Ань Нань и прижал её к себе. Их губы слились, и он передал ей воду. Ань Нань широко распахнула глаза и попыталась сопротивляться — безрезультатно.

Позже, когда силы совсем покинули Ань Нань, она просто зарылась в подушку и уснула. Цзян Суйфан больше не тревожил её, тоже лёг рядом и обнял.

На самом деле он не был уставшим — просто, увидев, как она засыпает, не захотел её больше мучить и тоже задремал.

Странно, но ему стало по-настоящему спокойно. В первый раз он плохо спал — слишком переживал, вдруг она потом разозлится, решит, что он плохой, и бросит его.

Проснулась первой именно Ань Нань. Она устала, но ужинать-то надо. С трудом поднявшись, она начала приводить вещи в порядок — на ужин можно просто сварить лапшу.

Пока она кипятила воду, за окном уже зажглись огни, и ночное небо превратилось в звёздное.

Ань Нань прислонилась к столешнице и смотрела в окно, зевая. Только она закончила, как обернулась — и чуть не превратилась в редьку от испуга. Цзян Суйфан незаметно подкрался сзади и пристально смотрел на неё.

— Ты чего? — спросила она, успокаиваясь.

Цзян Суйфан улыбнулся:

— Проголодался, встал поесть — а девушки нет.

Ань Нань рассмеялась:

— Куда я денусь?

— Кто знает.

Он стоял рядом и тоже зевнул. Ань Нань посмотрела на него — даже сейчас он не упускал случая проявить характер:

— Молодым людям не стоит слишком усердствовать. Ты весь такой уставший.

Едва она это сказала, как Цзян Суйфан перевёл на неё взгляд:

— О? Ты что, издеваешься надо мной?

— Нет же.

http://bllate.org/book/4071/425582