— А ведь и правда, такие есть.
Так называемая академия омег-домохозяек, о которой говорил Цзян Наньюй, на самом деле носила официальное название: Первая академия омег Империи. Почти всё здесь контролировалось аристократией, поэтому, чтобы нормально существовать в таких условиях, Бай Юньчжи был вынужден следовать общепринятым правилам — так можно было избежать лишних врагов. В конце концов, в каком-то смысле все эти омеги были его будущими соперниками.
А Бай Юньчжи… Шэнь Цин задержал взгляд на его лице. Одна лишь эта внешность была залогом того, что спокойной жизни в академии Бай Юньчжи не видать.
— У тебя сейчас есть время? Мне нужно помочь тебе выбрать подходящую одежду.
Выбирать одежду для учебы? Бай Юньчжи ответил:
— Время есть. Если позволите, могу ли я пригласить вас на ужин в знак благодарности?
— Разумеется, буду через десять минут.
Они приятно пообщались, и через десять минут Шэнь Цин на беспилотном автомобиле уже забрал Бай Юньчжи, после чего машина направилась в самый оживленный центр города. Когда авто остановилось у торгового центра, Шэнь Цин вышел первым:
— Выходи, Юнь… чжи.
Бай Юньчжи промолчал, приняв новое обращение, и вместе с ним поднялся на эскалаторе в торговый центр. В этот момент Шэнь Цин не мог удержаться и тайком поглядывал на Бай Юньчжи. Он не был любителем хвастаться, но сегодня ради Бай Юньчжи пригнал самый дорогой ярко-фиолетовый переливающийся беспилотник из своего гаража. Любой нормальный человек пришел бы в восторг от такой машины, но Бай Юньчжи, казалось, она была совершенно безразлична.
Шэнь Цин только что заметил это — у собеседника действительно не возникло ни малейшей эмоциональной реакции. Ему стало любопытно:
— Как тебе моя машина? — не выдержал он, пока они поднимались.
Машина?
— Довольно красивая.
Бай Юньчжи вспомнил автомобиль Шэнь Цина. Ярко-фиолетовый беспилотник — вещь и правда редкая, но в конечном итоге она была не такой красивой и практичной, как звездные корабли или его собственный мех. Беспилотный автомобиль годился только для передвижения, какой бы красивой ни была обертка, толку от неё мало.
— Ты знаешь, сколько стоит моя машина?
— Сколько?
— Шестьдесят миллионов монет Голубой Планеты.
— М?
Они вели непринужденную беседу, и только теперь на лице Бай Юньчжи наконец промелькнуло удивление. Беспилотники были обычным делом на Голубой Планете и стоили в пределах десяти тысяч монет, а шестьдесят миллионов… это довольно дорого. По курсу Планеты Юнь этой суммы хватило бы лишь на одну запчасть для его меха.
Торговый центр находился на двадцать седьмом этаже. Прибыв на место, Бай Юньчжи сначала угостил Шэнь Цина ужином, а затем, с его помощью, начал подбирать одежду к началу занятий. Вот только… одежда, которую предлагал Шэнь Цин, была сплошь вычурной и сложной, что Бай Юньчжи совсем не нравилось. Несмотря на настойчивость Шэнь Цина, он выбрал несколько базовых моделей рубашек с длинным рукавом, в которых чувствовалась легкая дизайнерская мысль, и привычные черные брюки.
Шэнь Цин был обескуражен и лишь вздохнул:
— Твой вкус в одежде держится исключительно на твоем лице.
Затем они отправились в отдел аксессуаров. Шэнь Цин указал на ожерелье стоимостью два миллиона:
— Как новичку в первый учебный день, тебе просто необходимо это украшение. Я готов купить его для тебя в качестве подарка при первом знакомстве.
— Спасибо, но я не ношу украшений.
Бай Юньчжи вежливо отказался от подарка стоимостью два миллиона монет Голубой Планеты, так как действительно никогда не любил подобные вещи. Но Шэнь Цин настаивал, что шея или руки должны быть чем-то украшены. Не в силах переупрямить его, Бай Юньчжи потратил двадцать тысяч монет Голубой Планеты на две куда более практичные шейные ленты с ингибиторами, украшенные мелкими кристаллами — одну белую, другую черную. В конце концов, Шэнь Цин подарил ему еще и наручные часы, на чем шоппинг и завершился.
Перед тем как вернуться домой, Бай Юньчжи по совету Шэнь Цина заглянул в парикмахерскую, чтобы сделать новую стрижку, которая помогла бы ему лучше вписаться в стиль академии. Перед сном Шэнь Цин связался с Цзян Наньюем:
— Ты завтра отвезешь его в академию?
Цзян Наньюй в этот вечер не вернулся в Усадьбу Чжуюнь, а поехал в родовое поместье ужинать с матерью. Он понимал, к чему клонит Шэнь Цин: Бай Юньчжи не был аристократом, в отличие от них, и если он, как альфа Бай Юньчжи, лично отвезет его в первый день, это придаст тому веса в глазах окружающих. Но… Цзян Наньюй подумал, что Бай Юньчжи всё-таки не настоящий его парень, а завтра утром у него важное совещание. Стоит ли отменять его ради Бай Юньчжи?
— У меня завтра дела, присмотри за ним сам.
Цзян Наньюй, получив порцию недовольных взглядов от Шэнь Цина, отключил связь, умылся и лег спать. Однако перед сном он всё же взглянул на терминал. Он не вернулся в Усадьбу Чжуюнь и не сообщил об этом Бай Юньчжи — напишет ли тот ему? Цзян Наньюй нахмурился: если сообщение будет, он объяснится, но если Бай Юньчжи будет слишком навязчив, он не станет его баловать.
Когда Цзян Наньюй посмотрел на время, было 21:30. Но вот наступило 22:00, а сообщений от Бай Юньчжи не было. В 23:00 — всё так же пусто. В 23:30 Цзян Наньюй посмотрел на чистый экран переписки и, не проронив ни слова, молча выключил терминал и лег спать.
На следующее утро Цзян Наньюй завел будильник на 6:30 — не по какой-то особой причине, а просто боялся, что омега, который так старался казаться сильным, наконец не выдержит и со слезами будет умолять отвезти его в академию. Однако, пока он завтракал, уведомлений от Бай Юньчжи так и не поступило.
В 8:00 Цзян Наньюй наконец не выдержал и по дороге в офис отправил сообщение:
[Цзян Наньюй: Нужно, чтобы я отвез тебя на регистрацию?]
Глава 6
[Бай Юньчжи: Спасибо, господин, я уже здесь с 7:00.]
Глядя на сообщение на экране, Цзян Наньюй почувствовал странное раздражение. Хотя он сам предупреждал омегу не быть слишком прилипчивым и не надоедать ему, такая подчеркнутая рассудительность Бай Юньчжи совсем не доставила ему удовольствия. Он что, обиделся? Иначе Цзян Наньюй не мог понять, почему тот не попросил о помощи.
[Цзян Наньюй: Где ты?]
[Цзян Наньюй: Включи видеосвязь, я хочу взглянуть.]
Цзян Наньюй был готов увидеть на виртуальном экране красивое личико, заплаканное докрасна, — наверняка омега долго терпел, чтобы не разреветься. Может, он вообще пришел в академию в слезах. С этой мыслью Цзян Наньюй решил, что ему крайне необходимо увидеть состояние парня.
[Бай Юньчжи: Благодарю за беспокойство, но я сейчас прохожу процедуру зачисления, возможно, это не совсем удобно.]
Машина, на которой ехал Цзян Наньюй, уже была у офиса. Секретарь поприветствовал его и спросил, не нужно ли заказать завтрак. Цзян Наньюй, читающий сообщение от Бай Юньчжи, даже не ответил, продолжая сверлить взглядом экран. Лишь спустя долгое время, убедившись, что новых сообщений нет, он перевел внимание на секретаря.
— Ты целый день по утрам только и спрашиваешь, поел я или нет.
Секретарь, выполнявший свои прямые обязанности, застыл: «?»
Он что, проглотил порох? Разве не он сам требовал спрашивать его об этом каждое утро? Было очевидно: секретарь почувствовал, что с самого утра босс Цзян не в духе.
Возможно, отказ от видеосвязи был правдой, но Цзян Наньюй всё равно не мог успокоиться. Попросив маленького робота сделать кофе, он перестал думать о Бай Юньчжи и принялся за рабочие дела. Глава семьи Цзян занимался производством беспилотных автомобилей премиум-класса, звездных кораблей и мехов, а также был вовлечен в индустрию космических путешествий и общественного питания. Из-за обилия направлений утро Цзян Наньюя всегда было загруженным.
Как назло, в группе разработки, сотрудничающей с Военным ведомством Империи на Планете Юнь, возникли проблемы. Изначально военные заказали сто защитных мехов, но сегодня утром внезапно потребовали еще тысячу, да еще и переделать всё на новейшие боевые модели. Время поджимало, мнения в группе разработки разделились, а производственный отдел жаловался на нехватку персонала.
Выслушав их, Цзян Наньюй отрезал:
— Мы делаем то, что просит заказчик. Раз в группе разработки нет единого мнения — устройте внутреннее голосование. Персонала не хватает — нанимайте новых, а у текущих сотрудников спросите, есть ли время на переработки. Оплата за сверхурочные — пятикратная согласно трудовому кодексу.
В перерыве между совещаниями Цзян Наньюй глянул на терминал. Там было всего одно сообщение от Бай Юньчжи:
[Бай Юньчжи: Господин, не забудьте позавтракать.]
Он потер виски и, не меняясь в лице, вернулся к работе.
А в это время Бай Юньчжи как раз закончил оформление документов. Хотя Цзян Наньюй называл это место академией омег-домохозяек, внешне она ничем не отличалась от других учебных заведений, если не считать более современного дизайна и большей роскоши. Ах да, еще здесь было подавляющее большинство студентов-омег, а среди преподавателей встречалось много омег и бет.
Когда Бай Юньчжи вышел, он увидел группу альф, играющих в баскетбол на площадке. Учитель, помогавший ему с зачислением, пояснил:
— Хотя наша академия омег, на деле здесь есть два небольших класса альф. В конце концов, сейчас… у некоторых аристократических омег есть в этом потребность.
Бай Юньчжи кивнул, показывая, что понял.
Учитель продолжил объяснять:
— Впрочем, не волнуйтесь, программы у вас с альфами не пересекаются, к тому же каждый омега и альфа при входе в академию обязаны носить ингибиторы, так что учебная среда вполне безопасна.
— Понятно.
Учитель дал еще несколько наставлений и вернулся в кабинет. Бай Юньчжи отправился в свою аудиторию. Его определили в шестой класс омег, и по иронии судьбы, войдя в класс, он обнаружил там Шэнь Цина. Увидев Бай Юньчжи, Шэнь Цин сразу заулыбался и помахал ему. Бай Юньчжи подошел, Шэнь Цин похлопал по месту рядом с собой:
— Садись здесь.
Бай Юньчжи спросил:
— Тебе тоже нужно изучать здешнюю программу?
Насколько Бай Юньчжи было известно, Шэнь Цин — будущий наследник семьи Шэнь, да и по характеру он совсем не был похож на того, кто станет послушно просиживать здесь штаны.
http://bllate.org/book/40704/5173562
Сказали спасибо 0 читателей