— Хорошо, понял. Кстати, у меня на руках еще остались контракты на рекламу предметов роскоши и фотосессии для плакатов, будем считать это небольшой компенсацией. Надеюсь, директор Цзян не побрезгует.
После долгих уговоров разговор наконец подошел к концу, и Цзян Е благополучно принял эту компенсацию. Глядя на погасший экран телефона, он погрузился в раздумьях: неужели это снова несчастный случай, совсем как в прошлой жизни? Из-за чего это происходит — из-за его перерождения или из-за того, что…
Наполовину опущенные веки вновь поднялись, и в его голове созрел план. Цзян Е позвонил руководителю развлекательной компании и поручил подыскать для Чэн Сяоцзэ какие-нибудь долгосрочные рабочие поездки подальше от Города А, желательно за границей.
В гладком экране телефона отразилось его уверенное в себе выражение лица: он знал, что очень скоро ему станет ясно, в чем тут дело.
После этого Цзян Е решил поехать в компанию и работать в одиночестве. Хотя кризис теперь миновал, у него оставалось еще много дел, требующих внимания.
Едва выйдя из лифта, он заметил своего помощника. Помощник прижимал к груди большую стопку документов, явно собираясь направиться в его кабинет. Цзян Е окликнул его и по привычке расспросил, возникали ли какие-нибудь серьезные проблемы за то время, пока его не было в компании.
Помощник задумался и бесстрастно ответил:
— Ничего важного не случилось, однако звонили с городского номера насчет Aeterna, просили передать вам.
Услышав это имя, Цзян Е слегка замедлил шаг, на мгновение замер, чувствуя какую-то непонятную смутно знакомую нотку. Но он быстро пришел в себя и продолжил расспрашивать:
— Помимо этого, что-нибудь еще было?
— Больше ничего, — покачал головой помощник и честно ответил.
Разговаривая на ходу, они добрались до кабинета. Цзян Е взял протянутые помощником документы и принялся за повседневные дела.
Он передал последний документ стоявшему рядом помощнику и распорядился:
— Не забудь уведомить менеджеров всех отделов, что завтра во второй половине дня состоится собрание.
Помощник пролистал расписание на своем планшете и с некоторым затруднением произвел расчеты:
— Директор Цзян, боюсь, завтра не получится. Завтра вечером нужно присутствовать на дне рождения госпожи Чэн, по времени мы никак не успеем.
— Вот как? Тогда посмотри, как лучше все устроить, и не забудь предупредить меня заранее.
— Хорошо, директор Цзян.
Помощник прибрал документы и уже собирался выйти, но тут же вернулся и напомнил:
— Директор Цзян, насчет Aeterna…
— Я в курсе, — ответил Цзян Е и одновременно нажал кнопку обратного вызова на городском телефоне.
Как только гудки смолкли, из трубки раздался женский голос:
— Здравствуйте, простите, это директор Цзян?
— Слушаю вас.
— Господин Цзян, наручные часы, которые вы ранее заказывали в магазине, уже готовы. Нам отправить их господину Чэну или доставить вам?
Слова на том конце провода пробудили воспоминания, которые Цзян Е старательно пытался забыть.
Тщательно продуманный узор из цветков лотоса, взгляд полный отвращения, разбитые часы… все это терзало его уязвимые нервы. На лбу вздулись вены, а сердце против воли сжалось от острой боли.
Буря эмоций в груди завихрилась, изливаясь наружу, подобно извержению вулкана. Он уже не мог разобрать, чего в его сердце к Чэн Сяоцзэ было больше — ненависти или любви. Он знал лишь одно: так или иначе, Чэн Сяоцзэ навсегда остался в его воспоминаниях из прошлой жизни, оставив на его сердце неизгладимый шрам.
В трубке долго не было ответа, и обеспокоенный голос робко переспросил:
— Господин Цзян, вы еще здесь?
— Эти часы просто доставьте ко мне в офис, — наконец успокоился Цзян Е и произнес ровным тоном, хотя прислушавшись, можно было расслышать легкую дрожь в его голосе.
— Хорошо, господин Цзян.
Получив ответ, Цзян Е повесил трубку, а в голове вновь всплыло то, как он когда-то вырисовывал на бумаге свою пылкую страсть. Каждая черточка тех дней превратилась ныне в кинжал, вонзившийся ему прямо в сердце.
Были ли те чувства навязаны извне или шли из глубины его собственного сердца — они уже слились с его плотью и кровью вместе с воспоминаниями прошлой жизни, и от них было невозможно избавиться.
На фотографии в телефоне две пары часов — фиолетовые и красные — лежали в черной бархатной шкатулке, переливаясь всеми цветами радуги.
Цзян Е посмотрел на снимок и горько усмехнулся...
Сумерки сгустились, тени под кронами платанов постепенно вытянулись. Гул моторов разорвал тишину сада.
Опомнившись от тяжелых воспоминаний о прошлой жизни, Цзян Е уже не мог заставить себя продолжить работу в офисе и решил сразу вернуться в особняк, чтобы поработать в кабинете.
Пока он занимался делами, телефон Цзян Е зазвонил — это были люди из развлекательной компании. Увидев входящий вызов на экране, он почувствовал проблеск надежды.
Когда звонок соединился, на том конце зазвучал растерянный голос:
— Директор Цзян, все те контракты, которые мы присмотрели ранее, сорвались из-за непредвиденных обстоятельств. Как думаете, стоит ли искать замену?
Несчастный случай? Снова несчастный случай? Цзян Е уставился на экран смартфона, и в его душе закралось подозрение. В конце концов, в один случай еще можно было поверить, но когда множество случайностей собирались вместе, это переставало быть случайностью.
Столкнувшись с робким вопросом на другом конце провода, он холодно ответил:
— Раз так, продолжать поиски не нужно. Просто оформляйте для него контракты в обычном режиме.
Сказав это, он тут же сбросил вызов, после чего набрал номер без каких-либо пометок в записной книжке.
Вызов прошел, и не успел собеседник произнести ни слова, как Цзян Е перехватил инициативу:
— Помоги мне проверить все те контракты, к которым присматривалась моя компания последнее время. Из-за чего именно их отменили? Посмотри, нет ли здесь следов вмешательства человека.
Закончив говорить, он перевел на указанный счет двести тысяч.
На том конце молчали, слышен был лишь стук клавиатуры. Спустя пару минут оттуда донесся молодой голос:
— Причин для отмены контрактов довольно много. Либо кто-то заболел, либо произошел природный катаклизм. Короче говоря, все это случайности, неподвластные воле человека.
— Иными словами, человеческий фактор исключен, — добавили на том конце.
— Я понял.
Телефон отложили в сторону, а черный перьевой ручка завертелась между его пальцами.
Цзян Е знал, что раз Чэн Сяоцзэ носит статус юного господина семьи Чэн, если тот чего-то не захочет, у него найдется масса способов сорвать эти контракты, поэтому ему требовалось исключить вероятность человеческого вмешательства.
Даже если Чэн Сяоцзэ был главным героем этой книги, Цзян Е не верил, что тот обладает способностью подстраивать подобные несчастные случаи.
А значит, оставалось лишь одно объяснение — так называемая сила сюжета.
Что же касается причины, то Цзян Е предполагал: это делалось для того, чтобы избежать серьезных отклонений от сюжетной линии. В конце концов… очень скоро должен был настать день их новой встречи.
При этой мысли его взгляд потемнел. После всего случившегося он понял, что попытки разлучить их, отправив Чэн Сяоцзэ подальше, не сработают, поэтому оставалось лишь сводить к минимуму любые возможности их пересечения.
С этими мыслями он отложил телефон, отправился в ванную умыться и приготовился ко сну.
Возможно, сегодняшняя тщательно спланированная праздничная открытка разбередила память о прошлой жизни, таившуюся в глубинах разума.
Во сне он снова пережил агонию приближающейся смерти.
Только на сей раз перед смертью ему послышался чей-то отчаянный крик…
Ночь выдалась на славу, роскошное поместье семьи Чэн сияло огнями. Огромные хрустальные люстры заливали залы мягким светом, который искрами рассыпался по драгоценностям гостей. Богато одетые мужчины и женщины вели беседы под звон хрустальных бокалов.
Именно такую картину увидел Цзян Е, переступив порог.
Стоило ему появиться, как желающие завязать разговор тут же обступили его со всех сторон. Некоторые приводили с собой детей, и намерения были столь очевидны, что Цзян Е с первого взгляда понял все. Они хотели лишь засветиться перед ним в надежде заключить выгодный брачный союз, а еще лучше — привязать к себе.
И неудивительно: Цзян Е действительно был на высоте — происхождение из высшего общества, а по деловым качествам и талантам он превосходил большинство сверстников. Строгий черный костюм отлично подчеркивал его крепкую фигуру, а прямая осанка выдавала врожденное благородство и властность.
Но больше всего привлекала внимание его необычная бровь с изломом, придававшая лицу нотку дерзости и бунтарства.
На подобные попытки Цзян Е обычно отвечал лишь вежливой улыбкой, незаметно переводя тему. Да и окружающие быстро понимали, что он не заинтересован, и благоразумно отступали, не навязываясь.
Завершив дежурные любезности, он сразу заметил прислонившегося к стене Сюй Цзэкай, вокруг которого вилась толпа — своего закадычного друга детства, компаньона по ночным гулянкам в худшем смысле этого слова.
Увидев Цзян Е, Сюй Цзэкай тут же метнул в его сторону умоляющий взгляд и принялся яростно махать руками за спиной. Цзян Е едва заметно вздохнул и направился к нему.
Встав рядом с Сюй Цзэкай, он помог тому отделаться от назойливых собеседников, ловко дав понять тем, что им с Сюй Цзэкай нужно уединиться. Окружавшие Сюй Цзэкай люди были людьми сообразительными, и через пару мгновений толпа рассеялась, словно песчинки.
Как только вокруг воцарилась тишина, Сюй Цзэкай схватил его за руку и принялся жаловаться без остановки.
По правде говоря, Цзян Е и сам удивлялся, что Сюй Цзэкай вообще здесь оказался — обычно тот избегал подобных приемов. Сюй Цзэкай отличался от него самого: у него был старший брат, способный взять на себя семейный бизнес, так что самому Сюй Цзэкай ни к чему было вникать в дела.
Сюй Цзэкай же наслаждался праздной жизнью, целыми днями пропадая неизвестно где и совершая всякие безрассудные поступки. По идее, вместо него на этот банкет должен был прийти его старший брат Сюй Лочуан.
Перехватив пытливый взгляд Цзян Е, Сюй Цзэкай беспечно махнул рукой и проворчал:
— Ой, даже не спрашивай! Мой братец укатил за границу на встречу с важным партнером и застрял там на несколько дней. Вот ему и пришлось отдуваться за двоих, отправив меня вместо себя.
Пока Цзян Е увлеченно беседовал с Сюй Цзэкай, в темном углу зала стоял человек, не сводивший с него глаз.
Одинокая фигура прислонилась к стене, а в руке покачивался бокал с вином, чья густая багровая жидкость походила на кровь. Глубокие черные глаза этого человека были ледяными, а взгляд намертво приковался к стоявшему неподалеку Цзян Е.
Пальцы до боли сжали ножку бокала, суставы побелели, а на тыльной стороне ладони вздулись вены.
Этот пронзительный, полный собственничества взгляд было трудно игнорировать. Цзян Е почувствовал, как сердце ухнуло вниз, и рефлекторно обернулся, заметив лишь темный силуэт гостя с длинными волосами, стоявшего в самом дальнем углу.
Его безупречный костюм сидел так, словно был сшит на заказ, матовая черная ткань мерцала приглушенным блеском, а каждая складка идеально подчеркивала его стройную и гордую осанку.
К тому же, очертания фигуры этого человека вызвали у Цзян Е странное, смутное чувство дежавю, словно… здесь стоял сам Чэн Сяоцзэ.
Подумав об этом, Цзян Е тут же усмехнулся про себя и отбросил эту мысль: в прошлой жизни Чэн Сяоцзэ ведь не посещал этот банкет.
— Ты чего это? — заметив его рассеянность, с любопытством спросил Сюй Цзэкай.
http://bllate.org/book/40640/5163842
Сказали спасибо 0 читателей