Готовый перевод The Negative Incentive Red Counterfeit / Красная подделка: Ловушка любви: Глава 10

Дело зашло слишком далеко, и из-за внезапного исчезновения Си Цзюньи он уже давным-давно до безумия сожалел, что сам предложил расстаться. Но в то же время он не смел больше опрометчиво принимать какие-либо решения — его нынешнее положение стало крайне пассивным. И всё это происходило лишь потому, что Цзюньи был для него невероятно особенным человеком, и на самом деле он никогда не желал его терять.

Она очень красива, у нее потрясающая энергетика, она вживается в роль с невероятной скоростью, совсем не похожа на начинающую актрису. Сейчас Се Юй вовсе не хотел выражать перед Цзюньи слишком сильную симпатию к госпоже Шэнь. По правде говоря, львиная доля его восхищения заключалась лишь в том ослепительном впечатлении при первой встрече и последующем удивлении, когда он увидел, как она входит в образ. Всё его трепетное волнение основывалось исключительно на его придирчивости к красоте и не имело никакого отношения к романтическим чувствам.

Прошедший год уже давно заставил его осознать, что все его эмоции всецело завязаны на Си Цзюньи, вот только он сам уже всё это безнадежно испортил.

— И всё?

— И всё, ты правда думал, что она мне нравится? У нее вообще не тот пол.

— Ты можешь любить исключительно представителей своего пола?

— Абсолютно уверен, — ответил Се Юй, не сводя глаз с Си Цзюньи.

Си Цзюньи пожал плечами: — Ну хорошо, в будущем я помогу тебе присмотреться к кому-нибудь.

— Ты... — Се Юй нахмурился, глядя на него. — Тебе так хочется побыть моим свахой?

— Заглаживаю вину, — с улыбкой отозвался Си Цзюньи.

Се Юй просто не знал, что на это ответить. Неужели Цзюньи именно так всё и видел? Он считает их прошлое совместное время ошибкой? Вот почему ему нужно искупить вину?

От этого Се Юй почувствовал себя немного не в своей тарелке, но ведь его собственное предложение расстаться как раз и говорило о том, что он не хочет быть с Цзюньи, так что теперь он, естественно, не мог ни в чём оправдаться.

Приходилось лишь терпеть.

— Я пока не хочу заводить романтических отношений, так что не ломай над этим голову, — Се Юй опустил взгляд, не глядя на Си Цзюньи, и произнес это вслух.

— Ладно, значит, я лез не в свое дело, — с самоироничной улыбкой ответил Си Цзюньи.

— Цзюньи. — Се Юй не хотел слышать, как Си Цзюньи так говорит о себе, да еще и в таком тоне. Он инстинктивно окликнул его, но тут же растерялся, не зная, что сказать дальше. Разумеется, он вовсе не возражал, чтобы Цзюньи лез не в свое дело, но только не в подобных вопросах.

— Главный герой уже утвержден, и его кандидатуру порекомендовал Юй Нянь, — Се Юй решил больше не касаться темы чувств и перевел разговор на работу.

— И кто же это?

— Сюй Хайхай.

Услышав это имя, Си Цзюньи слегка вздрогнул. Репутация Сюй Хайхая в индустрии привлекала всеобщее внимание, за последние несколько лет он без труда собрал все мыслимые награды за лучшую мужскую роль. При том что предложения о съемках сыпались непрерывно, Сюй Хайхай крайне разборчиво подходил к выбору проектов, и Се Юй никак не ожидал, что очередь дойдет до их съемочной группы: — Помнится, ты упоминал мне раньше, что после завершения съемок этого фильма дата его выхода на экраны будет отложена на неопределенный срок. И даже при этом Сюй Хайхай согласился присоединиться?

— Вес Шэнь Юя и Юй Няня всё еще очень велик, так что нам тоже нужно как следует постараться, — появление Сюй Хайхая, несомненно, заставило Се Юя почувствовать вызов. Ни один режиссер не станет отказываться от выдающегося актера, но это также означало, что режиссеру потребуется еще активнее задействовать свои способности и творческий потенциал.

Си Цзюньи в последнее время только и делал, что создавал сцены на основе покадровой раскадровки Се Юя. Его эффективность была невероятно высока, всё было практически готово, и в данный момент он занимался чертежами с точными размерами для самой большой декорации. Будучи архитектором по образованию, он выдавал чертежи, по которым можно было сразу приступать к строительству — это нравилось Се Юю больше всего. На сей раз, хотя они и не обсуждали дизайн декораций лично, в их электронной переписке по-прежнему не утихали столкновения идей.

Рабочая тема наконец-то позволила атмосфере между ними немного разрядиться, и Се Юй в очередной раз осознал, как сильно любит общаться с Цзюньи в таком ключе. В плане работы между ними существовало даже некое ментальное взаимопонимание — возможно, они действительно могли сохранять лишь такие отношения, и любое их усиление привело бы к потере равновесия.

Посреди трапезы Се Юю стало жарковато, и он снял верхнюю одежду.

— Тебе не жарко?

Си Цзюньи ел медленно и мало, жар от хого казался совершенно на него не влияющим. Мало того, что с его лба не упало ни единой капли пота, он еще и то и дело попивал горячую воду.

Се Юй заметил, что тот почти ничего не ест. Поскольку они когда-то были вместе, Се Юй хорошо знал аппетит и вкусы Си Цзюньи: Цзюньи очень любил мясо для варки, но сегодня Се Юй видел лишь то, как он постоянно опускает в бульон овощи, не притронувшись ни к одному кусочку мяса.

Когда они только заказывали еду, Си Цзюньи специально попросил официанта убрать одну порцию мяса, и теперь казалось, что он действительно не собирается его есть.

— Не жарко, да и не особо хочется. Ешь побольше, не обращай на меня внимания, — Си Цзюньи перехватил палочки поудобнее и снова зачерпнул зелень.

Се Юй смотрел на опущенные ресницы Си Цзюньи. Тот изменился, в этом не было никаких сомнений. И каждый раз, когда он осознавал данный факт, его охватывало неукротимое воспоминание о том годе, когда Цзюньи исчез, а следом в его голове вновь всплывала сцена того самого момента, когда он сказал Цзюньи это слово: расстаемся.

Он отчетливо помнил, что стоял вечер.

Его машина простояла у дома внизу около получаса, а он тупо смотрел на вечернюю зарю вдалеке. И хотя эти похожие на пожар облака были поистине ослепительно прекрасны, он был совершенно не в силах насладиться этой красотой.

В его сердце крутился лишь один вопрос: почему они с Цзюньи дошли до такой жизни?

На душе было тяжело, ноги казались свинцовыми. Стоило ему только шагнуть внутрь лифта, как его тут же непреодолимо тянуло отступить назад и выйти.

Давай расстанемся.

Этот голос в его голове не умолкал ни на секунду.

Если продолжать быть вместе, это принесет боль им обоим.

Он не знал, что думал на сей счет Цзюньи, но прекрасно понимал собственные мысли.

Когда дверной замок щелкнул, он увидел Си Цзюньи, сидевшего в тени.

В гостиной было очень темно, заходящее солнце за окном уже сменилось сумерками.

Он мог различить лишь силуэт Цзюньи, сидевшего на диване, его распущенные пряди спадали вниз, скрывая от глаз лицо и выражение.

Цзюньи всегда носил длинные волосы до плеч, что для человека искусства подходило лучше всего.

Судя по форме его лица и внешности, волосы такой длины ему явно безумно шли.

Еще когда они были вместе, Се Юй обращал внимание на то, что Цзюньи ни разу не заходил в парикмахерскую — свои волосы он всегда подравнивал сам. Вероятно, в этом и заключалась причина, почему он отращивал их до такой длины: длиннее — уже неудобно, короче — пришлось бы слишком часто ходить на стрижку, да и самому укладывать было бы не справиться.

Он придавал огромное значение всему, что было связано с Цзюньи — куда бóльшее, чем Цзюньи себе представлял.

http://bllate.org/book/40629/5161554