Ци Яньюэ остановил взгляд на Лу Яне, и в его темных, глубоких глазах промелькнуло любопытство.
...Разве Лу Янь не слишком печется о Коу Сяо?
Вчерашний случай тоже показал: при характере Лу Яня ему совсем не нужно было помогать Коу Сяо с полицией, а теперь он еще и беспокоится о его карьерных перспективах.
Взгляд Ци Яньюэ помрачнел, тонкие губы плотно сжались.
Ци Яньюэ слегка опустил голову, поправляя манжеты; мышцы его предплечий, очерченные четкой, плавной линией, напряглись. Он словно невзначай произнес:
— За этот проект вообще не стоило браться. У него нет опыта, а самомнение завышено. Получить шишку — тоже своего рода урок.
— Хм, в этом есть смысл, — длинные, изящные пальцы Лу Яня лениво легли на документы. Его ресницы, подобные вороньему крылу, слегка дрогнули. Он был полностью поглощен чтением и, не поднимая головы, небрежно добавил: — Но ведь он твой двоюродный брат.
Кузен объекта его обслуживания, да к тому же главный герой этого мира — как ни крути, это входило в круг его прямых обязанностей.
Ци Яньюэ на мгновение замер, его кадык дернулся, а взгляд стал рассеянным.
Неужели... он сделал это ради меня?
Динь-дон, милое напоминание: Индекс сладости увеличился на 0,001, итого: 20,031.
Рука Лу Яня, переворачивавшая страницу, застыла.
Заподозрив, что Индекс сладости — ключ к выполнению задания, Лу Янь специально настроил звуковое уведомление для этого параметра, чтобы не пропускать аномальные скачки данных. Хорошо, что он это сделал, иначе он бы и не узнал, что показатели могут расти таким образом — ведь в фоновой программе отображался только один знак после запятой.
И что произошло сейчас? Почему оценка внезапно подскочила?
Лу Янь был в полном недоумении. С каждым разом это задание становилось все запутаннее.
Вскоре после прибытия в Жуйфэн Коу Сяо привел режиссера Чэнь Сюя. После короткого обмена любезностями Лу Янь начал беседу с Чэнь Сюем.
Коу Сяо послушал их немного и отбежал к своему двоюродному брату:
— До смерти меня достал! Чэнь Сюй уперся рогом и твердит, что уходит из команды. Мы его уже несколько дней уговариваем — толку ноль. Брат, скажи, все творческие люди такие упрямые? Им что, деньги совсем не нужны?
Ци Яньюэ стоял за дверью приемной и через прозрачное стекло наблюдал за Лу Янем в кабинете. Он равнодушно спросил:
— Он что, закрутил роман с кем-то из команды?
— Не знаю, но мы так думаем, — Коу Сяо пожал плечами, достал из холодильника банку колы, отпил глоток и продолжил: — По мне так в работе лучше не смешивать личное. Пока все хорошо — страсть и нежность, а как расстаются — враги на всю жизнь. И как после этого работать вместе? Жуть какая-то. Если кто-то уходит, то кто именно? А если оба остаются, смогут ли они работать, не отвлекаясь? Одно расстройство. Как говорят древние: не ешь траву рядом со своей норой. Мудро сказано, правда, брат?
Коу Сяо довольно ухмылялся, пока не заметил, что Ци Яньюэ смотрит на него с нескрываемой неприязнью.
— Если ты такой красноречивый, сам иди и разбирайся, только моих людей не трогай, — Ци Яньюэ приподнял веки, сделав тяжелый акцент на последних трех словах, словно сцепив зубы.
Какая чушь.
Никакого вкуса у этой «травы» нет.
Трава рядом с норой — самая вкусная, и ее нужно есть!
Внутри кабинета Лу Янь снова услышал звуковой сигнал о повышении показателя. В этот раз прибавка была существеннее — целых 0,1 балла.
Лу Янь слегка повернул голову в сторону Ци Яньюэ.
Ци Яньюэ сидел на диване, закинув ногу на ногу; мышцы под рубашкой выглядели четкими и твердыми, источая пугающую силу. Почувствовав взгляд Лу Яня, он поднял голову.
Их глаза неожиданно встретились.
— Я признаю, что попался на удочку в интернет-романе, у кого в жизни не было неудачных отношений? Но как они могли вскрыть мою переписку, выставить напоказ мои кровоточащие раны и довести меня до социального краха?! — Чэнь Сюй был на грани срыва.
В отличие от догадок Коу Сяо, неопытный режиссер Чэнь не завел реальный роман, а ввязался в «незабываемую» любовь в сети. Прежде чем увязнуть по уши, он по подсказке коллег понял, что его обманули. После обращения в полицию пришел ответ: его интернет-возлюбленная — вовсе не милая и нежная девушка, а здоровый мужик, который к тому же постоянно ковыряет пальцы на ногах.
Здоровый, мужик, да еще и с привычкой ковырять ноги!
Для Чэнь Сюя, обожающего милых девушек, это был сокрушительный удар. Его чистая душа увяла, он почти потерял интерес к жизни и теперь мечтал только провалиться сквозь землю, чтобы убежать от реальности.
— Они еще говорят, что мне повезло: мол, меня просто обманули в чувствах, до вымогательства денег не дошло. Да разве дело в деньгах?! — голос Чэнь Сюя дрожал от возмущения. — Они просто специально издеваются надо мной!
Лу Янь отвел взгляд и снова сосредоточился на Чэнь Сюе:
— Ну что вы, все лишь хотели помочь вам быстрее пережить боль от разрыва. Злого умысла не было.
Голос Лу Яня звучал ровно и чисто, с мягкостью свежего ветра, от которой даже социофоб со стажем вроде Чэнь Сюя не мог удержаться от того, чтобы не довериться ему.
Чэнь Сюй всхлипнул:
— Правда?
— Конечно, — Лу Янь сощурил глаза, и на его губах заиграла легкая улыбка.
Динь-дон, Индекс сладости вырос на 0,023.
М? Опять вырос?
— Многие проходили через обман. Они просто беспокоились, что вы погрязнете в печали, и пытались использовать внешние стимулы, чтобы помочь вам забыть этот неприятный опыт, просто не рассчитали меру, — говорил Лу Янь, краем глаза поглядывая на дверь.
Ци Яньюэ взял колу, которую протянул ему Коу Сяо. Они, похоже, о чем-то спорили, и Лу Янь видел, как Ци Яньюэ старается сдерживать свое раздражение.
Он слегка поправил очки.
Это неправильно. Его объект обслуживания по натуре горд и высокомерен, он никогда не станет подавлять свои чувства ради других.
Лу Янь перевел взгляд на Коу Сяо, стоящего рядом с Ци Яньюэ, и вдруг его осенило.
Если подумать, все три раза Индекс сладости рос, когда был замешан Коу Сяо.
Про последние два раза и говорить нечего, Коу Сяо был рядом с Ци Яньюэ. А первый... неужели из-за того, что он собирался встретиться с Коу Сяо?
Хсс...
Заблокированные мыслительные пути мгновенно открылись. Лу Янь все понял.
http://bllate.org/book/40604/5157337
Сказали спасибо 0 читателей