Готовый перевод You're the Underworld King, but You're the Merman's Husband / Владыка преисподней в сетях русалочки: Глава 2

В конце концов, его жизнь и смерть находились в полном распоряжении Цзюнь Юэ — всё зависело от одной лишь его мысли.

Но что ему оставалось делать?

Соблазнять?

В такой обстановке, на глазах у целой комнаты людей, это было совершенно неуместно...

Умолять о пощаде?

Боюсь, от этого не будет никакого толку. Сердце Цзюнь Юэ наверняка тверже камня, с чего бы ему испытывать к нему жалость?

Сметенный мыслями, Су Яньцин невольно перевел взгляд на легкую вуаль, скрывавшую пространство неподалеку.

В комнате и так было сумрачно, а тут еще разделяющий их слой тонкой ткани — как ни старался Су Яньцин, разглядеть человека за ней ему так и не удалось.

Впрочем, изначально он хотел просто бросить случайный взгляд, и, поняв, что ничего не разглядеть, уже собирался отступить.

Но стоило ему только попытаться отвести глаза, как по спине вдруг побежали пронизывающие до костей мурашки.

Это было то самое жуткое чувство, будто на тебя уставился какой-то опасный хищник — от него кровь стыла в жилах, а по всему телу пробегал леденящий холод.

У него возникло непреодолимое предчувствие: это Цзюнь Юэ смотрит на него.

Су Яньцин мгновенно сник. Инстинктивно сжав кулаки, он поспешно отвел взгляд, словно спасаясь бегством.

После этого он изо всех сил принялся сжимать собственное присутствие, молясь прочим силам, чтобы Цзюнь Юэ не обратил на него внимания.

Однако его молитвы, судя по всему, не сработали: вскоре до его слуха донеслись шаги, раздавшиеся в покоях и приближавшиеся к нему всё ближе.

И гадать было не нужно — Су Яньцин мог с уверенностью утверждать, что хозяином этих шагов был Цзюнь Юэ.

Потому что в этот самый момент вряд ли нашлся бы хоть второй смельчак, способный свободно разгуливать по этим покоям.

Су Яньцин не знал, смеяться ему или плакать.

...Черт побери.

Да он еще даже не придумал, как сохранить себе эту гребаную жизнь!

Предаваясь скорбным мыслям, Су Яньцин инстинктивно втянул голову в плечи и даже дыхание подсознательно сделал намного тише.

Теша себя призрачной надеждой, он попытался отгородиться от реальности.

Расстояние от тонкой вуали до клетки, в которой сидел Су Яньцин, и так было небольшим, и пока он предавался безумным мыслям, Цзюнь Юэ уже подошел вплоть к нему.

Глядя на Жаожэнь в клетке, от которого во все стороны буквально веяло глухим неприятием, Цзюнь Юэ, ведомый каким-то странным порывом, неожиданно произнес:

— Подними голову.

В тот самый момент, когда сверху раздался этот голос, Су Яньцин понял — избежать встречи не удастся.

Смутное чутье подсказывало: если он посмеет отказаться, Цзюнь Юэ свернет ему шею не задумываясь.

После еще одной тяжелой внутренней борьбы Су Яньцин едва заметно выдохнул и все-таки медленно поднял голову, устремив взгляд на Цзюнь Юэ, — да так и замер на месте.

Подумать только, Цзюнь Юэ действительно полностью оправдывал те пышные и изящные эпитеты, которыми автор оригинальной книги наградил второго мужчину-персонажа. Он всецело заслуживал право носить звание обладателя несравненной, божественной красоты.

Словно высеченный из чистейшего белого нефрита, сотканный из мороза и снега — не больше и не меньше.

Пара угольно-черных глаз завораживала, сияя словно драгоценные самоцветы редчайшей красоты, даже когда он просто бросал на тебя такой вот прохладный, скользящий взгляд — и только.

Стоило Су Яньцину взглянуть на него вот так, как первоначальный страх перед Цзюнь Юэ заметно улетучился. Пожалуй, сталкиваясь с прекрасными творениями, люди и впрямь склонны проявлять куда больше снисходительности.

Вот только он прекрасно понимал: чем прекраснее вещь, тем она опаснее.

Под этой безупречной оболочкой скрывалось ядовитое создание, способное в любой момент разорвать его в клочья.

Единственным утешением служило то, что Цзюнь Юэ, похоже, не испытывал к нему никакой злости. Если выражаться точнее, его отношение было наполнено безразличием и полным равнодушием.

И все же... что это за черные тучи кружат вокруг Цзюнь Юэ?

Су Яньцин сам не понимал почему, но эти черные клубы дыма вызывали у него глухое отвращение.

Пока Су Яньцин разглядывал Цзюнь Юэ, тот, разумеется, отвечал ему тем же взглядом.

Черты лица словно с картины, ясные глаза, белые зубы, а эта пара светло-голубых глаз — поистине завораживающая. Внешность у этого Жаожэня и вправду выдающаяся, подумал Цзюнь Юэ.

Жаль только, что к подобного рода делам он отроду не питал ни малейшего интереса.

Как раз в тот момент, когда Су Яньцин уже не знал, куда деться от этого пристального взгляда, внезапно появившаяся рядом с Цзюнь Юэ фигура в черном спасла его.

Этот человек возник буквально из воздуха, но поскольку Су Яньцин уже пережил такое сюрреалистичное событие, как превращение в Жаожэня после попадания в книгу, он заставил себя не выказывать излишнего удивления.

Молча сглотнув вязкую слюну, он заставил себя перевести внимание с Цзюнь Юэ на человека в черных одеждах стражника.

Лицо Жи Му выражало суровую холодность; он тут же опустился на одно колено и доложил:

— Докладываю Вашему Величеству, дело расследовано.

Стоило Жи Му договорить, как одна из фигур, стоявших на коленях посреди главного зала, едва заметно затрепетала.

Цзюнь Юэ услышал доклад без тени волнения на лице, лишь холодно уронив одно слово:

— Говори.

Жи Му продолжил отчет:

— Главный евнух Цуй Хэн, соблазнившись щедрыми дарами от Короля Цзяожэнь, тайком привел людей и провел этого Жаожэня в покои Вашего Величества с умыслом ввести Вас в заблуждение.

Услышав это, Цуй Хэн в центре зала полностью исчерпал последние крупицы насквозь выжатых сил: едва доклад подошел к концу, как он тяжело рухнул на пол, задрожав всем телом и не в силах вымолвить больше ни единого слова.

Уловив движение краем глаза, Су Яньцин невольно скосил туда взгляд и быстро сообразил, что именно этот любезный господин и приволок его сюда.

Раз уж главный виновник найден, может, его самого, совершенно невиновного, наконец оставят в покое?

На лице Цзюнь Юэ по-прежнему не отразилось ни малейшего удивления, и он тут же бесстрастно объявил:

— Цуй Хэн, вступив в сговор с Расой Цзяо и предав своего господина, приговаривается к отправке в Ад Кровавого Пруда. Через три дня над Рекой Ванчуань предать его публичной казни путем медленного расчленения. Остальных сообщников скормить свирепым зверям, которых держит бэньцзюнь.

Хотя в приказе не было прямого упоминания его собственной персоны, сердце Су Яньцин все равно тяжело зашлось от слов Цзюнь Юэ.

Этот человек внешне выглядел легко и непринужденно, однако отдаваемые им приказы отличались поистине жестоким нравом.

Впрочем, эти люди сами навлекли на себя беду — кто просил их преклоняться перед предательством?

Но ведь он-то был абсолютно невиновен! Ему ужасно хотелось, чтобы Цзюнь Юэ это наконец осознал!

— Слушаюсь, — почтительно склонив голову, отозвался Жи Му, после чего отдал подчиненным приказ увести Цуй Хэня.

К тому моменту Цуй Хэн немного пришел в себя. Видя происходящее, он отчаянно оттолкнул посланников подземного мира, которые пытались выволочь его вон.

То ли жажда жизни, обострившаяся на грани гибели, придала ему сил, то ли еще что, но ему действительно удалось оттолкнуть двух посланников подземного мира.

Он стремглав подполз к ногам Цзюнь Юэ и принялся безумно стучать лбом о пол, моля о пощаде:

— Цзюнь-шан! Маленький человек осознал свою ошибку, маленький человек больше никогда не посмеет! Умоляю, пощадите меня на этот раз! Этот Жаожэнь — превосходнейший сосуд для ян-инь, от него будет немало пользы для Цзюнь-шана, только поэтому маленький человек и осмелился помочь Королю Цзяожэнь в этот раз. У меня и в мыслях не было предавать Вас, маленький человек все понял, пощадите Вашего Величества...

http://bllate.org/book/40589/5155046