— Здравствуйте. — Нин Чжи обладал мощной аурой, и его приветствие нельзя было назвать дружелюбным. Ледяной тон мгновенно заставил всех вновь сосредоточить на нем внимание.
Даже среди артистов, чья внешность и манеры были выдающимися, Нин Чжи неизменно оставался в центре внимания.
ЦАО Юй подсознательно взглянул на Си Яньэня, чья улыбка, казалось, была намертво приварена к лицу. В какой-то момент ЦАО Юю даже почудилось, будто свет софитов всё еще направлен на этого человека, отчего улыбка Си Яньэня стала выглядеть еще живее.
Определившись с личностью Нин Чжи, Си Яньэнь обнаружил, что микромимика каждого присутствующего весьма примечательна. Сначала Сян Сици слегка замерла — по всему было видно, что она никак не ожидала появления Нин Чжи. Затем ЦАО Юй: он, кажется, почувствовал неладное, слегка нахмурился, перевел взгляд на Сян Сици, о чем-то задумался, а следом — неожиданно посмотрел на самого Си Яньэня.
Си Яньэнь ответил вежливой улыбкой. В тот самый миг, когда их взгляды встретились, ЦАО Юй молниеносно отвернулся. Он и сам не знал, почему вдруг почувствовал такую неуверенность.
После приветствия Нин Чжи воцарилась неловкая тишина, которую прервала Ду Муинь:
— Здравствуйте, директор Нин.
Затем она дернула за рукав своего партнера по реалити-шоу и, переполненная любопытством, тихонько спросила:
— Брат Цзюфэн, вы знакомы с директором Нином?
Тот, кого она назвала братом Цзюфэном, носил имя Ту Цзюфэн. Обладая привлекательной внешностью и утонченными манерами, он ответил мягким голосом:
— Виделись несколько раз, но близко не общались.
В оригинальном произведении Ту Цзюфэн был мягким и скромным человеком, эдаким исцеляющим душу парнем. Хотя его семья и уступала роду Нин Чжи, его состояние и происхождение всё равно вызывали зависть у остальных присутствующих: типичный богатый наследник, который мог бы не идти в индустрию развлечений, а просто вернуться домой и управлять семейным бизнесом. Не так давно он подписал контракт с развлекательной компанией, решив попробовать себя в роли актера и автора-исполнителя, поэтому прежде в шоу-бизнесе не светился.
Его родители с большим уважением относились к его выбору. В последние годы шоу о свиданиях стали невероятно популярны, и многие начинающие артисты использовали их как стартовую площадку, чтобы стать узнаваемыми. Когда они услышали, что Ботао Развлечения, принадлежащие Нин Чжи, планируют производство подобного проекта, то предложили сыну использовать это шоу как трамплин. Что касается того, не погрязнет ли Ту Цзюфэн в роскоши и разврате — родители были в нем уверены, и, надо сказать, Ту Цзюфэн до самого конца сохранял трезвость рассудка, если не считать его глубокой любви к главному герою-омеге.
Согласно сюжету романа, поначалу Ту Цзюфэн питал симпатию к Ду Муинь, но позже был очарован обаянием главного героя и влюбился в него. Однако из-за своей сдержанности он лишь молча совершал множество поступков ради объекта своей страсти, и когда, наконец, решился признаться, главный герой-альфа и главный герой-омега были уже вместе. Было слишком поздно.
Если сравнивать с оригинальным владельцем тела и ЦАО Юем, двумя персонажами-пушечным мясом, сюжетная линия Ту Цзюфэна была гораздо более насыщенной.На самом деле Ту Цзюфэн был немало удивлен. До этого он встречал Нин Чжи лишь несколько раз, и каждый раз — на торжественных банкетах и светских раутах. Он всегда издалека наблюдал за тем, как директор Нин, который был старше его всего на два года, но уже взвалил на свои плечи управление всем семейным бизнесом, непринужденно маневрирует среди гостей, с легкостью улаживая любые межличностные отношения. Даже его отец, видя Нин Чжи, считал своим долгом оказать ему должное уважение.
Ту Цзюфэн никогда не думал, что такой высокопоставленный человек однажды снизойдет до участия в подобном шоу.
Если бы об этом узнали, его отец наверняка пришел бы в ужас и первым делом побежал проверять акции Ботао Развлечения — неужели дела идут настолько плохо, что генеральному директору пришлось торговать своим лицом?
Поздоровавшись, Нин Чжи, ни секунды не колеблясь, направился прямиком к Сян Сици, а затем бросил холодный, пронизывающий взгляд на ЦАО Юя. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Си Яньэнь снова переключил внимание на себя: — Чего застыл? Быстро иди внутрь и переоденься. — Он подошел к ЦАО Юю, схватил его за предплечье и затащил в домик, с грохотом захлопнув дверь.
Раздался щелчок — он даже запер замок.
Что, черт возьми, творит Си Яньэнь? Сегодня я решительно не понимаю логику его действий.
Может, он пытается показать, какой он особенный, чтобы привлечь внимание властного директора?
Двум единицам вместе не видать счастья!
Почему мне кажется, что Си Яньэнь и правда неравнодушен к ЦАО Юю? Мир сошел с ума или я?
Если вы так думаете, значит, попались на удочку Си Яньэня! Я изучаю микровыражения и с полной уверенностью заявляю: Си с самого начала не улыбнулся ни разу по-настоящему, все это было притворством!
— Ты чего хватаешься? — От прикосновения Си Яньэня у ЦАО Юя снова побежали мурашки, и он поспешно выдернул руку. Его нельзя было винить за то, что он остолбенел: выходка Си Яньэня была настолько неожиданной, что он просто не успел среагировать.
Си Яньэнь невинно моргнул, глядя на настороженного ЦАО Юя, и пожал плечами: — Если настаиваешь на том, чтобы не переодеваться, считай, что я зря волновался. — Ему, по сути, было все равно. В любом случае, их недавнее взаимодействие должно было сработать. Что бы ни сделал ЦАО Юй дальше — сбежал бы он или согласился — результат в любом случае был неплохим.
— Апчхи! — ЦАО Юй громко чихнул.
Си Яньэнь, уже собравшийся снова открыть дверь, замер и молча посмотрел на него.
Кончик носа у ЦАО Юя покраснел, он выглядел довольно смущенным, а одежда в его руках казалась раскаленной докрасна. Не зная, куда деть руки, он снова не сдержался и чихнул.
Си Яньэнь по-прежнему молчал.ЦАО Юй невольно вздрогнул. Хотя стояло лето, после такого сильного ливня, да еще с учетом того, что в домике на полную мощность работал кондиционер, простудиться было проще простого. Вспомнив, что недавно он оплатил медицинские счета Си Яньэня, ЦАО Юй решил, что подобная просьба того стоит, и наконец убедил себя:
— Понял, спасибо.
Поблагодарив, он быстро окинул взглядом четыре камеры — сверху, снизу, слева и справа, — колеблясь, стоит ли переодеваться при всех.
— Удастся ли увидеть мышцы большого ЦАО? Я сейчас же сменю телефон на планшет!
— А ведь Маслобойка правда заботится о большом ЦАО. Неужели пейринг Не-Янь-а-Юй станет реальностью?
— Все это ложь, ребята! Вы должны понимать, что Ни-Ни просто сменил имидж, чтобы отмыться, а-а-а-а!
— !!! ЦАО Юй не снимает, а Си Яньэнь снимает!!
— …Почему на нем внутри еще и футболка с коротким рукавом? Такая отличная возможность показать фигуру, а он ее упустил?!
— Так странно! Помните, год назад в одном шоу во время конкурса с обливанием водой он вовсю хвастался мускулами, хотя тогда у него их особо не было, но он сам был собой вполне доволен.
В чате трансляции стоял шум и гам. Си Яньэнь, заметив колебания ЦАО Юя, просто снял свою толстовку, взял со стола две салфетки и бросил взгляд на сэндвичи, к которым никто не притронулся. Если бы не чувство сытости, он бы не раздумывая схватил один перекусить.
Си Яньэнь действовал быстро, ловко перекрыв обзор трем камерам:
— Эта камера прямо по центру, я просто встану к ней лицом и загорожу. Переодевайся.
ЦАО Юй был так удивлен, что не нашелся что сказать:
— Ты…
Си Яньэнь подошел к центральной камере, как раз закрывая ее грудью, обернулся к ЦАО Юю и наигранно воскликнул:
— Давай быстрее! Отсутствие в кадре — табу для нашей программы. Режиссер может вынести нам предупреждение.
ЦАО Юй немедленно взял себя в руки и переоделся всего за восемь секунд. На новой футболке в левом верхнем углу был напечатан рисунок с пандой — никаких вызывающих принтов. Как ни странно, от одежды исходил свежий аромат, который совершенно не вязался с образом Си Яньэня. После смены верха штаны стали казаться еще более липкими от влаги, и походка ЦАО Юя сделалась неловкой.
Си Яньэнь уже успел натянуть толстовку обратно и убрал салфетки, которыми закрывал обзор. Все это время снаружи доносились голоса — Ду Муинь выражала сочувствие по поводу плохого самочувствия Чжоу Минмина, кто-то вел пустые светские беседы. К счастью, в домике они пробыли всего минуту. Когда они вышли наружу, атмосфера стала еще более напряженной, пока Си Яньэнь не решил разрушить неловкость:
— Мы с ЦАО Юем пойдем на пляж делать парные снимки. Вы тоже туда направляетесь?
Услышав слова парные снимки, ЦАО Юй непроизвольно нахмурился. Он посмотрел на Си Яньэня, который говорил это как нечто само собой разумеющееся, хотел было возразить, но слова сами собой застряли в горле.
Ду Муинь посмотрел на всех с невинным видом:
— Пляж — это здорово. Мы с братом Ту Цзюфэном пойдем фотографироваться у Фонтана влюбленных. — Он повернулся к Сян Сици, мельком взглянув на молчаливого Нин Чжи. — Сян-Сян, а куда вы собирались с Минмином?
— …На лужайку Любви, — Сян Сици был явно рассеян. — Впрочем, кажется, теперь я пойду туда один.
Си Яньэнь, откусив кусочек сэндвича, который захватил ранее, усмехнулся про себя: директор Нин только и ждет, чтобы ты остался один и он смог воспользоваться ситуацией. Его улыбка была проницательной, но со стороны выглядела иначе. Как раз в этот момент камеру сфокусировали на нем крупным планом, и зрители в комментариях тут же подметили, что Маслобойка не забывает злорадствовать даже во время еды.
Си Яньэнь внезапно почувствовал исходящую от кого-то мощную враждебность. Обернувшись, он встретился взглядом с холодными глазами Нин Чжи. Си Яньэнь, не прочь помочь ближнему, прямо спросил:
— Директор Нин, вы заменили Чжоу Минмина, значит ли это, что теперь у вас будет свидание с Сян Сици?
Спина Сян Сици напряглась. Не успел он отреагировать, как Нин Чжи произнес:
— М-м, раз уж я пришел на замену, то, естественно, должен взять на себя и его пару. Только не знаю, что ты об этом думаешь? — Он глубоко посмотрел на Сян Сици.
Сян Сици ошеломленно смотрел на Нин Чжи, и с не самым довольным видом спросил:
— Директор Нин, вы уверены?
Голос Нин Чжи прозвучал низко, с уверенностью человека, привыкшего доминировать в деловых кругах:
— Конечно.
В глазах Ду Муиня на мгновение вспыхнула жгучая зависть. Этого никто не заметил, кроме самого Си Яньэня, который с интересом наблюдал за разыгрывающейся драмой.
— Сици, если ты не хочешь, можешь… — ЦАО Юй в порыве чувств уже открыл рот. Раньше он думал, что Сян Сици обрадуется приходу Нин Чжи, но сейчас, со стороны, он внезапно увидел, как Сян Сици скован и напряжен. ЦАО Юй хотел сказать: можешь пойти в моей группе, но сам не зная почему, вдруг перевел взгляд на Си Яньэня. Тот перед самым выходом прихватил два сэндвича и теперь не спеша жевал один из них, глядя прямо на него.
В тот миг, когда их взгляды встретились, ЦАО Юй проглотил остаток фразы, и в итоге получилось совсем не то:
— В конце концов, можешь пойти с нами… и с Си Яньэнем на пляж.
Си Яньэнь намеренно все исказил и наигранно проговорил:
— Ого, ЦАО Юй, ты и правда ко мне неравнодушен. — Но ЦАО Юй, ты ведь совсем не умеешь читать атмосферу. Если ты и правда останешься без ролей и тебя выдавят из индустрии, виной тому станут слова, которые ты сказал сегодня, и то, что Нин Чжи затаит на тебя обиду.
ЦАО Юй покосился на Си Яньэня. Он знал, что если обратит на него внимание, то получит в ответ лишь новую порцию бесстыдства, поэтому просто проигнорировал его.
— В Вэйбо скоро наверняка появится тренд: Директор Ботао Развлечений Нин закрутил роман с Сян Сици.
http://bllate.org/book/40505/5142519
Сказали спасибо 0 читателей