Готовый перевод The Emperor After Death / Стать императором после смерти: Случайная ошибка системы: Глава 13

Янь Сичжао поспешно отступил на два шага, потрогал собственную шею и с облегчением перевёл дух. Стражники уже было бросились вперед, чтобы защитить его, но он взмахнул рукой:

— Не нужно, все вы ступайте наружу. У меня есть разговор с великим мастером Гэном, и без моего приказа никому не сметь входить!

— Есть…

Стражники переглянулись, совершенно не понимая, с чего это молодой маркиз вдруг решил побеседовать с убийцей-похитителем.

— О чем ты хочешь со мной поговорить?

Гэн Цзючэнь тоже испытывал любопытство.

— Спаси меня, великий мастер!

Лишившись посторонних глаз, Янь Сичжао решительно отбросил стыд, прямо на месте опустился на колени и вцепился в чужие одежды:

— Я знаю, что ты тоже переродился, умоляю, спаси мою жизнь!

— Брат Цзю — мой! — Чу И тут же подскочил, обнял Гэн Цзючэня и настороженно посмотрел на Янь Сичжао. — Не смей отбирать его у меня!

— Твой, твой, не отбираю, ни за что не отбираю!

Янь Сичжао никак не ожидал, что Чу И бывает настолько по-детски ревнивым и властным, и мысленно возжёг по себе погребальную свечу: он чуть было не угодил подношением прямо в лошадиное копыто.

— Не ошиблись ли вы адресом, юный маркиз?

Гэн Цзючэнь нахмурился и спросил:

— Ты — достопочтенный маркиз Пиннань Дун Яни, а я всего лишь грубый вояка. О каком спасении может идти речь?

Янь Сичжао шмыгнул носом и с горькой улыбкой произнес:

— Раньше я и сам так думал. А потом понял: какой к черту маркиз Пиннань, меня ведь просто прислали сюда на верную смерть.

— На смерть?

Гэн Цзючэнь окинул его взглядом с головы до ног. Как ни посмотри, этот парень с макушки до пят был облеплен ярлыками вроде богатство, избалованность и праздность, а если прибавить историю с Цинфэнло, добавлялся еще один — распутство.

— Кроме меня, кто-то еще хочет тебя убить?

Гэн Цзючэнь выразился настолько прямо, что Янь Сичжао онемел на полминуты и едва снова не расплакался.

— Великий мастер, я знаю, что в прошлом совершал ошибки, но ведь это всё дела прошлых жизней! Меня тогда Ши-лан убил так убил, а в этот раз я только-только вернулся и еще ничего не успел сделать…

— Ничего не успел? А кто открыл Цинфэнло?

Гэн Цзючэнь фыркнул, его взгляд слегка потемнел, и одного этого взгляда хватило, чтобы Янь Сичжао снова затрясся от страха.

— Моя… моя вина! Но я правда очнулся только сегодня! К тому же раньше меня подбивали другие!

Янь Сичжао принялся горячно клясться:

— Да я и сам не думал, что Ши-лан окажется таким глупым… заболеет!

Он впервые соприкоснулся с Гэн Цзючэнем на таком близком расстоянии и обнаружил, что тот совершенно не похож на ходившие о нем слухи. Разве у какого-нибудь грубого вояки, не умеющего ни читать, ни писать, может быть такой жуткий взгляд? Все говорили, что Ши-лана вырастил именно он, так вот откуда на самом деле брался его страх перед Ши-ланом…

— Я подозреваю, что переродился не я один, кто-то вернулся даже раньше меня. Именно этот человек сгубил Ши-лана и собирается чужими руками покончить со мной… Я ведь и вправду ни в чем не виноват!

— Я уже давно завязал… встал на путь истинный! В прошлой жизни я даже вместе с Ши-ланом ходил приносить жертвы императору… э-э, то есть тебе, великий мастер.

— Так что мы с вами союзники, а не враги!

— Союзники? Ты?

Гэн Цзючэнь не стал глубоко вдаваться в прошлое Чу И и прежде не обращал внимания на то, появился ли у того за спиной какой-то Янь Сичжао. Однако, глядя, как тот сейчас клянется и божится, готовый едва ли не вырвать собственное сердце ради доказательства своей искренности, он всё же поверил ему на несколько частей, хотя и продолжал находить ситуацию странной.

— Ты — юный маркиз Дун Яни, с какой стати тебе следовать за Ши-ланом?

— Какой к черту маркиз, меня же, мать вашу, просто держали за дурака!

Стоило зайти об этом речь, как Янь Сичжао охватили жгучая обида и гнев.

— Маркиз Пиннань… чем мне тут умиротворять юг? Шестнадцать округов к северу от Янцзы ободрали как липку, а теперь меня заставляют расхлебывать эту кашу? Тьфу, да они просто хотели моей смерти!

— В то время я был молод, не ведал страха и высоты небес и впрямь поверил их бредням, будто земли к северу от Янцзы ломились от богатств. Послушался их совета, ввел новые налоги и повинности, и в итоге всё народное недовольство обрушилось на мою голову. Деньги на укрепление рек до меня так и не дошли, зато повсюду заговорили, будто это я разворовал казну и довел тебя до восстания… Разве это не несправедливо?!

— Не ты их присвоил?

Об этих событиях у Гэн Цзючэня кое-какие воспоминания всё же сохранялись. Когда он только вселился в тело Гэн Цзю, тот был нищим крестьянином, который добывал пропитание охотой и спас мать и сына Чу И. Он планировал вместе с односельчанами возделывать землю, а затем отправить Чу И в Наньань сдавать экзамены на ученой степени — на этом его миссия и завершилась бы. Но он никак не ожидал, что алчность чиновников вкупе с разразившимся наводнением ввергнет народ в нищету, не оставив иного выхода, кроме восстания.

При обычных обстоятельствах, имей он выбор, Гэн Цзючэнь предпочел бы пройти игру на легком уровне, не говоря уже о том, что в финале всё скатилось в режим бесконечной бездны…

Он-то думал, что первопричиной всему был этот жадный и глупый юный маркиз, а оказалось, что тот служил лишь козлом отпущения.

В конце концов, все вороны в поднебесной черны. Захватив столицу Дааня, Дун Янь тотчас перенял самые развратные привычки дааньских правителей и вельмож, а с учетом их исконно варварского нрава они действовали совершенно беззастенчиво, не гнушаясь грабить всё до нитки.

Сколь бы ни был славен род Янь Сичжао, к его поколению он уже полностью обнищал и превратился в бельмо на глазу для остальных, так что бросить его вперед в качестве громоотвода было вполне в порядке вещей.

Неудивительно, что в итоге он решительно восстал против Дун Яни и примкнул к Чу И.

— Чего ты от меня хочешь?

Услышав, что мольба о помощи возымела действие, Янь Сичжао тут же оживился и умоляюще уставился на Гэн Цзючэня.

— Спаси не меня одного, спаси здешний народ! Всего через три дня начнется наводнение. Чиновники из ведомства водных путей разворовали деньги и не починили дамбы, и если ты мне не поможешь, эта вода смоет земли от Цизюй до Цинчжоу, утопив больше ста тысяч человек…

У Гэн Цзючэня от ужаса зачесалась кожа на голове.

— Ты хочешь, чтобы я — занялся борьбой с наводнением?!

Разве он хоть капелькой походил на великого Юя? Управление водными стихиями и предотвращение паводков отнюдь не относились к его сильным сторонам!

Янь Сичжао продолжал:

— Выделенные мне средства на помощь пострадавшим чиновники наверху ободрали до нитки, а те крохи, что всё же дошли донизу, местные богатеи и шляхта разделили между собой по сговору. В конце концов всю вину возложили на меня, заявив, что это я украл деньги. Все грехи повесили на мою голову, даже твое прежнее восстание приписали моему злого умыслу…

Если сложить все эти обвинения воедино, то после смерти его бы в Подземном Мире подвергли самым жестоким пыткам, прежде чем позволить ступить на путь шести путей перерождения, да и тогда, пожалуй, пришлось бы сперва прожить с десяток жизней животными, прежде чем выпал бы шанс снова стать человеком.

http://bllate.org/book/40465/5137330