Готовый перевод My Roommate Fulfilled My Dying Wish, Then I Was Misdiagnosed / Неловкая ночь: Смертельный диагноз оказался ошибкой: Глава 8

Брат Чи Нань.

Эти слова пронеслись в голове Цзян Чжихая одно за другим, отчего его рассудок невольно затрепетал.

Чи Нань заметил взгляд Гу Яна и тоже посмотрел на Цзян Чжихая, однако в его глазах не было того удивления, с каким он только что глядел на Гу Яна, напротив, сквозило какое-то… странное, неописуемое выражение.

Нервы Цзян Чжихая слегка натянулись, но он всё же через силу поприветствовал его под этим взглядом:

— Брат Нань.

Только тогда Чи Нань слегка улыбнулся:

— Оказывается, сюрприз, о котором говорил мне Сяобэй, — это ты, Чжихай…

Он подошёл, похлопал Гу Яна по плечу и сказал им двоим:

— Давно не виделись.

Взгляд Цзян Чжихая сделался темным и непроницаемым:

— Давно не виделся. Я и сам не думал, что братом Нань, о котором они все говорят, окажешься ты.

Цинь Сянь уже нашёл себе стул, уселся на него задом наперёд, перекинув ногу через спинку, и с воодушевлением произмолвил:

— Оказывается, вы все знакомы с братом Нань!

Им даже не пришлось ничего объяснять — Сюй Сяобэй сам взял слово:

— Когда брат Нань раньше состоял в провинциальной сборной, Чжихай как раз тренировался там же, они были в одной команде какое-то время. К тому же в Луоши город большой, все занимаются плаванием, странно было бы не знать друг друга!

Девушка, сидевшая рядом с Лу Аном, с мечтательным видом спросила:

— Этот студент разве тоже из провинциальной сборной?

Судя по ее выражению лица, она, казалось, совершенно позабыла даже про сидевшего рядом с ней павлина Лу Ана.

Лу Ан не обратил на нее внимания, лишь глядя на то, как усердно Сюй Сяобэй увивается вокруг Цзян Чжихая, и в его взгляде невольно промелькнуло брезгливое выражение.

Прищурившись, он посмотрел на Цзян Чжихая и пошел в атаку:

— Разве брат Нань был в провинциальной сборной не в подростковом возрасте? Сколько ему тогда вообще лет было? Разве в таком возрасте берут в сборную? Не по знакомству ли он туда попал?

Эти слова прозвучали с явным вызовом. Цзян Чжихай мрачно посмотрел на него, их взгляды впервые столкнулись в воздухе, и атмосфера за столом мгновенно накалилась.

— Чего ты мелешь, любитель чортов, ничего ведь не понимаешь! — Сюй Сяобэй торопливо подался вперед, вклиниваясь между ними, чтобы пресечь их противостояние, и перевел взгляд на Гу Яна: — Но вот Гу Ян и брат Нань… вы-то когда познакомились?

Последнюю фразу он адресовал Чи Наню.

Сюй Сяобэй прилюдно умыл Лу Ана лицом в грязь, и тот с озлобленным видом скрипел зубами — его взгляд так и носил в себе желание разорвать Сюй Сяобэя на куски и сожрать заживо, но раз уж Чи Нань уже заговорил, Лу Ану оставалось лишь временно проглотить обиду.

— И правда очень давно… Должно быть, прошло уже лет девять-десять, Гу Ян тогда приходил в наш плавательный бассейн на летний сборов… — Чи Нанем нахмурился, словно тоже пытаясь вспомнить всё как следует.

— Десять лет? — неожиданно встрял Цзян Чжихай.

Сердце Гу Яна подпрыгнуло и замерло где-то у горла.

— Десять лет? — с улыбкой переспросил Чи Нань, бросив взгляд на Гу Яна.

Щеки Гу Яна вспыхнули алым, и он забормотал в ответ:

— Наверное, я и сам уже не помню.

— А я вот помню довольно четко. Хотя это был детский летний лагерь, он всё время ошивался у нас, наблюдая за тренировками, и его невозможно было выгнать. — То ли намеренно, то ли случайно Чи Нань вновь бросил небрежный взгляд на Цзян Чжихая.

Цзян Чжихай прищурился и промолчал.

— Эй, погоди-ка, разве Гу Ян не говорил, что не умеет плавать? Как же он ходил в летний лагерь, если тренер так и не научил его? — Сюй Сяобэй нахмурился в недоумении.

— Правда? Не умеет плавать? Странно… Когда я позже участвовал в соревнованиях, я то и дело видел его среди зрителей. — Чи Нань нахмурился, а затем неожиданно озарило: — Ах, ну тогда, возможно…

— Брат Чи Нань! Садись сюда! — Гу Ян неожиданно подскочил, ухватил Чи Наня за руку и усадил на стул ближе всех к себе, после чего, повернувшись спиной к остальным, выразительно зыркнул на Чи Наня.

Чи Нань понял его без слов. Сев на место, он тут же сменил тему:

— Впрочем, вовсе не обязательно быть пловцом, чтобы любить плавание. Нет ничего странного в том, что кто-то так и не научился.

Цинь Сянь подпер подбородок руками, опираясь локтями о спинку стула:

— Разве это нормально?

Гу Ян с абсолютно серьезным видом яростно закивал:

— Нормально, совершенно нормально!

Затем его взгляд случайно столкнулся со взглядом Цзян Чжихая, и он испуганно отвёл глаза в сторону.

Цзян Чжихай крепко сжал губы, его лицо помрачнело так, будто с него вот-вот готова была закапать вода — оно выглядело в несколько раз хуже, чем только что, когда его задевал Лу Ан.

Мысль о том, что у Гу Яна кто-то есть, с появлением Чи Наня, кажется, окончательно подтвердилась.

Неважно по какой причине, но сейчас у него на душе скребли кошки.

Что до Чи Наня, то Цзян Чжихай, пусть даже они и не были близки, знал о нем довольно многое.

Чи Нань был старше его на пять лет, и точно так же с малых лет завоевал целую гору наград. В те времена он был куда известнее, чем Инь Го и Цзян Чжихай вместе взятые. Не говоря уже о бесчисленных крупных и мелких наградах, о которых прекрасно знали все профессионалы, в семнадцать лет, только поступив на первый курс, он с ходу завоевал золото на Всемирной летней Универсиаде на дистанции 200 метров баттерфляем и даже побил рекорд соревнований.

Именно благодаря этому триумфу его успешно отобрали в национальную сборную, из-за чего университет провинции Луоши на какое-то время стал любимчиком спортивного руководства. Те два года финансирование тренировок и соревнований никогда не урезалось, и даже соседний Спортивный институт не мог похвастаться таким же блеском.

Цзян Чжихаю тогда пару-тройку лет ставили Чи Наня в пример, прожужжав все уши до мозолей, так что у него просто не было шансов остаться в неведении.

И именно поэтому в душе у него всегда жило какое-то необъяснимое отторжение к Чи Наню, хотя он прекрасно понимал, что тот ни в чем не виноват — его просто сделали живым эталоном.

Взять хотя бы нынешний момент: пусть даже Гу Ян утверждал, что тот к нему равнодушен, и судя по всему, Чи Нань понятия не имеет об этой тайной страсти, давнишнее, глубоко запрятанное отторжение в сердце Цзян Чжихая вновь подняло голову и принялось строить козни.

После попадания в национальную сборную поползли слухи, что Чи Нань готовится к Олимпийским играм и является одним из самых перспективных спортсменов своего времени. Даже его тренер открыто заявлял, что Чи Нань вполне способен принести Хуаго золотую медаль на Олимпиаде.

Но накануне тех самых Олимпийских игр — сразу после той самой Универсиады, прославившей его на весь мир, — прямо во время соревнований у него обострилась старая травма. Едва выбравшись из бассейна, он угодил на больничную койку, а затем из-за тяжелейшего повреждения плечевого сустава был вынужден навсегда покинуть спортивную арену.

Жизнь спортсмена порой складывается донельзя драматично: в один миг ты можешь проснуться знаменитым на всю страну и стать всеобщим любимцем и баловнем судьбы, но всё это великолепие способно рассыпаться в прах в единое мгновение.

Новичков всегда хватает с избытком, и мало кто станет слишком долго скорбеть по атлету, так и не ступившему на олимпийскую арену. За какие-то несколько лет тот самый блистательный Чи Нань растворился в тени, и если бы не сегодняшняя встреча, Цзян Чжихай даже понятия не имел бы, что тот ушел изучать спортивную медицину.

Спортивную медицину.

Цзян Чжихай вспомнил, как Чжоу Ди однажды спрашивал у Гу Яна, почему тот выбрал столь непопулярную специальность, с которой даже устроиться на работу сложно, ведь его баллов с лихвой хватило бы на любой другой факультет медицинского института.

Тогда Гу Ян посмотрел на него и замялся, не сумев найти ответа.

Теперь же пелена спала с глаз Цзян Чжихая, и всё встало на свои места.

Неужели безответная влюбленность обладает столь великой силой? Ради нее люди готовы перечеркнуть собственное будущее.

Цзян Чжихай со странным выражением лица уставился на Гу Яна, который сидел, опустив голову и не смея взглянуть на него, и сам не понимал, что творится у него на душе.

В конце концов, никому не понравится осознавать, что в момент их первой близости человек, лежавший рядом, думал о ком-то другом, кого может встретить в любой день.

Странно, до чего же всё это странно.

Хотя, конечно, всё дело было лишь в этой неловкости.

— Чего ты уставился на него? Не ревнуешь ли часом? — раздался прямо над ухом нарочито приглушенный голос Цинь Сяня.

Рассудок Цзян Чжихая всколыхнулся, и прежде чем он успел машинально возразить, с соседнего стола донесся взбешенный вопль Лу Ана:

— Какую чушь ты несешь! Сам ты ревнуешь!

Цзян Чжихай повернул голову и вовремя заметил, как разъяренный Лу Ан смотрит в их сторону.

Стоило их взглядам пересечься, как Лу Ан взъерошился еще пуще:

— Чего уставился?! Напридумывал тут черт знает что!

Цзян Чжихай: «…»

Теперь он воочию убедился, что значит выдать себя с головой. Если бы тот не орал так истошно, слова Цинь Сяня вообще услышали бы считанные люди.

— Лу Ан, ты чего творишь?! — видя такое дело, Сюй Сяобэй поспешил сунуться к ним.

Похоже, ему не впервой было наблюдать скверный характер этого парня.

Видя этот вид, будто перед ним смертельный враг, Лу Ан распалился еще сильнее.

Рассмеявшись от злости, он откусил зубами крышку бутылки с пивом и зашагал прямиком к Цзян Чжихаю:

— Да ничего я не творю! Разве у нас сегодня не новенькие? Я просто хотел поприветствовать их.

Подойдя к Цзян Чжихаю, он протянул бутылку прямо перед его носом:

— Ну что, до дна?

Цзян Чжихай сидел на своем месте, а Лу Ан возвышался над ним, глядя сверху вниз с прищуром, однако боевой настрой Цзян Чжихая ничуть не уступал его собственному.

Цзян Чжихай изначально не собирался потакать этим ребяческим замашкам, но сейчас у него на душе как раз кипел невыплеснутый грок, так что, оправдав всеобщие ожидания, он протянул руку и принял бутылку.

Лу Ан взял со стола еще одну и снова открыл ее зубами.

Однако в следующий мгновение Гу Ян неожиданно выхватил пиво из рук Цзян Чжихая.

Все удивленно уставились на него, включая самого Цзян Чжихая, у которого отобрали бутылку.

Гу Ян не привык к такому количеству обращенных на него взглядов, поэтому, уткнувшись в землю взор, пробормотал:

— Он не пьет. Я ведь тоже новенький, давай я выпью с тобой за двоих.

Чи Нань с беспокойством посмотрел на него:

— Ты уверен? А выносливости твоей хватит?

Услышав его голос, Цзян Чжихай так и замер с протянутой рукой, желая вернуть бутылку себе.

Лу Ан прищурился и с вызовом посмотрел на Цзян Чжихая:

— Да ладно? Даже померяться силами в выпивке за него кто-то другой должен?

Сюй Сяобэй за спиной тревожно засуетился:

— Остынь ты! Хватит уже, Чжихай всё-таки профессиональный спортсмен, ему положено соблюдать режим.

Гу Ян прижимал к груди бутылку, чувствуя, что что-то здесь не так, но не в силах сообразить, в чем именно дело. К тому же он боялся, что Лу Ан сболтнет еще какую-нибудь вызывающую глупость и заставит Цзян Чжихая снова отобрать у него пиво. Недолго думая, он нервно чокнулся горлышком с соперником и первым запрокинул голову, принявшись жадно глотать пиво. Буль-буль — и в мгновение ока он осушил больше половины бутылки.

Изначально Лу Ан вовсе не собирался позволять ему пить за другого, но, увидев, что противник уже приложился к горлышку, разумеется, не мог отстать и тоже поднял бутылку, вливая спиртное в себя.

Сюй Сяобэй зашелся в панике рядом:

— Лу Ан! Гу Ян! Эй вы… Тренер, брат Нань, ну скажите вы им хоть что-нибудь!

Дело было вовсе не в том, что остальные не пытались их остановить — при такой скорости распития остановить их было просто невозможно.

Гу Ян и вправду оказался парнем донельзя упрямым: заметив, что Лу Ан легко и непринужденно прикончил свою бутылку, он тоже решил не филонить и изо всех сил вскинул руку, отчаянно пытаясь допить оставшееся залпом.

Глядя на его покрасневшее от напряжения лицо, Цзян Чжихай вдруг растерял всё желание покрасоваться перед Чи Нанем.

Он протянул руку и отнял бутылку изо рта Гу Яна. Тот не успел увернуться, и остатки пенного напитка брызнули ему на грудь, оставив темное пятно.

— А? — испуганно протянул он, пытаясь вернуть добычу.

— Я больше не спортсмен, у меня больше нет ограничений по режиму, — бросил ему Цзян Чжихай.

Раньше он не пил при соседях по комнате просто потому, что не испытывал к этому никакого интереса.

Он успел вовремя, но кто же знал, что у Гу Яна настолько никудышная голова на алкоголь, да еще и при такой манере пить залпом — хотя он опустошил едва ли больше половины, взгляд его уже затуманился.

Одной рукой Цзян Чжихай приобнял его за плечи, а другой подцепил со стола еще одну бутылку и сбил крышку.

Гу Ян с тревогой попытался выхватить ее:

— Не надо, тебе нельзя пить…

Цзян Чжихай одним движением руки зафиксировал его так, что тот не мог и шевельнуться, затем поднял бутылку и осушил ее до капли, даже не изменившись в лице.

Опустошив сосуд, он перевернул его вверх дном и, приподняв бровь, бросил вызов Лу Ану:

— Продолжим?

Лу Ан, разумеется, не собирался сдавать позиции, но прежде чем его пальцы коснулись следующей бутылки, Чи Нань опередил его, перехватив инициативу:

— Пить вдвоем до беспамятства — это скучно. Сяобэй, давай-ка сюда, по бутылочке на брата, будем есть и болтать дальше.

Не зря он был старше на несколько лет — среди этой молодежи он держал ситуацию под контролем мастерски.

Тренер тоже мгновенно сориентировался:

— Точно-точно, ребята, угощайтесь, пейте сколько влезет, не стесняйтесь! Такой шанс выпадает лишь раз, второго не будет!

— Тренер, неужто вам повысили зарплату, раз вы такой щедрый? — с готовностью поддержал Цинь Сянь.

Взгляд тренера заметно метнулся в сторону:

— Как бы то ни было, денег на угощение хватит! Эй, хозяин, тащи-ка на каждый стол еще по порции бараньих почек!

Воспользовавшись суматохой, Сюй Сяобэй усадил Лу Ана обратно за соседний стол и, чтобы присматривать за ним, сам остался сидеть там же, не возвращаясь. Стоило Лу Ану попытаться повернуться в их сторону, как Сюй Сяобэй тут же силой разворачивал его обратно.

Удивительно, но вспыльчивый нрав Лу Ана, вспыхивающий от любой искры, в этот раз поддался его усмирению, и тот действительно больше не совался к их столу за неприятностями.

Однако после того, как Лу Ан подал пример, желающие померяться силами в питье под предлогом приветствия новеньких потянулись к ним нескончаемым потоком. Молодежь есть молодежь — им бы только повеселиться, и никто из них уже не проявлял того задиристого настроя, какой был у Лу Ана. Но после нескольких таких заходов скромная выносливость Гу Яна ожидаемо дала сбой, и вскоре он уже пластом лежал на столе, мертвецки пьян.

И это при том, что Цзян Чжихай старался прикрывать его изо всех сил — можно было только догадываться, насколько слаба у того голова к спиртному.

Хотя уличная забегаловка бурлила жизнью, веселье здесь всё же подчинялось расписанию отбоя в общежитиях, и студенты плавательной секции начали расходиться. По мере того как ночь приближалась, всё больше людей прощались и уходили. Цзян Чжихай тоже собрался уводить Гу Яна, но кто бы мог подумать, что парень, которого вчера он легко и непринужденно подхватил на руки, напившись до бесчувствия, превратился в такую неподъемную ношу. Сколько бы раз Цзян Чжихай ни пытался его поднять, Гу Ян неизменно оседал обратно на стул, наотрез отказываясь вставать.

Заметив это, Сюй Сяобэй тут же пришел на выручку:

— Ваш корпус всё равно совсем рядом с моим. Я пойду с вами провожу его. Людей почти не осталось, тренер, давайте на сегодня закругляться, хозяину ведь тоже пора закрываться.

Тренер, весь вечер заливавшй горечь в одиночку, уже давно дошел до кондиции. Услышав его слова, он вдруг произнес:

— Нет, погоди, Сяобэй, не уходи.

Тон его был каким-то странным, отчего оставшиеся за столом невольно переглянулись.

Тренер с силой провел ладонью по лицу. Будучи взрослым мужчином, он — то ли от хмеля, то ли еще от чего-то — под резким светом белой лампы, специально протянутой над шашлычной, выглядел так, будто глаза его покраснели до неузнаваемости:

— Прости, Сяобэй, я больше не могу оставаться вашим тренером… Меня зовут в Спортивный институт, там оформляют в штат официально… Упусти я этот шанс, другого уже не представится.

http://bllate.org/book/40380/5124925