Напоминало разговор о зажигалке.
А может, и о чем-то другом.
Свет, падавший сверху, делал и без того выразительные черты лица Хань Линсуна еще более глубокими. Мужчина постоял на месте, словно изваяние, а затем холодно хмыкнул:
— Ши Сян, ты ничуть не изменился.
Зажигалка осталась лежать на обувной полке у входа в квартиру.
У Ши Сяна на языке вертелось множество слов, но он боялся, что если продолжит, то проговорится. Он повысил голос и поторопил гостя:
— Генеральный директор Хань, если вы не уходите, может, мне проводить вас донизу?
Хань Линсун приподнял бровь:
— Не боишься, что тот, кто ждет тебя дома, неправильно поймет?
Он отчаянно хотел получить ответы, чтобы подтвердить свои догадки, но Ши Сян всегда с легкостью читал чужие мысли, при этом сам предпочитал хранить молчание.
Ши Сян, не вынимая сигарету изо рта, кивнул в сторону коридора.
Это был немой вопрос: уходит он или нет.
Хань Линсун отбросил последнюю надежду:
— Провожать не нужно. Возвращайся в дом, не заставляй человека ждать.
Гордость и чувство собственного достоинства, присущие элите, уже подсказали ему, что сегодняшнее поведение было неуместным. Он повернулся и направился к лифту, нажал на кнопку несколько раз, прежде чем вспомнил, что тот на ремонте.
Растерянность на его лице промелькнула и исчезла.
Затем он направился к лестничной клетке.
Ши Сян не спешил возвращаться в квартиру. Прислушиваясь к затихающим шагам в подъезде, он наконец позволил своим напряженным плечам расслабиться: «И кто из нас, спрашивается, совсем не изменился?»
Сигарета догорела до половины.
Ши Сян решил докурить перед тем, как войти, но дверь вдруг распахнулась изнутри.
Цяо Ян высунулся в проем, с беспокойством глянул на лестницу и, убедившись, что Хань Линсун ушел, пробормотал:
— Напугал до смерти… Я уж думал, это коллекторы пришли…
— Это и были коллекторы.
— А? Но почему коллекторы такие… такие изысканные? И одеты так прилично… Разве они не должны быть в духе: эй, на шее толстая золотая цепь, а на руках наколки…
Ши Сян стряхнул пепел:
— А у коллекторского агентства не может быть директора?
Цяо Ян, свято поверивший в услышанное, кивнул и осторожно спросил:
— Брат Сян, сколько же ты им должен? Только не говори, что это ростовщики. Неужели владелец коллекторской фирмы лично заявился из-за каких-то ста с лишним тысяч?
Видя, что сосед не на шутку встревожен, Ши Сян решил закончить эту тему:
— Ладно, заходи. Я со всем разобрался, больше они не придут.
Он потушил сигарету.
Бросил окурок и ту самую зажигалку, которая «прокатилась» вместе с Хань Линсуном, в мусорное ведро у двери.
* * *
Сунь Юй отвернулся, игнорируя девушку в топе на бретельках, стучавшую в окно машины, и молча вздохнул.
Здесь слишком много людей.
И слишком много тех, кто полон мечтаний.
Даже несмотря на то, что он попросил водителя припарковать Роллс-Ройс в столь неприметном уголке, вокруг все равно крутилось немало молодых людей и девушек, жаждущих поймать удачу за хвост.
Увидев приближающегося Хань Линсуна, Сунь Юй с облегчением выдохнул и поспешно вышел из машины.
Девушка, проявившая смелость, была мгновенно подавлена властной аурой истинного владельца авто. Поняв, что это не тот человек, с которым стоит связываться, она в сумерках поспешно ретировалась, даже не пытаясь заговорить.
Однако сам Хань Линсун, заняв место на заднем сиденье, еще долго смотрел через окно на убегающую девушку, не проронив ни слова.
Сунь Юй занервничал, боясь, что его босс свернул не на ту дорожку:
— Генеральный директор Хань?
Хань Линсун опомнился и вдруг невпопад спросил:
— Здесь сложно найти работу?
Сунь Юй занервничал еще сильнее:
— Ра-работу?
К счастью, он был человеком сообразительным. Сопоставив события последних двух дней, он быстро понял, что именно хочет знать босс:
— Условия для массовки, конечно, не сравнить с теми, что у звезд, и этот господин Ши, боюсь, тоже…
Хань Линсун взглянул на бумажную справку, которую сжимал в руках до появления складок: в ней был перечислен список кинопроектов, в которых участвовал Ши Сян. Никаких имен персонажей, только даты съемок.
Похоже, денег он действительно заработал немного.
Хань Линсун поджал губы и снова перевел взгляд на графу Семейное положение — бросающееся в глаза слово Не женат окончательно разоблачило ложь собеседника и стало причиной, по которой он сегодня здесь оказался.
Вспомнив фразу Ши Сяна о том, что завтра утром нужно снова искать работу, он почти выпалил:
— Найди лучшее агентство…
Голос внезапно оборвался.
Помолчав немного, благодетель поправился:
— Забудь. Иди к управляющим этой киностудии и переговори с ними. Помоги господину Ши попасть в какие-нибудь надежные съемочные группы.
Сунь Юй не мог понять, почему Хань Линсун забрал свою милость обратно. Согласно его данным, господин Ши был университетским соседом босса, и, хотя они не виделись последние годы, отношения должны были быть неплохими.
Значит ли это…
Что отношения у них так себе?
Он не осмелился переспрашивать и перевел тему на дальнейший план поездки.
Хань Линсун небрежно бросил документы в мусорный бак автомобиля:
— Возвращаемся в Лянчэн.
* * *
На следующее утро Хань Линсун получил звонок от отца, Хань Интиня, с требованием приехать в родовое поместье для обсуждения важных дел.
Семья Хань начала свой путь с поколения Хань Интиня, наладив множество связей в высших эшелонах власти. Даже сейчас, когда старейшина Хань отошел от дел, он по-прежнему имел значительный вес в индустрии.
Хань Линсун решил, что отец хочет продвинуть какой-то проект, и не стал отказываться. Прибыв в особняк Дуньхуа на юге города, он обнаружил, что его младший брат, Хань Линшань, тоже приехал.
За те два месяца, что они не виделись, мальчишка покрасил волосы в невероятно вызывающий синий цвет. Вероятно, только ради встречи с Хань Интинем он натянул на себя что-то более-менее официальное.
Услышав шаги, второй молодой господин Хань, расположившийся на диване в гостиной с мобильной игрой, даже не поднял головы:
— Брат.
Хань Линсун передал снятый пиджак няне и с намеком на выговор кашлянул. Хань Линшань неохотно выключил телефон и добавил вежливый вопрос:
— …Как сам? Занят в последнее время?
Тот перебросил тему обратно:
— Это я должен у тебя спросить: чем занимаешься в последнее время?
— Да так, гуляю везде.
— А как же те торговые площади возле делового центра, которые отец передал тебе в управление?
— И не говори! Весь бизнес там совместный, меня никто всерьез не воспринимает, только и делают, что гоняют по поручениям, ужасно скучно. — Хань Линшань начал жаловаться, а затем смягчил тон, умоляюще добавив: — Брат, может, возьмешь меня в корпорацию Паньтянь? Я буду следовать за тобой, помогать по мелочам, там я хоть чему-то по-настоящему научусь…
Хань Линсун отмахнулся:
— Это решать отцу.
Хань Линшань недовольно нахмурился:
— Брат, ты же теперь глава Паньтянь, неужели ты не можешь решить такую мелочь?
Хань Линсун промолчал.
Корпорация Паньтянь занималась дорожно-мостовыми проектами, ежегодно участвуя в масштабных государственных тендерах. Малейшая ошибка могла привести к катастрофе. С импульсивным характером Хань Линшаня Хань Интинь никогда бы не позволил поместить такую бомбу замедленного действия в их компанию.
Да и он сам тоже.
Не найдя поддержки у старшего брата, Хань Линшань помрачнел и проворчал:
— Не пускаешь в свою компанию, смотришь, как я унижаюсь у других… Брат, я не какой-нибудь Хань И, я твой родной младший брат! Мы должны стоять на одной стороне, что тебе стоит просто протянуть мне руку помощи!
В этом поколении семьи Хань было трое сыновей. Хань И, о котором говорил Линшань, был третьим, сыном второй жены Сун Ичжи.
Мать Хань Линсуна, Ху Жуй, скончалась от болезни вскоре после рождения второго сына. Старики в доме поговаривали, что Сун Ичжи пришла в дом уже будучи глубоко беременной, и Хань И родился всего на два месяца позже Хань Линшаня — нетрудно было догадаться, когда именно она успела соблазнить Хань Интиня.
Из-за этой старой обиды Хань Линсун всегда предвзято относился к Сун Ичжи и ее сыну. Когда Хань Интинь попытался пристроить Хань И в корпорацию Паньтянь, Линсун прямо проголосовал против. Однако он не ожидал, что Хань И окажется умным и способным: покинув Лянчэн, он сам пробил себе дорогу, и за несколько лет добился немалых успехов.
Хань Линсун решил использовать это, чтобы проучить брата:
— Хань И сейчас на руководящей должности в корпорации Юэчуань, за его спиной семья Вэнь из Наньфэна. Отец изменил о нем мнение и в прошлый раз даже обмолвился, что хочет передать ему в управление два участка земли на западе города.
Услышав это, Хань Линшань всполошился:
— Разве эти участки не должны были достаться мне?
В семьях с таким устройством интересы всегда были сильнейшим двигателем.
Люди боятся не бедности, а несправедливости.
Увидев, что Хань Линсун не собирается заступаться за него, Хань Линшань с досадой взлохматил свои синие волосы и сдался:
— Я понял, я понял, я буду работать хорошо… Кстати, брат, как ты думаешь, если я смогу выиграть пару проектов, отец передумает и позволит мне войти в Паньтянь?
Не успел Хань Линсун придумать ответ, как Сун Ичжи вышла из кабинета, под руку с Хань Интинем.
Он подал Хань Линшаню знак.
Тот немедленно встал и вместе со старшим братом почтительно произнес:
— Отец.
Возможно, из-за того, что в молодости он прошел через многие бури, создавая бизнес с нуля, здоровье Хань Интиня оставляло желать лучшего. Решение отойти от дел было принято ради восстановления организма, но, покинув деловой мир, старейшина Хань будто потерял внутреннюю опору, и с каждым днем ему становилось все хуже.
Несмотря на это, он все еще держал спину прямо перед сыновьями, сохраняя отцовское величие.
Сун Ичжи с улыбкой поприветствовала их, стараясь максимально соответствовать роли мачехи, но в следующую секунду была возвращена в реальность холодным обращением Хань Линсуна:
— Тетушка Сун.
Хань Линшань поленился даже здороваться с ней, он лишь перевел взгляд на людей, стоявших за их спинами.
Помня о предостережении старшего брата, он впервые в жизни проявил интерес к местонахождению младшего:
— Хань И не вернулся? Неужели он настолько занят?
Сун Ичжи терпеливо пояснила:
— Отец не звал его… Это дело касается вас двоих, хотелось бы узнать ваше мнение. Уже время обеда, идемте, поедим и поговорим.
Усадив братьев за стол, она бросила взгляд на Хань Интиня и, видя, что тот не возражает, взяла на себя роль посредника:
— Линсун, тебе в этом году двадцать пять, Линшаню почти двадцать три, пора задуматься о личной жизни. Недавно барышня из семьи Чэнь проявила интерес…
Хань Линшань тут же взорвался:
— Мне всего двадцать три, какая еще женитьба!
Сун Ичжи мягко попыталась его успокоить:
— Можно начать с помолвки. Ваш отец давно знаком с дядей Чэнем, это надежная семья.
http://bllate.org/book/40355/5121433
Сказали спасибо 0 читателей