Готовый перевод My Wife is a Popular Idol / Моя жена — всеобщая любимица: ледяной муж в тени славы: Глава 13

— А? — Е Ань, который как раз пил воду, чуть не поперхнулся.

Сюй Юнь нахмурился и легко похлопал его по спине:

— Аккуратнее.

Чжоу Цзиньвэнь повернулся к Лу Сюню и спросил:

— Смотри, они сегодня одеты точь-в-точь как парочка, правда? Сюй Юнь вечно носит вещи этой марки, я уж было подумал, что это его одежда, ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Говоря это, он сам же и рассмешился.

Е Ань же покраснел — это действительно была одежда Сюй Юня.

Услышав слова Чжоу Цзиньвэня, Лу Сюнь перевел взгляд на обоих парней. Если вглядеться, они и вправду выглядели так, будто подобрали парные наряды. Вероятно, дело было в том, что они носили вещи одного бренда и в одинаковой гамме; издали могло показаться, что на них надето абсолютно то же самое, и лишь при ближайшем рассмотрении замечались небольшие различия.

Лу Сюнь только что говорил, что стало намного спокойнее, однако на следующем привале кто-то всё же не выдержал и подбежал к ним. Этот человек выглядел застенчиво, и по одному его виду было понятно, что он собирается сказать.

Это был миловидный парень, который явно набрался храбрости. В руке он сжимал бутылку с водой, но, судя по всему, парные наряды Сюй Юня и Е Аня и вправду легко могли ввести в заблуждение. Бросив на Е Аня быстрый взгляд, юноша тихо спросил:

— Старший, это твой парень?

Если бы у Сюй Юня появился возлюбленный, эта новость разлетелась бы среди его поклонников быстрее взрыва. Раз слухов не было, значит, Сюй Юнь по-прежнему свободен. Что же до их похожих нарядов, парень решил, что тот просто копирует стиль Сюй Юня. Если всё пойдет как надо, Сюй Юнь наверняка всё отвергнет, заодно дав этому сопернику понять, что у того нет шансов.

Он теребил край своей одежды, а его опущенные ресницы подрагивали.

Однако, как бы высоко он ни задирал руку, протягивая бутылку, собеседник не взял ее и даже не ответил на вопрос.

Е Ань, стоявший рядом, понятия не имел, стоит ли ему уйти или остаться. Будучи порядочным ухажером, при виде того, как объект его симпатии подвергается нападкам другого соперника, он был обязан если не вмешаться, то хотя бы не стоять истуканом и уж тем более не сбегать сломя голову.

Но... Е Ань действительно не умел справляться с подобными ситуациями. Ввязываться ради него в какое-то соперничество самцов было сродни тому, чтобы разбиться о камень — он просто не был способен на такое.

Поэтому Е Аню оставалось лишь хранить молчание. Не сбежать молча сразу было его главным пределом терпимости, ведь ему почему-то казалось, что если он смоется сейчас, Сюй Юнь рассердится.

В этом не было никакой логики, чистое предчувствие.

Глядя, как этот человек убегает с покрасневшими глазами, Е Ань кашлянул:

— Нам не пора идти?

— У тебя совсем нет слов?

— А? — Е Ань опешил. Мысленно перебрав всё, он понял, что ему и вправду нечего сказать.

Сюй Юнь, казалось, бросил на него сердитый взгляд, после чего шумно выдохнул и холодно произнес:

— Я не стал сразу всё отрицать только для того, чтобы отвадить лишних поклонников.

— Угу, — кивнул Е Ань. — Я знаю.

Хоть капля самокритики у него всё же имелась. Иначе отбиваться от непрекращающейся толпы жаждущих его внимания людей и впрямь было бы слишком утомительно. Раз так, лучше ему вести себя потише, чтобы и Сюй Юнь не подумал, что он чересчур шумный.

— Пойдем, — бросил Сюй Юнь.

Е Ань послушно последовал за ним.

Ему казалось, что после этого признания аура Сюй Юня стала еще более ледяной. Окружающие молча отступили на шаг назад, и даже у остальных сорвиголов, замышлявших признаться, вмиг пропало всякое желание.

Каким бы глупцом ни был человек, даже он сообразил бы, что сейчас далеко не лучший момент. Если уж признаваться в чувствах, то хотя бы тогда, когда предмет обожания в хорошем настроении, а не в такую минуту, когда от него так и разит раздражением.

Лу Сюнь отстал на пару шагов и поинтересовался у Е Аня:

— Чего это он?

— Понятия не имею, — Е Ань и сам до конца не улавливал суть.

— Тц, ну вообще-то он и правда терпеть не может, когда его подкарауливают ради признаний. Выслушивать кучу пустых слов, а потом смотреть, как вокруг него кружатся самовлюбленные дураки... Эй, только я не тебя имею в виду, к тебе это не относится, не принимай на свой счет.

— Ничего страшного, я не обижаюсь, — Е Ань понимал, что это лишь попытка утешить. В конце концов, Лу Сюнь был неплохим парнем — не мог же он в открытую заявить: Сюй Юнь никого не любит, так что не трать зря силы, катись-ка ты домой.

Лу Сюнь хлопнул его по плечу:

— Я серьезно! Я правда не про тебя! Эх, дурная моя башка.

Е Аню оставалось лишь криво улыбнуться:

— Ладно, я понял, спасибо.

— Сам подумай, к тебе Сюй Юнь относится совсем иначе! Раньше он ненавидел всех преследователей и отказывал им максимально жестко. Разве стал бы он давать кому-то шанс и время на ухаживания, еще и звать поесть вместе, брать с собой на прогулку... К тому же ты здесь самый красивый! Если в конце концов Сюй Юнь все-таки тебя отвергнет — не беда, не переживай. У меня, брата, знакомых красавцев полно, я тебе за секунду подберу следующего!

По мере того как он говорил, Лу Сюнь почувствовал, как вокруг них начинает веять холодом. Сюй Юнь свысока посмотрел на него, затем отвел взгляд на Е Аня и бросил:

— Чего плетешся так медленно?

Заметив приближение Сюй Юня, Лу Сюнь тут же дал дёру.

Подъем дался без особых потрясений, на вершине компания с воодушевлением пофотографировалась. Желающих сделать совместное фото с Сюй Юнем нашлось немало, но все они получили отказ. Е Ань тоже подумывал затеряться в толпе и попытать счастья — мол, даже если откажут, за спинами других людей не так стыдно.

— А...

— Я согласен. Чего застыл? — Сюй Юнь бросил на него косой взгляд, притянул ближе к себе и выбрал местечко с хорошим видом: позади громоздились гряды заснеженных гор.

Е Ань всё еще пребывал в некотором оцепенении. Подняв голову, он встретился взглядом с суровым и невероятно красивым профилем. Стоявший напротив Лу Сюнь крикнул:

— Е-аня, хорош любоваться, в объектив смотри!

Щеки Е Аня залились краской.

В конце концов фотографии проявили, раздав каждому по копии. Наверное, поддавшись общему влиянию, Е Ань и сам теперь видел в них пару — снимки выглядели точь-в-точь как фотографии влюбленных.

Поэтому Е Ань заранее заготовил для себя утешительные слова: даже если добиться взаимности не удастся, одна лишь эта совместная фотография уже немало. Сойдет за хорошее воспоминание.

Недавно подвернутая лодыжка Е Аня давно зажила, но, видимо, стоило один раз подвернуть ногу, как риск повторения возрастал в разы. Стоило ему лишь на секунду опустить голову в телефон во время спуска, как он оступился и полетел вниз. К счастью, Сюй Юнь вовремя среагировал и успел схватить его за руку.

Е Ань испугался до полусмерти. На мгновение он позабыл обо всем на свете и, дрожа от страха, вцепился в руку Сюй Юня. Лишь спустя какое-то время он пришел в себя и поспешно отстранился, но в следующую же секунду Сюй Юнь снова перехватил его запястье, отчитывая строгим голосом:

— Под ноги надо смотреть на спуске. Если бы я не поймал тебя пару секунд назад, неизвестно, насколько серьезно ты бы грохнулся.

— Я... я правда не заметил... — Е Ань поджал губы, его голос прозвучал жалко и тихо.

У красивых людей обычно есть одна общая черта. У Е Аня это были глаза — чистые, прозрачные, смотрящие на тебя с влажным блеском, от которого сердце мгновенно таяло.

В этот момент, сколько бы гнева ни таилось внутри, выплеснуть его на парня было просто невозможно. К тому же Сюй Юнь вовсе не собирался его ругать. Он присел на корточки, осмотрел поврежденную лодыжку, и его лицо помрачнело:

— Опять подвернул?

Е Ань чувствовал себя несчастным из-за собственной невнимательности, но, поразмыслив, злиться на себя тоже не хотелось. Уныло протянув:

— Кажется, да.

Какая же неудача — вляпаться в такую историю, и это при том, что до подножья горы еще топать и топать.

Заметив его опущенные ресницы, Сюй Юнь повернулся к нему спиной и присел:

— Залезай.

Не дождавшись от Е Аня никаких действий через пару секунд, Сюй Юнь повернул голову и повторил:

— Залезай.

Он ведь изначально собирался просто составить Сюй Юню компанию в покорении гор, даже специально прихватил целый пакет снеков и напитков, но стоило пройти пару шагов, как рюкзак оказался на плечах у Сюй Юня. Он надеялся поболтать на спуске и поднять всем настроение, а вместо этого подвернул ногу — о рюкзаке теперь и речи не было, его самого тащили на закорках...

Е Ань не знал, как принято ухаживать у других людей, но его собственный способ казался ему ужасно странным. И хотя он не понимал, что именно идет не так, по крайней мере... ему точно не следовало доставлять Сюй Юню хлопоты, заставляя нести себя вниз.

Он опустил взгляд: извилистая горная тропа уходила далеко вперед, до конца пути оставалось еще идти и идти. Ощущая жгучее чувство вины, Е Ань уткнулся лицом в шею Сюй Юня.

— ...Не ерзай.

По хрипловатым ноткам в голосе Сюй Юня Е Ань понял, что тот напряжен совсем не так, как раньше. Видимо, он был слишком тяжелым. Опозорившись, он пробормотал:

— Прости, это я тебя обременяю.

— Перестань болтать — вот тогда точно не будешь обременять.

— Угу. — Услышав это, Е Ань послушно замер, боясь даже шевельнуться.

И тем не менее, даже при таком раскладе Сюй Юнь ухитрялся находить к чему придраться.

— Не можешь перестать крутиться?

— Я и не кручусь, — обиженно отозвался Е Ань.

— Не прислоняйся к моей шее так близко.

— Ладно, — Е Ань поджал губы и молча отодвинулся в сторону.

Спустя какое-то время.

Сюй Юнь спросил:

— Чего замолчал?

Возмущенный Е Ань ответил:

— Разве ты сам не просил меня помолчать?

Сюй Юнь хмыкнул. Поскольку его грудная клетка прижималась к спине парня, Е Ань отчетливо почувствовал эту вибрацию.

— Я не говорил, что тебе вообще запрещено открывать рот.

— Ты именно это и имел в виду! — заявил Е Ань.

Сначала Сюй Юнь запрещает ему говорить, а теперь еще и допытывается, почему он вдруг притих — ну что за человек! — мысленно негодовал Е Ань.

Но стоило ему опустить голову и заметить выступившие на лбу Сюй Юня капельки пота, как все обиды вмиг испарились. Сюй Юнь действительно был отличным парнем — протащить его на себе такое расстояние и не издать при этом ни единой жалобы.

На полпути Лу Сюнь и Чжоу Цзиньвэнь предложили сменить Сюй Юня и понести Е Аня втроем по очереди, чтобы не так сильно уставать. В конце концов, пусть дорога и шла под уклон, путь предстоял неблизкий, и даже пеший спуск отнимал немало сил, не говоря уже о том, чтобы тащить на себе человека. Каким бы легким ни казался Е Ань, весил он как полноценный взрослый мужчина.

Однако, сделав всего один привал, Сюй Юнь снова взвалил его на спину и продолжил спуск. Это глубоко тронуло Е Аня, и он твердо решил выбрать для Сюй Юня по-настоящему хороший подарок ко дню рождения.

Вернувшись, он собирался отдать постиранную и выглаженную одежду владельцу, но, поразмыслив, понял, что новую Сюй Юнь принимать не стал бы, куда уж ему взять ношеную, и оставил затею.

В тот период Е Ань как раз подыскивал себе подработку, намереваясь скопить на хороший подарок для Сюй Юня, но каким-то образом тот об этом узнал.

— Не нужно дурить. Я всё равно не жду от тебя никаких особенных подарков, просто учись нормально и перестань шляться по сомнительным подработкам.

http://bllate.org/book/40304/5114405