Глава третья. Старый знакомый
— Да спустись же ты ко мне, пошли со мной домой, пошли со мной домой... Ван Сяоай, как ты могла со мной так поступить... — пьяный мужчина ругался и вдруг горько зарыдал. Дочь оттолкнула его, и он осел на пол, причитая так, будто рухнули небеса, и выглядел при этом крайне жалко.
Цзэн Ручу быстро пришел в себя. Мимолетное удивление при виде старого знакомого мгновенно растворилось в его угольно-черных зрачках. Он отпустил Чжэн Цина, не глядя на заполнивших комнату молодых людей с затуманенными взглядами, и шагнул вглубь комнаты, чтобы поднять потерявшего человеческий облик мужчину, полулежащего на полу.
— Это еще что за бешеная собака? Кто его сюда впустил? — внезапно из угла, где шумела компания молодых парней и девушек, вышел молодой мужчина. На нем была черная рубашка с вышитыми серебряными нитями узорами, а из ряда чисто золотых пуговиц были застегнуты лишь две последние, обнажая широкую грудь. Он шел, на ходу застегивая ремень, явно крайне недовольный тем, что кто-то прервал их забаву.
Цзэн Ручу лишь бросил на него мимолетный взгляд и отвернулся. Подойдя к уже накинувшей одежду и еще не опомнившейся от испуга девушке, он произнес:
— Сяоай, верно? Иди домой с папой.
Голос Цзэн Ручу был тихим, но каждое слово отчетливо долетало до ушей густо накрашенной девчонки. Девушка замерла, но тут же бросилась к тому самому мужчине, после чьих слов в комнате никто больше не смел пигнуть, вцепилась в его руку и испуганно забормотала:
— Тянь-гэ, я не знаю этих людей, прогоните их.
— Похоже, вы совсем жить надоели, раз вздумали вламываться куда попало... — Мэн Сянтянь дернул густыми черными бровищами, его лицо исказилось от свирепости. Он обвел взглядом троих незваных гостей, задержался на спокойном лице Цзэн Ручу, затем резко перевел взгляд обратно. Нахмурившись, он подумал, почему этот человек кажется ему таким знакомым, и вдруг его зрачки сузились от догадки. Он громко завопил: — Это ты!
Цзэн Ручу даже не посмотрел на него. Его спокойный взгляд по-прежнему был прикован к Ван Сяоай, и он мягко произвел:
— Малышка, это твой папа. Кто угодно может причинить тебе вред, но только не он. Ты же видишь, в каком он сейчас состоянии. Хватит мучить его. Иди с ним домой. Не каждый так удачлив, чтобы иметь близкого человека, который так сильно любит ее.
На лице девушки промелькнуло смятение. Чжэн Цин пил не так чтобы сильно, просто тело немного не слушалось. Оценив обстановку в комнате, он тоже сообразил, что они, пожалуй, вляпались в серьезную неприятность. В конце концов, те, кто позволяет себе подобные забавы в известном ночном клубе этого города, либо безумцы, жаждущие провести несколько лет за решеткой, либо люди, с которыми шутки плохи. А на полу возле столика отчетливо виднелись рассыпанные наркотики.
То ли девушка и впрямь прониклась видом своего убитого горем отца, то ли ей стало неловко перед невероятно привлекательным Цзэн Ручу, но так или иначе, она разжала пальцы на руке Мэн Сянтяня и сделала шаг вперед. Чжэн Цин тут же ухватил ее за руку, а затем наклонился, подхватил с пола менеджера Вана и потащил к выходу.
Цзэн Ручу помог ему поднять менеджера Вана, и втроем они открыто и вальяжно вышли из кабинета. Цзэн Ручу на ходу прикрыл за ними дверь и невозмутимо бросил:
— Прошу прощения, что помешал. Продолжайте веселиться.
Мэн Сянтянь не стал посылать людей в погоню. Широко вытаращив глаза, он обернулся к мужчине, который молча сидел на диване в самом центре.
— Лао Юань... — голос Мэн Сянтяня слегка дрогал. Он плюхнулся рядом с Юань Юем и взволноваленно выпалил: — Я же не сошел с ума, верно? Это ведь тот самый твой бывший любовник, с которым ты хотел сбежать много лет назад? Его ведь зовут, кажется, Ручу, да?
Высокая и мощная фигура Юань Юя скрывалась в тени от светильников. Когда имя Цзэн Ручу сорвалось с губ Мэн Сянтяня, сидевший у Юаня на коленях чувственный, похожий на котенка парень почувствовал, как обнимающие его железные руки сжались сильнее, отчего он невольно тихонько всхлипнул от боли. А затем, заметив не предвещающее ничего хорошего выражение лица мужчины, испуганно задрожал.
Убедившись, что его ручной котенок утих, Юань Юй приподнял веки и посмотрел на вусмерть взволнованного приятеля. Заметив реакцию старого друга, Мэн Сянтянь выругался сквозь зубы, затеребил руки и возбужденно заговорил:
— Черт, и правда он! Та самая слепая и тупая тварь, которая за твоей спиной шашни крутила с мужиками...
Выпалив порцию яростных ругательств, Мэн Сянтянь резко переменился в лице. На его губах заиграла зловещая ухмылка, и он громким голосом, не скупясь на выражения, продолжил:
— Эй, давай я прикажу вернуть его сюда? Отведешь душу, как следует отомстишь!
Юань Юй, который до этого молча выслушивал его монолог, наконец подал голос. Его тон оказался на редкость низким:
— Мэн Сянтянь, а память-то у тебя отменная. До сих пор помнишь эту давнюю чушь во всех подробностях. Я уж почти забыл его...
Мэн Сянтянь пропустил мимо ушей его сарказм и обеспокоенно воскликнул:
— Ты хочешь сказать, что все так и оставишь?
В этот момент подручные Мэн Сянтяня поспешили оживить обстановку, и в кабинете снова воцарился привычный шум и гам. Мэн Сянтянь, человек занятой и влиятельный — тот, чьего топанья ногой хватило бы, чтобы в городе содрогнулась земля, — смотрел на старого друга, вернувшегося из-за границы всего несколько дней назад, и искренне полагал, что тот сильно изменился. Такой страшный позор в прошлом, унижение, из-за которого он в порыве гнева уехал за границу и долго не возвращался. Тот человек так безжалостно растоптал его гордость... А он вот так легко, парой брошенных фраз, заявляет, что все забыл?
События десятилетней давности, может, кто другой и позабыл, но Мэн Сянтянь — закадычный друг, с которым они росли вместе, — помнил всё до мельчайших деталей.
Его гордый, надменный друг, казавшийся баловнем судьбы, некогда боготворил этого человека, был готов ради него отречься от всего на свете в порыве юношеского максимализма, даже совер каминг-аут перед всеми преподавателями и студентами и презрев статус законного наследника... А в ответ получил лишь жестокое предательство и боль...
Мэн Сянтянь никогда прежде не видел Юань Юя таким безумным и сомневался, что чья-то еще любовь способна сравниться с их страстью по накалу. И пусть фраза время лечит отчасти верна, и пусть Юань Юй даже собрался забыть того человека... но жажда мести, думал он, по меньшей мере должна остаться нетронутой.
Та самая лютая ненависть, когда мужчина отдает всю свою искренность и собственное достоинство, а их втаптывают в грязь.
— Хорошо, — на лице Мэн Сянтяня проступило злобное выражение. Он чиркнул зажигалкой, зажал сигарету в зубах и твердо произнес: — Раз ты забыл, я не забыл. Этот хрен мне еще тогда глаза мозолил, прошло уже черт знает сколько лет, больше десятка! Не хочешь разбираться с ним ты — я сам разберусь!
Юань Юй слегка опустил голову, и в темноте блеснули его непроницаемые черные зрачки. Когда же он снова поднял голову, на его губах уже играла едва заметная, двусмысленная улыбка:
— С чего это тебе вмешиваться? Ты меня совсем за слабака держишь...
Сделав паузу, он продолжил глуховатым, низким голосом:
— Забыть-то надо. Но раз уж мы случайно столкнулись, я с удовольствием с ним поиграю.
Если уж Юань Юй говорил поиграть, это значило, что игра может закончиться чьей-то смертью. Мэн Сянтянь рос с ним с малых лет и прекрасно знал, насколько изощренным и безжалостным бывает этот мужчина.
В последние годы имя Юаня гремело на всю страну, и партнеры, и конкуренты сходились в одном определении: безжалостен и непреклонен. Но про себя Мэн Сянтянь думал, что все дело в опыте Юань Юя, уехавшего поднимать дела за границу еще больше десяти лет назад...
Услышав такой ответ, Мэн Сянтянь всё же слегка заволновался. Понимающе усмехнувшись, он шутливо толкнул друга в плечо и тихо бросил:
— Только играй с ним поаккуратнее, ладно? Боюсь, при таком истощенном виде твой игрунчик конки отбросит, не успеешь ты насладиться процессом...
Юань Юй ничего не ответил. Подняв со стеклянного столика высокий бокал, он сделал легкий глоток, а в его черных зрачках заплясцывали блики, более причудливые, чем неоновый свет ночного города...
http://bllate.org/book/40298/5113892
Сказали спасибо 0 читателей