Готовый перевод Knight's Malady / Рыцарский синдром: Пойми меня: Глава 12

Гао Сяосяо перевела взгляд на Сюй Сюйю и произнесла:

— Нин Фэйжань сначала сядет с Сюй Сюйю, а прежним соседям по парте нужно будет пересесть...

В груди Сун Сичжо затревожили тревожные звоночки. Мало того, что они оказались в одном классе, так ещё и законный сын с внебрачным должны сидеть за одной партой — подобное ни в коем случае не должно было случиться. Сун Сичжо сориентировался мгновенно и отвесил соседу по парте Цяо Юю увесистый щипок за бедро.

Удар вышел что надо, Цяо Юй резко вздрогнул и подорвался со своего места, проявив изрядную оригинальность.

Его прервали в раздумьях:

— Цяо Юй, ты чего вскочил? С утра пораньше захотел постоять в углу?

Цяо Юй уставился на Сун Сичжо, яростно вопрошая взглядом: какого чёрта ты меня ущипнул?!

Сун Сичжо сделал вид, будто ничего не заметил. Совершенно невозмутимо и с самым серьезным видом он заявил:

— Учитель, Цяо Юй на выходных ходил в больницу на проверку, врач сказал, что у него ложная близорукость, и он хочет пересесть вперёд, чтобы исправить зрение.

У Гао Сяосяо от этого цирка разболелась голова:

— Сун Сичжо, ну почему ты вечно лезешь везде? Ты что, пресс-секретарь Цяо Юя? Цяо Юй, говори сам.

Цяо Юй опустил голову и увидел, что Сун Сичжо косится на него и вовсю строит глазки. В Цяо Юя едва не полетели все условные сигналы разом, но в конце концов, с видом человека, идущего на плаху ради общего дела, он покорно проглотил эту ложь и успешно пересел.

Пока шло переселение, весь класс с интересом за этим наблюдал.

Гао Сяосяо напутствовала:

— Нин Фэйжань, первые несколько недель этого семестра ты пока побудешь с соседом по парте вдвоём по одному учебнику и сборнику задач, а после зимних каникул сможешь получить новые учебники и школьную форму.

Сун Сичжо пропустил всё мимо ушей, полностью сосредоточившись на наблюдении за Нин Фэйжанем. С тех пор как Нин Фэйжань переступил порог пятого класса, он не обмолвился ни единым словом, да и во время их прошлых редких встреч Сун Сичжо тоже не слышал от него лишних разговоров. То, что им предстояло сидеть за одной партой, Нин Фэйжань никак не воспротивился — судя по всему, ему было всё равно.

Сун Сичжо тихонько обратился к Нин Фэйжаню:

— Оказывается, у тебя фамилия Нин. В честь мамы? Круто. У меня фамилия совпадает и с маминой, и с папиной.

Нин Фэйжань достал из рюкзака пачку влажных салфеток, и тут же Сун Сичжо увидел, как тот принялся тщательно протирать парту туда и обратно, затем взял бумажную салфетку, вытер насухо оставшиеся капли, а после аккуратно расставил по самому углу парты пенал и тетради.

У Нин Фэйжаня нашелся даже пенал! Сун Сичжо был озадачен: у парней, с которыми он водился, ручки валялись где попало по всему столу и рюкзаку, а то и вовсе едва набиралась одна-единственная несчастная ручка на беднягу. Где ж это видано, чтобы существовал такой чистенький пенал с секретом внутри?

Тут Сун Сичжо заметил, что на тыльной стороне левой руки Нин Фэйжаня наклеен крошечный пластырь с изображением котиков. Котики на пластыре были самыми разными — крупными и мелкими, сидячими и лежачими, и все выполнены в нежно-голубых тонах.

У Сун Сичжо просто глаза разбегались: он то переводил взгляд на парту и руки, то заглядывал в лицо Нин Фэйжаню, смутно догадываясь, что тот сейчас исполняет некий священный ритуал. Сун Сичжо решил подождать окончания этой церемонии, ведь во время проведения обрядов обычно не разговаривают.

Нин Фэйжань повесил рюкзак на крючок парты, так ни разу и не взглянув на своего нового соседа.

Столкнувшись с тем, что его сообщение прочитали, но оставили без ответа, Сун Сичжо отбросил прежнюю тему и завёл новую:

— Ты же сегодня пойдёшь ставить третью прививку? Я составлю тебе компанию в знак извинения, вчера мне не следовало нести чушь.

На этот раз Нин Фэйжань наконец соизволил открыть рот:

— Ты вечно несёшь чушь.

Сун Сичжо так и подмывало ответить: да с чего бы, да как такое возможно!

Но вспомнив, что его извинения в WeChat всё ещё висят без ответа, а очная ставка идёт прямо сейчас, он стерпел обиду ради высшей цели и произнес:

— Я ведь принёс официальные извинения — и в мессенджере, и лично. Чего ты ещё хочешь? Говори прямо. Мы же оба мужики, давай без лишних уверток.

Сун Сичжо бросил взгляд на расписание и обнаружил, что первый урок — китайский язык. Он прекрасно знал, что для болтовни под носом у учителя требуется надёжное прикрытие. Он вытащил учебник китайского, раскрыл его и положил посередине между их столами.

Нин Фэйжань вытаскивал из рюкзака тетради и ручки. Даже не поднимая головы, он ровным тоном произнёс:

— В школе со мной не разговаривай. Если возникнут какие-то вопросы, я буду писать на стикерах. Не лезь в мою личную жизнь, и мне не нужна твоя компания в больнице.

Он только что вытащил этого парня из волчьей стаи, а тот едва успел перекинуться с ним парой слов, как снова норовит вцепиться когтями ему в лицо.

К тому же Нин Фэйжань отрицал саму его пользу во время походов за уколами. Сун Сичжо возмутился:

— Разве когда тебе делали укол, ты не прислонялся к моему плечу?

Нин Фэйжань остался непреклонен. С того ракурса, под которым на него смотрел Сун Сичжо, его ресницы казались длинными, загнутыми и очень мягкими, но голос звучал абсолютно беспристрастно, являя собой эталон бездушия и неблагодарности:

— Я тебя об этом не просил. Не прислонялся бы к тебе — прислонился бы к стене.

Сун Сичжо внезапно оказался приравнен к куску бетонной стены, и его чувства в этот момент было трудно описать в двух словах.

В рюкзаке у Нин Фэйжаня оказалось немного вещей, и вскоре всё уже было расставлено по местам. Нин Фэйжань спросил:

— У тебя есть стикеры для записок? Если нет, не забудь купить.

У Сун Сичжо отродясь не водилось подобной ерунды — её больше любили девчонки из их класса: цветастую, с мультяшными принтами, в маленьких блокнотиках. Это что же получается? Теперь ему нельзя будет говорить, только писать на стикерах?

Он посмаковал про себя только что сказанные слова Нин Фэйжаня: ах, не он будет писать записки, это у Нин Фэйжаня могут возникнуть вопросы, и это он сам будет писать ему стикеры.

Просто вопиющая несправедливость!

Внезапно Гао Сяосяо громко назвала имя Сун Сичжо. Подняв голову и встретившись взглядом с классной руководительницей, он прекрасно понял текущую диспозицию.

Сун Сичжо с честным видом заявил:

— Мы не болтали о пустяках, я спрашиваю у Нин Фэйжаня насчёт смыслового чтения.

Кредит доверия Гао Сяосяо к Нин Фэйжаню, судя по всему, достиг пика, так что слова Сун Сичжо она встретила кивком, выражающим полное согласие и одобрение.

Побув немного в классе, она позвала старосту на улицу, перекинулась с ней пара слов наедине и ушла.

Раз сказано не разговаривать — значит, ни слова. Украдкой бросив пару взглядов, Сун Сичжо так и не понял, чем именно Нин Фэйжань занимается в тетради. Остальные ученики пока тоже держали дистанцию, наблюдая за новеньким издалека.

Когда прозвенел звонок на утреннюю самоподготовку, сидевшая на первом ряду староста подошла к их парте и произнесла:

— Классный руководитель велела мне проводить тебя оформить школьную карту, а заодно показать школу, чтобы ты освоился. Давай добавим друг друга в WeChat, я потом добавлю тебя в классный чат.

Сун Сичжо остался сидеть сложа руки, скрестив на груди и с интересом наблюдая, когда же этот дикий кот полощет старосту когтями.

Однако сидевший рядом с ним Нин Фэйжань вёл себя безупречно: сначала он совершенно миролюбиво достал телефон, позволил старосте отсканировать код, и они добавились друг к другу в контакты, после чего Нин Фэйжань и староста вместе вышли из класса.

http://bllate.org/book/40296/5113654

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь