Шэнь Кэ бросил взгляд на тюбик. Это была специальная мазь для полости рта, помогающая при ожогах слизистой. Он завел руки за спину, даже не думая принимать ее:
— Что, неужели мне еще нужно тебя учить?
Вэнь Юэ разглядел недобрый огонек в глазах аристократа, и на сердце у него скрестили кошки — предчувствие было скверным.
Шэнь Кэ с ухмылкой покачал головой, откинулся на спинку шезлонга, сладко потянулся и прямо заявил:
— Сам я мазать не собираюсь. Теперь-то ты понял, о чем я?
Как бы Вэнь Юэ ни был далек от подобных намеренний, смысл до него дошел. Охваченный страхом и потрясением, он крепко сжал руки перед грудью:
— Прошу господина проявить милосердие, раб — не врач. Если вы и вправду серьезно ранены, я пойду и позову для вас доктора.
— О? С чего это ты не врач? — Шэнь Кэ с легкостью парировал удар, ничуть не сердясь. Тон его казался едва ли не ласковым, но во взгляде читалась похоть. — Я сказал, что ты врач, значит, ты врач. К тому же рана пустяковая, намажешь мне тут мазью — глядишь, к завтрашнему дню все и пройдет.
Этот человек был другом Лу Юйцюаня, да к тому же чистокровным аристократом-альфой, с которым при всем желании лучше не связываться.
Чем больше Вэнь Юэ думал об этом, тем сильнее паниковал. Ладони вспотели, и он, от отчаяния решившись на всё, тут же признал вину:
— Господин… Простите, я не нарочно вас обжег… Умоляю, отпустите меня.
— Ты передо мной ни в чем не виноват, и я тебя вовсе не принуждаю, просто хочу попросить об услуге, — Шэнь Кэ оставался непреклонным и продолжал гнуть свое.
— Нет… Я правда не умею. — Вэнь Юэ боялся даже представить, что будет, если он действительно окажет эту маленькую услугу, а стоящий перед ним аристократ потребует одолжения покрупнее. Как тогда отказываться? — Ваш друг здесь, возможно, он сможет вам помочь. — С мольбой в глазах он посмотрел на другого молчаливого аристократа.
Но тот лишь нахмурился, отвел взгляд и вовсе не собирался вмешиваться.
Вэнь Юэ разочарованно опустил глаза.
— Мне нужен только ты. — Шэнь Кэ еще никогда не встречал столь несговорчивых омег — обычно все только и делали, что вешались на него сами. В голосе альфы прорезались жесткие нотки; он схватил омегу за руку, притянул к себе, зажав между колен, и приказал: — Мажь давай, а не намажешь — так и будешь стоять.
Вэнь Юэ испуганно закрутил головой по сторонам, но выхода не оставалось. Дражащими пальцами он отвинтил крышку, набрал на подушечку пальца немного мази и потянулся к губам альфы. Шэнь Кэ довольно улыбнулся и подался навстречу:
— Вот так-то лучше.
Стоило пальцу коснуться мужских губ, как Вэнь Юэ ощутил незнакомое, обжигающее тепло.
Этот негодяй высунул язык!
И лизнул его палец!
Вэнь Юэ передернуло от омерзения. Оттолкнув Шэнь Кэ, он отпрыгнул на полметра назад и, совершенно позабыв о том, что перед ним аристократ высшей пробы, со страхом в голосе выпалил:
— Что вы делаете?!
Тут же сердце у него ухнуло вниз: осознав, какое это неуважение, он рухнул на колени:
— Простите, тысяча извинений, я правда не специально вас ошпарил… Умоляю, отпустите меня, я вас очень прошу.
Глядя на омегу, который от исчуга был готов расплатиться слезами, Шэнь Кэ распалился еще сильнее:
— Ну полно тебе об отпущении грехов, маленький раб, я ведь еще ничего с тобой не сделал.
— Я раб Семьи Лу, вы не смеете так со мной поступать! — Вэнь Юэ лихорадочно соображал, пытаясь придумать хоть что-то, и вдруг решил припугнуть его именем Лу Юйцюаня. — Господин Лу… Господин Лу лично велел мне прийти и убрать стрельбище, если что-нибудь случится…
— О? Правда? Сам господин Лу велел тебе прийти прибраться на стрельбище? — Шэнь Кэ впервые в жизни слышал столь нелепую ложь и нашел ее забавной. — И что же будет, если что-то случится?
Заметив, что мужчина всерьез переспрашивает, Вэнь Юэ постарался придать лицу уверенное выражение:
— Наверное, он рассердится на вас.
— Ох, оказывается, ваш господин Лу рассердится на меня, — с важным видом кивнул Шэнь Кэ. — Только вот, малыш, ты ведь недавно здесь, а потому не знаешь: ваш господин Лу как раз на этом самом стрельбище, ровно на том месте, где ты сейчас стоишь, лично подарил мне трех омег.
— Не хочешь оглянуться и посмотреть, кто стоит у тебя за спиной?
Заметив лукавую улыбку аристократа, Вэнь Юэ понял, что его ложь раскрыта. В панике он обернулся — и в нескольких шагах от них стоял тот, кого он меньше всего ожидал увидеть.
Лу Юйцюань.
На лице прибывшего играла загадочная улыбка, и он неотрывно смотрел в их сторону.
— Юйцюань, — поздоровался Шэнь Кэ и протянул ему пистолет. — С делами покончено? Давай, сделай пару вызовов, покажи мне мастерство стрельбы лучшего альфы Федерации.
— Я слишком устал, развлекайся сам. — Лу Юйцюань еще не успел переодеть костюм. Обменявшись парой слов с Сидай, он опустился в кресло, закурил сигарету и, судя по всему, участвовать в стрельбе не собирался. Он кивнул на Вэнь Юэ: — А ты…
Вэнь Юэ поднял голову, затаив дыхание в ожидании приказа. Уголкам глаза он заметил, что Шэнь Юй тоже смотрит на него, и от этого едва уловимого, но плотного взгляда ему стало невыносимо тошно.
Вэнь Юэ зажмурился и вознес молитву про себя.
Ради того вечера, когда я спас тебе жизнь, прояви великодушие и отпусти меня на этот раз…
Хотя в тот вечер Лу Юйцюань, пожалуй, даже не разглядел его лица. И все же в данный момент Вэнь Юэ оставалось уповать лишь на молитву.
Лу Юйцюань стряхнул пепел с сигареты:
— Убери остывший кофе и принеси три новых чашки.
— Слушаюсь. — Вэнь Юэ с облегчением выдохнул. Наконец-то выпала возможность хоть ненадолго отсюда уйти — находиться в одном помещении с этим домогающимся его альфой больше не было сил.
Проводив взглядом фигуру, скрывающуюся в мини-кухне, Шэнь Кэ так до конца и не понял, что на уме у Лу Юйцюаня, и решил зайти издалека:
— А этот маленький раб мне по вкусу.
Сигарета догорела до самого фильтра. Прищурившись, Лу Юйцюань тоже перевел взгляд в ту сторону, где в дверях кухни на секунду мелькнул силуэт блондина, и равнодушно бросил:
— По вкусу?
— Обожаю таких, ты же знаешь. — Шэнь Кэ приподнял бровь.
Вообще-то Лу Юйцюаня абсолютно не волновало, кто там по вкусу Шэнь Кэ, но в голове почему-то сама собой всплыла картина:
Он помнил, как впервые увидел этого светловолосого раба в замке Семьи Лу — тот упал на колени, фарфоровая кожа отливала перламутровым сиянием, пунцовые губы напоминали тронутую росой вишню, а глаза сверкали, словно драгоценные камни из музейной коллекции.
http://bllate.org/book/40175/5097909
Сказали спасибо 0 читателей