Обнаружив, что Цзян Сюй пропал, Цзян Сюй обыскал всю округу. Поскольку негласные правила рынка запрещали громкие крики, Цзян Сюй мог лишь молча переживать.
— Дядя Сюй, вы не видели человека, который пришел со мной?
— Не видел, но на твоем месте я бы не стал соваться дальше вглубь.
У этого мужчины средних лет, которого Цзян Сюй называл дядей Сюй, на лице и открытых участках кожи красовались шрамы всех мастей. Выглядел он свирепо — с таким лучше было не связываться.
Цзян Сюй сошелся с ним благодаря тому, что старик как-то раз случайно починил для этого мужчины полностью вышедший из строя искусственный глаз.
Дядя Сюй пододвинул к себе Цзян Сюя и понизил голос:
— Последние два дня по рынку ходят слухи, будто у Черного Сообщества и корпораций из Нового Дунчэна намечается какое-то крупное дело. Там сейчас везде запретная зона, сунешься по неосторожности — живым не выберешься.
С этими словами он поднял голову и многозначительно подмигнул Цзян Сюю.
Цзян Сюй проследил за взглядом дяди Сюя вниз: Рынок Диких Псов включал в себя несколько уровней подземного города, но они в основном отирались на наземной торговой площади.
Чтобы попасть на те подземные уровни, требовался определенный допуск.
Раньше Цзян Сюй уже бывал там один раз вместе с дедушкой Чжэном из-за неполадок в одном из транспортных тоннелей подземного города, но видели они тогда лишь заброшенный служебный проход.
— Ох, я понял, спасибо, дядя Сюй. Я пойду искать человека.
Цзян Сюй всю жизнь прожил здесь, поэтому прекрасно знал, куда ходить можно, а куда соваться не стоит.
Попрощавшись с дядей Сюем, Цзян Сюй отправился на поиски в другую сторону.
Наземный рынок был огромен, дороги переплетались сложнейшей паутиной, и если Цин Сюэюэ заблудился, впервые попав сюда, в этом не было ничего удивительного. Задача Цзян Сюя заключалась в том, чтобы отыскать его.
Пока Цзян Сюй лавировал по извилистым улочкам рынка в поисках потеряшки, Цин Сюэюэ тащил за собой вусмерть пьяного молодого мужчину, пытаясь отыскать дорогу.
— Эй, братец, куда мы в конце концов идем? Мы здесь уже трижды проходим, ты вообще помнишь дорогу?
Изначально Цин Сюэюэ был с Цзян Сюем, но на полпути их растерзала толпа зевак, и стоило Цин Сюэюэ потерять ориентацию в пространстве, как к нему прицепился этот парень в черной одежде.
Уловив от незнакомца непередаваемое амбре перегара, первой мыслью Цин Сюэюэ было дать деру, но силы оказались слишком неравны — избавиться от преследователя он не смог.
Опомнился он уже на какой-то незнакомой улочке, когда мужчина, свесив на него полтела, бормотал что-то о том, чтобы тот проводил его домой.
Поняв, что сопротивление бесполезно, Цин Сюэюэ предложил сделку: он доводит его до дома, а тот отпускает его на все четыре стороны. После долгих и мучительных переговоров ситуация приняла именно такой оборот.
— Не может быть... Я, я точно помню... ик...
Мужчина в черном помотал головой и ткнул пальцем в каком-то направлении:
— Вот сюда, зуб даю.
— Братец, там тупик, там сплошная стена.
Цин Сюэюэ едва доставал макушкой до плеча спутника, хрупким телом наполовину волоча его за собой, и передвигаться быстро они просто не могли.
Увидев, как тот указывает на глухую стену и называет ее дорогой, Цин Сюэюэ покрылся темными испаринами. Пьянчуга этот вроде бы и соображал что-то, раз мог вести диалог, но в то же время дороги перед носом разобрать был не в силах. Цин Сюэюэ понял, что освободиться от этого дармоеда удастся, пожалуй, только тогда, когда тот протрезвеет сам.
Но у него не было времени ждать, пока этот тип протрезвеет!
— А, значит, в эту сторону. На этот раз точно не ошибусь, поверь мне.
На сей раз мужчина в черном наконец указал на новую развилку. В отличие от остальных мрачных переулков, этот ярко освещался — красно-зеленые огни издалека казались пестрой, кричащей картинкой.
Увидев это, Цин Сюэюэ потащил мужчину в ту сторону. Перед входом дежурили двое стражей.
Приблизившись, Цин Сюэюэ хотел было спросить, не знают ли они этого пьянчугу, но не успел он и рта открыть, как здоровяки поспешно отступили назад и опустили защитные роллеты.
Делать было нечего, Цин Сюэюэ пришлось идти дальше по этой улице, попутно пытаясь достучаться до спутника:
— Как дойдем до твоего дома, не забудь сказать!
— Братец, ты меня слышишь? Не задирай нос... Тьфу, не засыпай!
— Слышу я, сопляк... Ну и шумный же ты.
— .......
Пока Цин Сюэюэ углублялся в подземный переулок, дежурившие у входа охранники снова подняли заслонку.
— Брат Ху, разве босс не говорил, что последние два дня будет жесткая проверка и никому нельзя спускать спуску? Почему ты только что не проверил этого пацана?
Один из новичков, заметно более молодой и долговязый парень, не удержался от вопроса.
— Ты спустился сюда всего пару дней назад, а этот пьянчуга в черном — человек с прозвищем Кровавый Резник, обладатель сверхъестественной способности. Наш босс смотрит на него сквозь пальцы, сунься ты к нему — сдохнешь и не поймешь от чего, — бросил косой взгляд на долговязого паренька брат Ху и снизошел до пояснения.
Подземный город Рынка Диких Псов был поделен между несколькими влиятельными группировками. Кровавый Резник не принадлежал ни к одной из них, но и связываться с пробужденным силачом никто не горел желанием.
Ходили также слухи, что этот тип родом из Нового Дунчэна, откуда по неизвестным причинам сбежал в Дунчэн.
Конечно, все это были лишь сплетни, так что они могли разве что почесать языками — до разборок одаренных им дела не было.
Цин Сюэюэ, шагавший все дальше вглубь тоннеля под тяжестью тела незнакомца, взмок от пота и смертельно устал.
Другие прохожие на этой подземной улице не обращали на них особого внимания — пьянчуги здесь были обычным делом.
— В какую сторону идти?
Цин Сюэюэ остановился, чтобы перевести дух и выбрать правильный поворот.
— Э-э, налево.
— Далеко еще? Как дойдешь до дома, слезай с меня и топай дальше сам.
Цин Сюэюэ покосился на руку, тяжелым грузом лежавшую на его плече — сдвинуть ее с места он был не в силах.
Потащив мужчину налево, он обнаружил, что прежде узкий проход через пару шагов вывел их на просторную площадку.
Стоило Цин Сюэюэ ступить туда, как прежде шумное место разом стихло, и на них скрестились десятки взглядов.
Заметив, что перед ними всего лишь сопляк, зрители тут же перевели внимание на мужчину в черном. Цин Сюэюэ молча окинул собравшихся взглядом — ему хотелось поскорее утащить этого типа куда подальше и не наживать лишних проблем.
Однако не успел Цин Сюэюэ покинуть просторную площадку, как прямо на него обрушилась выбитая со страшной силой стена.
Цин Сюэюэ отпрыгнул в сторону, чудом избежав удара летящими обломками.
— Ай-яй-яй, чуть не угробили.
Только услышав эти слова, Цин Сюэюэ вспомнил, что вообще-то тащит на себе человека.
— Эй, ты цел? Я совсем забыл.
Цин Сюэюэ поспешил проверить состояние мужчины в черном, как вдруг по ту сторону рухнувшей стены пронеслась мощнейшая волна давления — эта Гравитация давила куда сильнее, чем вес самого пьяницы.
— Вы, ребята из Банды Огня, и впрямь возомнили, будто с Новым Дунчэном можно шутки шутить? Если сегодня же не вернете эту вещь, все здесь подохнете!
— Сперва попробуй добудь ее!
Перепалка не утихала, задевая всех, кто стоял поблизости.
Увидев летящий прямо на него кусок железа, Цин Сюэюэ резко присел на корточки, и обломок со свистом срезал волоски на макушке, вонзившись в стену позади.
Остальные летевшие в их сторону снаряды перехватил мужчина в черном.
— Ну и горлопаны же вы, нельзя хоть на минуту заткнуться?
Выдав это, мужчина в черном кое-как поднялся на ноги, и в следующее мгновение его фигура оказалась в эпицентре битвы.
— Бежим скорее!
Появление мужчины в черном разрушило зону подавляющего давления, и люди, до того не смевшие и шевельнуться, единой толпой бросились к выходу.
Цин Сюэюэ продолжал сидеть на корточках, зачарованно наблюдая за эффектной дракой трех бойцов — такие способности явно были не по силам обычному человеку.
— Чего уставился, сопляк, ноги в руки и вали отсюда!
Защищаясь от атак, мужчина в черном заметил, что Цин Сюэюэ все еще торчит на месте, и рявкнул на него.
С этими словами он разнес ударом стену ближайшего тоннеля, и Цин Сюэюэ бросился наутек — он прекрасно понимал: если замешкается еще хоть на секунду, живым отсюда не уйдет.
— Ха-а... ха-а...
Пробежав в панике какое-то расстояние и убедившись, что вокруг больше нет посторонних звуков, Цин Сюэюэ сбавил шаг.
— Бах!
Только он решил, что находится в безопасности, как раздался грохот, и земля под ногами провалилась.
В момент падения Цин Сюэюэ судорожно цеплялся за все, за что мог ухватиться.
Сделав несколько кувырков, он обнаружил на спине, ногах и руках глубокие раны.
Упав на твердое основание, Цин Сюэюэ постарался отползти подальше от центра провала и, прислонившись спиной к углу, стал восстанавливать силы. Тут он заметил неподалеку слабый красный свет.
Подобрав предмет, он присмотрелся: в руке лежал красный граненый камень.
Сначала Цин Сюэюэ подумал, что это рассыпавшиеся драгоценности, но, увидев, как кровь с его ладони впитывается в красный камень, тут же отбросил эту мысль.
Цин Сюэюэ хотел было избавиться от этой жуткой штуковины, но не успел — перед глазами вспыхнула золотая вспышка.
Пока его сознание затуманивалось, кровоточащие раны на теле начали стремительно затягиваться.
А грохот на разрастающемся поле боя наверху всё не утихал...
Тем временем в главной резиденции семьи Цинь в 1-м районе.
После того как Ши Манжо и Гао Чэн поселились в апартаментах Цин Сюэюэ, Цинь Кай распорядился оборудовать здесь специальный виртуальный тренировочный зал.
Все его настройки были связаны с Интеллектуальным мозгом, так что вошедшие могли самостоятельно регулировать любые показатели внутри зала, а при получении тяжелых ран в режиме виртуального боя система автоматически выкидывала наружу.
Параметры Ши Манжо при входе в виртуальный зал были настроены на уровень пика Второго Ранга одаренных.
Последнее время они только и делали, что замеряли темпы роста способностей Цин Сюэюэ, и стоило им решить, что достигнут предел, как планка тут же сдвигалась.
Пара раз — еще куда ни шло, но прошел уже почти месяц, а первое задание главы семьи до сих пор не было сдано.
Они невольно терялись в догадках: случаи пробуждения духовной сущности золотого цвета в записях встречались, но результаты этого молодого господина явно зашкаливали.
Поэтому сегодня Ши Манжо решила задействовать режим предельных тренировок.
Паутинные нити Цин Сюэюэ в этот период развивались стремительно: степень усвоения навыка Органы чувств достигла семидесяти пяти процентов, а Сопротивление Ударам — семидесяти процентов.
Естественно, что с такими характеристиками прочность невидимых и неуловимых нитей в сочетании с этими способностями заставляла показатели виртуального зала обновляться снова и снова.
http://bllate.org/book/40123/5090563
Сказали спасибо 0 читателей