В первый же миг она стала искать глазами Юнь Ци в толпе.
Оправдывая ожидания, та обнаружилась в самом центре. Вокруг неё толпилось уже совсем немного людей, так что подойти сейчас не должно было выглядеть слишком навязчиво.
Хоть она так и думала, ноги шагнули вперёд ещё до того, как оформилась мысль.
Стоило сократить расстояние до пары шагов, как улыбку на её лице стало уже невозможно сдерживать.
— Ты же в детстве ещё докучала мне разговорами о том, что выйдешь за меня замуж, забыла что ли? Именно поэтому наша помолвка и состоялась.
Жун Чжи застыла на месте, неосознанно сжав кулаки в комок.
Юнь Ци с безмятежным видом подняла бокал с вином, а на её губах заиграла лёгкая улыбка.
Из точки, где стояла Жун Чжи, всё выглядело так, будто они смотрят друг на друга полными чувств взглядами, и та даже смущённо улыбалась!
Обида, гнев и чувство собственного бессилия в один миг захлестнули Жун Чжи с головой.
Ей следовало бы уйти отсюда прямо сейчас, перестать выставлять себя на посмешище… но почему она не могла сдвинуться с места?
— Вот как? Не помню.
Хотя Юнь Ци явно улыбалась, от неё веяло лёгким холодом отчуждения.
— Ты ведь и сама сказала, разве нет? В детстве все бывают неразумными. Это же не контракт, который подписал — и обязательно должен исполнять. К тому же, даже если бы и контракт — всего лишь неустойка, сколько с меня?
Гу Чжаоси посмотрел на неё сложным взглядом и умолкнул.
Для него брак с Семьей Юнь был наилучшим выбором, а коммерческий союз позволил бы извлечь максимум выгоды без лишних усилий на поддержание отношений.
Более того, желающих примазаться к Семье Юнь было пруд пруди.
И явился он сюда именно ради этого дела.
Но где чья-то печаль, там и чья-то радость.
Жун Чжи вдруг почувствовала, что кругом зацвела весна, и даже послышался откуда-то треск петардовых залпов.
— Пф-ф…
Не удержавшись, Жун Чжи тихонько прыснула и в испуге прикрыла рот ладонью. Ох уж эта её социофобия…
— Прошу прощения…
Просто ей было слишком радостно, и сдержаться не получилось.
Гу Чжаоси повернулся на звук. Его прежде мрачные глаза странно блеснули — он никак не ожидал встретить её здесь…
Он уже собрался было направиться к ней, но Юнь Ци опередила его.
Озарив лицо мягкой улыбкой, она лёгкой и непринужденной походкой зашагала навстречу.
Жун Чжи встретилась с ней взглядом.
Сердце её мгновенно расцвело, она сделала короткий подпрыгивающий шаг, но тут же взяла себя в руки и чинно направилась к подруге.
— Освободилась? — первой заговорила Юнь Ци.
Уголки её губ по-прежнему были изогнуты в элегантной и ленивой улыбке.
— Угу, только что закончила. — На лице Жун Чжи расцвела чистейшая радость, и в голосе её звучало неподдельное счастье: — Ты следила за мной?
— Пару дней тебя не видела. Как ты?
Юнь Ци проявила заботу ровно настолько, насколько было нужно, и вовремя взяла её за запястье, уводя прочь из этой шумной обстановки.
Сад на крыше отеля был укрыт прозрачным куполом утеплителя, напоминая отсек корабля инопланетных гостей.
Стояла редкая для зимы ясная погода, ночное небо сияло россыпью ослепительных звезд, тонкий ледок на скованном морозом снегу еще не растаял, а деревья, усыпанные кружевом изморози, сверкали в лунном свете.
Они плечом к плечу уселись на скамью, и Пэн Цзэ распорядился принести горячего молока.
Жун Чжи обхватила чашку обеими руками и украдкой покосилась на спутницу.
Та казалась чуть ли не излишне худой, да к тому же бледной от природы, а сейчас и вовсе выглядела болезненной.
— Тебе нужно побольше кушать. — Жун Чжи порылась в карманах и наконец что-то нащупала: — Держи, съешь конфетку, от сладкого настроение улучшается.
Юнь Ци прищурилась, затуманенным от хмеля взглядом уставившись на леденец, и когда Жун Чжи уже решила, что та совсем пьяна, произошло неожиданное.
— Ау-у~
— Ой!
Юнь Ци взяла и прямо прикусила ее мизинец. Обжигающе горячий кончик языка скользнул по коже, и лицо Жун Чжи в один миг вспыхнуло пунцовым пламенем.
— Ам-ням-ням… — Юнь Ци разжала зубы и с недовольным видом ткнула пальцем в ее ладонь: — Несладкая, какая-то солоноватая…
Жун Чжи подняла голову и внезапно утонула в ее взгляде; туманная хмельная пелена словно перекинулась и на нее.
В глубине чужих глаз плескались волны безграничной дерзости по отношению к ней.
— Ах~
Жун Чжи больше не могла сдерживаться. Протянув руку, она ущипнула Юнь Ци за щеку — как человек, обычно столь холодный и отстраненный, мог стать таким милым в подпитии?
— Юнь Ци.
— Мм?
Юнь Ци уже совсем опьянела, и отвечала так хрипло, будто ее голос скребся где-то в самом сердце Жун Чжи, вызывая сладкую щекотку.
— Напилась?
— Угу.
Зрачки Жун Чжи едва заметно качнулись. В голове пронеслись сотни мыслей, но она все же решилась спросить: — А ты и тот парень… в каких вы отношениях?
Юнь Ци резко приподнялась, так испугав Жун Чжи, что та чуть не шлёпнулась на землю. Та лишь моргнула, снова сникла и, подперев щеку рукой, принялась о чем-то задумчиво размышлять.
Жун Чжи надула губы и пробормотала: — И долго тебе еще думать?
Словно желая выместить злость, она ухватилась за краешек чужой одежды.
— И много у вас тут историй, Юнь Ци?..
Юнь Ци вдруг рассмеялась, приподняла ее подбородок за кончик и подалась ближе.
— Ни в каких. Я расторгну помолвку.
С этими словами она бессильно уронила голову на плечо Жун Чжи.
— Жун Чжи, я пьяна… отвези меня домой… — бормотала она невнятно: — Жун Чжи…
Эти капризные ласковые интонации заставили Жун Чжи едва ли не взлететь от счастья.
— Ладно-ладно, пошли~ Довезу тебя домой~ — Жун Чжи погладила ее по голове: — Юнь Ци, а я кто такая?
— Жун Чжи…
— Хе-хе~ Повтори еще раз, я записала.
Сон длился всю ночь. Вчера она определенно перебрала: сколько кубков красного вина было выпито, не сосчитать. Смутно припоминалось, что она вроде бы виделась с Гу Чжаоси.
О чем они говорили? Почему она не может вспомнить? И куда потом делась?
— Тсс… — она потерла виски. — А алкогольная-то выносливость с каждым разом все хуже.
— Лучше бы не говорила, что пила как не в себя. — Голос Дженни вечно являлся в такие моменты. — Ты вчера была донельзя храброй и искусной.
— Чего тебе? Говори прямо, у меня голова раскалывается, не до твоих шуточек.
Голова трещала по швам, так что пикироваться с Дженни Жун Чжи не желала.
— Если бы я тебя не разбудила, ты бы, наверное, до самого вечера проспала. К тебе тут уже пришли, — Дженни кивнула в сторону первого этажа. — Живее спускайся, люди ждут не дождутся.
Юнь Ци наскоро умылась, оделась и вышла из комнаты. И надо же было такому случиться — люди из Семьи Гу уже ждали внизу.
— Юнь Ци, проснулась? Спускайся скорее, поприветствуй дядю с тетей Гу.
Юнь Ци кивнула. Гу Чжаоси поднялся с места первым и, изображая из себя галантного кавалера, зашагал навстречу с улыбкой, которая, должно быть, казалась ему невероятно привлекательной.
— Юнь Ци…
Юнь Ци прошла мимо него в шаге, лишь чуть склонила голову в знак приветствия и легко прошествовала дальше.
— Полагаю, вчера я выразилась предельно ясно. У каждого в пору юношеского легкомыслия случаются заскоки, зачем же воспринимать их всерьез? — Юнь Ци взглянула на Гу Чжаоси с безмятежной улыбкой. — Или ты рассчитываешь получить что-то еще?
Глава 9. Отчитываю именно тебя, пёс эдакий!
Лицо Гу Чжаоси потемнело до синевы, однако ради приличия ему пришлось усесться на место с крайне учтивой улыбкой.
Он привык смотреть на окружающих свысока: никто из его ближнего круга не жил так успешно, как он, и это наполняло его гордостью.
Юнь Ци чуть склонила голову и без малейшего стеснения ткнула в его сторону изящным пальцем с точёными суставами.
— Меня претит твоё нынешнее самомнение. Насколько мне известно, учёбу за границей ты так и не закончил, а в семейном бизнесе не добился никаких выдающихся успехов. Я не вижу у тебя ни малейших оснований задирать передо мной нос.
Её прямота больно ударила по самолюбию Гу Чжаоси, лишив его всякой почвы под ногами. Его и без того неприглядное лицо окончательно сделалось свинцово-серым.
— Мисс Юнь Ци, — он демонстративно отсел подальше. — Понятия не имею, чем я мог вас задеть, раз сегодня вы бросаетесь столь колкими и неприятными словами.
Про себя он думал, что подобное нарочитое отчуждение наверняка заставит эту девицу помучиться какое-то время, ведь раньше она так сильно в него верила…
— Во-первых, мои слова не неприятные, а констатирующие объективные факты. Во-вторых, я не слепая. — Юнь Ци указала на лежавший на столе проект брачного договора. — Эта бумажка избыточна и полностью лишена смысла.
— Ты перегибаешь палку, Юнь Ци! — Мать Гу наконец не выдержала, вскочила на ноги и принялась тыкать в девушку пальцем: — Как-никак, наши семьи — давние друзья дома, даже если хорошей партии не вышло, не стоит же говорить такие гадости!
С этими словами матушка Гу не преминула пнуть под столом отца Гу.
— Старейшина Юнь, скажите же хоть слово, — подал голос и отец Гу. — Вы же прекрасно знали, что Юнь Ци с самого детства была без ума от нашего Чжаоси. Уж не знаю, в чём там между ними пробежала кошка, но вы бы рассудили их.
Юнь Циньшань молчал. Он лишь поднес к носу чашку с чаем, вдохнул аромат и сделал маленький глоток, сохраняя непроницаемый вид.
Мать Гу не стерпела первой: — Юнь Ци, мой сын ведь искренне привязан к тебе…
— Стоп.
Юнь Ци оборвала её на полуслове и с лёгкой ноткой насмешки произнесла: — Гу Чжаоси, будет лучше для нас обоих, если это представление закончится. Если я захочу копнуть под тебя — у меня тысяча способов это сделать. Всё, до чего ты можешь додуматься, и то, о чём даже не догадываешься, — я могу узнать о тебе абсолютно всё.
Гу Чжаоси холодно хмыкнул: — Мне нечего бояться проверок, я чист перед…
— Правда? — Юнь Ци откинулась на спинку стула и ровным голосом произнесла: — Сюньчэн…
— Довольно!
У Гу Чжаоси перехватило дыхание, и его обдал холодный пот от мелькнувшей в голове догадки.
— Раз уж у Юнь Ци нет подобных намерений, мне, как старшему, пожалуй, тоже не пристало лезть со своими рассуждениями. — Гу Чжаоси вновь обрёл спокойствие и расплылся в галантной улыбке: — Дедушка Юнь.
Юнь Циньшань посмотрел на него.
— Наша с Юнь Ци помолвка всё ещё имеет силу?
Неизвестно, что именно замышлял Гу Чжаоси, но лицо Юнь Циньшаня явно помрачнело; он принялся рассеянно крутить на пальце нефритовое кольцо-перстень и молчал.
— Старейшина Юнь, послушайте… — Мать Гу вновь завелась с полуоборота и, тыча пальцем в Юнь Ци, заговорила: — Раз уж она не хочет выходить замуж, нельзя же так просто брать и разрывать…
— Опусти свою грязную руку! Руки лишиться захотела?!
Трость Юнь Циньшаня с тяжёлым стуком опустилась на пол, заставив троицу из Семьи Гу испуганно вздрогнуть.
— Юнь Ци — будущая наследница Семьи Юнь, и в своей личной вольна решать сама. Старик указывать ей не станет, да и не желает. — Юнь Циньшань перевёл дыхание: — С другой стороны, Семья Юнь никогда не бросала слов на ветер. Раз уж мы пообещали вам брачный союз, значит, он обязательно состоится. В конце концов, Юнь Ци не единственный ребёнок в Семье Юнь.
— Старейшина? Это же…
Отец Гу первым вскочил со стула, растерянно разводя руками, совершенно не понимая, как реагировать на такое.
http://bllate.org/book/40108/5088649
Сказали спасибо 0 читателей