Она изначально была круглой отличницей в киноакадемии, поэтому озарение пришло к ней очень быстро.
К следующей сцене, когда Лу Шицин снова вцепился зубами в ее рукав и принялся жевать вышитые на нем цветы, она уже умела, не прекращая произносить реплику, взять со стола кусочек пирожного и мимоходом сунуть ему в рот.
Лу Шицин ни на секунду не выходил из роли, словно целиком превратился в кошачьего духа меча. Хотя в его лексиконе было всего несколько слов вроде «а» и «мгм», он старательно трудился целый день.
Режиссер Чжао, глядя на то, что получилось при съемке, расплылся в широчайшей улыбке.
Персонаж Лу Шицина постоянно следовал по пятам за главной героиней, и, судя по сценарию, его сольная сцена должна была выпасть только на следующую неделю, однако он по-прежнему получал от процесса огромное удовольствие.
В одной из сцен, где главная героиня дразнила духа меча, сидевший неподалеку второстепенный актер внезапно решил проявить инициативу и тоже попытался протянуть руку, чтобы погладить его, — судя по всему, в надежде урвать немного экранного времени.
Вот только стоило его руке вытянуться вперед, как Лу Шицин, которого Цзян Ванчжи до этого позволяла мять и тискать как душе угодно, вдруг с диким блеском в глазах издал зловещее «ррр» и бросился кусать его за лапу.
Второстепенный актер: «???»
К счастью, тот отдернул руку с молниеносной быстротой, иначе ее наверняка бы тяпнули.
Цзян Ванчжи заметила это боковым зрителем, но среагировала мгновенно. Обернувшись, она с деланным недоумением спросила:
— Что случилось?
Лу Шицин тут же принял обиженный вид, поджал губы и спрятался за спину к Цзян Ванчжи. Вцепившись в ее рукав, он молчал, но продолжал исподлобья сверлить взглядом злодея, который посмел до него дотронуться.
Второстепенный актер: «...»
Режиссер Чжао был готов умереть со смеху.
Сцены, где Лу Шицин просто создавал массовку, снимались около четырех дней. В субботу пошел дождь, и у него выдался денек на короткий отдых, но он никуда не пошел, а лишь забился на диван и принялся быстро-быстро стучать по экрану телефона.
Блик!
Старшенькая из администраторов фан-клуба Жун Сюя прислала дюжину фотографий и принялась восторженно визжать в сообщениях:
[Учитель Цзюэ! Учитель Цзюэ, я видела Жун Сюя вживую! И-и-и, еще посмотрела съемки сцены на площадке, его актерская игра — просто нечто!]
Лу Шицин открыл фотографии и всмотрелся.
Эту додрамму в стиле Республики Китай анонсировали еще несколько месяцев назад, и Жун Сюй играл в ней двойного агента, защищающего родину и спасающего страну.
Хотя девушка снимала на телефон, кадры оказались пойманы с невероятным мастерством.
Жун Сюй стоял на длинной улице, окутанной следами недавней канонады, одетый в длинное черное пальто. Заметив камеру, он придержил рукой шляпу и чуть повернулся вбок, бросив взгляд в объектив. Очки в золотой оправе создавали образ утонченного мерзавца с наплевательским отношением ко всему, но в то же время его глаза излучали тяжелую, исполненную милосердия серьезность.
Даже по одной-единственной фотографии было понятно, что этот персонаж обладает колоссальным уровнем агрессии.
Лу Шицин с бесстрастным лицом принялся щелкать пальцами, сохраняя снимки в галерею.
[Администратор: А-а-а, учитель Цзюэ! Жун Сюй выходит, посмотрим, удастся ли мне раздобыть для вас именной автограф!]
[Учитель Цзюэ: Не стоит утруждаться.]
[Администратор: О-о-о!]
После этого она убежала дальше вопить от восторга.
На этот раз Жун Сюй привез съемочной группе множество перекусов, пирожных и кофе в качестве подарков для поддержки на площадке. Были там и угощения из элитных ресторанов Яньчэня, бронь в которые нужно делать за несколько дней до визита — один этот факт не оставлял сомнений, что в рядах фанатов снова завелся богач, швыряющийся деньгами налево и направо.
Администратор была безумно возбуждена и ждала появления Жун Сюя на площадке, отведенной студией.
Вскоре Жун Сюй спустился вниз — он еще не успел переодеться в обычную одежду и был в том же костюме.
Несколько десятков фанатов, собравшихся на месте, дружно замахали маленькими флажками, скандируя имя Жун Сюя.
Жун Сюй с лучезарной улыбкой принялся отрабатывать фансервис.
Девушка не выпускала телефон из рук, продолжая беспрерывно щелкать затвором. Заметив, что Жун Сюй непринужденно и мягко болтает с остальными поклонниками, она тихонько кашлянула и достала блокнот для автографов, готовясь добыть заветный именной росчерк для учителя Цзюэ.
Жун Сюй держался непринужденно: подписывая бумаги, он между делом перебрасывался с фанатами шутками.
— Вы проделали такой долгий путь, это тяжело. Вам нужно пораньше вернуться домой и беречь себя.
— Ага, в конце месяца уже будет финал съемок.
— В этот раз вы слишком много потратили, в следующий раз так не делайте.
Администратор поспешила вставить слово:
— Это все спонсорство одного богатого фаната... Кхм, сегодня у него кое-какие дела, и он не смог приехать. Учитель Жун, можно мне попросить автограф с именным обращением для него?
Жун Сюй приподнял бровь:
— Богатый фанат?
Остальные поклонники тоже закивали:
— Угу-угу, учитель Цзюэ безумно богат! Сбор средств на его день рождения в первой половине года тоже он организовывал — выкупил под рекламу весь LED-экран на здании в Яньчэне, а реклама в метро вообще занимала целую Первую линию.
— Без проблем. — Жун Сюй взял у администратора блокнот, размашисто вывел сперва заветные буквы to и уточнил: — На какой ID писать? Просто учитель Цзюэ?
Стоило прозвучать этому вопросу, как щебетавшие до этого фанаты мгновенно затихли.
Группа девчонок переглянулась со странными выражениями на лицах. Каждая из них словно излучала безмолвное послание: «Ты не хочешь говорить? Ну и я тогда не стану».
Кончик пера Жун Сюя замер. Не дождавшись ответа, он решил, что они просто не расслышали, и, подняв голову, с недоумением протянул:
— Мм?
Администратор тихо кашлянула и смущенно произнесла:
— Напишите...
Остальные фанаты дружно уставились в небеса, усердно сжимая пальцы на ногах в попытке зарыться в землю от стыда, наотрез отказываясь смотреть на происходящее.
— To... Отказ от страстных поцелуев с Жун Сюем.
Жун Сюй: «...»
От автора:
Лу Шицин: ...Атчхи! Кто это там за моей спиной пытается мне навредить?
Я буду тереться и ластиться
Не нужно протягивать руки, пока человек еще не вышел из роли.
Лу Шицин подряд чихнул несколько раз.
Чжоу Фу нахмурился:
— Простудился?
Погода становилась все холоднее, а Лу Шицин в роли своего персонажа вечно разгуливал повсюду в одном тонком белом одеянии — от одного вида становилось зябко.
Лу Шицин покачал головой и, бросив взгляд на стоящую неподалеку страховку для вертикальных полетов, судорожно вцепился в рукав Чжоу Фу, плотно сжав губы.
Пробыв ходячим фоном и балластом для массовки целых восемь-девять дней, дух меча наконец-то дождался сольной сцены.
Главную героиню ложно обвинили в сговоре с кланом демонов и причинении вреда адептам праведного пути, после чего устроили на нее облаву. Во время всеобщей суматохи она получила легкое ранение, и тогда послушно и молчаливо следовавший за ней дух меча внезапно перешел в атаку, в мгновение ока перебив десятки людей.
Сегодняшняя сцена как раз представляла собой этот момент: дух меча стремительно срывается с крыши и вершит кровавую расправу над всеми врагами.
Обычно актеры проходят тренировки, чтобы привыкнуть к подвесным тросам, но Лу Шицин присоединился к съемочной группе прямо на ходу, к тому же ему предстоял всего один эпизод с прыжком сверху вниз. Специалист по безопасности объяснил ему основные правила предосторожности и планировал дать ему совершить первый пробный полет.
Чжоу Фу остро почувствовал неладное. Заметив смертельную бледность на лице Лу Шицина, он с сомнением спросил:
— Ты боишься высоты?
Лу Шицин вцепился в него еще мертвей:
— Н-нет, просто в первый раз лечу...
— Не бойся, — успокоил его Чжоу Фу. — Страховочное оборудование очень надежное, посмотри сам, там все уже несколько раз проверили, никаких проблем не будет.
Лу Шицин кивнул.
Хотя говорилось именно так, каждый знает, что карусели в парке аттракционов безопасны, но страх от этого никуда не девается.
Вскоре Лу Шицина закрепили на тросах и подняли на скрытую платформу на крыше. Бросив беглый взгляд на четырех-пятиметровую высоту под ногами, он чуть было не зажмурился и не скатился с крыши кубарем.
Шоу-бизнес — это совсем не весело, он все-таки хочет уйти из индустрии.
На стальных тросах на самом деле чертовски трудно удерживать равновесие тела, а на большой высоте от нервозности все и вовсе валится из рук. В некоторых сянься-сериалах и костюмы, и работа оператора были неплохи, но проваливались они именно из-за того, как главные герои нелепо барахтались в воздухе и таращили глаза во время своих «полетов».
Специалист по безопасности подал сигнал вниз.
Сохраняя хладнокровие, Лу Шицин ступил на край карниза и шагнул в пустоту...
Прыжок не удался.
Его нога соскользнула, и он чуть не рухнул коленями на черепицу. Лишь чудом подоспевший сотрудник безопасности схватил его за руку, не позволив повиснуть и закрутиться в воздухе.
Режиссер Чжао: «...»
У Лу Шицина подкосились ноги, и на лбу выступил пот, несмотря на такую холодную погоду.
Закрыв глаза, он немного перевел дух на месте. Игнорируя продолжавшие дрожать икры, он с трудом поднялся на ноги — он был намерен попробовать снова.
Режиссер Чжао, увидев, до какого ужаса парня довела эта ситуация, нахмурился и уже начал размышлять, нельзя ли заменить сцену на крыше на что-нибудь другое. Но услышав, что Лу Шицин хочет повторить попытку, ему оставалось лишь бросить напутствие: будь осторожнее.
Дух меча не боится высоты.
Лу Шицин с закрытыми глазами повторил себе эту установку раз восемьсот. Когда он снова распахнул веки, страх на дне его глаз полностью исчез.
В отличие от первой попытки, когда он едва не растянулся во весь рост, он почти без колебаний сорвался с платформы вниз. Его силуэт рассек воздух подобно ветру, многослойные белые одежды затрепетали в полете, а сам он, идеально удерживая равновесие на тросах, изящно опустился на отмеченную точку.
У режиссера Чжао глаза чуть на лоб не полезли.
Разве боязнь высоты — это та проблема, которую можно так легко преодолеть?!
Его даже посетили смутные подозрения, что Лу Шицин только что просто водил его за нос.
Увидев, что Лу Шицин приземлился ровно и устойчиво, режиссер Чжао тут же подбел к нему мелкой рысью:
— Ну как? Ты в порядке? Нигде ничего не ушиб?
Лу Шицин с окаменевшим лицом покачал головой.
Его едва не хватил удар, пока пострадало только сердце.
— Попробуем еще раз? — спросил режиссер Чжао. — Или сразу начнем съемку?
Лу Шицин больше не хотел испытывать судьбу — его сердце и так едва справлялось с нагрузкой, так что лучше было отстреляться за один раз.
Режиссер Чжао еще несколько раз все перепроверил и только после этого дал операторской группе команду «мотор».
Лу Шицина снова подняли на крышу. Мысленно повторив фразу «дух меча не боится высоты» раз восемьдесят, он наконец сумел сохранить бесстрастное выражение лица и идеальный баланс тела, сняв все с первого дубля.
Глядя на результат на мониторе, режиссер Чжао удовлетворенно кивнул.
Заметив, что Лу Шицин собирается дать знак рабочим отцепить страховочные тросы, он поспешно окликнул его:
— Подожди, впереди еще несколько боевых сцен, отцепим всё сразу, когда закончим.
Для поединков на земле требовалось снять несколько красивых и легких ракурсов, и постановщик трюков подошел к Лу Шицину, чтобы обучить его движениям.
Обычно актеры, пришедшие в проект с серьезными деньгами, отличались скверной актерской игрой и огромными запросами, однако Лу Шицин оказался на редкость трудолюбивым: даже если ему что-то не нравилось, он не отказывался напрямую. Режиссер Чжао с восторгом пересматривал только что отснятые кадры, чувствуя, что они сорвали настоящий куш.
http://bllate.org/book/40071/5083577
Сказали спасибо 0 читателей