Готовый перевод The Traitor's Handbook / Справочник коварного министра: Искусство выживания при дворе: Глава 14

Бледные кончики пальцев, как и прежде, напоминали искусно выточенный нефрит — их невозможно было согреть или растопить. Ощущая, как Янь Хуаньмин держит его за руку, Бо Цянь чувствовал, что его собственные пальцы вот-вот онемеют.

—…

Его кончики пальцев невольно подрагивали.

— Да, — Бо Цянь опустил голову. — Благодарю вас, господин.

Зимние вечера всегда наступают очень рано.

Красное солнце опустилось за горный хребет, и закатное зарево отразилось на черепице крыш. Птицы, так и не улетевшие на юг, согнули ветви деревьев, сбившись в стайки и громко щебеча, а когда мимо проходили прохожие, они взмывали ввысь, достигая более высоких сучьев.

Вернувшись в кабинет, Янь Хуаньмин велел Ань Цюэ приготовить подарки для церемонии ученичества. Он также не забыл отправить человека передать Вэнь Сунъи устное послание.

Если церемония пройдёт успешно, дела, порученные ему ранее, можно пока отложить.

Вэнь Сунъи — человек умный… Услышав это, он должен догадаться о чём-то.

Но главным был Бо Цянь.

У Бо Цяня слишком необычные глаза. Во всех землях Поднебесной фиолетовыми глазами обладали почти исключительно члены царского рода Хунди. И как назло, в молодости Вэнь Сунъи лично возглавлял войска в походе против Бэйди, и вместе с Лу У они заставили Царя Хунди бежать сломя голову.

Он просто не мог не знать, что означает этот взгляд.

Однако Бо Цянь уже не мал, к тому же день рождения у него ранний, сразу после Нового года ему исполнится шестнадцать. Да и здоровье Царя Хунди оставляет желать лучшего — кто знает, в какой момент тот может отдать концы.

Занятия боевыми искусствами Бо Цяня нельзя больше откладывать ни на мгновение.

Цзиньувей в будущем будет становиться всё более занятым, а подчиненные Сюй Чжи — не лучший выбор. Прошлой ночью, после ухода Сюй Чжи, Янь Хуаньмин тоже тщательно всё обдумал, перебирая каждого военачальника в столице. Но даже среди несметного множества доблестных генералов Великого Вэй оказалось невероятно трудно выбрать военачальника, обладающего природным талантом и в то же время имеющего опыт обучения учеников.

Поразмыслив так и эдак, он пришел к выводу, что самым подходящим кандидатом неожиданно оказывается лишь Вэнь Сунъи.

Впрочем, в этом нет ничего страшного, ведь Вэнь Сунъи — человек умный. А у Янь Хуаньмина найдется тысяча способов заставить Вэнь Сунъи хранить тайну или навек закрыть рот. Но если бы Бо Цяня вырастили лишь литературным талантом обладающим соискателем высшей ученой степени, вот тогда это действительно было бы потерей большего ради малого, не стоило бы свеч.

На следующий день.

Рассвело, на рынке стоял шум и гам. Прохожие спешили по своим делам, однако Вэнь Сунъи собирался донельзя медленно, и даже запряженная в повозку лошадь казалась едва ли не упрямой.

Но как бы он ни тянул время, из дома он вышел достаточно рано, а находился неподалеку от резиденции Янь Хуаньмина. Не прошло и четверти часа, как он прибыл к воротам особняка Янь Хуаньмина.

Вэнь Сунъи: «…»

Что сунешь голову под меч — один удар, что втянешь — тоже один удар.

Подняв взгляд на огромную доску с вывеской, Вэнь Сунъи вздохнул, отер лицо и, смирившись со своей участью, слез с повозки.

— Господин Вэнь, прошу.

Слуги, уже давно ожидавшая у ворот, шагнул вперед и провел Вэнь Сунъи внутрь.

За садом Янь Хуаньмина тщательно ухаживали в любое время года, и даже зимой он обладал особым очарованием, однако Вэнь Сунъи был совершенно не настроен им любоваться. Ступая по тонкому снегу, погруженный в тяжелые мысли, Вэнь Сунъи как можно медленнее прошел по извилистой тропинке и подошел к парадному залу поместья Янь.

— Приветствую главного советника Янь.

Шел третий час пополудни — не рано и не поздно.

Янь Хуаньмин вместе с Бо Цянем ожидали внутри зала. Завидев, как Вэнь Сунъи шагнул вперед, сложив руки в приветствии, Янь Хуаньмин тоже поднял руки, отвечая на поклон:

— Левый главнокомандующий Вэнь, извольте без церемоний. Зима нынче холодна, прошу войти внутрь.

Его нервы были натянуты до предела, но от этого они на миг странным образом даже немного расслабились. Следуя за слугой вглубь зала, Вэнь Сунъи украдкой бросил взгляд на юношу за спиной Янь Хуаньмина — он никогда прежде не видел его рядом с Янь Хуаньмином, судя по всему, тот не был слугой.

Значит, это, должно быть, тот самый ученик, о котором упоминал Янь Хуаньмин.

Юноша казался донельзя тощим, и возраст его на вид был невелик, однако ростом он выдался высоким, уступая Янь Хуаньмину лишь самую малость. В этот момент он стоял, опустив голову и тихонько застыв на месте, так что его лица толком было не разглядеть.

— Это и есть мой ученик.

Хотя он никогда прежде не наставлял Бо Цяня и даже в мыслях не примерял на себя роль учителя, Янь Хуаньмин всё же произнес это.

Заметив, что Вэнь Сунъи слегка кивнул, Янь Хуаньмин поманил Бо Цяня:

— Хороший мальчик, подойди.

Бо Цянь послушно шагнул вперед и поприветствовал Вэнь Сунъи:

— Приветствую господина.

От начала и до конца он так и не поднял головы. Но раз уж тот являлся учеником Янь Хуаньмина, Вэнь Сунъи не стал придавать значения таким мелочам. Пристально оглядев фигуру Бо Цяня, Вэнь Сунъи испытал некоторое удивление оттого, что Янь Хуаньмин и в самом деле привел ему отличный росток, а вовсе не подбросил какого-нибудь никчемного слабака, как он воображал, чтобы поиздеваться над ним, заставить совершить ошибку, а затем под этим благовидным предлогом казнить…

Вэнь Сунъи: «…»

Здесь какой-то подвох.

Обязательно есть подвох.

Вэнь Сунъи мысленно насторожился, в то время как Янь Хуаньмин похлопал Бо Цяня по плечу и промолвил:

— У этого моего ученика прекрасные природные данные. Раньше он обучался у Сюй Чжи, да только Сюй Чжи в последнее время слишком занят и не может уделять ему должного внимания. К тому же он сам преклоняется перед левым главнокомандующим Вэнем, вот и решил утрудить вас своей персоной.

Бо Цянь, который вовсе нисколько не преклонялся перед Вэнь Сунъи: «…»

Вэнь Сунъи же спешно замахал руками, заявляя, что не заслуживает подобной чести, а по знаку Янь Хуаньмина тоже неторопливо шагнул вперед и в качестве пробы слегка ощупал руки и плечи Бо Цяня.

— Задатки и впрямь отменные, — произнес Вэнь Сунъи. — Только вот худоват изрядно. Впрочем, в таком возрасте тела быстро идут в рост, оттого они и кажутся еще тоньше.

Янь Хуаньмин вздохнул:

— Я тоже так думаю. Но ест он немало, просто в росте прибавляет стремительно, а вширь тело всё никак не раздастся.

Эта тема слегка смутила Бо Цяня. Ощущая, как чужие руки шарят по его телу, словно при выборе товара на рынке, и с силой сжимают его кости, Бо Цянь чувствовал себя крайне неуютно.

Но он не смел уклоняться, ведь на то была воля Янь Хуаньмина. В конце концов Бо Цяню оставалось лишь оцепенеть всем телом, вообразить себя деревянной куклой, отключить мысли и позволить делать с собой всё что угодно.

Бо Цянь и правда выглядел чуточку тощим.

Впрочем, учитывая, что за полгода он вытянулся почти на пять цуней, это можно было простить. Вот только сложен он был на редкость ладно: заматерей он еще немного — и обрел бы широкие плечи и тонкую талию, идеальное телосложение для кавалериста, неудивительно, что Вэнь Сунъи, сам служивший в коннице, испытывал сожаление.

Хотя Вэнь Сунъи нутром чуял подвох, самим этим учеником он, судя по всему, остался доволен. А потому церемония ученичества началась самым естественным образом.

Подношение ученических даров, преподношение чая, смена обращения.

Эта процедура заняла немного времени и обошлась без каких-либо происшествий. Однако после того, как был подан чай ученичества и завершены все положенные ритуалы, Бо Цянь по знаку Янь Хуаньмина слегка приподнял голову, являя миру свое лицо и те самые глаза.

Те самые серовато-фиолетовые глаза, похожие на огромные синяки от запекшейся крови.

Вэнь Сунъи: «…»

Вэнь Сунъи: «?!»

Его рука, державшая чашку с чаем ученичества, дрогнула, и чай едва не пролился через край. Вэнь Сунъи резко попытался вскочить, но, перехватив взгляд Янь Хуаньмина, оцепенел всем телом и немым изваянием замер на стуле.

…Эти глаза.

В голове у Вэнь Сунъи царил полный кавардак.

Особенности внешности царского рода Хунди не были секретом среди чиновников Великого Вэй, но с какой стати в доме Янь Хуаньмина оказался ребенок с фиолетовыми глазами, да еще и его ученик? Хоть он и знал с самого утра, что тут кроется какой-то подвох, он всё равно никак не мог предположить, даже в страшном сне не мог вообразить…

Вэнь Сунъи медленно перевел взгляд на Янь Хуаньмина.

Выдерживая на себе почти что буравящий взгляд, Янь Хуаньмин невозмутимо и легко улыбнулся:

— Левый главнокомандующий Вэнь, этот ребенок страдает глазной болезнью, цвет его зрачков отличен от обычных людей, и сам он из-за этого порой сильно комплексовал.

Бо Цянь: «…»

Слегка опустив голову, Бо Цянь позвал:

— Учитель.

Затем, под пристальным взором Янь Хуаньмина, он добавил сухо и бесхитростно:

— Учитель тоже станет презирать меня?

Вэнь Сунъи: «…………»

Ломают комедию!

Два волчонка, заманили зверя в ловушку! До чего же омерзительно!

До боли сжав коренные зубы, Вэнь Сунъи яростно выругался про себя. Однако внешне, прекрасно понимая, что он давно уже увяз в сетях Янь Хуаньмина, он все так же испуганно изображал крайнюю тревогу:

— Глазная болезнь?

Янь Хуаньмин кивнул:

— Таким родился, лекари говорят — недуг глаз. Так вышло, что родом он с севера, а потому детство его выдалось весьма горемычным. Я встретил его случайно, вот и привел в свой особняк.

Это нельзя было назвать ложью.

В конце концов, родные места Бо Цяня действительно находились на севере, и его и вправду отправили в Великое Вэй в качестве заложника из-за этих глаз, потому что он был сыном Царя Хунди, где он и претерпел бесчисленные издевательства.

Только вот Вэнь Сунъи не верил.

Север? Насколько севернее? Уж не на том ли севере, где лежит Бэйди!

Лишь убедившись в очередной раз, что этот оттенок зрачков в точности совпадает с цветом глаз бэйдийских царей Хунди, Вэнь Сунъи все же не удержался, поднял руку и прижал ее к груди. С трудом выровняв дыхание, он кое-как подыграл:

— Какая же у него превратная судьба… Хорошо еще, что он встретил главного советника Янь.

Янь Хуаньмин тихо произнес:

— До встречи со мной он тоже изо всех сил старался выжить.

Бо Цянь замер.

Но Янь Хуаньмин не удостоил его ни малейшим взглядом. Напротив, Вэнь Сунъи молча глянул на него, тяжело вздохнул и с видом человека, почти потерявшего надежду, выдавил:

—…Я понял, главный советник Янь.

Впредь я буду обучать его со всей тщательностью, исполняя долг наставника. Прошу вас не беспокоиться.

Наступила середина второго месяца, и по мере стабилизации обстановки в зоне бедствия в Дунлу до столицы со срочной депешей в восемьсот ли долетела еще одна благая весть.

Генерал Ли Юнь отбил Аннан.

Это поистине была добрая весть. Но вместо радости в сердцах чиновников чаще рождалась другая мысль: наконец-то отвоевали.

Эта война длилась уже пять лет, начавшись еще в правление Прошлого Императора, но донесения о поражениях сыпались одно за другим. В здешних краях Аннан кишело миазмами и ядовитыми тварями, леса стояли густые, оставаться там обычному человеку было совершенно невозможно. Армия мятежников в Аннане хоть и не отличалась огромной численностью, но постоянно вела партизанскую войну в горах и лесах против солдат, отправляемых Великим Вэй. Великое Вэй не то чтобы шло с ними нос к носу, скорее, отступало шаг за шагом.

Не имея иного выхода, Ли Юнь, потерпевший ряд поражений, был вынужден заменить северные элитные войска местными аннанскими и линнаньскими солдатами, которые куда лучше привыкли к жаре и испарениям болезнетворных болот, а продовольствие шло напрямую из ведомств правого и левого администраторов Хугуана и Линнаня, и лишь так им удалось продержаться.

Вэнь Сунъи был готов расплакаться от радости.

То, что Ли Юнь отвоевал Аннан, означало успешное выполнение задачи, возложенной на него Янь Хуаньмином. И хотя Вэнь Сунъи палец о палец не ударил и, разумеется, не собирался идти к Янь Хуаньмину за наградой, он хотя бы избавился от отчаянного ощущения висящего над головой меча.

В конце концов, в войнах против Аннана Ли Юнь терпел поражение в девяти случаях из десяти.

Вэнь Сунъи подозревал, что если бы Ли Юнь продолжил проигрывать, первыми погибли бы вовсе не те, кто сражался там, а он сам, Вэнь Сунъи!

И раз уж весть о победе прибыла в столицу, все радовались, а шесть министерств и Столичная военная управа попросту не могли не отреагировать.

На следующий день на утреннем докладе неожиданно разгорелся нешуточный спор.

http://bllate.org/book/40063/5082478

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь