Готовый перевод Autumn Rain Season / Осенние краски дождливого сезона: Глава 15

Чэн Е по-прежнему сидел на корточках рядом с Се Чи и с недовольным видом смотрел на гостя. От него веяло показным, свойственным молодым людям высокомерием, которое в глазах Чжоу Чэнфэя выглядело крайне наивно.

— Выходит, ты и раньше был таким невоспитанным, — наигранно закатил глаза Чэн Е. — То ли дело я: мы с братом так близки, но, входя в комнату, я всё равно стучу.

— Ты что-то хотел? — Се Чи не удержался и бросил на Чэн Е косой взгляд.

До чего же фальшиво.

До чего же притворно.

До чего же притворный сопливый малец.

— Ничего особенного, просто твои родители попросили меня найти тебя, — Чжоу Чэнфэй глубоко вздохнул и выдавил из себя улыбку. — Ты...

— Раз ничего особенного, будь добр, подожди снаружи, — перебил Се Чи. — У нас с Чэн Е есть о чём поговорить.

— Вот-вот, именно, — поддакнул Чэн Е.

— Ты хочешь, чтобы твои родители увидели, как ты выгоняешь меня? — Чжоу Чэнфэй снова глубоко вздохнул. — Как бы то ни было, нам нужно сохранять видимость мирных отношений, верно? Ты же не можешь просто взять и заявить родителям, что мы поговорили, а потом...

Чэн Е еще даже сообразить ничего не успел, как Се Чи сорвал с головы наушники и со злости швырнул их прямо к ногам Чжоу Чэнфэя.

Из-за резкого рывка системный блок сдвинулся, и монитор тоже слегка перекосило. Чэн Е торопливо поправил технику, повернулся и в упор уставился на Чжоу Чэнфэя. Не успел парень и рта раскрыть, как Чжоу Чэнфэй холодно усмехнулся и продолжил:

— А потом сказать им, что мы расстались, и заставить обе семьи в такой прекрасный праздник погрузиться в неловкость из-за нас двоих, так, что ли?

Глава 13. Тяжелые воспоминания

Когда Чэн Е увидел, что Се Чи направляется к Чжоу Чэнфэю, в его памяти внезапно всплыли все те раны на теле Се Чи — свежие и старые, которые, судя по всему, были получены исключительно в драках.

Я никогда не предупреждаю перед тем, как врезать. Захотел — и врезал.

Недавно сказанные слова Се Чи вдруг отчетливо зазвенели в ушах Чэн Е.

Врежет он ему?

Давай, врежь!

Чэн Е во все глаза уставился на Се Чи.

Врезь же!

Он ведь уже договорился до такого! Поставил тебя на раскаленные угли!

Врежь ему!

Се Чи протянул руку, вцепился в воротник Чжоу Чэнфэя и с размаху впечатал его в стену. Дыхание у Се Чи было тяжелым, казалось, он из последних сил сдерживает гнев. Чжоу Чэнфэй смотрел на него сверху вниз, и во взгляде его не было ни единой эмоции.

— Черт возьми, чего ты добиваешься? — Се Чи заглянул ему прямо в глаза. — Ты можешь мне объяснить, чего тебе от меня надо?

— ...Я с самого начала говорил: мне просто нужен шанс спокойно с тобой поговорить, — очень медленно произнес Чжоу Чэнфэй. Он даже поднял руку и легко коснулся талии Се Чи. — Ты не готов уделить мне даже десяти минут?

— О чем нам вообще с тобой разговаривать? — Се Чи понял, что окончательно перестал его понимать. — Пять лет назад ты безо всяких объяснений сбежал из KNG, пять лет от тебя не было ни вестей, ни слухов, а теперь, возвратившись, ты заявляешь, что хочешь поболтать со мной?

— Твою мать, какая наглость, — не удержался Чэн Е. — То, что он не воткнул тебе пару ножей в спину — еще доказательство ангельского терпения моего брата.

— Я ушел не без причин, Се Чи, — голос Чжоу Чэнфэя стал тише, в нем больше не было прежней самоуверенности, с которой он только что пикировался с Се Чи. — Я же говорил тебе, что собираюсь уйти из команды и завершить карьеру. Ты ведь знал об этом.

Взгляд Чэн Е на мгновение замер, опускаясь на Се Чи.

С того ракурса, под которым он стоял, было видно лишь малую часть профиля Се Чи, но Чэн Е всё равно заметил, как тот слегка приоткрыл губы — то ли от гнева, то ли от каких-то иных чувств. Наконец Се Чи оттолкнул Чжоу Чэнфэя и отступил на два шага назад, словно больше не желая продолжать этот разговор.

— Чжоу Чэнфэй, то, что я знал, не значит, что я мог это понять, особенно учитывая, что ты объявил об этом накануне, а на следующий день исчез, — Се Чи посмотрел на него. — Между нами всё кончено. Даже если бы я смог тебя простить, те ребята из команды — никогда. С той самой минуты, как ты пропустил матч, ты задолжал нам до конца своих дней, тебе ясно?

Чэн Е резко поднял голову и посмотрел на Чжоу Чэнфэя.

С той самой минуты, как ты пропустил матч?

— В тот год, в тот год... — лицо Чжоу Чэнфэя в одно мгновение исказилось. Видимо, он никак не ожидал, что Чэн Е все еще здесь и что Се Чи так внезапно заговорит о той игре. — В тот год у меня дома...

— Не надо мне тут разыгрывать драму про непреодолимые обстоятельства, — Се Чи ткнул в его сторону пальцем. — Я прекрасно во всем разобрался. После твоего ухода я перекопал всё вдоль и поперек: у тебя не было никаких безвыходных ситуаций, ты просто поступил как последняя мразь. И это последний раз, когда я завожу с тобой этот разговор. Сейчас у меня есть парень, и прощать тебя я не собираюсь, тебе дошло? А если не дошло, вытряси воду из башки! Ты же, блядь, прекрасно знаешь, что сегодня Праздник Середины осени, неужели обязательно доводить меня до того, чтобы я отметелил тебя прямо на глазах у обеих семей, только тогда тебе полегчает?

Судя по лицу Чжоу Чэнфэя, он понял абсолютно всё. Понял лучше некуда, просто отказывался смириться или, вернее, не хотел сдаваться. Он приподнял руку:

— Я могу возместить им ущерб.

— Я могу всё компенсировать. Сразу после возвращения на родину я выкупил долю в KNG, я могу устроить бывших сокомандников на хорошую работу, обеспечить им пути отступления. Да хоть бы они всю жизнь не работали — я могу их содержать, я уже говорил им об этом, — Чжоу Чэнфэй хмурил брови, говорил медленно, но искренне, словно и впрямь верил, что это способно исправить ошибки прошлого. — Се Чи, почему только ты один застрял в том году?

Тихий стук в дверь прервал их беседу. Тетя Ван приоткрыла дверь и с сомнением произнесла:

— Вы о чем тут спорите? Из-за чего такая ругань? Голоса на весь коридор слышно...

— Всё в порядке, — Се Чи глубоко вздохнул. — Просто поспорили из-за игры.

Тетя Ван заметила валяющиеся на полу наушники и по привычке наклонилась, чтобы подобрать их:

— Надо же так из-за игрушек кипятиться. Включите кондиционер, остудите комнату, у вас тут такой духотищя.

— Не нужно, тетя Ван, мы как раз собираемся уходить, — сказал Се Чи. — Извините за беспокойство.

Тетя Ван протерла наушники, прежде чем положить их на стол — в технике она не разбиралась, поэтому соваться в провода не стала:

— Ничего страшного, бывает.

— Я пойду выгуляю Туаньтуань, — Се Чи посмотрел на Чэн Е. — Составишь мне компанию?

— ...Ладно, — кивнул Чэн Е.

— Только пришли, и снова гулять? — между делом удивилась тетя Ван.

— Мы же только у порога крутились, она еще в туалет не сходила, — Се Чи, не глядя на Чжоу Чэнфэя, опустил взгляд и прошел мимо него. — Мы быстро вернемся.

— Ох, — тетя Ван перевела взгляд на Чжоу Чэнфэя и улыбнулась. — Тогда Сяо Фэй тоже с ними...

— Не стоит, тетя Ван, — Чжоу Чэнфэй тоже улыбнулся. Его улыбка была настолько безупречной, словно только что ничего и не произошло, а голос звучал совершенно спокойно. — Я подожду внизу, мои родители тоже скоро подойдут.

— Ой-ой, хорошо, — тетя Ван подошла поближе и похлопала Чжоу Чэнфэя по плечу. — Смотри-ка, выросли и будто чужими стали. А ведь какими дружными были в детстве, и ели вместе, и жили под одной крышей...

О чем они говорили дальше, Чэн Е уже не расслышал.

Он последовал за Се Чи вниз, взял поводок, пакетики для мусора и влажные салфетки, нашел во дворе Туаньтуань, пристегнул собаку и вышел за ворота.

Небо к этому часу уже заметно потемнело, но фонари в жилом комплексе горели ярко. Се Чи молча вел Туаньтуань на поводке, бесцельно шагая по дорожкам, пока они не добрались до площадки для выгула домашних животных. Туаньтуань тут же сорвалась с места и побежала резвиться в высокую траву, отведенную специально для собак, а Се Чи замер у самой кромки газона, погрузившись в тяжелые мысли. Чэн Е плелся следом, совершенно не зная, что сказать.

Объем обрушившейся на него информации буквально оглушал.

Теперь стало понятно, почему Се Чи постоянно повторял, что Чжоу Чэнфэй бросил команду.

Если бы Чжоу Чэнфэй ушел по всем правилам, Се Чи наверняка знал бы об этом заранее и не испытывал к нему столь глубокой ненависти — ненависти, которая даже спустя пять лет заставляла их не выносить друг друга. И вот теперь одна-единственная фраза Се Чи расставила всё по местам.

Чжоу Чэнфэй просто взял и прогулял матч, испарившись на целых пять лет.

Чэн Е бросил взгляд на застывшего у травы Се Чи, украдкой вытащил телефон и молча вбил в поисковую строку ключевые слова: KNG, матч, исчезновение лесника...

— Ты сразу вбей отборочные KNG, — раздался рядом голос Се Чи. — Так быстрее найдешь.

Чэн Е вздрогнул, торопливо засунул телефон обратно в карман брюк, поднял глаза на беспристрастное лицо Се Чи и виновато усмехнулся:

— Брат...

— Мог бы просто спросить меня, — Се Чи присел на придорожную скамейку. — Я же не собираюсь тебя бить.

— У тебя настроение хуже некуда, — Чэн Е примостился рядом. — А я тут со своими расспросами лезу, нарываюсь на неприятности, разве нет?

— Верно подметил, — кивнул Се Чи.

— Соображаю лучше, чем Чжоу Чэнфэй, да? — тоже кивнул Чэн Е.

— А вот эта фраза уже выдает отсутствие сообразительности, — заметил Се Чи.

— Ну ладно, больше я о нем не слова, — пообещал Чэн Е. — Будем называть его просто «этот тип».

— ... — Се Чи, кажется, закатил глаза, но сиденье стояло в тени, и Чэн Е не смог толком разглядеть его выражение лица.

— Брат, — Чэн Е откинулся назад, уперевшись руками в каменную скамью. — Вообще-то, я бы и сам смог всё найти. Тебе не обязательно ковыряться в том, что было для тебя так важно тогда и остается важным до сих пор, и раскладывать всё по полочкам только ради того, чтобы утолить мое любопытство. Это слишком большая цена, поэтому мне не хотелось тебя расспрашивать.

Се Чи на мгновение замер и повернул к нему голову.

— Я и сам такой, — продолжал Чэн Е. — Тяжелые вещи мне тоже не хочется делить с другими. Если кто-то узнает из чужих рук — ладно, не узнает — тоже сойдет. То, что случилось, уже произошло, и даже если выговориться, ничего не изменить.

— У тебя откуда такие зрелые мысли? — удивился Се Чи.

Туаньтуань с лаем выскочила из травы, подбежала к ногам Се Чи и принялась кататься по земле. Чэн Е не удержался, подхватил ее на руки и принялся забавно трепать за пухлые бока.

— Я очень зрелый, — заявил Чэн Е. — Чувствую, что уже почти дозрел, еще чуть-чуть — и перезрею, в зубах застревать начну...

— Дурак, — Се Чи тоже откинулся назад и, подражая позе Чэн Е, запрокинул голову. — Дурак ты.

— Ты сейчас меня оскорбляешь или этого типа? — Чэн Е скосил глаза и уставился на него.

— Чжоу Чэнфэя, — прикрыл глаза Се Чи. — Дурак он.

Туаньтуань отчаянно заерзала, пытаясь вырваться, и Чэн Е пришлось опустить ее обратно на землю. Проводив взглядом собаку, которая вихрем умчалась обратно в кусты, он не удержался и тихо хмыкнул.

http://bllate.org/book/40055/5081218