Когда я пришёл в себя, прошло уже пять дней. Моя левая рука была перебинтована, при любом движении её пронзала жуткая боль, а во всём теле ощущалась слабость, хотя двигаться я всё же мог.
— Главарь, всех захватчиков удалось полностью зачистить, — произнес подошедший к кровати Голубь, заставив меня облегчённо выдохнуть.
Если бы схватка продолжилась, надолго меня бы точно не хватило, но эта оборонительная битвы прошла неплохо и позволила мне ещё немного поднабраться боевого опыта.
— Отлично, отправляйте отчёт группе созидания, — распорядился я, и Голубь, кивнув, удалился.
Любые наши военные действия в обязательном порядке докладывались вышестоящим, и этот раз не стал исключением. Однако составление разного рода отчётов — это то, что даётся мне хуже всего, не говоря уже о прочих простоватых Божественных Птицах боевого профиля, поэтому подобные обязанности обычно сваливали на сову, обладающую самыми сильными творческими наклонностями.
Я встал с кровати и потянулся. Несмотря на тяжёлые ранения, для того, кто целыми днями только и делает, что тренируется и получает травмы, это было сущим пустяком — нужно было лишь соблюдать некоторую осторожность. Не то что те неженки А Лю и А Иин, которые поднимают крик из-за любой царапины. Пожалуй, у меня всё-таки повыше болевой порог.
— Главарь, ты собираешься в Мир Людей? — Горлинка заглянула в комнату и, заметив, что я переоделся в мирские одежды, задала вопрос, в котором звучала уверенность на девяносто процентов, хотя для порядка она всё же решила переспросить.
— Угу.
Надеюсь, Сяо Цзюнь не станет действовать слишком быстро, иначе я нарушу своё обещание.
— Ой, тогда не мог бы Главарь оказать одну услугу? — поинтересовалась Горлинка.
— Какую?
Я как раз делал последние штрихи перед зеркалом. Пускай выглядел я всё ещё немного бледным и измождённым, времени на дальнейший отдых в постели у меня не было.
— Помоги назначить нескольких Маленьких Золотых Птиц. — Горлинка протянула мне какой-то план. — Мы тут с Соколом в последнее время изучали, как именно Маленькие Золотые Птицы выбирают объекты. Нам хочется узнать, что произойдет, если Птицей станет тот объект, которого она изначально не выбирала сама, а также почему пернатые выбирают именно конкретных людей.
— То есть вы просите меня назначить их потому, что только я могу ими управлять? — уточнил я.
— Именно так. — Горлинка кивнула.
— А как насчёт пилюли для подавления ауры фэнхуана? Вы ведь уже должны были её разработать? — я протянул руку.
Если придётся вручную назначать Маленьких Золотых Птиц, это означало, что мои шансы столкнуться с Плетёнкой резко возрастут, а вместе с тем увеличится и риск быть разоблачённым как Божественный Император.
— Э-э… вообще-то… мы всё ещё проводим исследования… — Горлинка смущённо ответила отвлёкшись в сторону, и у меня внутри всё нехорошо ёкнуло. — Мы всё изучали, что ещё можно извлечь из хвоста фэнхуана…
На моём лбу запульсировала жилка.
— Ну и чего же вы в итоге добились?
— Ну… вот это. — Горлинка протянула маленькую стеклянную баночку, в которой лежали три пилюли.
— Что это такое? — я взял её в руки и потряс, отчего красные пилюли издали глухой стук.
— Эм… мы выделили из хвоста фэнхуана мужские гены и соединили их с генами регенерации фэнхуана, получив универсальную пилюлю. Она способна излечить любые недуги, снять любые яды и эффективно исцелить раны. Проще говоря, пока у пациента теплится хоть искра жизни, она способна вернуть его в абсолютно здоровое состояние.
— О, звучит неплохо, — кивнул я.
Хоть это и не то, что мне было нужно, само по себе то, что эти бестолочи наконец-то создали что-то полезное, уже было достижением.
— Правда… есть один маленький изъян. — Горлинка занервничала и принялась теребить собственные перья.
Я закатил глаза: стоило догадаться, что созданное ими творение никогда не окажется идеальным завершённым продуктом…
Почесав затылок, Горлинка принялась пояснять:
— Видишь ли, поскольку туда были добавлены мужские гены, в течение часа после приёма пилюли эти гены временно активируются. Это вызывает… ну… сильнейшее половое влечение. И если в течение этого часа не заняться совокуплением с кем-нибудь до окончания действия лекарства… человек умрёт от разрыва тела.
А-а, ну разумеется.
— Если пациент тяжело ранен, то разве бурный секс не усугубит его состояние ещё сильнее?
Стая безмозглых птиц!
— Ну… тогда… лечить раны дольше! В конце концов, после приёма пилюли точно не умрёшь, так что можешь не переживать, — хохотнув три раза, выдала Горлинка совершенно безответственную фразу и упорхнула прочь.
Я трижды тяжело вздохнул. Ладно уж, не впервой им проявлять подобную бестолковость; хотя их экспериментальные образцы вечно с изъянами, по крайней мере, ими всё же можно пользоваться. Взять хотя бы эту пилюлю: пусть побочный эффект у неё и… несколько обескураживающий, она всё же способна спасти кому-то жизнь.
Я убрал пилюли вместе с предыдущими, при этом аккуратно пометил флаконы красной и синей бирками, чтобы случайно не перепутать их при случае. Разобравшись со всем, я распустил ярко-красные большие крылья и хвостовые перья, прошел через Врата Плетёнок и вернулся в Мир Людей.
***
— Слыхали? Государство Цзян собирается отправить войска на штурм наших границ!
Парочка людей за соседним столиком переговаривалась шёпотом, пока другой собеседник, сделав большой глоток вина, раздражённо выругался:
— Мир больше не знает покоя. Не успели отразить вторжение Государства Си, как на голову свалилось Государство Цзян. Тц-тц, судя по всему, тяжёлые времена продолжаются.
Сидя у окна, я слушал разговоры этих людей и неторопливо попивал чай, глядя на опустевшую улицу, где почти не было прохожих. Несмотря на то, что уже смеркалось, да и место это было далеко не крупным городом, столь унылая картина ярко свидетельствовала о неурядицах текущего военного времени.
Я вернулся в Мир Людей уже неделю назад. Пять дней назад, проникнув во дворец, я с удивлением обнаружил, что Сяо Цзюнь ещё не сосредоточил в своих руках реальную власть, но я чувствовал, что он уже действует. Рыболовный крючок был заброшен, рыбка клюнула, оставалось лишь дождаться момента, когда она потеряет бдительность: всё складывалось удачно, не хватало лишь подходящего времени. Раз Сяо Цзюнь ещё не выполнил условие нашей договорённости, мне тоже некуда было спешить с ним встречаться, поэтому я просто бродил повсюду, осматривал местные обычаи и нравы, пока не занесло меня в эти края.
В этот момент в таверне поднялся шум. Повернув голову, я увидел, как по деревянной лестнице поднимается великолепная Плетёнка в сопровождении своего защитника. Оперение и хвост этой Плетёнки были ослепительно-белоснежными, а глаза — бледно-красными. Облачённый в зелёные одежды, он следовал за высоким и грозным мужчиной в чёрном верхнем халате с золотой вышивкой, который одной рукой крепко прижимал его за талию и свирепо зыркал на блуждающие вокруг похотливые взгляды.
Заметив, что они приближаются всё ближе, а глаза Плетёнки устремились прямо на меня, я невольно вздрогнул. Мне совершенно не улыбалось принимать ту самую проблемную подавляющую силу пилюлю в условиях полного отсутствия поддержки: пусть слабость продлится всего полчаса, этого времени более чем достаточно, чтобы произошли самые разные события.
Я поднялся со стула, собираясь уйти и держаться как можно дальше от этой Плетёнки, но винный дом был слишком тесен, и избежать встречи с ним никак не получалось.
— Молодой господин, прошу погодите… — неожиданно обратился ко мне тот самый Плетёнка, заставив меня от испуга чуть не споткнуться.
Заметив, что он сам направляется ко мне, я, не раздумывая, вытащил пробку из флакона и проглотил одну пилюлю, а в следующую секунду его тонкие пальцы уже коснулись моего плеча.
Моё тело мгновенно обмякло, ноги подкосились, лишая возможности стоять, а от его лёгкого прикосновения я и вовсе распластался на полу, словно лишённый костей. Какое же позорище…
— Простите! Я не хотел… — тот Плетёнка страшно испугался и попытался помочь мне подняться, но спутник крепко обхватил его, не давая пошевелиться.
Горько усмехнувшись, я с трудом приподнялся, опираясь на руки, и сбитым дыханием произнёс:
— Нет, это у меня со здоровьем неважно…
Произнеся эту фразу, я тут же захотел отвесить себе пару пощёчин. В своё время после одного задания у меня едва не оторвало руку, сопровождаясь сильнейшим обезвоживанием и лихорадкой, но я тогда и слова не проронил, а сейчас взял и выдал это в самый неподходящий момент.
— Вот как? Вы всё ещё можете стоять?
Характер у этой Плетёнки оказался неплохим, он явно был отзывчивым, вот только заносчивый любовник немного портил картину. Я кивнул: уж встать-то на ноги я ещё был способен…
На пятом падении мне пришлось признать, что на самом деле ни черта я не способен. Черт побери, вернувшись назад, я обязательно задам хорошую трепку тем бестолковым птицам, а заодно подам жалобу на эту компанию за продажу бракованных товаров!
— Сюань Жун… — нежно прошептал красавец-Плетёнка своему спутнику.
Тот тяжело вздохнул, наконец разжал руки и, подхватив меня, закинул на плечо, словно мешок с пекарским зерном, после чего зашагал к выходу.
Всё это время я оставался в полном сознании, но в душе страстно желал немедленно лишиться чувств. В былые времена, когда я сломал ногу, то наотрез отказывался от любой помощи и целый час ковылял с костылями, а теперь… Я поклялся, что во что бы то ни стало разорю компанию, создавшую эту пилюлю, иначе какой-нибудь мужчина до конца моих дней так и будет таскать меня на ручках!
Покрывшись мурашками от собственных кровожадных клятв, я внезапно почувствовал, как оказался на какой-то постели — сам того не заметив, я уже был перенесён в комнату постоялого двора.
— Спасибо за помощь, но мне скоро станет лучше.
Так что уходите, уходите, уходите! Иначе истечёт часовой срок, и моя личность не просто раскроется — стоит силе вырваться наружу, как мои крылья и хвостовые перья помимо моей воли распахнутся. Особенно ночью: сияние, испускаемое моими крыльями, ничем не уступает палящему солнцу, и остаться незамеченным просто не удастся! Поэтому мне нужно бежать! Срочно бежать!
***
«Ну и ну-у-у!!
Увидев появление этой пилюли, вы, должно быть, уже догадались, к чему всё идёт…
Хе-хе-хе-хе…
На самом деле я безумно люблю этих тупых птиц, их изобретения до того уморительные (безумный смех).
Ува-ха-ха-ха-ха!!!»
***
Глава 19: Хитростью отсылаем прочь
— Как же так? Это по моей вине, в конце концов, это я вас толкнул, позвольте же мне загладить свою вину перед вами, — с невероятным жаром произнёс красивый Плетёнка, усевшись на краешек кровати, совершенно не замечая моего выражения лица, словно я только что проглотил горькую тыкву.
— Нет, на самом деле я сам упал… — Очевидно, собеседник мне не поверил: в самом деле, кто бы поверил, что взрослый человек может с ровного места взять и рухнуть без всякой причины?
Плетёнка уже собирался что-то возразить, но я поспешил перевести тему:
— Эм, а зачем я понадобился вам ранее?
— Ах, точно. — Плетёнка вдруг вспомнил о своей изначальной цели, поднял руки, сложил их в приветственном жесте и произнёс: — Гань Чжу, Птенец Феникса в белых одеждах, приветствует старшего.
— А? — Оказалось, что этот красивый Плетёнка тоже является Птенцом Феникса? Так что же он забыл здесь, вместо того чтобы находиться в Храме Феникса?
Возможно, заметив сомнения на моём лице, Плетёнка поспешил пояснить:
— Старший, я стал учеником, вошедшим в Храм Феникса два года назад, а несколько месяцев назад удостоился благосклонности Божественного Императора и обратился в Плетёнку. После этого я покинул Храм Феникса, чтобы отыскать человека, предначертанного мне судьбой, и вот теперь оказался здесь, где и встретил вас.
Я как раз собирался спросить, откуда он узнал, что я Птенец Феникса в жёлтых одеждах — в конце концов, я появлялся в Храме всего на пару дней три года назад, затем исчез на три года, а сегодня ещё и был без одежды Птенца, — как вдруг вспомнил, что на моём поясе по-прежнему висит нефритовая подвеска, символизирующая статус Птенца Феникса, в центре которой красовался жёлтый самоцвет, указывающий на моё положение жёлтого ранга.
Я бросил взгляд на его пояс: там действительно висела точно такая же подвеска, вот только в её центре сверкал прозрачный камень.
— Э-э, Гань Чжу? — обратился я, заставив Гань Чжу тут же навострить уши в знак полного внимания. Судя по всему, субординация среди учеников в Храме Феникса действительно была строжайшей. — Раз уж ты нашёл своего суженого… — я покосился на стоявшего за его спиной мужчину, — почему бы вам не вернуться в Храм Феникса?
Уходите быстрее, уходите! Мне ещё нужно найти местечко, где можно спрятаться!
Эти слова заставили Гань Чжу покраснеть.
— Изначально мы так и планировали… вернуться с докладом… но недавно… я обнаружил, что у меня будет ребёнок.
Произнося это, он огладил собственный живот, и тут я заметил, что под одеждой его живот действительно слегка округлился, хотя из-за раннего срока это было почти незаметно.
— Поэтому мы изменили планы и сначала отправились к Сюань Жуну, чтобы я мог спокойно укрепить здоровье, а когда ребёнок родится, мы вместе вернемся в Храм.
Гань Чжу тут же оказался заключён в объятия Сюань Жуна, который нежно поцеловал его. При упоминании этого вокруг них непонятно почему начали возникать розовые пузырьки, цветы и сверкающие звёздочки…
Дети в здешних местах рождались с огромным трудом, так как потомство здесь было невероятно редким и драгоценным, а потому они испытывали такое сладкое блаженство. Размножение и выживание смертных здесь имели первостепенное значение… а потому…
Черт побери! Где здесь продаются солнечные очки? Протяните же их вашему слуге!
Я продолжал убеждать себя, что должен привыкнуть к подобной картине и почаще наблюдать её, ведь в будущем мне наверняка придётся столкнуться с этим ещё не раз…
— Старший, у вас болят глаза? Почему вы прикрываете их? — заметив мои странные манипуляции, поинтересовался Гань Чжу.
…Да-да, у меня болят глаза. Заслепило от ваших розовых соплей.
Внезапно я почувствовал, что сдерживаемая внутри моего тела энергия фэнхуана начинает беспокойно метаться. Я понял, что время действия пилюли почти истекло, и это было скверно.
Я демонстративно пару раз кашлянул и произнёс:
— Гань Чжу, не мог бы ты сходить в ближайшую аптеку и купить мне лекарство от кашля?
— Эм… я могу отправить за ним слугу из таверны, — Гань Чжу уже собирался направиться к двери, но я ухватил его за полу одежды.
— Нет-нет, нельзя, на самом деле… — мой мозг работал на пределе возможностей, лихорадочно перерабатывая информацию. — На самом деле о том, что я слег с болезнью, ни в коем случае нельзя распространяться. Подумай сам, каково это — если кто-то узнает, что достопочтенный Птенец Феникса в жёлтых одеждах слег от какой-то хвори? Какой это удар по репутации!
Видя, как Гань Чжу широко распахнул глаза, я продолжил:
— Эх… Тот самый Птенец Феникса, на которого уповают простые люди, вынужден покупать лекарство от кашля — разве это не покажет всем слабость Птенца? Это заставит народ разочароваться в Храме Феникса и приведёт к необратимым последствиям! Поэтому никто не должен узнать об этом лекарстве, сходи за ним сам! Вся надежда только на тебя…
Под конец я нарочно выдал ещё пару фальшивых кашлей и скользнул взглядом по Гань Чжу: тот уже стоял со слезами на глазах, тронутый до глубины души.
— Старший! Старший, вы поистине великий человек! Я всё понял! Это поручение я беру на себя, а вы пока как следует отдохните здесь. Сюань Жун, пожалуйста, останься и позабоься о старшем, хорошо? — попросил Гань Чжу, но Сюань Жун недовольно нахмурился.
Воспользовавшись тем, что тот ещё не успел ничего возразить, я поспешно выпалил:
— Нет-нет.
Не хватало ещё, чтобы он остался, — иначе как я сбегу?
— Ночь на дворе, улицы сейчас небезопасны, лучше пусть он охраняет тебя. Чего мне бояться здесь, в постоялом дворе? К тому же, если мне что-то понадобится, всегда можно позвать слугу.
— Старший… вы и вправду великий человек!
Благодарю, я в курсе, меня уже столько раз отшивали с этим «ты прекрасный человек», что я давным-давно хожу в холостяках.
— Я всё понял, старший, отдыхайте здесь, я быстро сбегаю и вернусь!
С этими словами он схватил Сюань Жуна за руку и выбежал из комнаты, причём передвигались они исключительно бегом.
Услышав, как шаги в коридоре затихают, я стремглав соскочил с кровати — нужно было срочно убираться отсюда, я больше не мог сдерживать рвущуюся наружу силу!
http://bllate.org/book/40026/5076224
Сказали спасибо 0 читателей