После того как Шэнь Цзюэфэй отошел на приличное расстояние, Дэн Цзя наконец пришел в себя. Он опустил взгляд на брошь у себя на груди — красивое украшение в виде растения, выполненное в винтажном стиле. Оно выглядело очень дорогим.
Дэн Цзя почувствовал, как грудь в том месте стало покалывать от странного тепла. Он поднял голову, глубоко вздохнул и, взяв поднос, принялся курсировать по залу клуба.
Вскоре он понял, что здешняя атмосфера в корне отличается от Юньци. В Юньци желания были обнаженными, торговыми, здесь же они окутывались изысканным этикетом, прятались за улыбками и вежливыми беседами, словно острое лезвие, скрытое в шелках. Это было куда страшнее, чем в Юньци.
Дэн Цзя пробирался сквозь толпу. Он был весьма приметным, и вскоре на него начали заглядываться самые разные люди. Впрочем, стоило им заметить брошь на его груди, как они тотчас отводили взгляд. Некоторые забирали у него шампанское, но в их глазах читалось явное разочарование.
На террасе двое мужчин, опираясь на перила, затягивались сигаретами.
Се Цзиньюань с легкомысленной улыбкой спросил:
— А где тот, кого ты привел? Что-то я его не вижу.
Шэнь Цзюэфэй ничего не ответил, лишь пристально смотрел в одну точку. Се Цзиньюань проследил за его взглядом и увидел хрупкую, совсем крошечную спину Дэн Цзя.
— Это что… Дэн Цзя? — Се Цзиньюань посмотрел на Шэнь Цзюэфэя так, словно увидел привидение, и не смог сдержать смешка: — Ты хочешь сказать, что тот пацан и есть твой протеже?
Шэнь Цзюэфэй едва заметно приоткрыл губы:
— У тебя есть проблемы с этим?
— Куда мне, — Се Цзиньюань толкнул Шэнь Цзюэфэя в плечо. — Но ты будь осторожнее. Мин Шу тоже здесь. Ты теперь человек семейный, не чета нам, холостякам.
Шэнь Цзюэфэй давно привык к привычке Се Цзиньюаня молоть чепуху. Даже самые пустяковые дела в его устах обрастали небылицами — сторонний человек мог бы подумать, будто Шэнь Цзюэфэй и Чжан Миншу уже много лет состоят в браке.
— Но если серьезно, — Се Цзиньюань пододвинулся ближе и понизил голос, — ты правда собираешься продвигать ту мужскую группу? Слышал, твой отец на днях снова начал активничать.
Взгляд Шэнь Цзюэфэя потемнел:
— Что он может предпринять?
— Да что угодно, лишь бы заставить тебя вернуться, — Се Цзиньюань пожал плечами. — Господин Чжан вчера пил чай с моим отцом и обмолвился, что ваша компания недавно подписала крупный контракт. Твой отец хочет, чтобы ты вернулся и возглавил это направление.
Шэнь Цзюэфэй молча пригубил вино. Пузырьки шампанского лопались на кончике языка, оставляя горьковато-сладкое послевкусие.
— Поэтому, — Се Цзиньюань похлопал его по плечу, — если хочешь сохранить свою маленькую компанию, тебе лучше поскорее добиться хоть каких-то результатов. Одними стажерами тут не обойтись. Нужна популярность, нужен трафик, нужно, чтобы рынок увидел твою ценность.
Шэнь Цзюэфэй нехотя кивнул. Он прекрасно понимал эти истины, но Шэнь Боюань постоянно давил на него, при этом не перекрывая кислород полностью, медленно варя в кипятке, как ту самую лягушку.
— Почему бы тебе не использовать этот брак себе во благо? Столько лет семья Чжан стоит на ногах, это доказывает способности господина Чжана. А Мин Шу — его любимая доченька. Будешь хорошо к ней относиться — господин Чжан тебя полюбит, — Се Цзиньюань всё больше воодушевлялся. — А если Мин Шу еще нашепчет ему пару ласковых, тебе больше не придется бояться, что отец перекроет тебе доступ к ресурсам.
Шэнь Цзюэфэй выпустил клуб дыма. Увидев, что он молчит, Се Цзиньюань пошел в наступление:
— Разве я не прав? Ты должен ухватиться за этот шанс. Брак — это очень ценный выход из ситуации.
Сигарета догорела, Шэнь Цзюэфэй привычно затушил ее в пепельнице, по его тону невозможно было понять эмоции:
— Я понял.
— Вы что, спрятались здесь? Я вас обыскалась.
Подошла Чжан Миншу. Сегодня на ней было черное пальто с меховым воротником, на ногах — туфли на шпильках, а длинные волосы были собраны в пучок на затылке.
Се Цзиньюань сказал:
— Ты сегодня выглядишь очень красиво.
Чжан Миншу улыбнулась ему, а Шэнь Цзюэфэй наконец отвел взгляд от Дэн Цзя, затушив окурок.
— Красиво, — бросил он, скользнув взглядом по наряду Чжан Миншу.
Улыбка Чжан Миншу стала еще шире, но, заметив, что на среднем пальце левой руки Шэнь Цзюэфэя нет кольца, она слегка помрачнела:
— Пойдемте вниз, все уже там.
Шэнь Цзюэфэй заметил ее взгляд и пояснил:
— Вчера снимал в душе и забыл надеть, прошу прощения.
Раз он сам заговорил об этом и извинился, Чжан Миншу не стала развивать тему. К тому же она была к нему неравнодушна, и отсутствие кольца ее не слишком беспокоило — ведь они уже были помолвлены.
Они спустились втроем. Чжан Миншу, стоя рядом с Шэнь Цзюэфэем, спросила:
— Цзюэфэй, какой подарок ты хочешь на день рождения?
— Еще не думал, а что?
— В этом году я устрою тебе праздник, — Чжан Миншу спустилась на ступеньку ниже и посмотрела на него снизу вверх. — Давай поедем в Хоккайдо? Будем смотреть на снег и море, хочешь?
Шэнь Цзюэфэй молчал, словно погрузившись в раздумья, на его лице не читалось никаких эмоций. Улыбка Чжан Миншу начала постепенно гаснуть. Се Цзиньюань уже хотел было сгладить неловкость, но Шэнь Цзюэфэй вдруг заговорил, одарив ее улыбкой:
— Хорошо.
Оказавшись на первом этаже, троица сразу приметила бывших однокурсников. Поскольку они учились в международной школе, на банкете было много иностранцев.
— Эй, давно не виделись! — поприветствовал их на английском шатен с европейской внешностью.
Они обменялись рукопожатиями и перекинулись парой фраз. Внешне Шэнь Цзюэфэй слушал, но глазами рыскал по сторонам, однако хрупкого силуэта нигде не было видно.
— Шэнь, ты что-то ищешь? — спросил шатен.
Шэнь Цзюэфэй пришел в себя и увидел, что все, кроме Се Цзиньюаня, смотрят на него с любопытством.
Он коснулся бокала, который протянул ему шатен:
— Ничего особенного.
— Слышал, ты помолвлен с Пози?
Чжан Миншу, стоявшая рядом, невольно посмотрела на своего жениха. Шэнь Цзюэфэй замедлил помешивание вина в бокале и спокойно кивнул.
— Поздравляю! — окружающие подняли бокалы, поздравления посыпались со всех сторон.
Шэнь Цзюэфэй с трудом поддерживал светскую улыбку, а его взгляд снова непроизвольно скользил по углам банкетного зала, но Дэн Цзя он так и не увидел.
Се Цзиньюань наклонился к его уху и прошептал так, чтобы слышали только они:
— Перестань смотреть. Людей столько, куда он денется, этот официант? Может, на кухне помогает.
Шэнь Цзюэфэй отпил вина и промолчал, но необъяснимая тревога внутри становилась всё сильнее.
Через некоторое время им удалось улизнуть. Чжан Миншу села на диван и, сняв туфли на шпильках, начала массировать лодыжки.
— Больно? Я схожу принесу тебе одноразовые тапочки, — внезапно предложил Шэнь Цзюэфэй.
Чжан Миншу была приятно удивлена и кивнула. Шэнь Цзюэфэй попросил Се Цзиньюаня присмотреть за ней, а сам отправился искать персонал.
Шэнь Цзюэфэй широкими шагами взлетел на второй этаж. Он так долго не видел Дэн Цзя, что, хотя и не хотел себе признаваться, начал волноваться. Дэн Цзя был человеком, которого привел он, и если что-то случится… он просто не хотел лишних проблем.
На втором этаже было немноголюдно. Лишь несколько парочек предавались нежностям и не обращали внимания на Шэнь Цзюэфэя.
— Господин, мне нужно разносить напитки, пожалуйста, позвольте мне идти.
Шэнь Цзюэфэй резко остановился.
Он узнал этот голос. Это был Дэн Цзя. Но такой паники и мольбы в его тоне он никогда прежде не слышал.
Звук доносился из конца коридора. Взгляд Шэнь Цзюэфэя стал ледяным, и он быстрым шагом направился туда.
Он шел бесшумно, и двое в коридоре не заметили его присутствия.
Дэн Цзя был прижат к стене мужчиной, стоявшим к Шэнь Цзюэфэю спиной. Но даже со спины Шэнь Цзюэфэй сразу его узнал.
Это был его одноклассник по старшей школе, метис по имени Дариан. Его семья занималась судоходством, он слыл известным повесой, не брезговал ни мужчинами, ни женщинами и пользовался самыми низкими методами.
— Куда ты торопишься? — Дариан говорил игриво, одной рукой упершись в стену возле головы Дэн Цзя, а другой сжимая его подбородок. — С таким красивым личиком разносить напитки? Жалко ведь. Иди ко мне, обещаю, будешь жить в роскоши.
Дэн Цзя опустил глаза, выглядя совершенно беспомощным:
— Господин, пожалуйста, ведите себя прилично. Я всего лишь официант.
— Официант? — Дариан расхохотался еще наглее. — Носишь брошь Шэнь Цзюэфэя и говоришь, что ты всего лишь официант? Что, Шэнь Цзюэфэй завел себе игрушку?
Тело Дэн Цзя одеревенело, он не знал, что ответить.
Видя, что тот молчит, Дариан лишь утвердился в своих подозрениях:
— Шэнь Цзюэфэй умеет выбирать, даже таких находит. Впрочем… — он понизил голос, — всё, что он может тебе дать, я дам с лихвой. А чего не может — я тем более дам.
С этими словами его рука скользнула к талии Дэн Цзя.
Но в тот миг, когда рука почти коснулась парня, сбоку появилась узловатая ладонь и крепко сжала запястье Дариана.
— Дариан, — ледяным тоном произнес Шэнь Цзюэфэй, — столько лет прошло, а ты всё такой же деградировавший.
Дариан резко обернулся и, увидев бесстрастное лицо Шэнь Цзюэфэя, на несколько секунд замер, а затем расплылся в улыбке:
— О, явился не запылился.
Шэнь Цзюэфэй с силой отбросил его руку — от этого движения Дариан пошатнулся. Шэнь Цзюэфэй сделал шаг в сторону, заслонив собой Дэн Цзя.
— Трогать моих людей… ты спрашивал разрешения? — голос Шэнь Цзюэфэя был спокоен, но холод, исходящий от него, заставлял содрогнуться.
— Твоих людей? — усмехнулся Дариан. — Шэнь Цзюэфэй, ты же собираешься породниться с семьей Чжан, а сам держишь здесь любовника? Не боишься, что невеста узнает?
— Это мое дело, не утруждай себя заботами, — Шэнь Цзюэфэй сделал шаг вперед. — Можешь быть свободен.
Лицо Дариана изменилось. Идти на открытый конфликт с Шэнь Цзюэфэем из-за какого-то мальчишки действительно не стоило — если скандал на таком мероприятии разрастется, хорошо не будет никому.
— Ладно, ты крут, — Дариан поднял руки в примирительном жесте, перевел взгляд через плечо Шэнь Цзюэфэя на Дэн Цзя и добавил: — Красавчик, как-нибудь в другой раз поиграем.
Сказав это, он поправил воротник и ушел.
В коридоре снова воцарилась тишина. Шэнь Цзюэфэй стоял спиной к Дэн Цзя, слыша его частое дыхание, но не спешил оборачиваться.
— Господин Шэнь… — тихо проговорил Дэн Цзя. — Простите, что доставил вам неприятности.
Шэнь Цзюэфэй глубоко вздохнул и медленно развернулся.
Дэн Цзя всё еще прижимался к стене, лицо его было бледным, губы искусаны до белизны, а воротник помят.
Его глаза, обычно такие живые, теперь были влажными от слез и полны испуга. Глядя на то, как жалко Дэн Цзя пытается найти в нем опору, Шэнь Цзюэфэй почувствовал, как необъяснимая ярость внутри него начала утихать.
http://bllate.org/book/39964/5066619
Сказали спасибо 0 читателей