Чем ближе они подходили друг к другу, тем больше уверенности появлялось у Жуань Бэя, а сдерживаемая весь день злость так и норовила вырваться наружу.
То, как Гао Инцзе гнался за ним по пятам, было точь-в-точь поведением недоброжелательного хулигана — не хватало только кирпича в руке.
Сзади доносились непрекращающиеся угрозы и ругань Гао Инцзе, который заявлял, что стоит Жуань Бэю только выйти за ворота школы, как у него найдется тысяча способов сжить того со свету.
Подумать только! Какой грозный нашлся, раз такой крутой, почему бы ему напрямую не разобраться с Цюй Шаоханем, а цепляется он именно к нему, считая мягкотелой грушей, которую можно безнаказанно третировать?
Не сбавляя шага, Жуань Бэй обернулся, бросил на Гао Инцзе взгляд, показал ему средний палец и быстро побежал к выходу.
Его бегущая фигура мелькала в толпе, превращаясь для Цюй Шаоханя в пейзаж, окрашенный красками лишь одного этого человека.
— Цюй Шаохань! — громко окликнул его Жуань Бэй и, ни о чем не думая, бросился прямо к нему, с разбега уткнувшись в грудь.
Цюй Шаохань на мгновение замер, но в следующую секунду крепко обхватил его руками.
Только заметив, что за Жуань Бэем кто-то гонится — к тому же знакомый ему человек, — он тут же помрачнел.
Гао Инцзе, словно не узнав его, с остервенением попытался схватить парня, но Цюй Шаохань, используя инерцию нападавшего, резко вцепился ему в горло и со злостью оттолкнул назад.
Вновь встретившись взглядом с Цюй Шаоханем и узнав его, Гао Инцзе вмиг растерял весь свой заносчивый пыл. Холод пополз из глубины души, а ноги словно намертво пригвоздило к земле, лишив возможности пошевелиться.
Он же собственными глазами видел тех парней, которые вместе с ним оскорбляли Жуань Бэя, и те сплошь были покрыты ранами и находились при смерти.
Разве не говорили, что эти двое больше не вместе? Разве они не разругались?
Почему Цюй Шаохань до сих пор появляется здесь, и почему они ведут себя так близко!
Не успел он прийти в себя, как Жуань Бэй, прячась за спиной Цюй Шаоханя, громко пожаловался:
— Он весь день преследовал меня и обзывался, еще и угрожал расправиться, когда я выйду из школы!
Жуань Бэй шумно перевел дыхание, пытаясь выбраться из объятий Цюй Шаоханя, но тот лишь крепче прижал его к себе одной рукой.
Услышав слова Жуань Бэя, Цюй Шаохань уже исполнился мрачной кровожадности. Он посмотрел на Гао Инцзе взглядом хищника, от которого бедняка пробила мелкая дрожь.
Схваченный за горло и оттолкнутый назад, Гао Инцзе не смел даже вздохнуть полной грудью и стоял на месте, не зная, как отреагировать.
У ворот школы снували люди, и все взгляды были прикованы к их компании.
Цюй Шаохань не стал спешить с расправой: прижимая к себе Жуань Бэя, он развернулся и отошел подальше от людного места.
Добравшись до полутемного угла, Цюй Шаохань наконец разжал руки и сказал Жуань Бэю:
— Сначала домой.
— А он? — Жуань Бэй указал на Гао Инцзе, всё еще стоявшего на прежнем месте. — Мы что, просто так его отпустим?
Цюй Шаохань вернул его палец на место и велел садиться в машину:
— Я разберусь.
— В этот раз я даже не стал с ним драться и словом не перемолвился. От его ора у меня в ушах шумит и голова болит.
Говоря это, он потряс себя за ухо.
Цюй Шаохань тут же остановил машину, озабоченно поддерживая его за голову.
— Не тряси головой, всё равно ничего не увидишь. Вернемся, побудешь в тишине, и станет лучше.
— Это сильно мешает слушать лекции?
Жуань Бэй ответил:
— Терпимо, не так уж серьезно.
Сейчас в основном говорит только учитель, кроме объяснения материала и тестов, лишнего шума не так много.
Цюй Шаохань умолк. На сердце у него лежал камень, и когда он о чем-то задумывался, то вечно не решался смотреть на собеседника.
— Вернемся, сразу выпей лекарство, — наказал он.
Если днем Жуань Бэй принимал лекарства в школе, то утром и вечером за этим строго следили.
По дороге домой Жуань Бэй завел разговор о том, что Гао Инцзе упомянул об их совместной жизни:
— Он наверняка решил, что я полагаюсь на тебя, а тут подкараулил меня пару дней и, не обнаружив тебя рядом, возомнил, что снова может меня третировать.
Цюй Шаохань, сидевший впереди, хранил молчание, и Жуань Бэй дважды ткнул его в спину.
— Ты ведь разделался с тем парнем, который тоже оскорблял меня в тот раз? Когда ты это сделал?
Тело Цюй Шаоханя напряглось.
Жуань Бэй поспешно добавил:
— Я вовсе не хочу сказать, что твои методы плохи!
— Раньше я и сам рассуждал слишком однобоко, вечно считал тебя чересчур плохим, но против такой мерзости кулаки и сила — действительно лучшее средство.
— Больше не смей скрывать это от меня и разбираться со всем в одиночку, слышишь!
Цюй Шаохань глухо отозвался:
— Понял.
Вернувшись домой, Жуань Бэй сразу выложил Цюй Шаоханю даты и место проведения конкурса, заодно передав бланк — строчку со стоимостью обучения он аккуратно загнул.
— Сначала заполни это, — Жуань Бэй торопил его с письмом, даже ручку приготовил заранее и, не давая перевернуть страницу, тут же вытянул бланк обратно.
— Ладно, этой информации достаточно, остальное тебя не касается.
Видя, как суетливо он действует, Цюй Шаохань и без лишних раздумий понял причину: в свое время он сам бросил учебу именно из-за денег, и даже решившись вернуться, плата за обучение наверняка волновала его больше всего.
В любом случае, тех денег, что он давал раньше, должно было хватить ненадолго, а значит, Жуань Бэю пришлось докладывать свои.
Жуань Бэй не хотел посвящать его в детали, а Цюй Шаохань и не стал расспрашивать.
— Завтра скажешь учителю, что будешь жить не в общежитии при школе.
— Ты опять за свое? Жить не с соучениками, а с тобой?
Цюй Шаохань серьезно посмотрел на него и кивнул:
— Именно со мной.
— После окончания съездим в больницу, купим всё необходимое, вернемся на день позже.
Стоило Жуань Бэю услышать слово больница, как у него тут же заболела голова: не успел он допить лекарства, как снова придется туда тащиться. Он зажмурился, не желая с этим мириться.
— Жилье я подыщу поближе к месту проведения конкурса. Хочешь ютиться в одной комнате с тремя-четырьмя незнакомцами?
Жуань Бэй покачал головой — ему этого не хотелось ни капли.
Мало того, что тесно, так еще и люди незнакомые, с самыми разными характерами — а вдруг попадется кто-то невыносимый?
Уезжать предстояло рано утром в среду, и Цюй Шаохань подобрал сумку, чтобы собрать ему вещи: бросил пару смен одежды, а туалетные принадлежности и в отеле найдутся.
Все документы Жуань Бэя уже были у него в руках.
Куда большей ценностью для парня являлась справка с результатами его недавнего обследования: ее положили в отдельный конверт и спрятали в запирающийся ящик стола Цюй Шаоханя.
К собственным деньгам тот особо не трепетал, зато несколько бумажек прятал пуще зеницы ока.
Воспользовавшись тем, что Цюй Шаохань занят сборами, Жуань Бэй пошел покормить кошку.
Наевшись и воспрянув духом, кошка попыталась выкарабкаться из картонной коробки, цепляясь за края лапами, но закономерно брякнулась обратно.
Цюй Шаохань бесшумно возник у него за спиной и отвел его руки подальше.
— Ей уже недолго осталось, стара и парализована, морально подготовься.
Жуань Бэй всё понимал. Он тихонько протянул: «Ясно», а затем заметил, что новая одежда сидит на Цюй Шаохане отлично, и посоветовал ему впредь уделять больше внимания себе, а не крутиться постоянно вокруг него.
На это Цюй Шаохань бросил:
— Привык. Не переучусь.
Жуань Бэй:
— …?
— Привыкай и ты!
Жуань Бэй смущенно отвернулся. В последнее время тот всё чаще отпускал подобные странные фразы, заставляющие додумывать лишнее, а он ужасно боялся давать волю воображению.
Когда Гао Инцзе сегодня ляпнул, что они сожительствуют, первой реакцией Жуань Бэя стала паника. И пусть смысл вкладывался совсем не тот, что он подумал, в его душе всё равно словно разорвалась бомба.
Раньше, сталкиваясь с проявлением заботы со стороны Цюй Шаоханя, он мог утешать себя тем, что тот просто спас его. Но даже если считать, что он был должен ему денег, то, что Цюй Шаохань притащил в дом за это время, уже с лихвой всё покрывало — у парня не было причин относиться к нему настолько хорошо.
Жуань Бэй отчаянно гнал от себя подобные мысли, а при малейшем касании чужих рук осторожно отстранялся.
Заметив перемену в его поведении, Цюй Шаохань опустил взгляд и украдкой посмотрел на него.
Он медленно сжал пальцы в кулак, тщетно пытаясь удержать оставшееся тепло.
Неужели он перешел черту? — подумал Цюй Шаохань.
Он принялся разминать собственные пальцы и вдруг осознал, какими грубыми они стали.
Кожа Жуань Бэя, несмотря на все выпавшие на его долю испытания, оставалась нежной, а это значило, что каждое его прикосновение тот ощущал донельзя отчетливо.
И с чего он только взял в те дни, будто прекрасно умеет маскироваться?
Ощутив странную атмосферу, Жуань Бэй вовремя сменил тему:
— Если ты поедешь со мной в город, что будет с кошкой? Если никого не останется, она же с голоду помрет.
Цюй Шаохань подошел, ухватил кошку за загривок, приподнял, сменил размочаленный картон на дне коробки и застелил свежую бумагу.
— Завтра отвезу ее на завод, там людей много, кто-нибудь да присмотрит вполглаза.
Тогда он просто оставит кому-нибудь немного денег, чтобы за ней приглядели.
Перед сном, уже лежа в постели, Жуань Бэй невзначай переспросил Цюй Шаоханя:
— Если завтра тот тип снова начнет меня оскорблять, можно ему ответить?
Из темноты у двери вновь донесся спокойный, уверенный голос:
— Он не посмеет.
И снова так же — стоит у его двери, словно страж-хранитель.
Жуань Бэй хотел попросить его не дежурить здесь, но Цюй Шаохань внезапно окликнул его по имени:
— Жуань Бэй?
— М?
— Я тебе противен?
Жуань Бэй ответил без малейших раздумий:
— Нет.
Раньше он и впрямь предвзято относился к Цюй Шаоханю: тогда он видел его всего раз, и из-за тех драк с чужаками записал Цюй Шаоханя в отбросы общества, такие же, как его собственный отец, хотя на деле всё обстояло совсем иначе.
После того как они сошлись ближе, о какой-то антипатии и речи не шло. Иногда ему было жаль Цюй Шаоханя, иногда он восхищался тем, как ловко тот управляется со всем в одиночку, а в последнее время ему казалось, что Цюй Шаохань слишком уж опекает его. Короче говоря, неприязни не было ни капли — напротив, находиться рядом с этим человеком оказалось легко, и он ему даже в какой-то мере нравился.
Такой человек, как Цюй Шаохань, и сам по себе отлично устроится в жизни, чужая помощь ему была совершенно ни к чему.
Но вот без Цюй Шаоханя Жуань Бэю пришлось бы куда хуже, чем сейчас.
Вспомнив о предстоящей покупке слухового аппарата, Жуань Бэй тяжело вздохнул, медленно поднялся с постели и, достав ключи, отпер замок денежного ящика.
Где же наберешься стольких денег — пару десятков тысяч юаней? Деньги, оставленные матерью, были его последней опорой.
Жуань Бэй: «…» Ладно, потрачу так потрачу, речь ведь идет о его собственном здоровье, чего тут бояться.
Внутри осталась лишь сумма на оплату обучения Цюй Шаоханя в старшей школе — меньше тысячи, — а всё остальное он выгреб до последней купюры.
— Возьми и это тоже. Если денег не хватит, не обязательно покупать самый дорогой, главное, чтобы работал.
Глядя на пачку банкнот, внезапно оказавшуюся у него в руках, Цюй Шаохань не почувствовал ожидаемой радости — напротив, на душе скребли кошки, и всё его существо наполнилось глубоким одиночеством.
http://bllate.org/book/39902/5057075
Сказали спасибо 0 читателей