Готовый перевод My Rival, the Fallen Immortal Lord / Заклятый враг стал никем: Падение юного бессмертного: Глава 6

Янь Чэнь фыркнул и уже было хотел заговорить, как вдруг заметил у ворота одежды Се Цжоюй ярко-зелёную полоску, похожую на вышивку в форме какого-то листа.

Обладая прекрасной памятью, он тут же кое-что вспомнил, и выражение его лица, только что немного смягчившееся, мгновенно помрачнело. Он протянул руку, ухватил Се Цжоюй за воротник и притянул к себе, чтобы рассмотреть получше.

Это был бамбуковый лист.

Мало того, из-за особого покроя верхнего халата обнажался воротник исподнего, и Янь Чэнь даже разглядел, что на вороте той белой нижней одежды тоже вышиты бамбуковые листья.

В тот момент, когда он отчетливо увидел вышивку, Янь Чэнь так разозлился, что был готов придушить Се Цжоюй.

— Убирайся вон! — Он грубо вырвал у Се Цжоюй из рук небольшой красный стеганый ватник, швырнул его прямо на голову Ши Сань и прикрикнул на двух девушек, которые всё еще стояли на коленях, поскольку им не разрешили подняться.

Ши Сань и Ши Ци до смерти перепугались и, получив позволение, не смели задерживаться ни на секунду, но в то же время беспокоились за Се Цжоюй, боясь, что с ним что-то случится. Се Цжоюй слегка покачал им головой, давая понять, чтобы они не переживали и уходили быстрее.

Ши Сань и Ши Ци ничего не оставалось, как поспешно удалиться. Они даже не посмели вернуться в свою комнату и сразу же покинули Павильон Фусан.

Се Цжоюй проводил взглядом силуэты двух служанок, исчезающие у ворот внутреннего двора, но, когда он перевел взгляд обратно, столкнулся с мрачным, свирепым взором Янь Чэня.

Тот скривил губы в зловещей холодной усмешке:

— У тебя есть время переживать за них, лучше бы о себе побеспокоился.

Докончив фразу, он, ничтоже сумняшеся, прямо посреди двора протянул руки к его синевато-зеленому верхнему халату.

Се Цжоюй не мог ничего с ним поделать, поэтому сам развязал завязки и швырнул халат тому прямо в грудь.

Он думал, что раз верхняя одежда снята, Янь Чэнь наконец останется доволен, но тот и не думал останавливаться и принялся срывать с него нижнюю одежду.

Янь Чэнь с яростью терзал эту проклятую ткань, и действовал с такой силой, что Се Цжоюй ни капли не сомневался: тот разорвет платье в клочья.

Се Цжоюй, всегда отличавшийся хладнокровием в любых ситуациях, на этот раз запаниковал как никогда прежде.

Он отчаянно прикрывал ворот руками, пятясь назад, а второй рукой изо всех сил отталкивал Янь Чэня:

— Хватит трогать меня… Убирайся, не прикасайся ко мне!

Янь Чэнь оставил его слова без внимания, но в глубине его глаз вспыхнул безумный алый блеск, и он скрежетал зубами от ярости:

— Бесстыдник!

— Ты что, больной?! — не выдержал Се Цжоюй и выругался.

Его чуть не стошнило от злости: Янь Чэнь, который среди бела дня срывает с него одежду посреди двора, еще смеет называть его бесстыдником?!

— Немедленно сними его!

Се Цжоюй уперся изо всех сил и вцепился в руки Янь Чэня, пытаясь оттащить их.

В следующее мгновение по руке полоснула дикая боль.

Се Цжоюй в тот же миг ослеп от боли, перед глазами всё поплыло, а мир потерял очертания.

А рука, которой он только что пытался оттолкнуть Янь Чэня, безвольно обвисла, словно порванный бумажный змей.

Придя в себя, Се Цжоюй робко опустил взгляд на собственную руку и осторожно пошевелил запястьем — от этого движения боль пронзила с такой силой, что слезы сами собой брызнули из глаз.

Если бы не собственные глаза, видевшие, что рука на месте, он бы решил, что Янь Чэнь отрубил ее под самый корень.

Нанеся этот жестокий удар ребром ладони, Янь Чэнь тоже на секунду остолбенел: в глубине его глаз мелькнуло сожаление и растерянность, но в следующее мгновение их полностью затопила ярость.

— Чтобы мне больше не пришлось применять силу! Я велел тебе раздеться!

Се Цжоюй поднял на него глаза; его светло-карие зрачки всё еще заволакивала пелена влаги, придавая ему жалкий и жалостливый вид.

Он молча смотрел на Янь Чэня долгие мгновения, а затем, словно из него выкачали все силы, медленно присел на корточки, уткнувшись лицом в колени, и заговорил дрожащим голосом:

— Но мы же во дворе… Янь Чэнь, умоляю тебя, только не здесь.

Янь Чэнь присел на корточки, ухватил его за волосы и заставил поднять голову; заметив искорки влаги на его ресницах, он на миг замер, после чего холодно фыркнул.

Он попытался схватить Се Цжоюй за запястье, чтобы поднять, но задел его поврежденную руку, отчего у того перехватило дыхание, а стон застрял в горле.

И всё же Се Цжоюй послушно поднялся на ноги.

Янь Чэнь с раздражением выпрямился и сквозь зубы выругался скверным словом.

В следующее мгновение он подхватил Се Цжоюй за талию и с размаху закинул себе на плечо, после чего в два счета вернулся в комнату.

Се Цжоюй тяжело рухнул на кровать и чуть не потерял сознание от боли.

Но этот безумец Янь Чэнь продолжал бесцеремонно отдавать приказы:

— А теперь раздевайся.

Се Цжоюй отвернулся и дрожащими пальцами стал кое-как расстегивать пуговицы, после чего медленно стянул одежду.

Гладкая, белоснежная спина полностью обнажилась, покрывшись «гусиной кожей» от прохладного воздуха.

— Теперь ты доволен? — Голос Се Цжоюй звучал устало. Он слегка повернул голову, являя взору лишь половину бледного лица, что делало его невероятно хрупким.

— У тебя есть еще какие-то требования?

Взгляд Янь Чэня прилип к этой безупречной нефритовой спине, кадык судорожно дернулся, а глаза потемнели.

Заставив себя отвести взгляд, он подошел к кровати, поднял брошенную Се Цжоюй одежду, брезгливо швырнул ее на пол и наступил сверху ногой.

— Больше не пытайся сопротивляться мне. Мне нравятся послушные люди, только с послушными не случается беды. — Янь Чэнь сделал паузу и низким голосом предостерег: — И больше не смей носить чужие вещи. Если это повторится, я прикажу всем во Дворце Демонов смотреть, как ты сдираешь с себя то, что тебе не принадлежит.

Се Цжоюй помолчал немного, а затем тихо спросил:

— Выходит, отныне я могу лишь сидеть в постели, у меня нет права носить одежду и нет права показываться людям на глаза? Повелитель, я ведь верно понял твои слова?

Янь Чэнь нахмурился: у него на языке вертелось возражение — мол, я же не запрещал тебе носить одежду, — но в самый последний момент он осекся.

Когда Се Цжоюй доставили сюда, засунув в ящик, на нем было лишь тончайшее полупрозрачное одеяние, и больше ничего.

Янь Чэнь нахмурился еще сильнее, наконец осознавая, какую оплошность допустил.

Он велел Банся подыскать Се Цжоюй жилье и отправить к нему пару служанок, чтобы те прислуживали, но совершенно забыл поручить ей позаботиться о том, чтобы для Се Цжоюй сшили несколько смен одежды.

Он уже было мысленно собрался отчитать Банся, как вдруг вспомнил, что в тот день, когда Се Цжоюй только привезли, она стучала в его дверь — судя по всему, хотела решить какой-то вопрос. Но он тогда был сам не свой от раздражения и, услышав слово «молодой господин», велел ей немедленно заткнуться, заявив, что всё, о чем он не упомянул сам, в устройстве не нуждается.

Теперь, оглядываясь назад, он понял, что Банся, скорее всего, собиралась спросить как раз об этом.

Потому-то в последние дни у Се Цжоюй не было даже смены белья, и ему приходилось одалживать чужие вещи.

Недоразумение. Янь Чэнь цыкнул языком, чувствуя себя донельзя срамно.

Он долго молчал, но так и не сумел придумать достойный повод, чтобы сгладить неловкость, а застрявшие на языке извинения никак не шли на ум.

В конце концов он лишь бросил на ходу:

— Я велю Банся принести тебе одежду, — и стремительно вышел из комнаты.

Его спина выглядела несколько поспешной, но Се Цжоюй от начала и до конца сидел к нему спиной, опустив голову, и ничего не заметил.

Глава 6. Нанесение мази

Се Цжоюй забился глубоко под одеяло, обхватив колени руками и свернувшись калачиком.

Он зажмурился, и спустя долгое время из его груди вырвался едва слышный всхлип.

Он еще никогда никого так сильно не ненавидел и так не боялся.

Янь Чэнь — сущий безумец.

Столкновение с Янь Чэнем отняло у Се Цжоюй слишком много сил, и хотя запястье по-прежнему адски болело, он вскоре забылся тяжелым сном.

***

Ши Сань и Ши Ци бок о бок стояли у входа в Павильон Фусан и переглядывались, не в силах скрыть тревогу на лицах.

За те дни, что они провели рядом с Се Цжоюй, обе привязались к этому красивому и непривередливому хозяину.

Хотя он редко разговаривал, а на лице его всегда застывало холодное выражение, создавая вокруг него стену недоступности, в общении с ним Ши Сань и Ши Ци неизменно чувствовали уважение.

В десяти землях Мира Демонов было множество городов, и многие правители областей частенько присылали повелителю красавиц, пытаясь угодить.

Но тех из них, кого возвращали живыми, можно было пересчитать по пальцам, а подавляющее большинство погибало страшной смертью.

Они не хотели, чтобы этот похожий на небожителя юноша разделил их участь.

Янь Чэнь, выходя из Павильона Фусан, на мгновение замер у дверей. Его взгляд упал на двух служанок, а затем переместился на стеганый ватник в руках у Ши Сань.

Обе девушки тут же напряглись всем телом, их сердца заколотились как безумные.

Но Янь Чэнь лишь холодно окинул их обоих взглядом и, не сказав ни слова, удалился.

Как только его силуэт скрылся из виду, Ши Сань схватила Ши Ци за руку и побежала во внутренний двор главного зала, но никого там не обнаружила. От страха у нее едва не остановилось сердце, и она машинально выпустила руку Ши Ци.

Ши Ци сразу бросилась в комнату и подбежала к кровати, где бугром возвышалось скомканное одеяло.

Услышав из-под одеяла едва уловимое дыхание, она наконец почувствовала, как камень падает с ее сердца. Она повернулась к подоспевшей Ши Сань, виновато улыбнулась узкими глазками и указала на постель.

Девушки тихонько выскользнули из комнаты, ожидая, пока Се Цжоюй проснется.

Но он всё не просыпался, и если бы не мерное дыхание, можно было бы подумать, что он уже мертв.

В час ужина Ши Сань заглянула в комнату, опустилась на корточки у кровати и с беспокойством спросила, не хочет ли он встать и поесть. Она долго ждала ответа, но не дождалась ни слова, ни единого звука, после чего была вынуждена удалиться с тяжелым сердцем.

Ши Сань и Ши Ци так сильно переживали за Се Цжоюй, что решили провести эту ночь на страже у двери, дожидаясь, пока он очнется.

Но, заметив, что Ши Ци, посидев всего ничего, уже клюет носом от усталости, Ши Сань с жалостью потрепала ее по голове и велела отправляться спать, заявив, что сама прекрасно справится.

Ночь выдалась холодной, Ши Сань терла руки, выдыхая облачка пара. Хотя спать хотелось до безумия, а зевота так и норовила разорвать рот, она продолжала сидеть на маленькой скамеечке у порога,

надеясь, что хозяин поскорее придет в себя.

Кто бы мог подумать, что в самый разгар ночи, когда луна стояла в зените, в Павильоне Фусан внезапно появится незваный гость.

Ши Сань на секунду задремала, но стоило ей открыть глаза, как тело мгновенно окостенело.

В сиянии лунного света фигура в черном шагом за шагом приближалась от самых ворот, а лучи вырисовывали на его одежде узор из темного золота.

Он ступал по россыпям лунного света с бесстрастным лицом — словно божество ночи, сошедшее с небес.

***

Янь Чэнь считал себя сущим безумцем — с какой стати он среди ночи, вместо того чтобы спать, тайком явился к Се Цжоюй с лекарством?.. Хотя достаточно было просто позвать любого лекаря.

Однако, подперев голову рукой, он вспомнил безвольно повисшую руку Се Цжоюй, вспомнил сдавленный стон, застрявший в горле от легкого прикосновения, и капли слез, застывшие на ресницах, и его сердце камнем полетело вниз.

http://bllate.org/book/39886/5054877

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь