Сердце Тан Е упало, и он переспросил:
— А как же развод? Из-за того, что вчера я заставил тебя…
— Больше не спрашивай, Тан Е, — тихо произнес Сунь И, опустив глаза.
Тан Е сглотнул, перевел взгляд вдаль и напускной беззаботностью бросил:
— Ладно, как скажешь.
Сунь И крепче сжал в руке телефон, сохраняя спокойное выражение лица, и промолчал.
Следующие несколько дней они почти не общались.
Когда они пришли подавать заявление на развод, сотрудник сообщил им, что положен месячный период на примирение. Тан Е неожиданно почувствовал облегчение, однако Сунь И заявил, что съезжает из особняка, и протянул ему подписанное соглашение о разделе имущества.
— Когда ты подпишешь его, после окончания срока на примирение оно вступит в законную силу.
— Ни за что! — Тан Е отказался, даже не задумываясь. — В период на примирение ты всё еще мой супруг! Если ты съедешь и наставишь мне рога, что мне делать? Моральная компенсация тогда будет куда больше этой!
Сунь И уставился на него сложным взглядом, но в конце концов уступил. Однако он стал часто засиживаться на работе допоздна, а иногда просто присылал сообщение, что сегодня не вернется.
Каждый раз, видя подобные сообщения, Тан Е смотрел на тщательно приготовленный ужин на столе, а затем в ярости сваливал всё в мусорное ведро.
В один из дней он снова открыл тот анонимный форум, собираясь спросить о нюансах перед разводом, но случайно заметил одно пропущенное ранее сообщение.
В том комментарии говорилось:
— Автор планирует детей? Если нет, рекомендуется выпить экстренную контрацепцию в течение двадцати четырех часов после близости. И хотя шанс залететь с первого раза крайне мал, с таблетками спокойнее.
— Беременность? — Сердце Тан Е отчаянно забилось.
Он тут же набрал номер Сунь И.
Гудки шли долго, прежде чем вызов приняли. На заднем фоне послышался неясный шум воды, и голос Сунь И прозвучал глухо и влажно:
— Алло?
— Сунь И, — голос Тан Е слегка напрягся, и он скороговоркой пересказал суть комментария с форума, а в конце нетерпеливо спросил: — Ты… ты не можешь быть беременным?
— Шанс очень мал. Через пару дней съезжу в больницу на обследование.
Сунь И замолчал, а затем добавил:
— Если… действительно забеременел, с разводом, боюсь, придется повременить.
Дыхание Тан Е перехватило, а на дне души промелькнуло тайное облегчение:
— И до каких пор тянуть?
На том конце провода долго стояла тишина, прежде чем донесся ответ Сунь И:
— По закону — до рождения ребенка.
— Хорошо, — услышал Тан Е собственный голос.
Срок на примирение подходил к концу, когда Тан Е получил от Сунь И результаты больничного обследования с коротким примечанием:
— Беременности нет. Послезавтра в девять утра едем за свидетельством о разводе.
Тан Е молча уставился на строчку на экране телефона, глядя на нее очень долго.
Ладно, — ответил он.
Тан Е спокойно ел, ложился спать и тихо ждал дня, когда они поедут оформлять развод. Когда спустилась ночь, он сидел в пустой и безмолвной гостиной — с тех самых пор, как Сунь И прислал результаты обследования, он больше ни разу не возвращался в этот особняк.
В этот момент тишину в доме нарушил звонок мобильного телефона, заставив Тан Е слегка удивиться.
Номер, которым он пользовался сейчас, был тем самым студенческим номером, который он специально выкупил за деньги. Кроме как для памяти, о нем почти никто не знал.
— Алло?
— Господин Тан? — голос в трубке звучал крайне взволнованно. — Я ассистент генерального директора Суня… Он… он в больнице, состояние очень тяжелое, вы не могли бы немедленно приехать?
В больничном коридоре Чэнь Мин тревожно мерил шаги туда-сюда, то и дело поднимая запястье, чтобы взглянуть на часы, как вдруг из конца коридора быстрым шагом появилась высокая фигура.
Глаза Чэнь Мина загорелись, он уже собирался двинуться навстречу, но заметил, как несколько молоденьких медсестер у сестринского поста в тот же миг покраснели и принялись украдкой бросать взгляды на шагающего сюда Альфу.
Пришедшим оказался не кто иной, как Тан Е. Его рост под метр девяносто отбрасывал длинную и прямую тень на стены коридора, а в каждом шаге сквозила присущая длинноногим людям свобода и упругость.
Его персиковые глаза с приподнятыми уголками были наполовину прищурены, разрез глаз — хищный и манящий, темные зрачки излучали свойственную Альфам агрессию, а мужественные черты лица смешивались с бурлящей энергией. Во время ходьбы он излучал невольно приковывающую к себе ауру.
Чэнь Мин мысленно вздохнул: его собственный босс действительно занимался транжирством, раз держал дома столь первоклассного красавчика-Альфу, а сам сутками работал сверхурочно и ночевал в компании!
Когда они изначально узнали о женитьбе Сунь И, их секретариат несколько дней подряд шушукался за спиной.
Однако Сунь И оберегал своего супруга-Альфу столь тщательно, что, не считая скачка акций Корпорации Тан и Технологий Юйчжи в новостях бизнеса во время их свадьбы, никто в компании от рядового сотрудника до верхушки не видел эту «хозяйку» на публике.
Не говоря уже о том, когда однажды случайно утекла новость, связанная с беременностью: Сунь И тут же задействовал все ресурсы, чтобы пресечь репортажи на корню, не оставив и следа слухов.
— Как там Сунь И?
Голос Тан Е был низким, с легкой одышкой — очевидно, он примчался сюда в спешке. Чэнь Мин поспешил к нему.
— Господин Тан, вы наконец-то прибыли! Генерального директора Суня на светском приеме кто-то напичкал средством, индуцирующим течку у Омег, сейчас он в специализированной феромонной палате.
В этот момент дверь медкабинета отворилась, и оттуда в белом халате вышел Е Си с мрачным выражением лица.
Тан Е тут же бросился к нему:
— Что с ним в конце концов?!
Е Си с раздражением закатил глаза:
— Разве ты не знаешь, что у него синдром скрытого феромонного изоморфизма Омеги?
Видя, что Тан Е по-прежнему выглядит столь же глуповато и растерянно, как и при их прошлой встрече, Е Си пришлось сдерживать гнев и пояснять.
Оказалось, Сунь И был скрытым Омегой, с самого детства ничем не отличавшимся от Беты, и лишь после совершеннолетия у него постепенно стали проявляться Омега-черты, сопровождаемые редчайшим феромонным изоморфизмом.
Феромонный изоморфизм — особое проявление расстройства феромонов, заболеваемость которым среди Омег составляет менее одной десятитысячной, и лечить его крайне сложно.
Раньше Сунь И долгое время глушил болезнь подавителями, а позже, инвестируя в медицинский сектор, под медикаментозным лечением Е Си пошел на поправку, постепенно приближаясь к состоянию нормального Омеги, но была одна загвоздка — его категорически нельзя было метить.
Стоило лишь ввести чужие феромоны Альфы, как у него развивалась сильнейшая зависимость от феромонов этого человека. Упомянув об этом, Е Си снова холодно глянул на Тан Е.
Тан Е вспомнил хаос той пьяной ночи в период гона и смущенно почесал затылок:
— И… что я могу сделать?
Е Си холодно фыркнул:
— На этот раз у него случился рецидив из-за искусственной стимуляции течки. Теперь он реагирует только на твои феромоны, и единственный выход — пойти и пометить его, временно упокоив его бушующие феромоны.
— Как пометить? — продолжал допытываться Тан Е.
Е Си, словно услышав какую-то небылицу, изогнул бровь и уставился на него:
— Ты что, уроки полового воспитания не посещал? Даже пометить Омегу не умеешь?
Тан Е опустил глаза и промолчал.
В его понимании идеальной парой всегда виделась женщина-Бета, поэтому в университете он и ухаживал столь настойчиво за Шэнь Ии. Он даже будущее в союзе Альфы и Беты распланировал, а те уроки физиологии, где учили, как Альфе метить Омегу, он банально прогулял.
Е Си от злости даже усмехнулся, вытащил телефон и сделал звонок. Вскоре медсестра торопливо принесла планшет. Он сунул его прямо в руки Тан Е:
— Сам смотри видео и делай то же самое.
Внутри медкабинета Сунь И сжался в кадушке, наполненной ледяной водой, датчик на указательном правом пальце издавал пронзительный писк, а цифры концентрации феромонов на мониторе давно зашкалили.
Капли воды стекали по его покрасневшей коже, а на некогда холодном и сдержанном лице читалось одно лишь унижение. Он изо всех сил впился зубами в мягкую плоть между большим и указательным пальцами левой руки, пытаясь болью сохранить рассудок, и во рту тут же растекся привкус крови.
Однако в глубине тела безумно жаждало еще более сильного, еще более будоражащего утешения.
Глубокое отвращение к самому себе поднялось из глубин души.
Эта неподконтрольная жажда, это жалкое состояние при расстройстве феромонов заставляли его чувствовать себя игрушкой, способной полагаться лишь на Альфу.
Именно поэтому он надел ледяную маску, вел дела в бизнесе жестко и бескомпромиссно и нарочно держался от всех на расстоянии, думая, что так сможет оградить себя от любых рисков.
Он снова с силой укусил себя за руку, а дрожащая правая рука расстегнула кожаный ремень на брюках, пытаясь облегчить симптомы самостоятельно, но феромонный изоморфизм заставлял его желать куда большего, чем обычных Омег.
Сознание постепенно плыло, то проясняясь, то погружаясь в хаос.
В полумраке ему чудилось множество шумных голосов: отца, матери, бабушки…
— Ты и правда урод, точь-в-точь как та шлюха!
— Сяои, обязательно прячься как следует…
— Надеюсь, в будущем ты найдешь Альфу, который будет по-настоящему любить тебя…
В этот самый момент звонкий мальчишеский смех прорезал этот галдеж:
— С чего это ты урод?
— Ты умный и способный, еще и помогаешь мне с домашкой! Не то что я: целыми днями лазаю по деревьям, ловлю жуков, и если отец поймает — точно ремня даст!
— По мне, малыш Тандоу, ты самый лучший!
У мальчика была бунтарская черная шевелюра, когда он улыбался, его глаза превращались в полумесяцы, а темные зрачки сияли, словно в них плескалось звездное небо.
В туманной дымке эти темные, сияющие глаза отчетливо проступили перед ним, и сейчас они с тревогой смотрели на него. Сунь И ошеломленно глядел в ответ, на мгновение перестав отличать реальность от иллюзии.
Стоило Тан Е толкнуть дверь, как густой аромат феромонов белого персика ударил ему в нос, мгновенно взбудоражив инстинкты Альфы.
Он окинул взглядом пустую больничную койку, на звук пронзительного пищания шагнул в ванную комнату и с первого же взгляда заметил Сунь И в ванне.
Сунь И прищурился, его взгляд был затуманен, изящные щеки пылали ненормальным румянцем, намокшие пряди липли к шее, а сам он, свернувшись калачиком в воде, походил на испуганного зверька, выглядя до крайности хрупким.
На его затылке красовалось кольцеобразное устройство, от которого отходила тонкая трубка, соединенная с маленькой капельницей — внутри находилась прозрачная жидкость, разработанный Е Си искусственный регулирующий препарат.
Переведя взгляд ниже, Тан Е широко распахнул глаза.
Рука Сунь И забиралась в промокшие брюки…
Заметив, что тот прислушался к звуку и теперь просто тупо смотрит на него, а его вечно холодные глаза затуманены влажной дымкой, Тан Е не выдержал, присел на корточки и помахал рукой перед его лицом.
— Эй, Сунь И, ты еще помнишь, кто я?
— Тан Е, — голос Сунь И звучал невесомо, с характерной для периода течки хрипотцой и мягкой сладостью.
— Хоть знаешь, и то хорошо, — Тан Е выдохнул с облегчением. — Тогда знаешь, зачем я пришел?
http://bllate.org/book/39873/5052974
Сказали спасибо 0 читателей