Готовый перевод The Paranoid Villain Begs Me to Love Him / Параноидальный злодей умоляет о моей любви: Глава 14

Стоило этой мысли зародиться в голове Ши Ции, как желание тут же пустило глубокие корни. Он держал в руках папки, но не мог вчитаться ни в одну строчку — все помыслы были далеко от работы.

Отложив бумаги в сторону, Ции без стеснения перевёл взгляд на сидевшего рядом Лу Цзиньхуая, и настроение его моментально испортилось.

Почему Лу Цзиньхуай смотрит на эти отчёты с таким нескрываемым вниманием?

В груди закипела глухая ревность. На него Цзиньхуай никогда так не смотрел! Неужели он проигрывает каким-то жалким бумажкам?

Ши Ции поднялся и подошёл со спины. Цзиньхуай даже головой не повёл, отчего укол обиды стал только больнее. Ции нарочно замер над ним, молча простояв так пару минут, но юноша продолжал увлечённо читать, совершенно его не замечая.

Едва не задыхаясь от захлестнувшей его досады, Ции намеренно покашлял, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание.

Лу Цзиньхуай отложил листы и в недоумении поднял на него взгляд:

— М-м?

Ши Ции опёрся рукой о столешницу и наклонился, мельком глянув на документы. Всего лишь сухие цифры и таблицы. Почему юноша не может оторвать от них глаз?

Впрочем, высказать недовольство вслух он не мог: всё-таки эту работу он сам вручил Цзиньхуаю.

Не найдя ничего получше, Ши Ции выдавил из себя первый попавшийся предлог:

— Хуайхуай, хочешь воды?

Лу Цзиньхуай вздохнул с лёгкой беспомощностью:

— Президент Ши, мы в офисе. Лучше обращайтесь ко мне по имени.

Глаза Ши Ции тут же вспыхнули. Он пропустил мимо ушей всё сказанное — одно лишь официальное «президент Ши» отозвалось в его груди сладким трепетом. Он мысленно сделал пометку: это обращение определённо стоит использовать и впредь.

— Да какая разница, офис или нет? Считай, что ты дома, — беспечно отмахнулся Ции и с явным отвращением сдвинул документы на край стола.

Лу Цзиньхуай не совсем понимал ход его мыслей. По прошлой жизни он привык, что начальство стремится выжать из подчинённых все соки: на словах призывают «чувствовать себя как дома», а на деле заставляют пахать сутками без продыху.

Однако то, с каким пренебрежением Ши Ции смахнул отчёты, едва ли говорило о желании заставить его работать на износ. Цзиньхуай действительно терялся в догадках: может, президент недоволен его продуктивностью?

У Системы же хитроумных подтекстов в программе не закладывалось. Она воспринимала всё буквально, сверяясь со своей базой данных.

[Хозяин, — с глубокомысленным видом выдал ИИ, — злодей сначала спросил, не хочешь ли ты пить, потом подошёл к тебе и предложил чувствовать себя как дома. Учитывая, что ты его секретарь, ты понимаешь, к чему он клонит?]

Лу Цзиньхуай поджал губы. Он и правда понятия не имел.

[Эх, хозяин, совсем у тебя сообразительность подводит! — снисходительно просветил его ИИ. — Он сам пить хочет! Тебе пора идти за водой.]

Цзиньхуай промолчал. Логика Системы выглядела абсурдной, но за неимением лучших идей стоило попробовать — а вдруг и впрямь угадала?

Лу Цзиньхуай поднялся с места:

— Президент Ши, присядьте пока. Я принесу вам воды.

Ши Ции недоуменно нахмурился и мягко удержал его за плечо:

—... Я не хочу пить. Я спросил, не хочешь ли ты.

Система озадаченно поскребла затылок, мигом отбросив прошлую гипотезу:

[Неужели он просто хочет посмотреть, как ты пьёшь?]

Лу Цзиньхуай предпочёл игнорировать этот бред.

Ши Ции и сам понял, что его предложение прозвучало странно, поэтому слегка прищурился и пояснил:

— Я имел в виду... ты работаешь уже довольно долго. Может, сделаешь перерыв?

Брови Цзиньхуая едва заметно взмыли вверх. Он бросил взгляд на часы: не прошло и полчаса с тех пор, как он сел за бумаги. Неужели в Корпорации Ши настолько щедрые условия труда?

Едва ли он пылал страстью к канцелярской рутине, но уходить на перерыв, толком даже не начав разбор данных — да ещё и на глазах у начальника — казалось совсем неловким.

— Спасибо, президент Ши, но я продолжу. Тут осталось совсем немного, скоро закончу сверку, — мягко отказался Цзиньхуай, помня, что всё же пришёл сюда работать.

Ши Ции помрачнел. Он искренне не понимал, с какой стати Цзиньхуай так усердствует над какими-то бумажками, увиденными впервые в жизни. Если уж сам босс разрешает отдохнуть, неужели нельзя просто немного полентяйничать?

Цзиньхуай уже собрался вернуться к цифрам, как Система, покружив вокруг них, тревожно подала голос:

[Хозяин, с ним что-то не так. Считываю резкое падение эмоционального фона... Злодей стремительно погружается в дурное настроение.]

И хотя аналитический модуль Системы хромал на обе ноги, датчики эмоций работали без сбоев. Взвесив показатели, ИИ выкатил новое «логическое» умозаключение:

[Хозяин... — озабоченно пробормотал ИИ, стараясь выражаться предельно деликатно, — может, ты справляешься настолько ужасно, что он просто пытается без скандала отстранить тебя от отчётов, пока ты всё окончательно не испортил?]

Лу Цзиньхуаю в очередной раз захотелось отправить Систему в глубокий бан. Словесный поток шарообразного помощника был чистейшей ахинеей, однако замечание о настроении Ции...

Он взглянул на Ши Ции. Тот смотрел на стопку распечаток с такой глухой обидой, будто эти листы были его заклятыми врагами.

Цзиньхуай опешил. Неужели эти отчёты содержат секретные данные конкурентов?

Поколебавшись, Цзиньхуай осторожно отложил бумаги назад на стол и тихо спросил:

— Президент Ши... мне не стоит это читать?

Ши Ции, уже размышлявший, как бы незаметно выбросить отвлекавшие юношу документы в мусорку, от этой чуткости на мгновение устыдился собственной мелочности.

Впрочем, эгоистом он действительно был. Он терпеть не мог, когда Цзиньхуай отвлекался на что-либо постороннее. Даже если это работа — нельзя погружаться в неё настолько, чтобы не замечать его присутствия!

— Верно, не стоит, — миндалевидные глаза Ши Ции мгновенно потеплели, а на губах заиграла ласковая улыбка. — Затёк? Давай я разломлю тебе плечи.

Не дав Цзиньхуаю возразить, Ции положил ладони ему на плечи и добавил со всей возможной нежностью:

— Мне нужно потренироваться, так что не отказывайся.

Лу Цзиньхуаю стало не по себе. Дело было даже не в самом прикосновении — в стенах компании Ши Ции оставался генеральным директором. С чего вдруг главе корпорации оказывать подобные услуги подчинённому?

К тому же полчаса несложной работы едва ли могли кого-то уморить. Он вовсе не был настолько хрупким.

Увидев, что юноша не сопротивляется, Ции, довольный, склонился к самому его уху. В его глазах плескалась мягкая ласка:

— Не волнуйся, Хуайхуай. Тебе обязательно понравится.

У Цзиньхуая закралось дурное предчувствие. И не напрасно: с чего бы изнеженному наследнику владеть техникой массажа?

Прикосновения Ции были совершенно непредсказуемы. То он едва ощутимо касался кожи, точно новорождённый котёнок, то надавливал с такой силой, будто собирался переломать кости, а временами и вовсе ощутимо сжимал шею сзади.

Подобная процедура превратилась в настоящую пытку. Когда пальцы Ции в очередной раз впились в загривок, Цзиньхуай не сдержал тихого стона боли и перехватил его запястье.

Голос Цзиньхуая слегка осип, а дыхание сбилось:

— Ши Ции, больно...

Ши Ции тут же отдёрнул руку. Он действовал бессознательно, поддаваясь странному порыву: стоило ему увидеть белоснежную, изящную шею юноши, как пальцы сами собой тянулись сжать её.

Бархатистая теплота чужой кожи опьяняла. Ции заворожённо смотрел, как под его нажимом на белизне проступает алый след. Сладостная дрожь захлестнула разум, разжигая тёмные угольки одержимости и чувства собственности.

Ведь он искренне намеревался лишь снять напряжение с плеч Цзиньхуая! Но в ту секунду, когда ладони касались тела, рассудок мгновенно угасал, оставляя лишь непреодолимый голод по этой хрупкой шее и скрытым под одеждой изгибам.

... Он опять терял контроль.

Ши Ции с сокрушением зажмурился. Он так и не научился владеть собой. Стоило Цзиньхуаю оказаться рядом, как запертый внутри жестокий и одержимый монстр рвался наружу, желая растворить юношу в собственной плоти и крови.

Яркие красные отметины на белой коже были его личным клеймом. Никто другой не имел права оставлять на Цзиньхуае подобные следы.

Но... он сделал ему больно. Цзиньхуай сам сказал, что ему больно.

Ши Ции до скрежета сжал собственные кулаки, вонзая ногти глубоко в ладони. Физическая боль помогла загнать безумие обратно в тень.

Цзиньхуай такой послушный... Его нужно беречь и баловать, а не причинять страдания.

Хуайхуай слишком хрупок для этой боли.

Ши Ции медленно выдохнул. Мысли наконец прояснились. Взглянув на алые пятна, оставленные его пальцами, он почувствовал, как сердце сжимается от раскаяния и нежности.

Прохладные подушечки его пальцев едва ощутимо коснулись пострадавшей кожи, обжигая лёгкой щекоткой. Голос Ции зазвучал тихо и кротко:

— Хуайхуай, прости меня... Очень больно, да?

Сначала Лу Цзиньхуай ничего не понял, но, заметив вспыхнувший в глазах Ши Ции алый отблеск, неожиданно вспомнил тот вечер, когда тот подвозил его домой. Тогда он выглядел точно так же.

Каким бы наивным ни был Цзиньхуай, он осознал: у Ши Ции явно имелись серьёзные ментальные расстройства, из-за которых при определённых триггерах он мгновенно терял власть над собой.

Встревоженный состоянием мужчины, Цзиньхуай помедлил с ответом. Не получив отклика, Ши Ции мрачнел на глазах, но тут же поспешно склонился ниже, натянув виноватую, ласковую улыбку:

— Хуайхуай, прости меня, а? Хочешь, я разрешу тебе отплатить мне тем же?..

Цзиньхуай лишь пытался понять: если аффект Ши Ции вызывается конкретной обстановкой или раздражителями, то что именно спровоцировало его сейчас? В кабинете не произошло абсолютно ничего необычного.

Да и сам массаж Ши Ции предложил по собственной инициативе, так что дело вряд ли заключалось в самой процедуре.

Система, где-то раздобывшая утиную шейку и увлечённо её грызшая, глубокомысленно подала голос:

[А может, твоя шея просто выглядит слишком аппетитно?]

Затем ИИ подлетел со спины, чтобы рассмотреть всё поближе, и от неожиданности выронил лакомство, оглушительно завизжав:

[Пресвятые угодники! Ну и жуть... Он что, и впрямь собрался тебя сожрать?!]

Белоснежная кожа была сплошь покрыта бледнеющими следами от пальцев и наливающимися алостью синяками. Не останови Цзиньхуай эту жестокую ласку вовремя, последствия могли оказаться куда плачевнее.

Лу Цзиньхуаю было не до глупых комментариев помощника. Наклонив голову, он постарался успокоить Ции:

—... Всё в порядке. Просто немного с непривычки обожгло.

Ши Ции, казалось, почти не слышал его. Прохладные пальцы продолжали медленно и осторожно поглаживать налитые кровью следы. Погружённый в свои мысли, он тихо спросил:

—... Ты ведь не возненавидишь меня за это, Хуайхуай?

Чувствуя его нарастающую тревогу, Цзиньхуай ответил с предельным терпением:

— Нет, конечно. Я не злюсь на тебя.

Пальцы Ции на миг замерли. Взгляд его миндалевидных глаз, полный затопившей его нежности, устремился на юношу:

— Хуайхуай, я сделаю для тебя всё. Я буду баловать тебя и беречь, ты больше никогда не почувствуешь боли... Это был последний раз.

— Я куплю тебе дома, машины — всё, что ты пожелаешь... И с Лу Сючжу я сам разберусь.

— Сегодня же начну учиться готовить и буду кормить тебя каждый день, идёт? Сам буду стирать твои вещи, убираться, стелить тебе постель, помогать в купании...

Слова Ши Ции становились всё безумнее. У Цзиньхуая нервно задёргалось веко, но перебивать мужчину он не рисковал, боясь нового всплеска аффекта, лишь тихо поддакивал на каждое предложение.

Загнув последний палец и перечислив все свои будущие «обязанности», Ши Ции посмотрел на юношу искрящимся надеждой взглядом, точно ребёнок, ждущий похвалы:

— Хуайхуай, правда я послушный?

В груди Цзиньхуая колыхнулась волна необъяснимой теплоты. Будто кто-то затронул самые сокровенные струны его души, и тучи, застилавшие разум, наконец рассеялись, уступив место чистейшему свету.

Он ласково коснулся щеки Ши Ции и тихо произнёс:

— Очень послушный. Умница.

Ши Ции сам прильнул к его ладони, подобно кроткому коту, и прошептал со щемящей нежностью и затаённой обидой:

— Раз я такой хорошенький... ты обнимешь меня? Хотя бы на секундочку?

http://bllate.org/book/39822/5176386