Готовый перевод Fighting is Better Than Discussing / Кулаки вместо слов: Путь заклинателя: Глава 7

Пояс на талии мгновенно впился в тело Юй Ханчжана и исчез без следа.

Юй Ханчжан почувствовал, как у него запылали мочки ушей, а в сердце поднялось такое смущение и стыд, что он совершенно не смел поднять взгляд и встретиться глазами с Бу Минжэнем. Опустив глаза, он лишь сосредоточенно поправлял воротник, поджав губы и храня молчание.

— Понял? — неотступно допытывался Бу Минжэнь.

— …

— Я с кем разговариваю! — голос Бу Минжэня стал на несколько тонов выше.

Загнанный им в угол Юй Ханчжан был вынужден выдавить из горла невнятный ответ:

— …Угу.

Только тогда Бу Минжэнь остался доволен и наконец прекратил расспросы.

Юй Ханчжан поправил слегка сбившийся воротник и, когда его мысли немного успокоились, медленно вздохнул:

— К чему это всё? Четыре Великих Бессмертных Врата охотятся на меня. Даже если ты обладаешь божественным рангом, сейчас, я смотрю, циркуляция духовной силы вокруг тебя… кажется, ненамного превосходит мою в пору расцвета.

— Худой дохлый верблюд всё равно больше лошади. Смотри-ка.

Брови Бу Минжэня взлетели вверх, а на кончике пальца внезапно вспыхнул сгусток духовной силы. В тот же миг она превратилась в языки пламени, излучающие устрашающую ауру, от которой замирало сердце.

— Даже в таком жалком положении мне хватит сил разобраться с парой-тройкой каких-то практиков.

— Если ты пойдешь со мной, тебя лишь втянут в еще большую опасность. Места, куда я направляюсь, смертельно опасны. Тебе… лучше бы сначала вернуться на небеса. Когда я закончу все дела, то непременно воздвигну в твою честь святилище, буду совершать жертвоприношения дважды в день — на рассвете и в сумерках, и благовония перед твоим ликом никогда не погаснут, — искренне проговорил Юй Ханчжан.

В душе Бу Минжэня взвыл отчаянный вопль — он и сам бы с радостью вернулся! Вся проблема в том, удастся ли ему вернуться?

Не говоря уже о том, в какой стороне открываются Южные Небесные Врата, он сейчас не был способен даже сотворить самое простейшее Заклинание призыва божеств и не мог дозваться хотя бы какого-нибудь Божества Земли.

Хотя положение Бу Минжэня было незавидным, вида он не подавал:

— Ладно, жертвоприношения на рассвете и в сумерках, неугасающие благовония — я запомнил твои слова.

Сам не зная почему, когда Бу Минжэнь произносил это, в его воображении невольно возник образ: Юй Ханчжан в белых одеждах склонился в поклоне в тишине пустынного храма, благоговейно вознося молитвы — и в этих глазах отражалось лишь его божественное изваяние, и эти губы шептали слова мольбы только для него, день за днем, год за годом, и он, Бу Минжэнь, был для него единственной верой.

Эта мысль вскружила Бу Минжэню голову и заставила предаться несбыточным фантазиям.

— Ладно… такая плата мне по душе.

Юй Ханчжан не знал, о чем думает Бу Минжэнь, и, решив, что они обо всем договорились, немного успокоился.

Однако его дыхание еще не успело полностью выровняться, как он услышал дальнейшие слова Бу Минжэня:

— Раз уж ты так мне доверяешь и собираешься следовать за мной до конца своих дней, то я, разумеется, должен хорошо о тебе заботиться и помочь тебе исполнить все твои желания.

Юй Ханчжан растерянно моргнул:

— А? Что?

Тон Бу Минжэня резко изменился, и он прямо посмотрел на Юй Ханчжана:

— Так что говори, куда мы направляемся?

— … — Юй Ханчжан смолчал, его пальцы судорожно сжались, а затем медленно разжались.

Бу Минжэнь не торопил его, а просто молча стоял перед ним.

Его молчание и его взгляд обладали куда большим давящим эффектом, чем любые слова, отчетливо передавая одно простое послание: пока он не добьется ответа, он не отступится ни за что.

Поколебавшись мгновение, Юй Ханчжан предпочел открыться:

— Я иду подавать небесную жалобу.

В глазах Юй Ханчжана острой ледяной вспышкой сверкнул пронзительный блеск, который тут же скрылся в глубине его спокойного, словно омут, взора.

— Небесную жалобу? Это еще что такое? — брови Бу Минжэня чуть дрогнули, явно заинтересовавшись.

— Если практик претерпевает несправедливость, в которой невозможно оправдаться, он может следовать древнему обычаю: взойти по Лестнице, Восходящей на Небеса, предстать прямо перед залом Императора Сусин и подать жалобу, излив свою боль, — голос Юй Ханчжана звучал ровно и бесстрастно. — Я читал об этом в Таинственных Записях Девяти Эпох на верхнем этаже павильона писаний Звездного Дворца Десяти Тысяч Мечей. На Крайнем Севере есть место, где ищут справедливости для оболганных, и отправляющиеся туда практики лишь в одном случае из десяти избегают гибели. Но в древних записях четко указано, что десять тысяч лет назад один человеческий мечник из Бессмертной Секты Тай И успешно добрался до вершины и смыл позор со всей своей секты.

Юй Ханчжан замолчал, и в его голосе прорезалась горечь:

— Теперь же меня оклеветали, обвинив в убийстве соучеников, и неопровержимых доказательств предостаточно.

Суд Бессмертных Врат уже вынес мне приговор, велев искупить вину смертью. К тому же Четыре Великих Бессмертных Врата ведут на меня охоту.

Слушая его, Бу Минжэнь чувствовал, как у него на душе скребут кошки. С одной стороны, ему было жалко Юй Ханчжана, а с другой — он не мог удержаться от мыслей о том, что эти смертные практики, должно быть, все до единого ослепли. Он знал Юй Ханчжана всего несколько дней, но уже проникся глубоким уважением к его непоколебимой честности. Юй Ханчжан был просто неспособен причинить вред своим собратьям по секте.

Какая слепота!

— Теперь, когда ты знаешь причину, ты можешь отпустить меня? — спросил Юй Ханчжан.

В мгновение ока в голове Бу Минжэня пронеслись сотни мыслей. Ухватившись за представившуюся возможность, он с размаху хлопнул в ладоши и отреагировал с таким бурным энтузиазмом, какого Юй Ханчжан никак не ожидал:

— Ха! Как удачно! Идешь жаловаться, говоришь?

— …Что? — Юй Ханчжан слегка растерялся, не успевая за ходом мыслей Бу Минжэня.

— Я тоже иду. — В глазах Бу Минжэня вспыхнуло яркое пламя; он выглядел так, будто наконец отыскал долгожданного единомышленника, разделяющего его горькую участь изгнанника. — Я сейчас тоже не могу вернуться на Небесный Двор, так что смогу подняться по Небесной Лестнице и лично во всем разобраться. Стоило мне только вознестись, как я брякнул: Что за дурацкие правила? — с чего это меня вдруг прихлопнули восемьюдесятью девятью ударами Небесной Молнии!

Мои божественные силы и божественный ранг запечатаны, сам я заброшен в мир смертных — мало того что на небо не вернуться, так даже какого-нибудь завалящего Божества Земли не увидишь. До чего же обидно! Раз уж ты идешь искать справедливости для себя, а я — своей обиды, нам по пути!

Глядя на этого человека, Юй Ханчжан помолчал немного и в конце концов сдался.

— …Ладно уж.

Сумерки сгущались. Бу Минжэнь, зажав в зубах травинку и заложив руки за голову, шел не торопясь, словно вышел на прогулку полюбоваться пейзажами.

Он покосился на шествующего рядом молчаливого Юй Ханчжана: лицо того по-прежнему оставалось бледным, спина была прямой, а от всего его облика веяло неизбывной холодной тоской.

— Эй. Чего ты так напрягся? Я же повторял уже несколько раз: пока ты рядом со мной, я гарантирую, что твой путь пройдет без сучка и задоринки. — Бу Минжэнь подался ближе, так что качающаяся травинка чуть ли не касалась щеки Юй Ханчжана.

Юй Ханчжан даже бровью не повел:

— Если мне не изменяет память, то еще недавно, если бы ты обязательно не захотел завернуть в городок за какой-то там выпивкой, нас бы не обнаружили люди из Бессмертной Секты Тай И.

Бу Минжэнь слегка поперхнулся, но тут же гордо заявил:

— То была случайность! К тому же, разве я не управился с ними в два счета? Тебе даже пальцем о палец ударять не пришлось.

И вообще, разве все это вино не тебе досталось? Я-то выпил всего пару глóтков!

Юй Ханчжан слегка отпрянул назад, уворачиваясь от болтающейся у самого лица травинки:

— …Так поступать нехорошо.

— Да что тут нехорошего? Я же из-за выпивки дел не натворил. — не унимался Бу Минжэнь.

Юй Ханчжан вздохнул:

— Можешь ты держаться от меня чуть подальше?

— Конечно нет… — Бу Минжэнь хотел было еще что-то сказать, как вдруг его лицо резко помрачнело, и он молниеносно дернул Юй Ханчжана за собой, пряча себе за спину.

Практически одновременно с этим из окружающих зарослей с воем вылетело несколько разноцветных потоков света — их целью был исключительно Юй Ханчжан!

— Тьфу, привязались же на свою голову! — сплюнул Бу Минжэнь и выплюнул травинку изо рта.

Взмахнув запястьем, он призвал из воздуха длинный нож древней формы, излучавший зловещую ауру. Стоило оружию появиться, как оно само, даже без подпитки со стороны хозяина, издало возбужденный гул.

Бу Минжэнь рассек воздух ударом ножа, и кроваво-красный клинок волны энергии веером рассыпался вокруг, столкнувшись с летящими мечами и сиянием вражеских артефактов, породив оглушительный взрыв.

Всколыхнувшаяся волна воздуха взметнула черные волосы Бу Минжэня и растрепала его одежды. Сам же он стоял непоколебимо, надежно заслоняя собой Юй Ханчжана.

Три мощные ауры стремительно приближались издалека и тяжело опустились на землю. Подавляющая аура духовной силы в мгновение ока заполнила все вокруг, треугольником окружив Бу Минжэня и Юй Ханчжана и наглухо отрезая им пути к отступлению.

Все прибывшие были облачены в одеяния старейшин Звездного Дворца Десяти Тысяч Мечей; их лица были суровы, а взгляды — острее клинков.

Глава этого отряда, седой старец с разлетающимися сединами, чьи даосские одежды трепетали без всякого ветра, а от всего тела исходила грозная ци меча, был не кто иной, как глава Звездного Дворца Десяти Тысяч Мечей — Преподобный Цинхэн.

Взгляд Преподобного Цинхэня был холоден, как лед:

— Юй Ханчжан, ты… до каких пор собираешься упорствовать в преступлении!

Глаза Бу Минжэня слегка сузились:

— О, наконец-то пожаловали те, с кем можно подраться. Хотя… все равно слабоваты.

Он скосил глаза и тихонько бросил стоящему за его спиной Юй Ханчжану:

— Как только начнется бой, найди надежное укрытие и просто понаблюдай за мной.

— Бу Минжэнь, не горячись, — раздался голос Юй Ханчжана.

— Чего ты паникуешь? — не оборачиваясь, бросил Бу Минжэнь, держа нож перед собой. — Я же сказал, всё под контролем, просто делай как я говорю…

— Опусти нож.

Выражение лица Бу Минжэня застыло, ему показалось, что он расслышал что-то не то:

— …Чего?

— Опусти нож. Предоставь это мне.

Юй Ханчжан сделал полшага вперед, сравнявшись с ним плечом. Его тихий голос в одно мгновение погасил бушующую вокруг Бу Минжэня жажду убийства.

Бу Минжэнь резко повернул голову и уставился на Юй Ханчжана, встретившись взглядом с его бледным, но донельзя спокойным профилем.

Юй Ханчжан не смотрел на него, но от этого взгляда у Бу Минжэня неожиданно защемило сердце.

Взгляд Юй Ханчжана скользнул поверх множества преграждавших путь фигур. В этих сложных, не поддающихся расшифровке глазах читались и почтение, и сожаление, и вина, и мелькнувшая на миг боль, но в конце концов все они растворились в глубоком разочаровании.

Под ошеломленным, потерявшим дар речи взглядом Бу Минжэня Юй Ханчжан шагнул вперед, опережая его на полшага, и по всем правилам секты совершил почтительный поклон:

— Глава.

— Хм, — лицо Преподобного Цинхэня было мрачнее тучи. — Раз уж ты до сих пор признаешь меня главой, тебе следовало сдаться без сопротивления и покорно принять наказание!

— Выслушайте меня, глава, я этого не делал. — Спина Юй Ханчжана была выпрямлена струной, каждое его слово звучало отчетливо.

— Не делал? — Преподобный Цинхэн, казалось, услышал самую нелепую шутку в своей жизни, и его седые брови гневно задергались. — На памятном камне все записано кристально ясно!

— Воспоминания И Цзэ, твои и Юнь Хэ тоже были извлечены и подтверждают это! Ты убил Линь Чжуна и Шэнь Уду, улики неоспоримы! Секта помнила твои прошлые заслуги и твой потенциал к вознесению, собираясь обсудить все дела позже, но ты?!

Ты сбежал из темницы и тяжело ранил Юнь Хэ!

— Не я, это Юнь Хэ… — попытался объяснить Юй Ханчжан.

Стоило ему произнести имя Юнь Хэ, как небо и земля в тот же миг изменились в лице.

Густые тучи, подобные пролившейся черной туши, в одно мгновение затянули небесный свет, и глухие раскаты грома покатились в глубине облачных глубин, словно утробное рычание пробуждающегося гигантского зверя.

Разрушительная давящая аура обрушилась прямо с девяти небес, безошибочно нацелившись на Юй Ханчжана.

http://bllate.org/book/39821/5046140

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь