Его голос звучал мягко и приятно, но Вэнь Янь слегка отвлекся — он уже давно знал, в чем будет заключаться следующее задание.
В отличие от невозмутимого Вэнь Яня, лица остальных гостей выглядели несколько озасаченными.
И неудивительно: в наше время кто вообще пишет кистью? Даже шариковой ручкой красиво писать мало кто умеет.
Съемочная группа специально пригласила известного мастера каллиграфии, чтобы тот обучил гостей.
Суть нынешнего задания заключалась в том, чтобы определить, чей почерк окажется красивее. Победившая пара получит в награду богатый набор продуктов, подготовленный съемочной группой.
И чем ниже место в рейтинге, тем меньше еды достанется участникам.
К тому моменту на площади уже расставили шесть столов, на которых аккуратно разложили листы бумаги сюаньчжи, кисти и тушечницы.
Пожилой каллиграф подошел ближе, одетый в традиционный китайский костюм. Ему было за шестьдесят: хотя волосы поседели, взгляд оставался очень пронзительным.
Старый мастер взял кисть, уверенно занес руку над бумагой и на одном дыхании вывел четыре крупных иероглифа официальным письмом: «Безмятежность ведет к далёким целям».
Линии получились размашистыми и величественными, в них чувствовался неповторимый авторский стиль.
Увидев это, Вэнь Янь слегка прищурился. Раньше ради съемок в фильмах он специально учился каллиграфии: хотя изначально всё делалось ради роли, со временем он и впрямь искренне полюбил это занятие.
Конечно же, увидев такую красивую работу, он обрадовался.
После того как старый каллиграф завершил показательное выступление, остальные гости тоже встали у своих столов и принялись за работу.
Вэнь Янь осторожно разгладил бумагу сюаньчжи, взял в руку кисть и тщательно обмакнул ее в тушь, мысленно выстраивая траекторию будущих мазков.
Налет сдержанности и мягкости, обычно присущий Вэнь Яню, в момент сосредоточения полностью исчез. Теперь он напоминал глубокий омут — чистый, но лишенный видимого дна.
Белые изящные пальцы слегка согнулись, удерживая черенковую кисть, а на тыльной стороне ладони проступили едва заметные вены. Весь его облик казался одновременно чистым и прекрасным.
Пользователи сети, увидев эту сцену, тут же оживились:
— Кхм, а Вэнь Янь всё-таки очень симпатичный.
— Мама, я увидел ангела.
— Какие красивые руки! Как фанат красивых рук заявляю: я готов смотреть на это вечно.
Вэнь Янь немного подумал и опустил кисть на бумагу. Каждый штрих и мазок получались на редкость красивыми.
Тем временем Бай Цинжань уже закончил писать. Чжоу Хунчжи стоял рядом с ним, и на его обычно суровом лице блуждала легкая улыбка:
— Цинжань пишет очень красиво.
Бай Цинжань опустил голову, скрывая торжество во взгляде: во время съемок Интриг власти ради роли премьер-министра он специально учился каллиграфии, причем преуспел в этом деле.
Он тихо произнес:
— Да нет, что вы, у меня еще много недочетов.
Сунь Цзинцзин тоже подбежала ближе. Посмотрев на аккуратный почерк Бай Цинжаня, а затем на собственный, похожий на куриные лапки, она разочарованно опустила голову.
Стоявший рядом Сунь Цзинь с усмешкой посмотрел на нее:
— Хватит смущаться, твой почерк обычной ручкой выглядит ненамного лучше.
Сунь Цзинцзин подняла голову и обиженно посмотрела на отца:
— Пап, ты сам пишешь хуже меня, какое имеешь право меня упрекать?
Сунь Цзинь неловко потрогал нос:
— Кхм.
В сети снова раздался взрыв смеха.
— Как же уморительно наблюдать, как звездный отец получает отпор от собственной дочери!
— Сразу видно, что отношения между отцом и дочерью по-настоящему теплые.
— Ха-ха-ха, истинные родственники, почерк у них прямо-таки передается по наследству.
— Если честно, а Бай Цинжань неплохо пишет.
— Раран такой молодец!
— Раран специально учился каллиграфии ради роли в Интригах власти.
— Глядя на то, как пишет Раран, я снова вспомнил премьер-министра из Интриг власти. Эх, моя незаживающая рана...
— Я просто мимопроходящий зритель, но этот Бай Цинжань и правда хорошо владеет кистью.
— Ха-ха, наш Раран во всем превосходит остальных! Не то что этот Вэнь Янь: кроме как присасываться к славе старших за счет скандалов, ничего больше не умеет?
— Именно, именно! Раран лучший, а Вэнь Янь — ха!
— Я фанат их пейринга, посмотрите, какими влюбленными глазами звездный император смотрит на Рарана!
— Вау, какой шикарный материал для шипперства! Пейринг Чжоу и Бая превыше всего!
Фанаты звездного императора тут же возмутились:
— Тьфу, наш император прекрасен сам по себе, фанатам всяких белых лотосов запрещено примазываться к нему!
— Что, Бай Цинжань разучился ходить самостоятельно? Почему он вечно цепляется за нашего Чжоу и паразитирует на нем?
Фанаты под названием Нефритовое совершенство Вэня тоже подтянулись:
— А вот и они, а вот и злобные нападки фанатиков белого лотоса!
— Наш Янь-янь в тысячу раз лучше этого фальшивого лотоса!
— Наш Янь-янь обладает внешностью номер один в мире!
Пока в сети бушевали войны фэндомов, реальная атмосфера на площадке тоже оставляла желать лучшего.
Линь Були вывел пару иероглифов, бросил кисть и подошел к Бай Цинжаню:
— Цинжань, ты пишешь так красиво, наверняка займешь первое место.
Бай Цинжань смущенно улыбнулся:
— Что ты, Вэнь Янь ведь еще не писал.
Линь Були презрительно скривился:
— Да что этот ничтожишка вообще может написать?
Бай Цинжань неодобрительно покачал головой:
— Как ты можешь так говорить?
Линь Були продолжил с пренебрежением:
— Даже если он из кожи вон вылезет, ему всё равно не тягаться с тобой.
Этот диалог между ними заставил стоявшую рядом Сунь Цзинцзин уловить отчетливый душок зеленого чая, и она молча отступила на пару шагов назад.
И в этот самый момент, когда Линь Були замолчал, раздался голос старого каллиграфа:
— Ого, неплохо парень пишет, чувствуется стержень!
Все перевели взгляд и увидели, что пожилой мастер стоит за спиной у Вэнь Яня, заложив руки за спину. Сам Вэнь Янь продолжал выводить иероглифы, а Юй Цзюньчжи стоял рядом, с интересом глядя на него сверху вниз.
Лицо Линь Були окаменело, а на лице Бай Цинжаня промелькнуло выражение неловкости.
Вэнь Янь был полностью поглощен письмом и даже не ответил на слова старого мастера.
Примечания автора:
Спасибо маленьким ангелам, которые отправляли мне бахэ или жертвовали питательную жидкость в период с 2022-06-02 14:23:26 по 2022-06-03 19:56:55!
Спасибо маленькому ангелу за питательную жидкость: соученик Юн — 1 флакон.
Большое спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться!
Глава 7. Пощечина общественному мнению
Господин Юй и господин Вэнь
Старый мастер вовсе не рассердился — он просто продолжал стоять за спиной Вэнь Яня, заложив руки за спину.
Остальные гости, услышав шум, тоже подошли ближе.
На лице Бай Цинжаня играла улыбка:
— Вэнь Янь пишет с таким усердием.
Услышав эти слова, Линь Були демонстративно закатил глаза с крайним презрением.
http://bllate.org/book/39786/5041672
Сказали спасибо 0 читателей