Сяо Цзянь почувствовал сильную радость, когда Шэнь Хуань ненароком похвалил его неплохую фигуру, но, заметив, что тот, кажется, смущен, он взял свои эмоции под контроль и не стал выказывать крошечное тайное ликование, затаившееся в сердце.
В этот день он встал спозаранку и, перебросившись парой слов с Шэнь Хуанем, отправился на работу.
Общежитие для сотрудников находилось сразу за мусороперерабатывающей станцией. Шэнь Хуань передал Сяо Цзяню завтрак, и тот в прекрасном расположении духа вышел за порог.
Он отворил главные ворота станции и замер.
— Вы?..
У входа уже ждали четверо. Сяо Цзянь никого из них не знал, однако один оказался сотрудником вышестоящего ведомства, курирующего станцию. Сердце у Сяо Цзяня ёкнуло, подсказав, что ничего хорошего это не сулит.
Он нахмурился.
Мужчина из вышестоящей инстанции льстиво улыбнулся трем молчаливым людям рядом с ним, а затем перевел взгляд на Сяо Цзяня:
— Сяо Сяо, а сколько ты уже временным замом на этой станции подрабатываешь?
Сяо Цзянь про себя подумал, что никакой близости между ними сроду не было, а эти с виду явно пожаловали с недобрыми намерениями, и холодно ответил:
— Три года.
Услышав это, мужчина заулыбался еще более неестественно:
— Сяо Цзянь, ты, пожалуй, не в курсе, но на нашей станции действует правило: временно замещать должность разрешено максимум три года подряд. Если ты хочешь продолжить здесь трудиться, нужно сдать экзамен на получение рабочего свидетельства. Но перед этим тебе, возможно, придется съехать на какое-то время — мы направим сюда штатных сотрудников, чтобы они приняли дела...
Звучало это вежливо, но на деле означало лишь одно: Сяо Цзяня выгоняют со станции.
Сердце у Сяо Цзяня ухнуло вниз.
Причиной, по которой он никак не мог найти нормальную работу, на самом деле был клан Сяо. Доверься он экзаменам, те люди из клана Сяо ни за что не позволили бы ему их сдать, а то и заявились бы лично, чтобы отпустить пару едких насмешек.
Хотя собачий лай членов клана Сяо ничуть его не задевал, окажись он случайно застукан за этим зрелищем Шэнь Хуанем, вышло бы жутко неловко.
С мрачным лицом он осведомился:
— Я соберу вещи. Сколько еще максимум я могу здесь оставаться?
Мужчина из начальства удивился тому, что Сяо Цзянь проявил такую сговорчивость, и невольно проникся долей сочувствия к парню, который вот-вот лишится работы. Впрочем, это мимолетное жалостливое чувство вовсе не означало, что у него проснется жалость к Сяо Цзяню и он переступит через собственное служебное положение.
Он уже собирался раскрыть рот, как вдруг один из трех молчаливых мужчин, стоявших всё это время в стороне, бросил:
— Три дня. Спустя три дня мы прибудем, чтобы принять станцию.
Сяо Цзянь с некоторым удивлением покосился на говорившего и обнаружил, что у того по-прежнему было каменное лицо, будто весь мир задолжал ему пару миллионов звездных монет.
Он закатил глаза и предельно четко, без лишних слов кивнул:
— Хорошо, через три дня я уйду.
***
С тех пор как Шэнь Хуань сболтнул лишнего, не подумав, общение между ними уже не казалось таким непринужденным, как прежде. И хотя Сяо Цзянь изо всех сил старался вести себя так, будто ничего не произошло, стоило их взглядам встретиться, его неизменно охватывало смущение.
Шэнь Хуань тоже осознал, что перегнул палку. Сяо Цзянь ведь всего-навсего его спаситель, но тогда, увидев ту сцену, слова сами собой сорвались с языка, чего Шэнь Хуань никак от себя не ожидал.
Прежде, даже когда его духовная сила оказалась разрушена, семья до последнего хлопотала, подыскивая ему выгодный брак. Общеизвестно, что у людей с высоким уровнем духовной силы с огромной вероятностью рождаются одаренные потомки. Его духовную силу уничтожили, однако клан продолжал плести интриги, стремясь выжать максимум из его генетического потенциала и произвести на свет потомство класса S для клана Шэнь.
Вот только беда — ни один омега из тех семей на Столичной планете Диду, что были ровня клану Шэнь, не пожелал бы выйти замуж за никчемного бету с разрушенной духовной силой, лишенного прав на наследство и не способного даже на пожизненную метку.
Должно быть, лишившись всякой ценности для династийных браков, глава клана, твердо державший бразды правления в руках — его собственный дед, — окончательно решил поставить на нем крест?
Шэнь Хуань самокритично усмехнулся.
Он бросил взгляд на часы, и его пальцы задвигались быстрее, разбирая детали на части. За последние дни состояние его здоровья пришло в норму, он восстановился относительно неплохо. Стоило ему обрести способность вставать на ноги и двигаться, как он по собственной инициативе принялся помогать Сяо Цзяню по хозяйству. Обнаружив, что тот мастерски справляется с разборкой механизмов, Сяо Цзянь не стал церемониться и переложил на Шэнь Хуаня львиную долю работы по разбору машинных запчастей, поступавших в пункт приема.
Иногда у Шэнь Хуаня даже возникало обманчивое ощущение тихой, размеренной жизни. Ему приходила в голову мысль, что трудиться вместе с Сяо Цзянем на мусороперерабатывающей станции затерянной на задворках крошечной планеты — тоже вполне неплохой выбор.
Но реальность вечно норовила подкинуть неожиданные повороты.
Сяо Цзянь уже упоминал, что на станции он лишь временный начальник и официальной квалификации не имеет.
Сегодня, вернувшись домой, он выглядел странно, и Шэнь Хуань заметил это незамедлительно.
С того самого момента, когда он обратил внимание на фигуру Сяо Цзяня и сболтнул те слова без задней мысли, Шэнь Хуань уже не мог перестать уделять юноше еще больше внимания.
Прежде Сяо Цзянь всегда уходил из дома с улыбкой на устах, а возвращаясь — пусть даже порядком уставшим, — никогда не выглядел вот так... с лицом, на котором читались неловкость, терзания и нотки горького разочарования.
Шэнь Хуань с первого взгляда понял: над головой юноши сгустились грозовые тучи, грозящие в любой момент пролиться ливнем.
Интуиция подсказывала: состояние Сяо Цзяня вызывает тревогу.
Сяо Цзянь обессиленно раскинулся на диване, безучастный ко всему, уставившись расфокусированным взглядом в потолок — он просто тупо пялился в пустоту.
Шэнь Хуань за последнее время научился варить кашу. Ну, то есть сыпать рис в кастрюлю, заливать достаточным количеством воды, щелкать кнопкой рисоварки и выставлять таймер.
Их ужином в последнее время неизменно служили пустая каша да питательный раствор, изредка приправленные яйцом мутировавшего зверя — Шэнь Хуань тайком приобрел их в Звездной сети за кругленькую сумму, а поскольку Сяо Цзянь отказывался есть такое лакомство, рискуя перевести добро зря, они время от времени лакомились ими как добавкой к скромной трапезе.
Лелея тайные, не подлежащие огласке помыслы, Шэнь Хуань сохранял оптимистичный настрой из-за того, что Сяо Цзянь не стал вести себя с ним чопорно и излишне вежливо.
Вот только за все дни совместного проживания настроение Сяо Цзяня всегда оставалось на высоте. Он походил на маленькое солнышко, источая энергию каждый божий день, и казалось, не было на свете преград, способных его сломить.
По-настоящему унылым и опечаленным, как сейчас, его видели крайне редко.
Шэнь Хуань протянул юноше яйцо:
— Что случилось?
Сяо Цзянь принял миниатюрное Яйцо дикого зверя. К тому моменту он уже избавился от боли в сердце при мысли, что только что за один присест проглотил три тысячи звездных монет, и больше не заводил разговоров о неуместности подобных трат.
Раньше он пытался заикнуться о том, что не заслуживает столь щедрых даров, на что Шэнь Хуань неизменно затыкал его наглыми и нелепыми доводами вроде: «Ты что, всерьез думаешь, что моя жизнь дешевле какого-то яйца?»
В нынешнюю эпоху раздобыть яйца птиц или животных было ох как непросто. То ли климат на имперских планетах не задался, то ли энергетика не соответствовала, но стоило завести животноводство на подавляющем большинстве миров, подконтрольных империи — особенно когда речь шла о старинных породах кур, уток, рыб и свиней, — как все они неизменно подвергались мутациям из-за причудливых видов радиации.
Многие разновидности и вовсе становились несъедобными.
Выживать удавалось лишь скотине из научно-исследовательских институтов на Столичной планете Диду.
Из-за этого цены на мясо, яйца и молоко выращенных животных неизменно держались на заоблачной высоте. Правда, в пищу годились и яйца, которые несли некоторые Мутировавший зверь, но поскольку отношения между мутантами и человечеством оставались далекими от дружественных, заполучить подобный трофей было делом крайне непростым.
Иначе с чего бы яйцу размером с ладонь стоить дороже десяти порций питательного раствора?
Сяо Цзянь молчал, и Шэнь Хуань не стал давить, лишь тихонько присел рядом, неотрывно глядя на него — словно точно знал, что дождется нужного часа, сколько бы тот ни пробыл в молчании.
Шэнь Хуань и впрямь обладал железным терпением. Что бы ни стряслось, хуже нынешнего положения дел уже некуда, к тому же, хотя он и делил крышу с Сяо Цзянем, в мыслях неустанно крутил план: нельзя ли как-нибудь хитростью утащить Сяо Цзяня к себе на соседнюю планету Иньлань...
В конце концов, в собственном владении чувствуешь себя куда спокойнее.
Вот только он опасался, что Сяо Цзянь не согласится с ходу, а потому до поры до времени держал этот замысел при себе.
Но видя нынешний вид Сяо Цзяня — вылитого обиженного сироту, — Шэнь Хуань лишь сильнее утвердился в своем решении.
Сяо Цзянь механически умял одно яйцо, как вдруг сосед протянул второе, а следом — еще одно...
Погодите-ка. Сяо Цзянь повернул голову и воззрился на поднос в руках Шэнь Хуаня, где громоздилась горка яиц размером с ладонь — теперь их осталось ровно половина.
Сяо Цзянь: «...»
Он уставился на надкусанное яйцо в собственной руке, затем перевел взгляд на остальные дары природы на столе и смущенно пробормотал:
— Неужели всё это съел я?
Шэнь Хуань подцепил еще одно, надкусил, являя миру золотистый желток:
— Ни капли.
Сяо Цзянь с облегчением выдохнул. Он-то думал, что аппетит у него проснулся поистине слоновий.
В ту же секунду, как эта мысль промелькнула в голове, его тело на мгновение напряглось. Он обвел взглядом мусороперерабатывающую станцию, где прожил уже три года, и понял: стоило Шэнь Хуаню поселиться здесь, как этот крошечный домик, некогда казавшийся лишь временным пристанищем, перестал быть для него чем-то незначительным.
Задай кто-нибудь вопрос: поступись он прежней жизнью и предложи ему кругленькую сумму за уход отсюда, заколебался бы он? Ответ — нет. Он оставался на станции лишь потому, что не располагал достаточными средствами и вынужден был терпеть негласное «внимание» со стороны клана Сяо.
Но на сей раз вышвырнуть его требовали те, перед кем пасовал даже клан Сяо. Стоило ему дать согласие, как он смог бы забрать приличную сумму в звездных монетах, покинуть Звезда Аола и навсегда избавиться от контроля клана Сяо...
Однако в первый же миг он заколебался.
Потому что в общежитии для работников мусороперерабатывающей станции жил Шэнь Хуань. Все вещи в доме, кроме раскладушки и кухонной утвари, появились здесь с легкой руки Шэнь Хуаня. Если он возьмет деньги и сбежит... то как же Шэнь Хуань?
Сяо Цзянь ошеломленно замер.
О чем это он думает? Неужели он хочет остаться с Шэнь Хуанем? Только сейчас до него дошло, почему в последнее время, едва закончив смену, он со всех ног спешил в это унылое прежде общежитие, не вызывавшее и намека на домашний уклад и служившее для него лишь временной ночлегом, и почему мысль о переезде отсюда отзывалась глухим нежеланием...
Шэнь Хуань помахал рукой прямо перед лицом Сяо Цзяня, недоумевая, с чего бы тому снова выпадать из реальности. Хоть Сяо Цзянь в своем заторможенном виде выглядел донельзя забавно, долго так продолжаться не могло.
— Земля вызывает малыша, — хотя Шэнь Хуань понятия не имел, в какую переделку вляпался Сяо Цзянь, он твердо знал: любые проблемы созданы для того, их решать. Сам он ничуть не тревожился, тем более что не верил в возможность серьезных неприятностей на захудалой мусороперерабатывающей станции, наивно полагая, что Сяо Цзянь просто столкнулся с типичными подростковыми заморочками. — Что произошло? Расскажешь?
Сообразив, к чему клонятся его собственные мысли, Сяо Цзянь с содроганием в сердце принял решение выложить всё Шэнь Хуаню — в конце концов, оставаться здесь или нет, решать самому Шэнь Хуаню.
Но стоило ему открыть рот, как голос предательски задрожал, сделавшись хриплым и надтреснутым:
— Сегодня приезжали из главного управления. Меня велели убрать со станции.
Шэнь Хуань опешил. Он резко вскочил на ноги, швырнул тарелку с Яйцо дикого зверя на стол, подбежал и приложил ладонь ко лбу Сяо Цзяня, охваченный тревогой:
— Ты заболел? Плохо себя чувствуешь? Почему у тебя голос сорвался?
Он тут же позвал домашнего помощника:
— Сяо Мэн, живо измерь хозяину температуру!
Шэнь Хуань обернулся, глянул на хмурое небо за окном и озадаченно нахмурился:
— Вроде и погода стояла сносная, с чего бы простужаться? Неужели сказывается то, что последние дни приходилось спать на диване? Я ведь говорил, надо было мне устроиться на раскладушке...
Сяо Цзянь не успел и слова вымолвить, как Шэнь Хуань усадил его на диван, приказав не шевелиться. Ошарашенный столь бурным и диковинным проявлением заботы, Сяо Цзянь лишь спустя пару мгновений смог восстановить ход мыслительных процессов Шэнь Хуаня.
В груди у него защемило — точно его окатило волной сладко-кислой газировки. Избалованный вниманием в прошлом, он уже давненько не испытывал ничего подобного, а потому на секунду полностью потерял дар речи. Пусть Чэн Сююн временами и заглядывал на станцию, принося ему кое-какие припасы, до трепетной заботы Шэнь Хуаня, готового сорваться в больницу лишь по изменившемуся тону голоса, тому было далеко.
Сяо Цзянь откашлялся:
— Кхе-кхе, я в порядке.
— Помолчи-ка пока. Голос вон какой, а ты говоришь — в порядке. Нечего строить из себя героя, малыш, м? Давай сначала измерим температуру. — Шэнь Хуань пресек любые попытки возразить, велел Сяо Мэн измерить юноше температуру, вскипятил воды и лишь убедившись, что никакой смертельной угрозы здоровью Сяо Цзяня нет, наконец перевел дух.
Он уселся рядом с Сяо Цзянем:
— Раз не болен, может, объяснишь, что стряслось?
Способность довести пацана до такого состояния выдавала серьезную проблему.
Сяо Цзянь выложил все как на духу о том, что ему больше нельзя оставаться на прежнем месте:
— ...Поскольку я всего лишь временный заведующий, раз у них на руках распоряжение сверху, продолжать работу я не имею права...
Денег за душой у него практически не осталось, да и навязываться Шэнь Хуаню со своим обществом было уже неловко...
Настроение его окончательно упало ниже плинтуса.
Выслушав сбивчивый рассказ, Шэнь Хуань моргнул. Ну разве не совпадение? Стоило ему ощутить сонливость, как кто-то любезно подложил подушку — он как раз ломал голову над тем, какими путями переманить к себе на соседнюю планету Иньлань мальчишку, столь привязанного к этой дрянной станции!
— Так это же прекрасно! — брякнул Шэнь Хуань, не уследив за языком и озвучив мысли вслух.
Сяо Цзянь резко вскинул голову. Встретившись взглядом с сияющим от радости лицом Шэнь Хуаня, он ощутил, как кислая горечь смешалась со жгучим удивлением, а глаза защипало от слез — он едва не разревелся прямо на месте.
Ну разумеется, выбор Шэнь Хуаня...
— У меня есть целая планета по соседству. Хочешь перебраться туда со мной? — Шэнь Хуань слегка волновался, но все же сдерживал эмоции, задавая вопрос с нескрываемой трепетной осторожностью.
Поделать было нечего — пацан выглядел чересчур привязанным к этому перерабатывающему пункту. Надумай Сяо Цзянь упрямиться и отказаться от поездки на планету Иньлань, Шэнь Хуань в тот момент просто не придумал бы толкового выхода.
Едва зародившиеся у Сяо Цзяня бурные мысли разом развеялись.
То, что у Шэнь Хуаня имелась собственная планета, он знал и раньше, но значения этому не придал. Теперь же, услышав такое предложение, он далеко не сразу сообразил, что ответить:
— Ты... хочешь, чтобы я отправился с тобой на планету Иньлань?
— Не хочешь? — Шэнь Хуань мысленно констатировал, что придется искать другой обходной путь.
Сяо Цзянь вскочил как ошпаренный и вцепился в руку Шэнь Хуаня:
— Ты и вправду берешь меня с собой? Не шутишь?
Шэнь Хуань высвободил одну руку и потрепал мягкие волосы Сяо Цзяня, озарив лицо лучезарной улыбкой:
— Разумеется нет. Или ты забыл, что у нас на двоих теперь один секрет?
Как бы то ни было, для начала следовало заманить мальчишку на свою территорию, а там видно будет.
http://bllate.org/book/39715/5032147
Сказали спасибо 0 читателей