Готовый перевод Love Gene Defect / Ген любви: Ошибка в системе чувств: Глава 11

Цзи Чжаоюань едва открыл глаза, как увидел, что Чу Цзюгэ лежит на краю кровати и смотрит на него, не моргая. Человек, который каждый день готов до последнего валяться в постели, встал так рано — Цзи Чжаоюань почувствовал некоторое подозрение.

Заметив, что он проснулся, Чу Цзюгэ с ухмылкой сунул ему в ухо наушник. Цзи Чжаоюань с мрачным лицом от начала и до конца прослушал запись.

Чу Цзюгэ казалось, что взгляд Цзи Чжаоюаня буквально готов сожрать его заживо. Он развел руками, пожал плечами и принял невинный вид:

— Ты сам это сказал.

Цзи Чжаоюань перевел взгляд на собственные кончики пальцев, на которых, казалось, все еще сохранялось немного тепла, принадлежавшего Чу Цзюгэ. Он смутно помнил, как во сне проходил мимо фруктового лартка и заметил там особенно красивый, выделяющийся среди прочих крупный апельсин, а хозяин лавки спросил его, не хочет ли он его купить, на что он и ответил утвердительно. Переживать столь неловкий внутренний путь Цзи Чжаоюань, разумеется, не желал и позволять Чу Цзюгэ узнавать об этом не собирался.

Не имея на руках улик для ответного удара, Цзи Чжаоюань поджал губы и не произнес ни слова. Он оттолкнул маячившую перед глазами голову, перевернулся и направился в ванную.

Хотя Цзи Чжаоюань и сердился, порцию для Чу Цзюгэ он, как и всегда, приготовил.

Цзи Чжаоюань произнес:

— Заявление о заключении брака успешно подано, в течение двадцати дней нужно пойти забрать свидетельство о браке.

Чу Цзюгэ застигли врасплох, и кашу из риса с тыквой и нежирной свининой, которую он не успел проглотить, его фонтаном вырвало наружу. Цзи Чжаоюань вовремя увернулся и избежал бедствия. Он отложил палочки для еды, вытянул несколько салфеток и протянул Чу Цзюгэ:

— Требуется два свидетеля, нужно ли пригласить твоего нового друга?

Чу Цзюгэ понял, что он говорит о Ци Вэе. Чу Цзюгэ покачал головой:

— Не нужно. Ци Вэй и впрямь был его единственным другом в Калифорнии, но они еще не настолько сблизились, чтобы делиться столь сокровенными сведениями. Если бы представилась возможность, он предпочел бы, чтобы об этом нелепом браке знало как можно меньше людей, а лучше — вообще никто!

— Хорошо, я как можно скорее определюсь с кандидатурами свидетелей.

Цзи Чжаоюань замолчал на мгновение:

— Ты идешь сегодня на занятия?

Чу Цзюгэ посмотрел в телефон на свое лицо: раны уже сильно зажили, и появляться на людях в целом не составляло особого труда. Не успел он ответить, как Цзи Чжаоюань добавил:

— Плата за обучение тоже вычитается из твоих карманных расходов. Очень дорого.

— Иду, иду, иду! Я пойду!

Чу Цзюгэ был до смерти раздражен. Этот человек просто бил точно в его слабые места, каждый раз попадая в цель. С самого детства Чу Цзюгэ никогда и ни в чем не испытывал недостатка денег, а теперь его водят за нос, как какого-то быка. С недовольным видом закатив глаза, он спросил Цзи Чжаоюаня:

— Сколько же в конце концов папа платит тебе за месяц?

— За вычетом платы за аренду мне твои карманные расходы составляют всего тысячу.

Чу Цзюгэ перевел сумму в юани и посчитал, что это еще терпимо, до крайней нищеты дело не дойдет. Успокоившись, он приподнял бровь и посмотрел на Цзи Чжаоюаня:

— Сколько у тебя арендная плата?

Цзи Чжаоюань многозначительно посмотрел на него и неторопливо вымолвил два слова:

— Две тысячи.

— В юанях же?

Чу Цзюгэ широко открыл глаза, мысленно умоляя, чтобы это были не доллары, не доллары, не доллары!

Цзи Чжаоюань усмехнулся и заговорил снова, проведя языком в три движения от верхнего нёба до корней нижних зубов:

— Две тысячи.

На душе у Чу Цзюгэ скребли кошки: он чувствовал, как в одно мгновение рушится вся его система ценностей, и даже начал подозревать, что Цзи Чжаоюань вполне может оказаться настоящим сыном его отца. Тяжело вздыхая, он пробормотал:

— Знал бы — не спрашивал, испортил мне все хорошее настроение на день!

Глядя, как Чу Цзюгэ, уткнувшись лбом в обеденный стол, в унынии треплет себя за волосы, Цзи Чжаоюань вдруг тоже захотел потрепать эту растрепанную копну мелких кудряшек. Он сжал кулаки, подавляя в себе это странное желание.

Чу Цзюгэ все еще развалился за столом, хныча и повторяя, что он точно приемный. Цзи Чжаоюань сжатым ртом улыбнулся и подвинул к нему последний маленький баоцзы:

— Тебе.

Ароматные, с хрустящей корочкой жареные пирожки с грибами шиитаке и мясом, если обмакнуть их в блюдечко с уксусом, оставляли долгое послевкусие во рту, что немного утешило Чу Цзюгэ. Он облизал пальцы и выразил благодарность внезапно проявившему милосердие Цзи Чжаоюаню:

— Спасибо.

Глядя на крошки в уголках его рта, Цзи Чжаоюань решил сказать правду:

— Вообще-то...

— Мм?

Чу Цзюгэ проглотил последний кусочек пирожка, поднял голову и посмотрел на него:

— Что такое?

— Ты бы и сам спросил, я бы все равно тебе рассказал.

В его взгляде промелькнула улыбка, он очертил в воздухе дугу, обозначающую усмешку:

— Мне доставляет это удовольствие.

Это еще что за новости? Неужели оба прониклись глубоким интересом к тому, чтобы подкалывать друг друга? Чу Цзюгэ немного растерялся: Цзи Чжаоюань испортился! То, что он сам ведет себя нагло и бесстыдно — это нормально, но подобные слова произносит существо, совершенно не разбирающееся в человеческих отношениях, вроде Цзи Чжаоюаня, — это же просто жуть какая-то!

— Разве не говорят, что страдающие синдромом Аспергера невероятно простые и добрые?

Чу Цзюгэ приуныл, немного заикаясь:

— Ты, ты правда аспи?

Цзи Чжаоюань усмехнулся и указал на пустую тарелку:

— Моя доброта.

Чу Цзюгэ погладил живот, в котором покоился наполняющий мир любовью пирожок. Глядя на Цзи Чжаоюаня, он только покачал головой: и надо же было ему так ошибиться в человеке.

— Надеюсь, ты продолжишь в том же духе и добьешься новых успехов.

Цзи Чжаоюань слегка кивнул ему, взял ключи и отправился протирать машину.

Добьюсь новых успехов, как же! Сквозь зубы глядя на его удаляющуюся спину, Чу Цзюгэ подумал, что никак не ожидал вместо попытки подшутить сам оказаться в дураках — от этого ощущения остался невероятный осадок. Посмотрев на гору тарелок и мисок, которые ему еще предстояло вымыть, Чу Цзюгэ был готов просто швырнуть их на пол и разбить вдребезги.

Вещами в доме можно было пользоваться как угодно, но за все сломанное полагалось возместить ущерб по полной стоимости — такое правило Цзи Чжаоюань установил еще в первый день.

Чу Цзюгэ постоял с посудой в руках пару секунд и не рискнул.

Одинокая и несчастная сиротка, отцом не любимая, матерью заброшенная, вынужденная еще и мыть посуду да полы у помещика Цзи — Чу Цзюгэ мыл тарелки и одновременно исполнял про себя мелодраматическую партию.

Беззаботная капуста по фамилии Цю, закончив уборку на кухне, с довольным видом уселась на пассажирское сиденье, хрустя яблоком, и принялась командовать Цзи Чжаоюанем, чтобы тот вез его на занятия.

А улыбка на лице Цзи Чжаоюаня не исчезала до самого въезда на школьную парковку. Завидев его издалека, Линь Юй окликнул его и попросил подождать. Припарковавшись на своем месте, Линь Юй быстрым шагом подошел к Цзи Чжаоюаню. Словно открыв новый материк, он удивленно заморгал:

— Чего это ты сегодня такой счастливый? Тот, кто ничего не знает, подумал бы, что ты жениться собрался.

Цзи Чжаоюань поджал губы, и его тонкие губы снова приняли обычное холодное выражение:

— Мм.

Линь Юй не понял, нажал кнопку нужного этажа и с улыбкой, в которой смешались беспомощность и нежность, произнес:

— Что значит это твое «мм»?

— Я женюсь, вчера подал заявление.

Шагнув в лифт, он бросил стоявшему снаружи Линь Юю:

— У тебя найдется время в ближайшие двадцать дней побыть моим свидетелем?

Выражение лица Линь Юя мгновенно заледенело, он уперся рукой в двери лифта, а в его голосе зазвучал морозный меч:

— Кто это?

— Я упоминал его раньше.

Линь Юй холодно усмехнулся:

— Тот идиот, из-за которого тебя затащили в полицейский участок? Вы же знакомы всего несколько дней.

Линь Юй всегда отличался изысканными манерами, и сколько Цзи Чжаоюань знал его, еще никогда не видел таким язвительным и желчным.

— Это он.

Заметив, как у Линь Юя внезапно покраснели глаза, Цзи Чжаоюань слегка растерялся:

— Линь Юй, у тебя глаза болят?

В одно мгновение Линь Юй лишился всех сил. Он ничего не понимал: пусть даже весь мир знал, что Линь Юй любит Цзи Чжаоюаня уже больше десятка лет, сам он никогда не сможет постичь эти чувства — порой сладкие, но чаще разрывающие сердце на части.

— Все в порядке, — он насильно подавил подступившее к глазам жжение и улыбнулся так, как улыбался бы искренне поздравляющий его друг. — Даже если нет времени, найду, как я могу отсутствовать на твоей свадьбе? Поднимайся пока, я кое-что забыл в машине.

Линь Юй помахал ему на прощание, после чего двери лифта медленно закрылись, отразив в зеркальной поверхности искаженное, потерянное лицо.

В три часа дня Линь Юй с папкой документов заглянул к Цзи Чжаоюаню.

— Завтра выезжаем в Мохаве, но нам не хватает человека, одолжу твоего начальника на пару дней.

В этот раз он не стал садиться на край стола, а встал рядом, засунув одну руку в карман брюк:

— Дженни вернулась.

Дженни — это кожистая черепаха, которую двадцать три года назад спас профессор Хасен, начальник Линь Юя. Во взрослом возрасте ее длина достигала почти трех метров, что было большой редкостью. Тогда профессор Хасен обнаружил раненую малышку Дженни на пляже во Флориде. Он установил ей чип-локатор и привез в калифорнийский научно-исследовательский институт. После трехмесячного курса лечения черепаху под общие поцелуи и благословения сотрудников института отпустили обратно в объятия Тихого океана.

Все последующие двадцать три года профессор Хасен больше не получал никаких вестей о том, что Дженни выбиралась на берег для откладки яиц, и это стало для него настоящей больной мозолью. На этот раз следы Дженни неожиданно обнаружились на территории заповедника Мохаве в Южной Калифорнии, и профессор Хасен, вне себя от радости, поднял по тревоге всю команду.

Цзи Чжаоюань немного засомневался:

— Надолго?

— На две недели.

Линь Юй усмехнулся:

— Твоей свадьбе это помешать не успеет.

Цзи Чжаоюань кивнул:

— Хорошо.

Конларис как раз вернулась с чашкой кофе и, проходя мимо рабочего стола Цзи Чжаоюаня, услышала последние слова Линь Юя. Шумно приблизившись, она встряла в разговор:

— Веллер собирается жениться?

— Да.

Цзи Чжаоюань повернулся к ней:

— У тебя найдется время через две недели? Мне нужен еще один свидетель.

— Да без проблем!

Конларис с интересом оглядела их обоих, а затем многозначительно подмигнула Линь Юю:

— Поздравляю, мечты сбываются!

http://bllate.org/book/39701/5030962

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь