Насыщенный мятой феромон окутал его.
Странно, ведь мята по идее должна освежать, но мятный запах Гу Линьсюя почему-то совсем не успокаивал.
Напротив, казалось… казалось, будто выпил крепкого алкоголя: волна жара взорвалась в груди и ударила прямо в голову, отчего всё его существо затуманилось, так и подмывая впиться зубами в чужую железу.
Почему так? Янь Чжаое ломал голову и никак не мог найти ответа.
Он думал, что его собственный феромон, наверное, фальшивый виски, иначе почему от его собственного феромона не возникает ощущения крепкого алкоголя в горле?
Гу Линьсюй изначально не хотел вмешиваться в семейные дела семьи Янь, но никак не ожидал, что, стоя в стороне, всё равно окажется втянут, и был вынужден вмешаться, чтобы прекратить ссору:
— Председатель Янь, пожалуйста, умерьте гнев. Поведение вашего сына прошлой ночью хоть и было неуместным, но объективно помогло нам обнаружить потенциальные уязвимости в системе безопасности комнаты допросов Бюро специальных расследований.
Возможно, благодаря авторитету и статусу Гу Линьсюя, ему хватило всего пары фраз, чтобы поставить этот балаган на паузу. До такой степени, что, несмотря на столь нелепый повод вроде помощи Бюро специальных расследований в обнаружении потенциальных уязвимостей, среди присутствующих не нашлось ни единого человека, которого бы это рассмешило.
Занесенная наотмашь рука Янь Чуаньбая опустилась, он тяжело фыркнул, наконец-то вернув себе толю манеры делового гиганта. Янь Бошань с облегчением выдохнул, а Ли Цзюньи и Ли Цзюньжун прекратили попытки ратащить драчунов, хотя их взгляды по-прежнему настороженно следили за Янь Чжаое.
Единственным человеком на всем пространстве, кто не сдвинулся с места, оставался Янь Чжаое. Он всё еще обнимал Гу Линьсюя за талию, высунув полголовы из-за его плеча, и, воспользовавшись только что смягчившимся выражением лица своего старика, тут же сел тому на шею:
— Вот именно! Пап! Я ведь и правда ходил туда, чтобы протестировать их оборудование под нагрузкой! Какая самоотдача!
Гу Линьсюй проигнорировал прилипшую к нему со спины банную липучку и обратился к Янь Чуаньбаю:
— Председатель Янь, сегодня мы пришли главным образом для того, чтобы изучить фоновые записи системы электронных подписей, а также состояние безопасности в соответствующих зонах. Я уже предварительно общался с вами по телефону.
Янь Чуаньбай привел в порядок слегка помятый костюм, и на его лице вновь появилась привычная солидность:
— Разумеется, следователь Гу, я понимаю. Я распорядился, чтобы вас сопровождал специальный человек, и все отделы окажутся всемерное содействие вашему расследованию.
Он повернулся и зыркнул на Янь Чжаое:
— Мелкий паршивец, немедленно отпусти его!
Гу Линьсюй тоже бросил:
— Отпусти.
Только тогда Янь Чжаое с досадой разомкнул руки, а кончики его пальцев напоследок любовно скользнули по пояснице форменных брюк Гу Линьсюя.
Женщина в строгом деловом костюме и с собранным характером быстрой походкой приблизилась к ним и с улыбкой представилась:
— Следователь Гу, господа, здравствуйте, я исполнительный секретарь председателя, Хуа Синчжу.
— Далее я сопровожду вас в наши ключевые зоны научно-исследовательских разработок, включая склад сырья и производственную линию военных ингибиторов, пожалуйста, следуйте за мной.
Она пошла впереди, указывая дорогу Гу Линьсюю и остальным:
— Первым делом мы направляемся в центр ключевых научно-исследовательских разработок зоны А, все формулы проходят первичную разработку в лабораториях, расположенных здесь.
Миновав несколько герметичных дверей, они оказались перед конвейерной линией, усеянной сложнейшими приборами.
— Здесь находится производственная зона военных ингибиторов класса S. От синтеза сырья и розлива до финальной герметичной упаковки каждая производственная линия способна выпускать по триста штук ингибиторов в час, полностью соответствующих самым высоким стандартам Федерации.
К требованиям чистоты, стабильности, скорости наступления эффекта и контроля побочных эффектов при производстве военных ингибиторов предъявляются колоссально строгие запросы. Без всякого преувеличения можно сказать, что в пределах Федерации, если Биотехнологическая компания Цюнсин назовет себя в этой сфере второй, никто не осмелится назвать себя первой.
Именно поэтому Биотехнологическая компания Цюнсин является не только давним партнером Бюро специальных расследований, но и заказы от военных Федерации составляют львиную долю их объемов производства, включая ингибиторы, необходимые некоторым ключевым политическим фигурам, которые также закупаются у них по специальным каналам.
Именно по этой причине Биотехнологическая компания Цюнсин, хотя по своей сути и представляет собой семейное предприятие под контролем семьи Янь, по своему статусу далеко превосходит обычные коммерческие компании: она глубоко интегрирована в систему безопасности и стабильности Федерации, и стоит потянуть за один волосок, как шевельнется всё тело.
Однако чем выше статус, тем больше ответственность и давление. Особенно в нынешней международной обстановке, когда конкуренция между странами в области военного снаряжения, включая биоинформационные технологии, день ото дня становится всё яростнее.
Будучи ключевым материалом для поддержания боеспособности бойцов специальных подразделений, военные ингибиторы обладают скоростью обновления и модернизации, которая напрямую связана с национальными преимуществами в сфере безопасности.
Биотехнологическая компания Цюнсин лишь внешне выглядит благополучно, а на деле выдерживает за этим колоссальное давление научных исследований, не смея расслабиться ни на секунду, иначе в любой момент может быть превзойдена другими странами или предприятиями биотехнологического профиля.
Именно поэтому Янь Чуаньбай заставлял Янь Чжаое изучать специальности, связанные с биоинформационными технологиями. Если бы у Янь Чжаое не было реальных способностей, он бы ни за что не доверил сыну проект по созданию военных ингибиторов и нейтрализаторов Абсолютной тишины.
Наконец они подошли к тяжелой двери из сплава.
— Здесь находится склад специального сырья, — Хуа Синчжу остановилась перед системой контроля доступа. — Поскольку внутри хранится множество видов высокоактивного сырья, требующих строгого температурно-влажностного режима, каждый входящий обязан быть одет в полный комплект защитного снаряжения.
Она перекинулась парой слов с дежурным персоналом, подготавливая защитные костюмы для себя и Гу Линьсюя с его спутниками:
— Это специальные антистатические изолирующие костюмы со встроенной системой подачи кислорода, маски имеют полностью герметичную конструкцию. Пожалуйста, переоденьтесь и пройдите воздушно-душевую стерилизацию.
Облачившись в защитные костюмы и пройдя трехсот шестидесяти градусную воздушно-душевую дезинфекцию, Хуа Синчжу оставила электронную подпись на экране контроля доступа на склад.
Дверь из сплава медленно отворилась, и Гу Линьсюй внезапно произнес:
— Перед входом обязательно нужно подтверждение электронной подписью?
— Да, — Хуа Синчжу показала ему место для подписи. — В защитных костюмах невозможно пройти распознавание лиц и проверку по отпечаткам пальцев, электронная подпись — это единственный способ прохода на склад сырья.
Гу Линьсюй уцепился за слепое пятно:
— Иными словами, стоит завладеть чьей-то электронной подписью, и войти сможет даже не сам владелец?
Хуа Синчжу на секунду опешила, после чего ответила с академической строгостью:
— Теоретически исключать такую ситуацию действительно нельзя.
— Однако снаружи этой двери из сплава изначально предусмотрена еще и двойная система верификации по лицу и отпечаткам пальцев, просто сегодня её временно отключили ради удобства вашей экскурсии, поэтому одной лишь электронной подписи недостаточно, выдавать себя за другого человека все равно маловероятно.
Раз уж Гу Линьсюй задал этот вопрос, она просто велела сотрудникам заново включить процедуру двойной верификации и лично продемонстрировала полный процесс входа на склад сырья.
Увидев все от начала до конца, Гу Линьсюй признал, что вероятность выдачи себя за другого крайне мала.
— Разумеется, Чжаое, я вовсе не пытаюсь в чем-то тебя подозревать, я лишь констатирую факт.
Выражение лица Янь Чжаое осталось невозмутимым:
— Сестрица Хуа, я понимаю, говорите всё как есть, не утаивая.
Гу Линьсюй снова спросил:
— Когда именно забирали Абсолютную тишину, есть ли запись с камер наблюдения?
Хуа Синчжу указала ему расположение нескольких камер:
— Да, имеются. Как только мы отсюда выйдем, я отведу вас в мониторную, чтобы поднять записи.
Вслед за этим процессия направилась непосредственно внутрь склада сырья для проведения осмотра. Внутри склада стояла ультранизкая температура, хранилось различное специфическое сырье.
После подсчета и сверки выяснилось, что Абсолютная тишина действительно отсутствует и до сих пор не восполнена. Однако внутренняя обстановка просматривалась насквозь, и Гу Линьсюй не обнаружил там никаких дополнительных полезных улик.
Покинув склад сырья, они прямиком направились в комнату видеонаблюдения, где извлекли соответствующие записи электронных подписей и видеозаписи с камер за нужный временной отрезок.
Хуа Синчжу вывела на экран системные логи изнутри двери из сплава: там отображалось, что с начала года и по сей день Янь Чжаое в общей сложности заходил на склад сырья трижды, причем последний раз — 16 мая, как раз в тот день, когда, по словам Янь Чжаое, кто-то воспользовался его электронной подписью для прохода на склад, — в то же время конец мая совпал с завершением срока действия той партии военных ингибиторов, которой пользовался Гу Линьсюй.
Если Янь Чжаое не лгал, то в период, когда эта партия ингибиторов подходила к концу, кто-то выдал себя за него, забрал Абсолютную тишину и добавил её в ингибиторы Гу Линьсюя.
Взгляд Гу Линьсюя метался между тремя фрагментами видеозаписей на экране.
Хотя профессионального технического анализа еще не проводилось и на всех были защитные костюмы, скрывающие лица, он мог с грубой точностью определить: во всех трех случаях фигура, появлявшаяся у входа на склад сырья, будь то манера ходьбы или скорость подписания, выглядела точь-в-точь как один и тот же человек — Янь Чжаое.
Гу Линьсюй отдал распоряжение Ли Цзюньи:
— Заберите эту запись с камерой наблюдения и передайте в технический отдел для профессионального анализа, не упускайте ни единого кадра.
Ли Цзюньи ответил:
— Есть, капитан Гу!
Гу Линьсюй перевел взгляд на Хуа Синчжу:
— Внутри склада сырья нет никаких объективов видеонаблюдения?
Хуа Синчжу покачала головой:
— Внутри поддерживается сверхнизкая постоянная температура, обычное оборудование видеонаблюдения не способно стабильно работать долгое время, поэтому камеры там не устанавливались.
Гу Линьсюю оставалось только поинтересоваться:
— Помимо этого ракурса внутри двери из сплава, где люди запечатлены в защитных костюмах, есть ли снаружи двери другие камеры? Например, те, что позволяют четко разглядеть лицо возле сканеров зрачка и отпечатков пальцев?
Хуа Синчжу ответила:
— Есть. Над системой контроля доступа установлена еще одна камера, направленная на зону верификации.
— Правда, эта система видеонаблюдения работает не в связке с той, что мы только что просмотрели, данные хранятся раздельно, и на извлечение потребуется время. Мы подадим заявку как можно скорее и сразу же уведомим вас, как появятся результаты.
— Хорошо, благодарю за труд, — Гу Линьсюй снова обратился к нахмурившемуся Янь Чжаое: — Что ты скажешь в оправдание этой записи?
— Да понятия не имею, откуда взялся этот «я», — Янь Чжаое ткнул пальцем в застывшую картинку. — Ну да, похож на меня: и походка моя, и подпись моя, но в тот день я на склад сырья не приходил.
Гу Линьсюй поинтересовался:
— Ты настаиваешь, что тебя не было на месте, тогда где ты находился в тот день? Может ли кто-то это подтвердить?
Янь Чжаое почесал затылок с крайне озабоченным видом:
— Прошло уже больше месяца, я совершенно не могу вспомнить. Наверное, спал дома или шатался где-то без дела?
Гу Линьсюй не стал давить, требуя немедленного ответа:
— Ничего страшного, Бюро специальных расследований во всем разберется.
— Неужели Бюро специальных расследований способно откопать даже такое? — удивленно переспросил Янь Чжаое.
— Для Бюро специальных расследований не существует невидимых перемещений, — с гордостью в голосе ответил Ли Цзюньжун.
— Впечатляет, — искренне восхитился Янь Чжаое. — Если использовать это для проверки на измену, каждый раз попадание будет прямо в яблочко.
Гу Линьсюй пропустил его бормотание мимо ушей и спросил Хуа Синчжу:
— Мне также необходимо выяснить, кто внутри Биотехнологической компании Цюнсин имел потенциальный доступ к электронной подписи Янь Чжаое?
— Довольно многие имели доступ, — немного подумав, ответила Хуа Синчжу. — В настоящее время в Биотехнологической компании Цюнсин Чжаое в основном отвечает за два проекта: один — это контроль качества военных ингибиторов, а второй — разработка нейтрализатора Абсолютной тишины, проект по которой был открыт недавно.
http://bllate.org/book/39646/5023752
Сказали спасибо 0 читателей