Ответ на вопрос Сы Сюя дал Линь Хань.
Каждый из присутствующих начинал с нуля — с показателя rt, равного нулю. Их отбирали из самых разных областей. Все они вступали в программу добровольно: перед тем как переступить порог «чёрной комнаты», каждый подписывал соглашение, снимающее ответственность за собственную жизнь. Никто не гарантировал, что после процедуры они смогут выйти оттуда живыми. Отбор лишь означал, что их шансы на выживание были едва выше статистической погрешности. Все они ставили на карту жизнь, надеясь на призрачную удачу.
Если испытуемому удавалось продержаться в комнате хотя бы три минуты — без мгновенной смерти, без разрыва сосудов, без утраты рассудка и мутационных поражений тканей, — значит, его геном способен выдержать энергетическую трансформацию. Таких людей удерживали в штате: они становились резервистами, «задатком» для будущих усиленных людей.
Резервисты тренировались изо дня в день. Когда их показатель rt превышал десятиминутный порог, они переходили в статус «кандидатов в усиленные люди». Те же, чья выносливость перешагивала отметку в двадцать минут, становились полноценными «усиленными людьми».
Лишь обретя этот статус, человек получал особую способность. Генетический потенциал у каждого был уникальным, а потому и дары различались разительно.
Однако даже если сложить вместе усиленных людей, кандидатов и резервистов, их общая численность едва превышала несколько десятков человек. Все они тренировались плечом к плечу, знали друг друга досконально и отродясь не слышали, чтобы кто-то стал усиленным человеком вот так просто — минуя адовы муки энергетического облучения.
Линь Хань тяжело, затяжно вздохнул:
— Поначалу генетический порог у всех нас — ниже некуда. Хочешь вместить больше энергии — изволь пахать каждый божий день, обновлять личные рекорды, раздвигать границы... Назвать этот процесс адом — значит ничего не сказать.
К концу фразы Линь Хань нервно ухмыльнулся. По его лбу и вискам уже обильно струился пот.
Сы Сюй нахмурился. Подобная методика отдавала откровенной жестокостью.
Перед глазами снова встал тот парень с растрескавшейся до крови кожей, которого уносили на руках. Какую адскую боль он испытывал? Задержись он внутри ещё на пару десятков секунд, и его тело действительно могло просто разорваться изнутри.
Линь Хань пытался отвлечься разговором от накатывающей боли:
— Большинство из нас сотрудники ведомства разыскали сами. Лишь единицы вышли на Отдел управления безопасностью особых сил через собственные каналы. Я как раз из таких.
О степени секретности этого Отдела Сы Сюй знал не понаслышке. Если до кого-то из гражданских и доходили глухие слухи, то либо за ними стояли колоссальные связи семейного клана, либо само ведомство намеренно утечкой информации привлекало нужные кадры.
— Я пришёл сюда за единственным шансом, — продолжил Линь Хань. — У меня была последняя стадия рака костей. Приговор. Врачи умыли руки, а семья испробовала всё, что можно. Не знаю, от кого они услышали об этом месте, но мать выложила мне всю правду и предложила решить самому.
— Мотив у меня был простой. Раз есть хоть призрачная надежда, цепляйся зубами. Умирать не хотелось безумно, да и представить, как мать сойдёт с ума от горя, я не мог. Отец был против — боялся, что я сдохну прямо на испытании. Но я настоял. Подумал тогда: какая разница? Всё равно подыхать — от болезни или от радиации. А вдруг случится чудо? Вдруг я окажусь тем самым редким везунчиком, облучение подстёгнет скрытый потенциал здоровых клеток, они выжгут опухоль, и я буду жить?
Линь Хань оскалился в болезненной ухмылке:
— Как видите, ставка сыграла. Иначе на моей могиле уже бурьян в человеческий рост вырос бы...
Предел Линь Ханя наступил стремительно. Цифры на таймере застыли на отметке 00:13:06.
В комнату снова вошёл тот самый высокий худой мужчина, подхватил ослабевшего Линь Ханя под руки, вывел его за дверь и вернулся на место.
Этого человека звали Чэнь Сянь. Он был одним из самых опытных усиленных людей в ведомстве.
— Не думал примкнуть к нам? — спросил Чэнь Сянь, присаживаясь напротив Сы Сюя.
— Раздумываю, — спокойно отозывался Сы Сюй.
Чэнь Сянь ненадолго замолчал, после чего негромко произнёс:
— Ты ведь видел людей снаружи. Их собирали по крупицам со всей страны. Они прошли через этот зал, не умерли на месте, не сошли с ума от дикой трансформации. Каждый из них — бесценное достояние.
— А полноценных усиленных людей ещё меньше. На сегодняшний день — меньше десятка. Мы слишком поздно начали исследования в этой области и катастрофически отстаём от других регионов. Если не хотим оказаться под чужой пятой, приходится мчать во весь опор, не щадя сил. Надеюсь, ты примешь правильное решение.
— Я взвешу всё как следует, — ответил Сы Сюй.
Внутреннего отторжения перед вступлением в Отдел безопасности особых сил у него не было. В семье Сы дед занимал высокий государственный пост, отец пошёл по его стопам. Не прояви родные снисходительность к увлечению Сы Сюя, он никогда не попал бы в шоу-бизнес, а давным-давно строил бы карьеру на госслужбе.
Чэнь Сянь больше не настаивал. В таких делах давить бессмысленно — выбор должен быть добровольным.
Сам Чэнь Сянь продержался до показателя 00:37:59. Ему не хватило ровно одной секунды до тридцати восьми минут, но преодолеть этот рубеж пока не удавалось. Форсировать укрепление генома смертельно опасно: в лучшем случае всё закончится тяжелейшими травмами, как у Вэн Чэна, в худшем — детонацией собственного тела.
Вскоре Чэнь Сяня увёл под руки один из кандидатов.
Сы Сюй остался в комнате в полном одиночестве. Он сидел неподвижно, пока остальных поочерёдно выводили наружу, и погрузился в свои мысли. Чэнь Сянь показал лучший результат среди всех присутствующих, но Сы Сюй продолжал находиться в эпицентре излучения без видимого напряжения.
Он потерял счёт времени. В голове медленно выстраивалась цепочка причин и следствий. Если у него тоже фиксируется показатель rt, значит ли это, что циркулирующая в его жилах энергия идентична фоновому излучению этой комнаты?
Но ни он сам, ни Цзян Гэ никогда не проходили мучительных тренировок. Откуда тогда взялась эта неведомая сила?
Ответ лежал на поверхности. Сы Сюю даже не нужно было гадать.
Ингредиенты из лавки «Монструозная рыба».
Тепло и наполненность, которые он почувствовал после бокала вина из синих цветочных фруктов, не были иллюзией.
Судя по всему, кулинарные припасы Линь Цзю подверглись воздействию аналогичной энергии, пропитались ею. Попадая в организм с пищей, эта сила усваивалась легко и безболезненно, даруя не только глубокий комфорт, но и удивительный целебный эффект...
Впрочем, энергия в продуктах Линь Цзю явно отличалась от той, что накачивала эту комнату.
Блюда Линь Цзю не несли в себе смертельной угрозы — они лишь насыщали и восстанавливали организм. В то время как местная концентрация излучения с лёгкостью калечила и убивала.
До конца разобраться в этом Сы Сюй пока не мог, но одно знал точно: продукты в руках Линь Цзю кардинально отличались от всего, что существовало в этом мире.
В висках возникла глухая, пульсирующая боль. Сы Сюй слегка нахмурился. Тело не ощущало дискомфорта, но голова наливалась тяжестью.
Он коснулся кармана, где лежала фляжка. Одно лишь прикосновение к ней, казалось, немного притупляло тупую ломоту.
***
За пределами «чёрной комнаты» все приклинились к мониторам. Казалось, прошла целая вечность, а Сы Сюй всё ещё не достиг своего предела.
Присутствующие испытывали смешанные чувства — изумление пополам с первобытным страхом перед неизвестностью. Двое гражданских, не проходивших никаких испытаний облучением, ни с того ни с сего превратились в усиленных людей, причём их показатели зашкаливали. А что, если такие «самородки» есть где-то ещё?
Если обычные люди могут спонтанно обретать сверхспособности, ради чего тогда все они терпят эти адовы муки в тренировочных камерах?
Капитан Седьмого отряда, Лу Юй, заметно нервничал. Сы Сюй находился внутри слишком долго. Боясь трагического исхода, Лу Юй порывался дать команду на эвакуацию, но жгучее любопытство удерживало его. Он метался из стороны в сторону между тревогой и ожиданием.
— Наступил! Предел! — внезапно выкрикнул кто-то у панели.
— Сколько?! Какое значение rt?! — толпившиеся сзади операторы и резервисты подались вперёд, сгорая от нетерпения.
— Мать твою!..
— Не может быть!
— Это ошибка! В системе сбой! Не бывает таких цифр!
— Да говорите уже, сколько там?! Не томите!
Лу Юй, глянув на табло, остолбенел. Он вцепился в плечо стоящего рядом замкапитана Ши Шуцина:
— Посмотри... У меня что, в глазах двоится?
Ши Шуцин впился взглядом в экран, перепроверил данные несколько раз и лишь затем произнёс сдавленным голосом:
— 01:07:11...
Лу Юй заворожённо повторил:
— Час, семь минут и одиннадцать секунд...
Он внезапно вскинулся, в глазах вспыхнул дикий азарт:
— Э-это... Это ведь показатель усиленного человека второй фазы?!
— Вторая фаза, — подтвердил Ши Шуцин. — Без сомнений.
— Вторая фаза! Вторая фаза! — Лу Юй громко, задорно расхохотался. — Превосходно! У нас наконец-то появился усиленный человек второй фазы! Помнишь, что заявляли те спецы в прошлый раз?
Ши Шуцин усмехнулся:
— Они утверждали, что нам потребуется минимум три года, чтобы вырастить хотя бы одного бойца второй фазы. И что к тому времени их собственные силы третьей фазы будут исчисляться десятками.
— Ну и где их прогнозы?! Поделом любителям делать громкие заявления!
Лу Юй едва не прыгал от восторга, пока до него не дошло:
— Постойте... А его кто-нибудь пошёл встречать? На руках выносить кто будет?
Все замерли.
От шока они совершенно забыли о протоколе.
Толпа ринулась к «чёрной комнате», но не успели бойцы добежать до дверей, как тяжёлая створка плавно отъехала в сторону. Сы Сюй вышел сам.
Наблюдатели снова лишились дара речи.
Человек не просто показал фантастический результат, он ещё и вышел на своих двоих! Никакой помощи, никакого «положения пластом», в отличие от остальных, которых после предела вытаскивали наружу, словно мешки с песком.
Настоящий бог. Если не считать бледности, на его лице не отражалось и тени изнурения.
Кто-то из резервистов попытался подставить плечо, но Сы Сюй сдержанно качнул головой.
Физически он был в порядке, но в черепе отвратительно пульсировала тупая боль, а перед глазами всё слегка плыло. То, что он удержался на ногах — уже подвиг.
— Где здесь уборная? — спросил он сухим голосом.
— Сюда, я провожу, — Цзян Гэ растолкал застывших оперативников и подхватил Сы Сюя под локоть.
Едва переступив порог уборной, Сы Сюй склонился над раковиной — его жестоко выворачивало.
— А-Сюй! Ты как? Очень плохо? Что с тобой?! — Цзян Гэ, оставшись за дверью, изнывал от тревоги.
Остальные присутствующие тоже недоумевали. Реакция Сы Сюя кардинально отличалась от их собственного опыта. Обычные усиленные люди после достижения предела испытывали дикую физическую боль, будто их кости и мышцы разрывало на части.
Сы Сюй долго умывался ледяной водой, смывая тошноту и пытаясь вернуть ясность мыслям. Холодная вода немного отрезвила пылающий мозг.
Когда он открыл дверь, на него уставился десяток любопытных глаз.
Лу Юй сам подошёл к нему, держа в руках стакан с мутной зелёной взвесью:
— Выпусти немного энергии через способность, а потом выпей этот энергетический напиток. Он восполнит ресурсы, и станет легче.
Сы Сюй огляделся. На чём ему продемонстрировать свою телекинетическую силу — на людях, что ли?
Взгляд зацепился за разбросанную мебель, капельницы и медицинские каталки.
Сы Сюй мысленно сосредоточился. Бесконтактный импульс накрыл помещение: медоборудование плавно соскользнуло к стенам, каталку развернуло и поставило на место, а хаотично расставленные стулья один за другим бесшумно выстроились в ровный ряд.
Наблюдатели обомлели.
Их единственный боец второй фазы, обладатель рекордного значения rt, владеет... вот этим?!
— Какая-то... слабенькая способность, нет?
— С таким rt — и обычный телекинез?
— Может, он просто не в полную силу сработал?
— Но это же чистый вспомогательный навык. Жаль, такой потенциал — и на сдвигание стульев...
У Сы Сюя был превосходный слух. Несмотря на шепотки, он отчётливо слышал каждое слово.
Лу Юй строго обвёл подчинённых взглядом:
— При правильном применении эта сила превращается в абсолютное оружие. Представьте, что вместо стульев и каталок он управляет клинками или штормом из боевых снарядов, атакующих цель со всех направлений одновременно. Каковы шансы объекта выжить?
Шепотки мгновенно утихли.
Чистый урон.
— Твоя способность относится к ментальному типу, — повернулся к Сы Сюю Лу Юй. — Это самый сложный и непредсказуемый профиль. Он требует колоссального контроля над эмоциями, так что береги нервы.
Лу Юй снова протянул стакан. Сы Сюй с отвращением оглядел бурую зелёную жижу:
— Что это?
Лу Юй пояснил:
— Свежий сок из капусты, сельдерея, шпината, салата и брокколи. Все эти овощи выращены в условиях воздействия фонового излучения. В них содержится чистая энергия. Напиток восстанавливает истощённый резерв и укрепляет организм. Отличная штука, пей.
Сы Сюй молча посмотрел на стакан.
— А просто пожарить эти овощи нельзя? — спросил он.
Зачем переводить продукты на такую дрянь?
— При термообработке энергия частично разрушается, — вздохнул Лу Юй. — Только сырой сок сохраняет максимальную концентрацию. Нам этот ресурс даётся с трудом, каждому полагается ровно по стакану после тренировки.
— Спасибо, не надо, — отказался Сы Сюй.
Пить эту гадость он точно не станет.
Окружающие выпали в осадок.
Кто-то из резервистов тут же поднял руку:
— Командир, можно я за него выпью?!
— Я тоже хочу! Я сегодня свою норму ещё не получал!
— И мне! Мне отдайте!
Сы Сюй сохранял невозмутимость.
Цзян Гэ склонился к его уху и тихо шепнул:
— И правильно делаешь. Вкус — дрянь редкая, а консистенция — словно болотную тину жрёшь...
Лу Юй обладал чутким слухом:
— Ещё и привередничают! Вы хоть представляете, скольких трудов стоило селекционерам вывести эти культуры? Исследователи годами бьются над каждым урожаем. Предупреждаю сразу: перерасход внутренней энергии без своевременного восполнения приводит к энергетическому истощению и смерти. Такие случаи бывали и у нас, и за рубежом.
— Вы, усиленные люди, тратите задействованную в жилах силу, и компенсировать её можно исключительно аналогичным фоном. Так что привыкайте. Пей!
Сы Сюй запнулся. Ему стало любопытно: если сравнить этот овощной сок с блюдами Линь Цзю, где концентрация выше?
Он взял стакан и сделал глоток.
Ввиду отсутствия фильтрации неперетёртые волокна стеблей плавали в густом соке. Вкус оказался ужасным. Энергетического отклика Сы Сюй практически не ощутил. Чтобы не растягивать мучение, он заглотал содержимое одним махом. Тяжёлая овощная смесь опустилась в желудок, вызвав подступающую к горлу тошноту.
Достав из кармана фляжку, Сы Сюй открутил крышку и сделал совсем маленький глоток. Приятное тепло мгновенно сняло желудочный спазм.
Разница была колоссальной. В целой порции хвалёного «концентрата» энергии было меньше, чем в одном тонком ломтике серебряной рыбы-луны из лавки Линь Цзю, а уж со спелым вином из синих цветочных фруктов этот сок и рядом не стоял.
Лу Юй с недоумением уставился на флягу:
— Алкоголь? Ещё и пьётся нормально?
Сы Сюй убрал флягу в карман:
— Вполне.
— Вкус не изменился? — уточнял Лу Юй.
Сы Сюй воздержался от ответа. Если обычное вино под воздействием излучения становится испорченным продуктом, то его напиток выглядел слишком подозрительно. Чжоу Му видел, как Линь Цзю передал ему эту флягу. Любое неосторожное слово могло навлечь на хозяина лавки неприятности.
По правилам лавки «Монструозная рыба» было очевидно, что Линь Цзю пытается скрывать природу своих ингредиентов, хотя получается у него из рук вон плохо. Обыватель, возможно, ничего не заподозрит, но любой из сотрудников этого ведомства, стоит ему хоть раз попробовать стряпню Линь Цзю, сразу всё поймёт. Рано или поздно тайна всё равно всплывёт, но Сы Сюй не намеревался ускорять этот процесс.
Лу Юй пристально вглядывался в лицо собеседника:
— Можно глоток?
— Нет, — отрезал Сы Сюй.
— Настоящее сокровище, да? — усмехнулся Лу Юй. — Подарок от девушки?
Чжоу Му подал голос из толпы:
— Смею доложить: не от девушки. Это подарок от владельца лавки «Монструозная рыба».
— Вино из красных фруктов?! — Цзян Гэ едва не подпрыгнул. — А-Сюй, дай хоть капельку попробовать!
Линь Цзю говорил, что вино из синих цветочных фруктов ещё не дозрело, так что Цзян Гэ решил, будто во фляге обычное вино из красных цветочных фруктов.
Сы Сюй сжал флягу в кулаке, не оставляя сомнений в своём отказе.
Лу Юй долго не сводил с него глаз, а затем произнёс:
— Ты ведь видел материалы, которые Чжоу Му собирал по этой лавке. Чжоу Му — не спец по контрразведке и не профессиональный агент. Он обычный парень, даже институт не окончил. Как ему удавалось целый год скрывать свои действия и не оставлять следов?
Сы Сюй сжал пальцы сильнее:
— К чему ты клонишь?
— Мы подозреваем, что он непрост, — ответил Лу Юй. — Либо у него выдающийся генетический потенциал, либо он, как и вы, уже стал усиленным человеком. Чжоу Му выслеживал Линь Цзю, пытаясь найти доказательства. Если мы зафиксируем проявление его сил, его сразу поставят на учёт. Но даже если он ещё не проявил себя, его потенциал крайне высок.
— Так вот как вы набиваете штат? — поднял бровь Сы Сюй.
— Именно, — кивнул Лу Юй. — Мы находим нестандартных людей в обычной жизни и открываем им карты. Если человек согласен — отлично. Если нет — мы не принуждаем, достаточно подписать неразглашение. Всё-таки речь идёт о жизни и смерти, каждый решает сам.
— И вы уже выходили на хозяина лавки? — Сы Сюй подозревал, что на предложение вступить в Отдел Линь Цзю ответит кратко: «Я просто хочу вести бизнес».
— Ещё нет, — развёл руками Лу Юй. — О его заведении ходят невероятные слухи. Мол, и боли снимает, и проблемы с лактацией решает, и омолаживает. Нам стало любопытно, действительно ли его еда обладает такими свойствами. Хотели заслать своего человека, да вот беда — в очереди у него хрен устроишься.
Лу Юй хмыкнул:
— Ты ведь там частый гость. И как ощущения?
Сы Сюй с абсолютно каменным лицом парировал:
— Как думаешь, какое из перечисленных свойств — боль при менструации, проблемы с грудным молоком или омоложение — я смог оценить лично?
Помещение отозвалось сдавленным смешком.
Лу Юй кашлянул, скрывая неловкость:
— А кроме этого? Другие эффекты есть?
— Аппетит появился. Это считается? — невозмутимо спросил Сы Сюй.
— Да-да! Стряпня у А-Цзю просто божественная! Мы с А-Сюем постоянно туда ходим! — вставил свои три копейки Цзян Гэ.
Сы Сюй наградил его столь ледяным взглядом, что Цзян Гэ мгновенно прикусил язык.
— Разумеется, еда там вкусная... — пробормотал Цзян Гэ себе под нос.
Лу Юй переводил взгляд с одного на другого:
— Вы часто там бываете?
— Изредка, — отрезал Сы Сюй.
Лу Юй коротко усмехнулся:
— Не надо так ежиться. Мы — официальное государственное ведомство и законов не нарушаем.
— Закон можно не нарушать, но зайти очень далеко, — сухо заметил Сы Сюй.
Видя, как яростно Сы Сюй защищает хозяина лавки, Лу Юй прекратил расспросы. Выудить информацию силовым путём всё равно не выйдет, проще проверить всё самостоятельно.
Статус усиленного человека в структуре Отдела безопасности особых сил приравнивался к официальной государственной службе.
Сы Сюй согласился подписать документы, но поставил жёсткое условие: постоянные тренировки на базе он посещать не намерен. У него слишком плотный график.
Лу Юй нахмурился:
— Тренировки нужны для развития сил, чтобы выжить на заданиях. Я бы настоятельно рекомендовал пройти курс.
— Тогда отложим, — спокойно ответил Сы Сюй. — У меня и так осталось не слишком много времени, чтобы тратить его на муштру.
— В каком смысле — мало времени? — не понял Лу Юй.
Сы Сюй слегка коснулся пальцем виска:
— Опухоль головного мозга. Неоперабельная. Живу на честном слове.
***
Лу Юй немедленно отправил его на медицинское обследование.
База располагала передовым оборудованием и квалифицированным штатом врачей. Выполнить диагностику не составило труда.
Ознакомившись с заключением медиков, Лу Юй мрачно вздохнул. Долгожданный боец второй фазы оказался смертельно болен. Настаивать на тренировках он больше не стал: Сы Сюй получил право посещать базу в свободном режиме, а в случае необходимости с ним свяжутся.
Цзян Гэ, глядя на Сы Сюя, тоже загорелся идеей вступить в ведомство. Он с детства ни в чём не нуждался, жил в достатке и никогда не помышлял о роли героя. Но перспектива стать кем-то значимым заманчиво маячила перед носом.
Впрочем, трезво оценив свои силы, Цзян Гэ быстро остыл. Кроме способности быстро бегать, у него ничего не было, да и в драке он уступил бы даже рядовому резервисту. Не стоит рисковать шкурой ради детских фантазий — лучше остаться обычным человеком.
Научившись контролировать свой навык, Цзян Гэ вместе с Сы Сюем отправился домой.
Чжоу Му отвёз их на машине. На улице уже рассвело — испытания заняли всю ночь.
Сы Сюю требовался сон, а Цзян Гэ бессильно рухнул на диван в его гостиной и мгновенно отключился.
***
В тот же день Линь Цзю, как обычно, отправился в свою лавку. Проходя мимо лапшичной семьи Чэнь, он заметил у входа грузовик, из которого рабочие вытаскивали столы и стулья.
Линь Цзю затормозил, с удивлением разглядывая царящий хаос.
Заметив его интерес, хозяин соседней гостиницы, Сунь Лаобань, подошёл ближе и негромко пояснил:
— Помнишь, когда ты уезжал за товаром, тут ежедневно толпился народ? Так вот, Чэнь Дун с женушкой решили подсуетиться. Вывесили объявление, мол, подают «фирменную морскую лапшу» из свежайших морепродуктов, закупленных у того же поставщика, что и для твоей лавки. И цену задрали до небес.
Линь Цзю нахмурился. Во всей Старой улице морепродуктами торговала только лавка «Монструозная рыба». Намёк Чэнь Дуна был более чем прозрачен.
Впрочем, провести таким трюком можно было только тех, кто ни разу не пробовал блюда Линь Цзю.
— Нашлись глупцы, купились, — продолжал Сунь Лаобань. — Пошли к ним пробовать. Вскоре начались претензии: мол, морепродукты тухлые, песок на зубах хрустит, дерут три шкуры за дрянь. Но Чэнь Дун с женушкой только огрызались. А потом пара клиентов после их лапши слегла с тяжелейшим отравлением и высокой температурой. В больнице диагностировали какую-то инфекцию.
— Родственники пришли качать права, требовать компенсацию. Жена Чэнь Дуня — баба скандальная, упёрлась рогом, ни в какую вину не признаёт. Завязалась перепалка, началась толкотня... И эта дура случайно толкнула одну старушку, которая зашла поесть лапши. Старушка грохнулась навзничь, пробила голову об угол стола и потеряла сознание прямо там, на полу.
— Вот тут-то и начался настоящий ад. В больнице оказались сразу двое. Семья отравившегося парня накатала заявление в Санэпидемстанцию, приехала проверка... Ну ты сам знаешь, как у нас общепит проверяют: забейся в угол — и то нарушения найдутся. Лапшичную запечатали, навесили конский штраф и предписание об устранении.
— Торговать запретили, а счета из больницы растут. Семья пострадавшей старушки заявила: если не оплатите лечение, упекут Чэнь Дуня за решётку. У бедной бабули из-за удара произошло излияние в мозг. Раньше шустрая была, сама на Старую улицу за лакомствами приходила, а теперь легла пластом — половина тела парализована, речь отнялась. До сих пор в реанимации лежит.
— И пока она там, Чэнь Дун обязан платить за каждый день. Лапшичная закрыта, доходов ноль, а издержки огромные. Вот и вынуждены продавать заведение за бесценок, чтобы расплатиться по долгам.
Судьба Чэнь Дуня Линь Цзю совершенно не волновала. Но слова Сунь Лаобаня о «старушке, которая пришла за лакомствами», зацепили его за живое.
— А к кому именно она шла? — уточнил Линь Цзю.
Сунь Лаобань посмотрел на него с лёгким изумлением:
— А то ты сам не знаешь! Кроме твоей «Монструозной рыбы», разве есть на нашей улице хоть одно заведение, ради которого стоит ехать через весь город?
Лавка Линь Цзю давно стала главным брендом Старой улицы.
— Родственники той бабушки рассказывали, что она давно мечтала попробовать твою стряпню. Выпросила у детей поездку, приехала с шофёром, а твоя лавка закрыта. Оголодала с дороги, услышала про «тот же товар» у Чэнь Дуня — и зашла на свою голову...
Сунь Лаобань тяжело вздохнул, сочувствуя несчастной женщине.
Линь Цзю молчал, но внутри всё сжалось. Он вспомнил своего дедушку — Линь Чандэ, который вопреки воле всей родни забрал его к себе и вырастил. К пожилым людям Линь Цзю всегда питал особенную нежность. Старушка приехала ради его лавки, а попала в такую беду. Если она когда-нибудь сможет снова ходить, он обязательно угостит её без всяких очередей.
Попрощавшись с Сунь Лаобанем, Линь Цзю открыл лавку и приступил к готовке.
К новому распорядку клиенты уже приспособились. Пять столов — значит, пять столов. Хоть до ночи сиди под дверью, Хозяин Линь правил не нарушит. В итоге толкучка спала: те, кто не успел занять место среди первых пяти групп, спокойно уходили, понимая, что ждать бессмысленно.
Первые пять столов уже наслаждались обедом. Линь Цзю ждал, пока они закончат.
Дверь с тихим шорохом отъехала. Линь Цзю подумал, что пришёл Сы Сюй, но в зал вошла незнакомая женщина. Высокая, в строгом брючном костюме, с пышными тёмными локонами. Она обвела помещение внимательным взглядом и остановила взор на Линь Цзю, стоящем за барной стойкой.
Подойдя ближе, женщина сняла солнцезащитные очки и уставилась на него прямым, уверенным взглядом:
— Найдётся минутка поговорить?
Линь Цзю невольно замер.
Он всё ещё раздумывал, как поделикатнее отказать Цзян Шивэнь, а она явилась лично.
Проводив её в отдельный кабинет, Линь Цзю принёс стакан свежей воды.
Цзян Шивэнь оглядела отделку помещения:
— Симпатичный интерьер. Уютно.
Линь Цзю поставил стакан на деревянный стол:
— Обедали?
Цзян Шивэнь положила сумочку на соседний стул:
— Хочешь угостить?
— Если голодны, я приготовлю, — ответил Линь Цзю.
Цзян Шивэнь усмехнулась:
— Говорят, в лавку «Монструозная рыба» не пробиться, а Хозяин Линь крепок как гранит и ни для кого не делает исключений. Неужели ради меня сделаешь прореху в правилах?
— Правила незыблемы, но хозяин — живой человек, — спокойно произнёс Линь Цзю. — А у людей есть личные предпочтения.
На губах Цзян Шивэнь наконец появилось подобие тёплой улыбки:
— Я знала, что у тебя тут не протолкнуться, поэтому поела заранее. Присядь, нам нужно обсудить дела. Выложи всё, что думаешь.
Линь Цзю сел напротив. Помолчав пару секунд, он ровно произнёс:
— Я хочу уйти из шоу-бизнеса.
Цзян Шивэнь явно ждала этого ответа, поэтому ни капли не удивилась.
— Тебе не нравлюсь я как новый менеджер, или ты просто больше не хочешь быть артистом?
— Я принял это решение ещё до того, как узнал, что Сестра Вэнь станет моим менеджером, — признался Линь Цзю.
Агентство, видимо, почувствовало его настроения, потому и задействовало тяжёлую артиллерию в лице Цзян Шивэнь.
— Твой контракт рассчитан ещё на одиннадцать лет, — Цзян Шивэнь достала тонкую дамскую сигарету, но, заприметив на стене табличку «Не курить», убрала её обратно. — Ты представляешь, какую неустойку тебе впаяют?
— Представляю. Я готов выплатить всё до последнего юаня, — Линь Цзю давно всё взвесил.
— Вопрос с деньгами решаем, — покачала головой Цзян Шивэнь. — Главная проблема в том, что компания не захочет тебя отпускать. Они выставят абсолютно неподъёмные условия.
Будь Линь Цзю прежним безнадёжным артистом восемнадцатого эшелона, руководство радо было бы сбагрить его и срубить неустойку. Но сейчас в его руках Жемчужины Чёрных Звёзд, шумиха вокруг лавки «Монструозная рыба» и стремительно растущая популярность. Отпустить такую курицу, несущую золотые яйца, агентство не согласится ни за что.
— Если не отпустят — буду просто ждать окончания срока, — спокойно ответил Линь Цзю. — Петь я больше всё равно не стану.
http://bllate.org/book/39625/5233740
Сказали спасибо 3 читателя