Готовый перевод Born a Pair: Sun Fungus / Небесная пара: Выбор девятихвостой лисы: Глава 10

Янь Чэньхуань сказал:

— Гуйчжи, ступай первой, с этим человеком я разберусь.

Янь Гуйчжи слегка задумалась, бросила взгляд на луну и со вздохом произнесла:

— Четвёртый брат, будь осторожен, не рань Второго высочество.

Янь Чэньхуань ответил:

— Понял.

Су Сии, разумеется, расслышал их разговор. Услышав напутствие, которое Янь Гуйчжи дала Янь Чэньхуаню, он резким движением вскочил на ноги и выпалил:

— Янь Гуйчжи, это что еще за шутки? Ты что, ни в грош меня, высочество, не ставишь?!

Янь Гуйчжи в два прыжка взмыла на городскую стену, а Янь Чэньхуань тут же переместился, преграждая путь Су Сии.

— Янь Чэньхуань!

Су Сии обладал чертами лица, в которых мужское удивительным образом переплеталось с женским. Ленивый и своенравный, изгибом бровей он донельзя напоминал Су Фэнъинь. С малых лет какие-то мелкие демоны то и дело подтрунивали над его чересчур утонченной внешностью, обзывая фальшивым парнем да девчонкой, оттого он отчаянно хорохорился и ненавидел, когда кто-то смотрел на него свысока.

Янь Чэньхуань носил длинные черно-синие одежды, волосы его были распущены, а у самого уха красовалось украшение из глубоко-синих перьев чижа. Нрав он имел холодный и отстраненный: хоть лицом и вышел необыкновенно хорош собой, но из-за скупости на эмоции и слова сближаться с ним никто не спешил.

Эти двое являли собой совершенно разные противоположности. Они уже сталкивались пару раз прежде, но неизвестно почему никак не могли сойтись характерами. Стоило им встретиться вновь, как Су Сии без малейших колебаний атаковал его, начисто забыв про Янь Гуйчжи.

Либэйчэн представлял собой столичный город, возведенный кланом Тушань много поколений назад. Прошли миллионы лет, а он по-прежнему утопал в зелени окрестных гор и чистых водах рек. Внутри города тянулись ряды зданий с бирюзовой черепицей и алыми стенами, резными перилами и расписными балками. У каждого дома из взметнувшихся к небесам карнизов свисали бумажные фонари, чей свет не гас ни на мгновение. Если взглянуть на город сверху, он казался бескрайним океаном золотисто-желтых огней — ослепительно прекрасным и величественным.

Янь Гуйчжи легко скользила по крышам домов, грациозно взмахивая рукавами. Под луной ее серебристые волосы казались невесомыми и струящимися, и, глядя на ее легкую, стремительную поступь, скорее можно было принять ее за небожительницу, чем за демона.

Направляясь к дворцу в самом сердце города, она только переступила алые стены владений правящего клана, как заметила на двух сторожевых башнях впереди чьи-то силуэты.

Янь Гуйчжи окликнула их:

— Старшее высочество, Четвертое высочество.

Су Сицзя с мягкой улыбкой отозвался:

— Глава клана Янь, вы проделали долгий и трудный путь. Мы с братом подумали, что вы едва ли знаете, где расположена спальня младшей сестры, и решили выйти вам навстречу, чтобы показать дорогу.

Янь Гуйчжи на мгновение умолкла и ответила:

— Благодарю за хлопоты.

Су Сицзя и Су Сидин двинулись вперед, указывая путь, а Янь Гуйчжи неотступно следовала за ними.

Добравшись до высокого помоста, оба шедших впереди внезапно остановились и с молниеносной быстротой развернулись в атаку: один нацелился на левую руку Янь Гуйчжи, а второй попытался перехватить ее правую руку.

Янь Гуйчжи оттолкнулась носком сапога и взмыла вверх, приземлившись на каменную колонну. Су Сидин полоснул воздух потоком белого света, и с грохотым звуком колонна разлетелась вдвоем на мелкие кусочки. Су Сицзя действовал с ним в идеальном согласии и, не теряя ни секунды, бросился в атаку на Янь Гуйчжи.

Но та была начеку и заблаговременно отступила на крышу.

Су Сицзя последовал по пятам. На черепичной крыше развернулась схватка: один нападал, другая защищалась, один шел вперед, другая отступала.

Каждый удар Су Сицзя норовил выбить из рук Янь Гуйчжи фонарь или свадебные сласти. Она искусно уворачивалась и отражала выпады, двигаясь так плавно и неуловимо, что Су Сицзя никак не мог взять над ней верх.

Су Сидин тем временем остался внизу: неотступно следуя за старшим братом и оценивая обстановку, он выждал момент, когда у Янь Гуйчжи не останется путей к отступлению — как раз перед тем, как она собралась перепрыгнуть на крышу соседнего здания. Высвободив демоническую силу, Су Сидин вызвал шквал свирепого ветра, и несколько смертоносных лезвий из воздуха устремились прямо на Янь Гуйчжи. В этот же миг Су Сицзя нанес удар ногой по нефритову блюду в ее руках.

Янь Гуйчжи резким пинком сорвала с крыши несколько черепиц и швырнула их вперед, отражая ветряные клинки. Однако она не ожидала, что удар ноги Су Сицзя окажется настолько сокрушительным. И хотя ей удалось увернуться, нефритовое блюдо вылетело у нее из рук. Не успела она твердо опереться о землю, как поспешила взлететь, чтобы поймать падающий поднос, и в этот момент допустила грубую промашку. Су Сицин послал вслед еще одно воздушное лезвие. Су Сицзя сверху испуганно закричал, пытаясь остановить брата: Су Сидин вовремя унял демоническую энергию, но острый край ветра все же пронесся в опасной близости от лица Янь Гуйчжи, оставив на щеке тонкую кровавую царапину.

Оба брата замерли. Янь Гуйчжи, прижимая к себе невредимые свадебные сласти, опустилась на крышу и перевела дыхание. Подцепив носком две черепицы, она крутанулась на месте и швырнула их в противников.

Черепица рассекла воздух со свистом молнии, заставив обоих с испугом отпрянуть назад. Мощь Янь Гуйчжи в этот момент взметнулась до небес: воспользовавшись заминкой, она взметнула ввысь мощные языки синего демонического пламени, отгородившись ими от врагов так, что те не могли сделать ни шагу вперед.

Янь Гуйчжи холодно бросила им:

— Благодарю двоих высочеств за то, что проводили, но дальше дорогу я найду сама.

С этими словами она окинула всё вокруг быстрым взглядом и взмыла в воздух, направляясь в нужную сторону.

Су Сидин посмотрел на стоявшего на крыше Су Сицзя и возмутился:

— Брат, если бы ты меня не остановил, сегодня она, Янь Гуйчжи, ни за что не добралась бы до младшей сестры!

Су Сицзя вперил взгляд в бушующее перед ними пламя, заложил руки за спину и фыркнул:

— Хм, не останавливал бы? Порань ты Янь Гуйчжи — посмотри, стала бы младшая сестра вообще с тобой разговаривать!

Су Сидин: — …

Добравшись до высокого терема о девяти ярусах с загнутыми кверху карнизами, Янь Гуйчжи еще раз всё тщательно проверила, после чего легко оттолкнулась носком и, используя уступы ярусных крыш как опору, взлетела на самый верхний этаж.

Она подвесила фонарь под углом карниза, подошла к окну и трижды легко постучала. Протянув обеими руками нефритовое блюдо, она мягко произнесла:

— В клане Тушань живет дева по имени Су Синьин — благородная нравом, изысканная и несравненная. Я, Янь Гуйчжи из Клана Таньлан, преклоняюсь перед вашей славой и, пусть сама умом и добродетелью не вышла, всё же смею просить вашей руки. Мое сердце чисто и предано вам — молю обратить на меня свой взор.

Створки окна распахнулись изнутри. Су Фэнъинь стояла у проема, облаченная в легкое полупрозрачное алое платье. Слегка прислонившись плечом к раме, она не спешила принимать из рук Янь Гуйчжи свадебные дары, а лишь лениво произнесла:

— Ты ведь не знала дороги к моей спальне, а братья наверняка не стали бы облегчать тебе путь. Как же ты меня отыскала?

Янь Гуйчжи на мгновение задумалась и честно ответила:

— По запаху...

Су Фэнъинь на секунду замерла, а затем прикрыла рот рукой и тихо рассмеялась:

— Слыхала я, что Клан Таньлан славится способностью выслеживать цель по аромату, но нынче вижу — и правда так.

Она по-прежнему опиралась о подоконник, подперев щеку изящной ручкой; красный рукав ее одежды соскользнул вниз, обнажив полоску безупречной нефритовой кожи.

Слегка подкрашенные уголки ее глаз были приподняты к вискам, и, одарив Янь Гуйчжи улыбкой, она бросила на нее взгляд, полный невыразимого очарования и нежности. Не зря говаривали, что любоваться красавицей при свете луны и фонарей вдесятеро приятнее, чем днем, — прямо перед Янь Гуйчжи стояла истинная чаровница, способная вскружить голову всему миру.

Янь Гуйчжи чуть склонила голову набок, отводя взгляд в сторону.

Однако Су Фэнъинь протянула руку, и ее теплые пальцы, источающие легкий дурманящий аромат, бережно развернули лицо Янь Гуйчжи к себе, пока другая ее рука, с зажатым в ней шелковым платком, осторожно коснулась раны на щеке.

Су Фэнъинь проговорила нежным голосом:

— Дорога выдалась долгой и извилистой, ты порядком устала, Гуйчжи.

Янь Гуйчжи тихо ответила:

— Так и должно быть.

У клана Тушань существовало поверье. Если тот, кто просит руки девушки, добирается до нее легко и без помех, то после свадьбы ей придется несладко. Если же путь к суженой оказывается тернистым и тяжелым, то в замужестве та будет купаться в любви и заботе. Во время сватовства отец и братья невесты неизменно чинили жениху препятствия, а тот не смел жаловаться и шел напролом с пустыми руками, доказывая всю искренность своих намерений.

http://bllate.org/book/39607/5017493