Готовый перевод Raising Lop-Eared Rabbits / Приручить строптивого: Мой идеальный муж: Глава 2

Глухой удар донесся из самого конца коридора, следом за ним раздался хруст разбитого стекла.

Юань Чэ замер, остановившись на месте. Босиком стоя на мягком и густом ковре, он посмотрел на плотно закрытую дверь комнаты сестры.

Хриплые крики, ругань и несколько глухих, невнятных стонов вновь пробились сквозь щель под дверью.

Поколебавшись мгновение, Юань Чэ все же подошел и легко положил руку на дверную ручку.

Немного надавив, он толкнул дверь.

В комнате царил полный беспорядок. Несколько слуг, дрожа, стояли на коленях, низко опустив головы. Седевшая в белой ночнушке и с растрепанными длинными волосами сестра расхаживала взад-вперед перед шеренгой прислуги. Огромная роскошная кровать позади нее была завалена платьями самых разных расцветок, а туфли на высоких каблуках валялись на полу в полном беспорядке: одна здесь, другая там.

Услышав скрип двери, стоявшая на коленях служанка бросила быстрый взгляд на Юань Чэ в дверном проеме, после чего, словно от удара током, вжалась головой в пол еще сильнее.

— Сестра.

Юань Чэ одной рукой придерживался за косяк и тихо позвал.

Ответа не последовало. Сестра даже не подняла век, продолжая раздраженно мерить шагами пространство перед стоящими на коленях слугами, которые были готовы зарыться головой в землю.

— Юань Сымяо! — Юань Чэ повысил голос и шагнул вперед.

Эхо его слов еще не затихло, как Юань Сымяо резким движением схватила стоявшую под рукой узкогорлую вазу и, даже не глядя, швырнула ее в сторону двери.

Движение было слишком быстрым, Юань Чэ совершенно не успевал увернуться и лишь машинально отступил на полшага назад...

Ожидаемого удара не последовало.

Его спина вреднулась в крепкие объятия, и чьи-то руки надежно подхватили его. Одна рука обхватила за талию, а вторая уже заранее защищала его затылок. Поддавшись этому усилию, он легко отступил назад на два шага и в одно мгновение оказался увлечен из комнаты обратно в полутемный коридор.

В испуге Юань Чэ инстинктивно вцепился в запястье незнакомца, а когда поднял глаза и встретился взглядом с мужчиной, его тело задрожало, словно от удара током.

— Старший брат... — машинально сорвалось у него с губ.

Мужчина не отпустил его сразу. Напротив, оставшись в том же положении, он опустил голову и внимательно оглядел человека в своих объятиях, медленно скользя взглядом по лицу Юань Чэ, словно пытаясь узнать или оценивая. Спустя мгновение раздался низкий голос:

— Ты знаком со мной?

Слишком острый взгляд, слишком тяжелый голос в сочетании с исходившим от мужчины свежим, но насыщенным мужским ароматом резко вернули Юань Чэ в реальность. Он почти инстинктивно выскользнул из объятий мужчины, и не успели у него сорваться с губ извинения, как дверь рядом с ними с грохотом захлопнулась.

Мужчина повернул голову, взглянул на плотно закрытую дверь и, казалось, слегка опешил, однако на его лице не было и следа гнева. Повернувшись обратно, он вновь устремил взгляд на лицо Юань Чэ, чуть склонил голову набок и улыбнулся:

— Похоже, твоя сестра не слишком хочет меня видеть.Юань Чэ стоял на месте, переводя взгляд с двери комнаты на Линь Цзайшаня и не зная, как поступить. В конце концов он всё же протянул руку, намереваясь толкнуть дверь — по крайней мере, нужно было сказать сестре, что человек уже прибыл.

Его пальцы только коснулись ручки, как чужая широкая ладонь перехватила его за запястье.

— Не нужно, — мягко и успокаивающе произнес мужчина. — У сестры плотное настроение, давай не будем ей докучать.

Ладонь была большой, с крепкими суставами, а от кожи еще веяло уличной прохладой дождя. Юань Чэ резко отдернул руку, словно ошпаренный, и кожа на месте прикосновения тут же стала влажной и холодной, оставив пугающе отчетливое ощущение. Он инстинктивно прикрыл это место другой, сухой рукой, его дыхание сбилось, а в ушах застучало — так, будто кто-то настойчиво выбивал дробь прямо у него в груди.

— Прости, — Линь Цзайшань, казалось, совсем не обиделся на его избегание и даже с добродушной улыбкой приподнял руку в знак извинения. — Только что под дождем шел, руки немного ледяные, да?

Юань Чэ моргнул, машинально кивнул, но тут же сообразил, что это неправильно, и поспешно покачал головой. Этот вид позабавил собеседника, из его горла вырвался тихий смешок, и только после этого мужчина неторопливо представился:

— Меня зовут Линь Цзайшань.

Линь Цзайшань. Юань Чэ мысленно повторил это имя. Раз за разом… без счёта. Жених сестры — его действительно звали Линь Цзайшань.

Не успел он ничего ответить, как управляющий Старый Цзи уже спешно поднялся наверх. Старый Цзи прослужил в поместье всю жизнь, даже его отец работал здесь в молодости, и когда Юань Цзинтяня не было дома, Старый Цзи говорил почти как хозяин.

— Тысяча извинений, господин Линь, — Старый Цзи сделал несколько быстрых шагов и поклонился, переводя дыхание. — Я тут следил за работой в задней части дома и не вышел вас встретить, уж не взыщите.

— Это я приехал рано, — вежливо изогнул губы в улыбке Линь Цзайшань. — Дорога была свободной, добрался на целый час раньше, чем планировал.

Старый Цзи тихо откликнулся, не стал говорить лишнего и, слегка развернувшись, указал в сторону лестницы:

— Если господин Линь не возражает, не желаете ли пройти в гостиную на первом этаже и отдохнуть?

Линь Цзайшань слегка кивнул и зашагал вниз. Старый Цзи последовал за ним по пятам, а проходя мимо Юань Чэ, бросил на него многозначительный взгляд и тут же украдкой косился на плотно закрытую дверь — очевидно, ему было что сказать. Но Юань Чэ простоял столбом добрую половину минуты, раздумывая, так и не поняв, что именно значил этот взгляд.

И почему нельзя сказать всё прямо… Он неторопливо поплелся следом за ними, погруженный в свои мысли, и только на середине пути вспомнил, что был без обуви. Возвращаясь обратно, он чуть не столкнулся с прислугой, несшей в гостиную вазу с фруктами — это было еще одно незнакомое лицо.

— Это гостю? — спросил Юань Чэ.

— Да, молодой господин, — опустив голову, ответил слуга.

Юань Чэ пару секунд смотрел на фрукты, затем протянул руку и забрал вазу:

— Я сам отнесу.Он чувствовал, что сейчас никак не может вернуться, чтобы переобуть туфли: вернись он — и у него больше не останется повода присесть. Раз уж сестра отказалась спускаться, нет ничего плохого в том, чтобы он сам взглянул на этого её будущего мужа.

Хотя Юань Сымяо была старшей сестрой, по сравнению со своим младшим братом, ко всему относившимся с прохладцей, она обладала неожиданно сильным характером. Она всегда отличалась придирчивостью и признавала только самое лучшее.

Так было с самого детства. Велосипед Юань Чэ, его игрушки и даже кролик, которого он держал, — всё это были вещи, оставшиеся после капризов сестры. Юань Цзинтянь пытался покупать точно такие же, но без толку: как бы похожи ни были предметы, Юань Сымяо всё равно находила малейшие различия, отвешивала пару едких замечаний, а потом швыряла Юань Чэ то, что было «похуже».

Юань Чэ, впрочем, не слишком из-за этого переживал. Если бы в этом мире существовала дверь, то у сестры в руках нашлись бы тысячи ключей, чтобы отпереть одну и ту же створку. Эти ключи она крепко сжимала в кулаке, и под их звенящий перезвон Юань Чэ хватало лишь одного мимолётного взгляда в замочную скважину, чтобы почувствовать себя совершенно счастливым.

— Будешь фрукты? — подойдя к дивану, спросил он. Поднос ещё не был протянут, но взгляд его уже упал на человека, сидевшего там.

Услышав голос, Линь Цзайшань поднял голову. В тот момент, когда их взгляды встретились, он едва заметно улыбнулся:

— Спасибо, не нужно.

Бум-бум, — маленькие барабаны в ушах Юань Чэ застучали с новой силой.

Он во все глаза уставился на улыбающееся лицо этого человека, а в груди зародилось какое-то странное, не поддающееся описанию чувство. Ему казалось, что внешность Линь Цзайшаня была чуточку суровой, поэтому даже улыбка выглядело так, будто на него надета маска, которую можно сорвать в любой момент. Главной же особенностью этой маски была её неестественная застылость, холодность и в то же время такая безупречность, к которой невозможно было придраться.

Заметив, что тот так и не сдвинулся с места, Линь Цзайшань бросил взгляд на стоявшего напротив Старого Цзи, а затем повернулся к Юань Чэ и заговорил чуть мягче:

— Не хочешь присесть, отдохнуть?

— Хочу, — без малейших колебаний ответил Юань Чэ.

С этими словами он обеими руками прижал к себе поднос и, придвинувшись вплотную к Линь Цзайшаню, чинно устроился рядом.

На просторном диване двое взрослых мужчин сидели вот так вплотную друг к другу, но Юань Чэ вовсе не казалось, что что-то не так. Он всё так же крепко сжимал пальцами края подноса и слегка опустил голову, выглядя несколько застенчиво, однако боковым зрением то и дело украдкой косился на соседа.

Раз взгляд, второй...

— Ты ведь не ушибся только что? — неожиданно повернув голову, Линь Цзайшань точно поймал его взгляд.

Юань Чэ мгновенно оцепенел. Смутившись, он резко отвернулся, наугад выхватил с подноса яблоко и поспешно откусил огромный кусок. Стоило зубам вонзиться в ярко-зелёную кожицу, как во рту мгновенно взорвалась волна жуткой кислятины. Издав сдавленное шипение, он инстинктивно выплюнул кусок обратно на поднос, а когда поднял голову, из глаз от невыносимой кислоты уже брызнули слёзы.

Заметив это, Старый Цзи быстрым шагом двинулся вперёд, собираясь забрать поднос. Растерянно сунув тому посуду, Юань Чэ повернулся к Линь Цзайшаню, и лицо его мгновенно залилось краской до самых ушей.

Линь Цзайшань тоже смотрел на него, слегка приподняв брови и застыв с полусловом на губах.

— Это яблоко слишком кислое! — во весь голос пояснил Юань Чэ. Поглядев на озадаченное лицо собеседника, он словно под воздействием какого-то наваждения добавил: — Вообще-то я... ем очень культурно.

Сказав это, он во все глаза уставился на него, не моргая и ожидая реакции, словно вымаливая прощение. Линь Цзайшань, похоже, тоже был озадачен его поведением: с лёгким недоумением поразглядывав парня пару мгновений, он перевёл взгляд на Старого Цзи, всё ещё державшего фруктовый поднос.

Старый Цзи мгновенно всё понял, сделал шаг вперёд и почтительно произнёс:

— Господин Линь, старый господин Юань всё ещё в Институте Просвещения. Не зная о том, что вы прибудете раньше, я сейчас же свяжусь с ним.

— Хорошо.

Ответ Линь Цзайшаня прозвучал коротко и чётко.

На лице Старого Цзи на миг промелькнуло удивление, но он тут же почтительно кивнул и удалился, унося с собой разорённый поднос.

В огромной гостиной остались только они вдвоём. Юань Чэ по-прежнему сидел с прямой спиной, чувствуя себя настороженно и скованно, совсем не как дома, в то время как Линь Цзайшань с самого начала держался невероятно непринужденно. Стоило Старому Цзи уйти, как он вытянул из коробки на журнальном столике салфетку, откинулся на спинку дивана и принялся неторопливо вытирать забрызганные дождём пальцы.

Юань Чэ опустил глаза, но мысли в его голове закрутились с новой силой. За свои девятнадцать лет он покидал остров всего дважды: один раз с папой, другой — со старшим братом. Он мысленно перебрал всех людей, которых встречал на большой земле, и ему казалось, никто из них не шёл ни в какое сравнение с тем, кто сидел рядом.

От этих мыслей смотреть на соседа расхотелось ещё меньше. Черты лица этого человека были чёткими и резкими, а когда он не улыбался, то выглядел очень строгим, но даже при этом изгиб от переносицы до уголков губ был безупречен. Наверное, он и впрямь промок под дождём: на кадыке застыли крошечные капельки воды, а воротник белой рубашки с одной стороны намок и прилип к ключице.

— Тоже хочешь вытереться?

Линь Цзайшань неожиданно повернулся к нему, встретился с ним взглядом и вежливо спросил.

Слегка влажные чёрные пряди небрежно падали на лоб, в мужественных глазах читался спокойный взгляд. Заметив, что Юань Чэ снова замер, он сам подался вперед и протянул ему салфетку.

Этот заботливый, но самую малость излишне вольный жест заставил голову Юань Чэ пойти кругом. Он посмотрел на салфетку в чужой руке, затем на доброжелательное лицо соседа, и в сердце внезапно мелькнула мысль: сестра была права — то, что она выбирает, и впрямь оказывается самым лучшим!

Мужчина перед ним был так хорош собой и мужественен, да к тому же так нежен и внимателен! Обычно вытирать что-либо — это работа слуг, а этот мужчина пожелал сделать всё своими руками. Ну до чего же он заботливый!

http://bllate.org/book/39580/5014169

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь