Готовый перевод Your Fox Tail Is Showing / Твой лисий хвост тебя выдал: Глава 5

Чи Лайсюэ произнесла:

— Я боялась напугать тебя, поэтому не стала превращать его в прежний облик.

— Ты… хочешь взглянуть?

В сердце Линь Ся почему-то поднялось предчувствие неладного, но Чи Лайсюэ сначала покачала головой и пробормотала про себя:

— Ладно, не буду тебе показывать.

Линь Ся спросил:

— Зачем этой нечисти понадобился Духовный глаз?

Чи Лайсюэ ответила:

— Согласно легенде, тот, кто носит этот Духовный глаз, является переродившимся Императором Лисиц. Обладание им не только дарует почти тысячелетнее культивирование Императора Лисиц, но и позволяет получить его наследие, превратившись из духа нечисти в воплощение благополучия. С тех пор человек не страдает от небесных молний и вечно принимает подношения.

Голос Чи Лайсюэ звучал безмятежно, но Линь Ся слушал с содроганием. Неудивительно, что он превратился в лакомый кусочек для всех подряд: оказывается, стоило лишь съесть его, как можно было вознестись на небеса прямо на месте!

Однако…

Колеблясь, он произнес:

— Ты хочешь сказать, что я — перерождение того самого Императора Лисиц?

Чи Лайсюэ моргнула:

— Угадай?

Линь Ся больше не раздумывал и прямо протянул бусину Чи Лайсюэ:

— Тогда забирай её и отправляйся возноситься.

Чи Лайсюэ замерла, а через мгновение тихонько усмехнулась:

— Чтобы активировать носителя Духовного глаза, необходимо умереть. Линь Ся, ты уверен?

У Линь Ся от этих слов онемела кожа на голове: даже так просто избавиться от неё нельзя.

Чи Лайсюэ сказала:

— Тебе не нужно гадать, кто я. Можешь вечно верить: я никогда тебе не поврежу.

— Почему?

— Потому что… — Чи Лайсюэ намеренно замолчала, но Линь Ся и сам мог угадать её следующие слова — они сводились к банальному ты моя жена.

Линь Ся с досадой положил бусину обратно и потянулся:

— Как мне вернуться? Я устал.

Чи Лайсюэ взмахнула рукавом, и стайка рыб снова окружила бусину, унося её прочь. Она произнесла:

— Твоё тело сейчас всё ещё спит. Если вернёшься сию минуту, можешь резко проснуться, но сильно не переживай.

— Угу, — кивнул Линь Ся в знак того, что понял.

Две маленькие рыбки бесшумно поплыли по часовой стрелке у него под ногами, и в мгновение ока лежащий на кровати парень уже открыл глаза. Казалось, прошло совсем немного времени, и в комнате ещё звучали тихие голоса двух соседей.

Он снова закрыл глаза и заснул, прижимая к себе одеяло.

Как и ожидалось, рано утром следующего дня он получил от куратора пятидневный отпуск. Более того, он даже не успел подать заявление, а куратор, обычно волокитивший дела с отгулами, шустро всё уладил.

Брать отгул едва ли не в первый день семестра — такого ещё никто не видел.

Линь Ся спустился с кровати, глядя, как двое утренних пташек в спешке умываются, и размышляя, как им всё объяснить.

Сюй Цзин обладал глазами навыкат: заметив его и держа во рту зубную щетку, он невнятно произнес:

— С добрым утром, Линь Ся! Разве у тебя сегодня утром нет пар? Почему ещё не поспал подольше?

Ван Хао, судя по всему, всю ночь просидел за играми: сонный, с глазами панды, он кивнул Линь Ся в знак приветствия.

— М-м… — Линь Ся подошел к ним, выдавил пасту на щетку, засунул её в рот и принялся бродить по комнате. — У меня другие дела.

— О-о-о-у! — оба любителя сплетен подали голос почти одновременно.

— Отставить, дело государственной важности, — Линь Ся прополоскал рот и выплюнул пену. — Я беру отпуск на несколько дней, не слишком скучайте по мне.

— Берёшь отпуск в самом начале семестра? Куратор вообще подписал? — спросил Сюй Цзин.

— Подписал, — Линь Ся помахал перед их глазами телефоном.

— Солнце сегодня точно встало на западе! Кто же не знает, что у нашего куратора легендарная репутация человека, у которого выпросить отгул — сущий ад. Признавайся, ты что, прижал его к стенке на каком-то компромате? — удивился Ван Хао.

— С чего бы? Наверное, у него просто совесть проснулась, — небрежно бросил Линь Ся.

Троица еще немного поболтала о пустяках, и вскоре все они привели себя в порядок и разошлись.

Когда Линь Ся вышел за ворота кампуса, там уже стоял черный Мерседес S-класса. Окно опустилось, обнажив лицо Линь Уцзи в солнцезащитных очках:

— Молодой господин, садитесь в машину!

Линь Ся:

— …

Без преувеличения, от этого зрелища у него всё внутри сжалось от испанского стыда, так что захотелось сбежать.

Только расставшись вчера вечером, он узнал, что старика зовут Линь Уцзи.

Сегодня возвращающихся в учебное заведение студентов было ничуть не меньше, чем вчера. Ощутив на себе чужие любопытные взгляды, Линь Ся торопливо распахнул заднюю дверцу:

— Поехали быстрее!

Линь Уцзи послушно вдарил по газам, и машина сорвалась с места.

Сердце Линь Ся едва не выпрыгнуло наружу. Вцепившись в ремень безопасности, он дрожащими руками кое-как пристегнулся и чуть не расплакался:

— Дядя, сбавь скорость, мне страшно!

Линь Уцзи показал ему знак ОК, и скорость снизилась до нормальной.

Не оправившись до конца от испуга, Линь Ся попросил:

— Дядя, сними очки, водить в них небезопасно.

Тот отмахнулся:

— Пустяки, эти солнцезащитные очки полностью соответствуют государственным стандартам для вождения механических транспортных средств. Не бойся, твой дядя — водитель со стажем.

Линь Ся немного успокоился, едва не подумав, что не был загрызен нечистью, так умрёт от страха перед лихачеством старейшины.

— Молодой…

— Дядя, зови меня просто по имени.

— Ладно, — Линь Уцзи махнул рукой. — Сяо Ся, твои родители ушли из жизни рано, и я по поручению твоего отца непременно должен был отыскать тебя. Кто бы мог подумать, что наша встреча обернется такой картиной.

Клан Линь сейчас уже не тот, что прежде, обстановка здесь сложная, но дядя обещает: пока я жив, никому не позволю тебя обижать.

Линь Ся замер. Скосив взгляд на быстро проносящийся мимо поток машин и пешеходов, он сохранил на лице спокойное выражение. Он с детства рос в детском доме, у него не было никакого представления о родителях, и, по правде говоря, он не испытывал к ним никаких чувств.

Или, скорее, само наличие или отсутствие родителей волновало его куда меньше, чем заботящийся о нём прямо сейчас старейшина.

Мерседес S-класса въехал в центр города и наконец остановился у ворот частного особняка.

Выбравшись из машины, Линь Ся с замиранием сердца последовал за Линь Уцзи. Всё открывшееся перед ним зрелище находилось за пределами мест, о которых он когда-либо мог мечтать.

Линь Ся обернулся и заметил, как ворота особняка медленно закрываются. Повернувшись обратно, он увидел невдалеке шеренгу людей. Вопреки представлениям Линь Ся о таинственных и непостижимых мастерах, члены клана Линь все до единого щеголяли в деловых костюмах, больше смахивая на бизнес-элиту.

Мраморный пол под ногами был настолько гладким и чистым, что в нём отражался его собственный силуэт.

С того самого момента, как Линь Ся переступил порог, вокруг не прекращались разнообразные и пытливые взгляды — здесь собралась практически вся клановая родня. Собрав всю волю в кулак, он изо всех сил старался выглядеть как можно более непринужденно.

— Глава клана, это тот самый единственный сын бывшего главы клана, оставшийся в живых, Линь Ся, — Линь Уцзи выступил вперед, сложил руки в приветственном жестe и слегка отступил в сторону, открывая взгляду стоявшего позади Линь Ся.

Глава клана оказался добродушным с виду мужчиной средних лет. Его взгляд, обращенный на Линь Ся, был довольно мягким:

— Ребенок, за эти годы тебе пришлось несладко.

Линь Ся сохранял невозмутимое выражение лица: он не стал ни церемониться, сглаживая углы и заявляя, что ему не было тяжело — в конце концов, каково ему приходилось, знал только он сам — ни жаловаться на судьбу, а лишь негромко произнес:

— Угу.

Линь Уцзи сказал:

— Раз уж мальчик вернулся, позвольте ему войти в родовой храм, чтобы почтить память предков и успокоить их духи, а заодно исполнить заветное желание покойного главы клана.

Его слова едва успели затихнуть, как в разговор бесцеремонно вмешался женский голос:

— Подождите-ка…

Стоявшая рядом с главой клана прекрасная женщина в ципао с громким хлопком сложила веер о ладонь. Сделав несколько плавных шагов вперед, она обратилась непосредственно к Линь Уцзи:

— Старейшина Линь, вы утверждаете, что это ребёнок старшего брата, но внешность этого юноши, можно сказать, не имеет ни малейшего сходства с лицом старшего брата.

Тут её тон резко переменился, и она перевела взгляд на Линь Ся:

— Вопрос с внесением в родовой храм может и подождать, а для начала предъявите доказательства, подтверждающие личность этого парня.

Линь Уцзи нахмурился:

— Сударыня, прежний глава клана скончался уже давно, провести ДНК-тест невозможно. Я осмелился утверждать, что он — молодой господин, лишь потому, что перед смертью глава клана лично назвал мне место, куда доверил его, и наказал спустя двадцать лет вернуть молодого господина домой.

— И где же доказательства? — с легкой улыбкой произнесла красавица-жена. — Линь Уцзи, кто же не знает, как близки вы были со старшим братом? Я понимаю ваше горячее желание отыскать сироту старшего брата, но нельзя же приводить с улицы первого встречного и объявлять его молодым господином.

Как вы сами сказали, старший брат ушел из жизни так давно, что сделать ДНК-тест и впрямь невозможно. Тогда извольте представить доказательства, иначе все присутствующие здесь вам просто не поверят.

Линь Уцзи холодно усмехнулся:

— В таком случае давайте обратимся к Мастеру Распознавания Духов, чтобы во всем разобраться.

Услышав о намерении задействовать Мастера Распознавания Духов, глава клана наконец протянул руку, останавливая женщину:

— Мэйэр, я верю честности старейшины Линь, из-за такой мелочи нет нужды беспокоить Мастера Распознавания Духов.

Мэй Няньюнь недовольно топнула ногой:

— Любимый!

Глава клана обнял её за плечи, успокаивая:

— Ну будет, будет.

Мэй Няньюнь оставалось лишь уступить.

http://bllate.org/book/39545/5008786