Готовый перевод Ghost Lantern's Thread / Призрачный фонарь: Нить, связующая мертвых: Глава 14

В тот момент, когда загорелась лампа, Сюй Руцин от неожиданности подпрыгнул: под его ногой оказалась книга, на обложке которой были густо нарисованы кроваво-красные глазные яблоки, злобно уставившиеся на него.

Сюй Руцин с минуту выдерживал их взгляд, а затем молча отвел глаза.

В то же время Чан Тэншэн, не обнаружив ничего полезного, открыл ноутбук на письменном столе Цзи Хуэя.

Заметив на экране запрос пароля, он на секунду замер, нажал несколько букв на клавиатуре, и ноутбук неожиданно открылся.

Сюй Руцин удивленно посмотрел на Чан Тэншэна, но тот был полностью сосредоточен на экране. Яркий свет падал на его прекрасное лицо, и Сюй Руцин не стал расспрашивать дальше.

Чан Тэншэн зашел в интерфейс социальной сети Цзи Хуэя, чтобы проверить его переписку со всеми пользователями.

Последнее сообщение датировалось аж месяцем назад. Этот парень явно уже давненько забросил общение, да и популярностью не пользовался — за весь месяц никто не удосужился написать ему первым.

Его пароль от компьютера — это твой день рождения. Цзи Хуэй вышел на тебя, потому что ваши даты рождения по бацзы в основном совпадали. Он мог незаметно провернуть подмену судеб и перенести всё на тебя, чтобы продлить себе жизнь.

Чан Тэншэн произнес:

— Будучи обычным человеком, откуда он мог знать столько кривых и зловещих путей?

Смысл его слов был более чем очевиден: он подозревал, что кто-то наставлял Цзи Хуэя.

Сейчас он изучал круг общения Цзи Хуэя, пытаясь отыскать того, кто тайком подсказал ему пойти на всё это, то есть истинного закулисного вдохновителя.

К сожалению, в истории переписок они не обнаружили ничего подозрительного.

Сюй Руцин немного подумал и предложил:

— Проверь его контакты, недавние добавления в друзья.

Чан Тэншэн зашел в список и принялся прокручивать колесико мыши вниз, пока не заметил абсолютно пустую аватарку, которая резко выделялась на фоне пестрого ряда картинок.

Запрос на добавление в друзья от этого пользователя поступил в конце прошлого месяца.

— Аккаунт аннулирован, проследить невозможно, — констатировал Сюй Руцин.

Чан Тэншэн слегка нахмурился.

Нити оборвались на удаленном аккаунте.

Сюй Руцин устало вышел из лестничной клетки.

Чувство страха отступило, натянутые нервы наконец-то немного расслабились. К тому же из-за бессонной ночи навалилась волна усталости: Сюй Руцин зевнул три раза подряд и добрался до порога своего дома лишь на чистом упорстве.

Он спросил Чан Тэншэна, не хочет ли тот тоже немного поспать — дома как раз была свободная кровать, и Чан Тэншэн согласился. Сюй Руцин опустил голову и принялся шарить по карманам в поисках ключей, но те были совершенно пусты.

— ...

Сюй Руцин повернул голову и неловко улыбнулся ожидавшему его со скрещенными на груди руками Чан Тэншэну.

— ... — Чан Тэншэн с полуслова догадался, в чем дело.

Сюй Руцин почесал затылок и сказал:

— Кажется, я забыл взять ключи. Может, снимем номер в гостинице?

На лице Чан Тэншэна промелькнуло мимолетное колебание:

— Мое удостоверение личности просрочено, я еще не успел его переоформить.

Сама собой Сюй Руцину вспомнилась та не прошедшая верификацию мини-игра с защитой от игровой зависимости несовершеннолетних, в которую играл Чан Тэншэн.

Как раз в тот момент, когда они стояли в растерянности, не зная, как поступить, дверь лифта на лестничной площадке открылась.

Оттуда вышел мужчина с короткой стрижкой, слегка полноватый, в руках он держал пакет с фруктами и молоком. Заметив Сюй Руцина и его спутника, он на мгновение замер, а затем с улыбкой произнес:

— Вы из квартиры напротив, верно?

Он бросил взгляд через плечо Сюй Руцина:

— Ключи забыли, войти не можете?

Мужчина с добрым и мягким выражением лица производил очень приятное впечатление.

Он подошел к двери квартиры пожилой женщины и уже собирался отпереть ее ключом, как вдруг заметил, что та не заперта. Удивленно крикнув вглубь квартиры «мама» и получив в ответ отклик, он облегченно выдохнул, а затем повернулся к Сюй Руцину:

— Раз уж так вышло, заходите к нам посидеть. Мы же соседи, не стесняйтесь.

Сюй Руцин вместе с Чан Тэншэном вошли внутрь. Бабушка как раз готовила завтрак на кухне: согнувшись в три погибели, она вышла с поддоном паровых булочек и принялась жаловаться:

— Прошлой ночью совсем не выспалась, словно всю смену на ногах простояла. Поясницу ломит ужасно, и в ногах совсем нет сил.

Сюй Руцин молча промолчал.

Бабушка перевела взгляд на вошедших троих, собираясь что-то сказать, но, заметив в руках мужчины фрукты и молоко, с оханьем воскликнула:

— Цзяхао, что это за марка молока, которую ты в прошлый раз приносил? Говорю тебе, больше не покупай такое, пить невозможно, я его даже на булочки пустила. Вот в зеленой упаковке — то было вкусное, сладенькое.

Вэй Цзяхао улыбнулся:

— Мама, тогда попробуй эту марку, она тоже очень неплохая.

Поставив пакет с молоком, Вэй Цзяхао предложил гостям располагаться где удобно, пододвинул к ним тарелку с булочками и добавил, что они наверняка еще не завтракали, а раз уж заглянули, то они гости и церемониться не стоит.

Бабушка добавила сбоку:

— Эта партия булочек сделана совсем не на том противном молоке!

Сюй Руцин не знал, смеяться ему или плакаться. Отказать в столь радушном гостеприимстве было трудно, поэтому он разломил булку и для вида попробовал кусочек.

Обменявшись дежурными любезностями, Вэй Цзяхао покрутил на большом пальце нефритовое кольцо и представился сам.

Он рассказал, что занимается довольно специфическим ремеслом — он мастер фэншуй, который постоянно разъезжает по чужим заказам, осматривая дома. Иногда он заглядывает к бабушке, проводит здесь день и, поужинав, уезжает обратно.

В общем, жизнь у него была довольно хлопотная: дела попадались самые разные, мелкие, и времени на промедление не оставалось.

— Как тебя зовут, братец? — с улыбкой спросил Вэй Цзяхао.

— Сюй Руцин.

— Откуда в канаве взяться такой прозрачной чистоте? — похвалил Вэй Цзяхао. — Сюй Руцин — хорошее имя.

Сюй Руцин тронул губы улыбкой.

Затем Вэй Цзяхао повернулся к сидевшему рядом Чан Тэншэну. Услышав его имя, он на секунду замер, но тут же улыбнулся:

— Фамилия Чан у нас большая редкость. Местный?

Чан Тэншэн ответил:

— Угу.

Вэй Цзяхао заметил:

— Звучит до боли знакомо, должно быть, встречал похожее имя в какой-то из мудрых книг, да позабыл, ха-ха-ха.

Закончив говорить, Вэй Цзяхао по привычке принялся тереть нефрит на большом пальце. Текстура камня была нежной, сияющей и полупрозрачной, цвет — чистым и глубоким. Даже такой дилетант, как Сюй Руцин, сразу понял, что перед ним первоклассный нефрит.

— Какое у вас необычное нефритовое кольцо, — подал голос Чан Тэншэн.

Вэй Цзяхао улыбнулся:

— Отличный глаз! Буквально на прошлой неделе откопал на рынке, и мне из него сделали простенькое кольцо. У меня сильная жажда тщеславия, люблю порисоваться, вот и ношу на пальце — так и тянет погладить, не обессудьте.

Сюй Руцин невольно усмехнулся: было очевидно, что Вэй Цзяхао обладал на редкость подвешенным языком.

Чан Тэншэн поинтересовался:

— Баранье жир-сало... то есть бараний жир?

Глаза Вэй Цзяхао блеснули:

— Верно, определил с первого взгляда. Разбираешься в деле?

— Не то чтобы разбираюсь, — слегка улыбнулся Чан Тэншэн. — Просто удивляюсь, почему у этого нефрита такое хорошее качество. Оказывается... его выкопали из могилы мертвеца.

Сюй Руцин, уже начавший клевать носом, мгновенно протрезвел и с недоверием уставился на Чан Тэншэна.

Он тихо спросил:

— Что ты имеешь в виду? Этот нефрит — погребальная утварь?

— Совершенно верно, погребальная.

Вэй Цзяхао бросил взгляд на пожилую мать, которая смотрела телевизор на другом конце гостиницы, и кивнул:

— Это так называемый нецзы — нефрит для зажатия в кулаке. Я увидел пару на рынке духов, и взял один.

Как следует из названия, нефритовый предмет для зажатия клали в руку покойному со смыслом не уйти с пустыми руками. Чаще всего такие вещи встречаются в захоронениях знати и удельных князей.

В улыбке Вэй Цзяхао промелькнул глубокий смысл:

— Как ты догадался? Раньше доводилось видеть?

Чан Тэншэн ответил:

— Глазами увидел.

Вэй Цзяхао заинтересовался:

— И как же ты смотрел?

Чан Тэншэн удивился:

— Обычными глазами.

Вэй Цзяхао: «...»

Сюй Руцин: «...»

Сюй Руцин торопливо вмешался, чтобы разрядить неловкую обстановку, и с натянутым смешком пояснил:

— Брат Вэй, мой друг тоже крутится в этой сфере, он очень силен, так что когда он говорит «глазами увидел», на самом деле он... — Сюй Руцин понял, что дальше выдумывать некуда.

Вэй Цзяхао отмахнулся:

— Я вижу, что этот молодой человек действительно обладает немалым потенциалом. Должно быть, разглядел клубящиеся над нефритом нити темной энергии инь?

Вещи, извлеченные из-под земли, неизбежно окутаны ци инь.

Способность невооруженным глазом заметить прицепившуюся к камню энергию инь — то, с чем даже сам Вэй Цзяхао едва ли справился бы; обычно для этого требовались специальные артефакты.

Но Вэй Цзяхао много лет отдал своему ремеслу и, хотя не осмеливался называть себя великим мастером, определенно превосходил по навыкам и мастерству добрую четверть коллег по цеху.

Поэтому, несмотря на удивление от того, что Чан Тэншэн раскусил всё с полуслова, он легкомысленно списал всё на слово «потенциал».

В конце концов, как мог сорокалетний мужчина позволить какому-то пареньку чуть за двадцать заткнуть себя за пояс?

Вэй Цзяхао снял кольцо, положил его на стол и сделал приглашающий жест:

— Не мог бы братец Чан рассказать еще что-нибудь о том, что ты разглядел на этом кольце?

Чан Тэншэн вдруг усмехнулся:

— Раз хотите услышать меня, за это придется заплатить.

Вэй Цзяхао:

— Сколько?

Чан Тэншэн:

— Немного. Мне приглянулось это кольцо.

Вэй Цзяхао остолбенел.

— Ну ты и шутник, братец Чан, — протянул Вэй Цзяхао. — На рынке за мое кольцо просят как минимум столько.

Он растопырил ладонь, показывая пятерку. Смысл был очевиден: твоя ценность и близко не стоит с этой цифрой.

Вэй Цзяхао помолчал и добавил:

— Впрочем, если ты...

Он явно собирался сказать что-то еще, но Чан Тэншэн уже поднялся со стула, выразил Вэй Цзяхао дежурную благодарность и, подхватив витавшего где-то в облаках Сюй Руцина, потащил его к выходу.

Чан Тэншэн произнес:

— Сюй Руцин, я хочу спать, пойдем снимем номер.

Сюй Руцин испуганно вздрогнул:

— Чего?!

Вэй Цзяхао смотрел на них взглядом, полным полнейшего неверия.

Опомнившись, Сюй Руцин поспешно повернулся к Вэй Цзяхао:

— Брат Вэй, послушай, я могу всё объяснить!

Вэй Цзяхао произнес:

— Братец Сюй, если честно, я и сам собирался это сказать: я ведь намного старше вас обоих, можете не называть меня братом...

Особенно в сочетании с его фамилией такое обращение в данной ситуации звучало как-то странно, напоминая название какого-то сомнительного препарата.

Сюй Руцин:

— ...Хорошо, господин Вэй.

Лицо Вэй Цзяхао немного разгладилось, он коротко бросил «угу».

Взглянув на Чан Тэншэна, он с улыбкой произнес:

— Братец Чан, ты только не пойми меня неправильно, я вовсе не собирался к тебе приставать. Просто мне показалось, что раз ты тоже из наших, мне захотелось с помощью этого нефрита проверить твои силы.

http://bllate.org/book/39535/5007521

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь