Глава 13. Абиссакаль (Часть 4)
В полумраке Эван даже успел занозально заночевать в каком-то сне: ему привиделось, будто Абиссакаль, пуская слюни, подбегает к нему и нахально приглашает станцевать тет-а-тет, отчего он в ужасе и проснулся. Едва открыв глаза, он обнаружил, что действительно сидит нос к носу с Абиссакалем, чье выражение морды было донельзя свирепым. Из-за этого ему довелось вблизи рассмотреть лик этого легендарного диф демонического уровня: вместо шерсти лицо зверя покрывала толстая, на вид очень прочная чешуя, а из пасти торчала пара огромных клыков, от которых исходил холодный и зловещий блеск.
— Я не согласен! Я не собираюсь танцевать с диф, — отрешенно подумал Эван. Учитывая, что его мозговые клетки в последнее время работали на износ, сейчас в его голове творился какой-то сбой.
Гонец сзади усталым и безжизненным голосом произнес:
— Чего это ты так безумно уставился на эту зубастую псину?
Эван очнулся, словно ото сна, резко подскочил с земли, на заднице отъехал в сторону на целый метр и совершенно неверующим голосом выдал:
— Мы… мы прикончили Абиссакаля!
— Угу, — голос Джона звучал слегка хрипловато. Он ответил неторопливо, словно у него совсем не было сил. — Ага, а ты еще так доблестно заехал ему по заднице.
— О нет… — Эван уныло закрыл лицо руками. — Только не это.
Он помнил, как именно отключился, поэтому теперь опасно опустил голову, уставившись на собственные носки и боясь даже косо взглянуть в сторону Джона:
— Ты еще можешь идти? Тебя подвезти на спине?
Джон уже усвоил урок и заблаговременно плотно-плотно затянул рану повязкой. Он кинул на Эвана недобрый взгляд, полный фальшивого веселья:
— Чего, хочешь лично проверить мое ранение?
Одно лишь воображение заставило лицо Эвана побелеть. Он снова заикался:
— Я… я это самое…
— Потихоньку я дойду. Ладно, я все прикрыл, больше ты в крови не испачкаешься, так что лучше помоги-ка мне подняться! — Джон с трудом встал на ноги, свободной рукой небрежно закинул растрепавшиеся волосы за спину, слегка согнулся и медленно поплелся вперед.
Эван же на мгновение замялся, после чего вернулся, чтобы подобрать тушу Абиссакаля, и потащил ее волоком следом за Джоном.
Джон обернулся и вопросительно приподнял бровь.
— Понимаешь… после того как появился Барьер, диф исчезли из поля зрения людей, и наша работа стала секретной, — принялся объяснять Эван. — Поэтому каждый раз нам приходится собирать туши диф, к тому же… это зверь демонического уровня, из него можно сделать чучело и отправить в Мрачный музей.
— Мрачный музей?
— Он открыт специально для детей. Внутри темно, полно чучел всяких жутких диф, а экскурсоводы рассказывают следом сказочки про демонов, — Эван сделал небольшую паузу и добавил: — В качестве развлекательного аттракциона, чтобы малыши могли пощекотать нервы. Разумеется, вход платный.
— Оха, заставлять людей платить за просмотр дохлых диф, — Джон на секунду замер на месте, а затем продолжил тем же неторопливым и вялым тоном: — Ладно, это, пожалуй, самое талантливое из всего, о чем мне доводилось слышать.
Когда они добралось до дома, было уже около десяти часов вечера. Господин Гуд уже думал, что они не появятся, и собирался уходить.
Пока они ехали в машине, Джон не смог бороться со сном и отключился, так что Эвану пришлось вытаскивать его на себе уже после остановки.
— О небеса! Что на этот раз?! — Гар и господин Гуд бросились к ним одновременно и общими усилиями уложили мистера жреца на диван. — Нужно позвать целителя?
Джон уже пришел в себя от всей этой суеты. Он махнул рукой и беззаботно пробормотал себе под нос:
— Пустяки, я просто задремал в дороге. Обычная царапина, сам справлюсь, никого звать не надо.
— Что здесь стряслось, Эван? — спросил господин Гуд.
— Мы выслеживали Абиссакаля… — Эван не слишком боялся господина Гуда: этот дружелюбный Великий архиепископ казался куда менее устрашающим, чем инструктор Мегерлт.
Гар и господин Гуд синхронно ахнули.
— Сейчас он в багажнике, если хотите взглянуть, — добавил Эван.
Джон, свернувшись калачиком на диване наподобие дохлой собаки, тихонько захихикал:
— Не преувеличивайте, господа, он был всего один.
Затем он оперся на подлокотник, приподнялся и протянул руку господину Гуду:
— Полагаю, вы — нынешний Великий архиепископ?
— Да, для меня это честь. — Господин Гуд пожал ему руку.
— О нет, это для меня честь, — улыбнулся Джон. — Слышал, вы человек весьма и весьма почтенный.
Когда Гар, охваченный безграничным шоком, вместе с Эваном втащили в гостиную тушу самого настоящего Абиссакаля, господин Гуд и сам не удержался — поднялся на ноги и, охая от удивления, опустился на корточки, чтобы рассмотреть добычу вблизи: — По правде говоря, дожив до стольких лет, помимо древних чучел и картинок в книгах, я отроду не видал живого Абиссакаля… Ох, только посмотрите, у него и правда торчат эти зубищи!
Эван вдруг подумал, что у Великого архиепископа и Джона наверняка найдется масса общих тем для разговора.
Господин Гуд одернул воротник, пухлыми пальцами поправил прическу и бодро обратился к Гару:
— Гар, сделай-ка нам совместное фото на память? Я сохраню его навсегда.
…Несмотря на всеобщее уважение и почтение к этому пожилому человеку, у него все же оставалась парочка невыносимых маленьких слабостей — например, его маниакальная страсть к фотографированию.
Когда Гар закончил заново обрабатывать раны и сменил повязку, Джон уже клевал носом. Господин Гуд не стал дольше утруждать хозяев своим присутствием и, договорившись навестить жреца, когда тому станет лучше, отбыл восвояси.
Только тогда Гар облегченно выдохнул и сердито зыркнул на Эвана:
— Будь осторожнее! На сей раз господин Гуд закрыл на все глаза ради Джона, но стажерам строго-настрого запрещено действовать в одиночку! Или тебе хочется лишиться лицензии, так ее и не получив?
Эван виновато пробормотал:
— Пр… прости.
— Брось ты, Гар, — Джон возился со своим фотоаппаратом, случайно затвором нажал на спуск и испугался вспышки, чуть не выронив из рук драгоценный рабочий инструмент Гара. — Это я взял его с собой, вы же не можете вечно держать парня взаперти от реального мира.
— С вашего позволения, сэр, — Гар, выполнявший обязанности няньки для малолетних, тут же перевел стрелки на него. — Даже для столь сильного охотника, как вы, в качестве раненого единственной подходящей нагрузкой являются неспешные прогулки и тихие беседы. Тащить за собой новичка на охоту за Абиссакалем — явно не самая блестящая идея.
Джон лукаво прищурился и одарил его невинной, очаровательной улыбкой.
Гар: «……»
Он… он еще смеет строить из себя милашку!
— Ладно-ладно… Иди сюда, дай руку, провожу тебя наверх отдохнуть, — вздохнул Гар.
— Грибная лампа, грибная лампа! — едва оказавшись в комнате, Джон взволнованно подполз к изголовью кровати и принялся вертеть в руках несчастный ночник. — Как она включается?
Гар нажал на выключатель, и лампа залила комнату мягким светом.
— Потрясающе! — обрадовался Джон. — Обожаю засыпать при свечах.
Гар, глядя на то, как жрец кувыркается на постели, на секунду испытал странное чувство, будто у него появился еще один великовозрастный сынок.
И этот человек… оказался выходцем из той же эпохи, что и его далекие предки.
— Кстати, — Гара вдруг одолел вопрос, который мучил его уже давно. Оперевшись плечом о косяк двери, он тихонько спросил: — Вы же застали времена Черных Мантий, случалось ли вам встречать самого Карлоса Фларета?
Джон смахнул с лица остатки сонливости и так некстати свалился с кровати. Сидя прямо на полу с совершенно пустым выражением лица, он переспросил:
— Что?
— Карлос Фларет, — повторил Гар. — Великий герой, который, согласно легендам будущих поколений, уничтожил Паролу и положил конец всей войне.
— Какой… герой? — в красивых глазах Джона промелькнуло редкое для него выражение растерянности. — Ты хочешь сказать, он положил конец… войне?
— Разумеется. Судя по времени вашего появления здесь, вы вполне могли не застать финал той войны. Если вам нужно освежить память, в тумбочке лежит томик Краткой истории до Барьера, почитайте для справки, — в глазах Гара зажглась искра надежды. — Выходит, вы действительно встречались с ним лично, да?
Джон с заторможенными движениями поднялся на ноги, присел на краешек кровати и после недолгих колебаний кивнул, тщательно подбирая нейтральную формулировку:
— Карлос Фларет действительно вернулся в Святой Храм перед самой последней битвой. Я видел его, но… боюсь, мы были не особо близко знакомы.
— Но ваше имя…
— Джон Смит? — Джон легко улыбнулся, и эта тихая улыбка полностью стерла с лица мужчины ту неуемную, детскую энергию. В этот момент Гару показалось, будто перед ним предстал зеленоглазый Великий архиепископ Альдо — такой же загадочный… и далекий. — Ты же не думал, что это псевдоним? По правде говоря, это невероятно распространенное имя. В год моего поступления в Святой Храм среди новичков-парней сразу двое носили его.
— Значит, вы и вправду с ним не близки. — Разочарование на лице Гара мелькнуло и тут же исчезла. — Тогда вы, наверное, совсем ничего не знаете о том, каким он был человеком? Хотя бы то, как он выглядел, вы же помните?
Джон помолчал пару мгновений, а затем медленно произнес:
— Я знаю лишь то, что до ухода из Святого Храма он был избалованным мажором, а после… кто знает? Что до внешности… полагаю, он был немного похож на своего старшего брата. Впрочем, годы скитаний приучили его прятать лицо под глубоким капюшоном, и эту привычку он сохранял вплоть до своего второго возвращения в Святой Храм.
Закончив говорить, он прищурился и озадаченно спросил:
— С чего это вдруг тебя заинтересувала его персона?
— Моя мама носит фамилию Фларет, — пожал плечами Гар. — Когда я впервые переступил порог Святого Храма, к моему имени сразу прилип ярлык потомка Фларетов.
В этот момент выражение лица Джона было просто невозможно описать словом «шок». Казалось, его душа в буквальном смысле слова отлетела от тела.
Гар весело рассмеялся:
— Чего застыл? Не похожи ни капли? Ну так это нормально, всё-таки прошла тысяча лет. Ладно, раненым полагается отдыхать, через пару дней вернемся к этому разговору. У меня накопилась куча вопросов о Святом Храме тысячелетней давности.
— Спи спокойно, — бросил Гар, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Чт… что? — прошло немало времени после ухода Гара, прежде чем Джон выдавил из себя это слово.
В комнате царила абсолютная тишина. Отупело сидя на краю кровати, Джон вдруг вспомнил тот момент, когда впервые увидел Гара: в тот раз на лице парня читалось смутное, неуловимое сходство с кем-то знакомым — словно он уже где-то видел его, но никак не мог вспомнить. Мужчина резко подскочил, подошел к платяному шкафу со встроенным зеркалом и замер перед ним, внимательно разглядывая собственное отражение.
Ему еще никогда не доводилось так четко видеть себя со стороны — в их эпоху не существовало столь диковинных зеркал, да и сам он не принадлежал к тем, кто любит красоваться перед стеклом.
Лицо мужчины в зеркале было бледным, а вид — слегка потрепанным, но в сапфирово-зеленых, глубоких, как омут, глазах горел яркий свет.
— Его… нос. — Кончики бровей Джона слегка задрожали от смеси изумления и затаенного страха. — Его нос так похож на мой, и подбородок тоже отчасти… да и в профиль…
Он машинально отступил на пару шагов назад, нетвердой походкой опустился на мягкий ковер и тихонько рассмеялся — глупо, надрывно, пока плечи его мелко не затряслись.
Закрыв лицо руками, Джон не то плакал, не то смеялся:
— Боже мой… да он же… прямой потомок рода Фларет.
http://bllate.org/book/39504/5002704
Сказали спасибо 0 читателей