На следующий день мы сидели под деревом и болтали.
Весеннее утро было прохладным, и мне нравилась эта прохлада. Протянув руку, можно было коснуться бурлящей жизни зелёных листьев. Я сорвал один листок, понюхал его и прислонился к старому фикусу, которому было немало лет.
Юй Чэнь то смотрел в небо, то пинал пустую пивную банку, которую уже расплющил, — она то и дело со звоном отлетала от его ноги. Вид у него был убитый.
Юй Чэнь спросил, где я был вчера — у меня под глазами чернели круги. Я покосился на Юй Чэня и сказал:
— Ходил на приём, познакомился со множеством знатных людей из высшего света.
— Каких ещё знатных людей из высшего света? Разве ты не со мной знаком? Я тоже своего рода знатная персона.
— О, тогда в следующий раз пригласи меня к себе домой.
— Хм, для этого нужно, чтобы молодой господин был в настроении, например, когда я буду жениться. Тогда и приглашу тебя.
— ...
Мы немного помолчали.
— Цзэн Ци, ты знаешь, о чём думают женщины? Вчера я хотел поцеловать Сун Цзин, а потом сказал, что хочу на ней жениться, — она замялась и не согласилась.
Юй Чэнь взъерошил волосы — утром он наверняка не причёсывался, — на лице написаны измождение и муки любви.
Как же удивительно устроены вещи на свете: всегда найдётся та, что укротит другую. Такой дерзкий Юй Чэнь — и его, дикого зверя, сковала любовь. Любовь, любовь, до чего же она удивительна!
— Ты знаешь, в чём причина? — снова допытывался Юй Чэнь, выказывая своё беспокойство.
На самом деле он был довольно милым.
— О, не знаю, — сказал я. Во-первых, я действительно не знал, кто такой Юй Чэнь, но вполне возможно, что он был бандитом из высшего света. Сегодня от него особенно сильно разило табаком — казалось, ещё немного, и он вспыхнет от дыма. Точно, любовь сжигала его жизнь.
Может, его смятение оттого, что ему отказали?
Разве это не нормально? С предложением руки и сердца Юй Чэнь повёл себя совсем не романтично. Впрочем, разве Юй Чэнь умел быть романтичным? Я с интересом взглянул на Юй Чэня.
Юй Чэнь тоже недовольно посмотрел на меня и с презрением спросил в ответ:
— Неужели тебе ещё никто не делал предложения? Бедняга. Неужели Му Шань ни разу не говорил тебе о женитьбе? — при этих словах Юй Чэнь жалел меня, ничтожного, словно жалкого муравья.
На такого Юй Чэня и такие речи у меня уже выработался иммунитет. Прошлое всё равно не изменить, а человек изначально — лишь пылинка в этом бренном мире. Я усмехнулся и с силой пнул Юй Чэня по голени:
— Да тебя так и просится отлупить!
В этот момент зазвенел звонок — пора было на занятия. Я не спешил — и не потому, что беседовал с Юй Чэнем, а потому, что мне очень хотелось найти местечко и хорошенько поспать, вместо того чтобы сидеть в аудитории и слушать, как преподаватель жужжит, словно комар.
Мы ещё немного подурачились, и мысли Юй Чэня снова пошли по кругу.
— Неужели я недостаточно хорош? Такой замечательный я — почему Сун Цзин не согласилась?
— Неудача — мать успеха. Поухаживай ещё несколько раз, рано или поздно добьёшься своего. Сун Цзин просто держится сдержанно, — дал я Юй Чэню пару советов. Услышал пение птиц в кампусе — оно то взлетало, то затихало, не прерываясь ни на миг. Вот ведь поистине заповедный уголок: в персиковом источнике персики, само собой, цветут ярче некуда, а сорвать один цветок — ароматнее всего.
— Сдержанно? Сдержанно? А ты почему не сдержанный? — нахмурился Юй Чэнь, словно усомнился в том, что услышал новое слово. Думаю, винить Юй Чэня не стоит — по литературе у него оценки и правда были плохи.
Он бросил сигарету в урну и с подозрением посмотрел на меня:
— И до каких пор нужно держаться сдержанно?
— Не знаю. Важное дело, Юй Чэнь. Я мужчина — может, поищешь кого-нибудь другого, кого спросить? — вопрос Юй Чэня показался мне смешным. Я прищурился, надеясь, что солнце вот-вот пробьётся из-за облаков, — золотое, чарующее солнце. Я зевнул.
— Я с тобой по душам говорю, ты должен считать это честью, — Юй Чэнь грозно сдвинул брови, из глаз его вырвался острый блеск. — Такой нелюдимый — как ты вообще в своё время подкатил к Му Шаню?
В этот момент налетел ветер. Я закрыл глаза и не стал отвечать Юй Чэню.
Юй Чэнь, похоже, и сам почувствовал, что скучен; он молча закурил.
Я прислушался к шуму ветра, снова открыл глаза — и увидел знакомый силуэт.
Невдалеке какой-то мужчина, кажется, тоже заметил меня, остановился и крикнул мне:
— Цзэн Ци!
Голос ясно донёсся до слуха — несомненно, это был Цинь Лин.
Юй Чэнь бросил взгляд, затем потянул меня за рукав:
— Это же новый преподаватель нашей школы, он тебя зовёт?
— Я слышал. Цинь Лин, Цинь Лин — преподаватель в нашей школе? — Я опешил. Я думал, Цинь Лин — ученик школы, а оказалось, он на целую ступень выше.
Один стоит за кафедрой, другой — под кафедрой. Когда Цинь Лин встал передо мной, я поднял голову и вдруг почувствовал, будто Цинь Лина окутало солнечным светом. Этот молодой господин, где бы он ни стоял в толпе, сиял. Рядом с Юй Чэнем он был примерно того же роста — изящный и утончённый.
— Как вчера всё прошло? Вчера Чжао Е увёл тебя вниз, кажется, его кто-то соблазнил и увёл с собой. Тебе, как младшему брату, наверное, было одиноко? — Цинь Лин расплылся в улыбке и протянул руку, словно хотел погладить меня по голове, но помедлил и указал на мои тёмные круги под глазами. — Ты плохо спал прошлой ночью?
— Да нормально. Цинь... учитель Цинь, — с трудом выговорил я это обращение.
Прошлой ночью я ворочался с боку на бок. Из-за беспокойства о Чжао Е: после окончания приёма Чжао Е ушёл вместе с каким-то мужчиной. Я волновался не о том, хорошо ли они провели время, а о жизни Чжао Е. Поэтому, когда Чжао Е вернулся домой целым и невредимым, у меня отлегло от сердца. По сравнению с моей бессонницей, Чжао Чжао дома тоже не сомкнул глаз всю ночь — выпил много кофе, и его глаза в темноте светились зелёным, словно он готов был кого-то сожрать. Но под конец, на рассвете, отец с сыном лишь молчали, никто не одолел другого, и каждый разошёлся по своей комнате.
— Учитель Цинь, мой брат вчера вернулся довольно поздно.
— Он-то? Я с ним поговорю, пора уже немного сдерживаться, — задумчиво произнёс Цинь Лин. — Разве вчера ты не называл меня Цинь Лин? Зови меня просто Цинь Лин, или даже Лин. Если позволишь, можешь считать меня ещё одним своим старшим братом.
Юй Чэнь изумлённо уставился на меня: вот у тебя появился ещё один старший брат.
— Цинь... учитель Цинь, — заикаясь, проговорил я. Заметив нетерпение Юй Чэня, я вспомнил, что ещё толком не представил его. Судя по характеру Юй Чэня, уже хорошо, что он не уволок меня сразу. Иногда, видя, что я медлю, Юй Чэнь просто хватал и тащил меня силой — например, когда мы шли за едой.
— Учитель Цинь, это Юй Чэнь.
— Зови меня просто Цинь Лин. Юй Чэнь, значит? — Цинь Лин посмотрел на Юй Чэня, а тот по-прежнему смотрел на всех свысока. Их взгляды встретились в воздухе и задержались друг на друге надолго.
Я ничуть не боялся, что они разглядят друг в друге какую-то искру, но тут меня осенило: в любовных делах Юй Чэня Цинь Лин, пожалуй, мог бы помочь.
— Юй Чэнь, учитель Цинь, у учителя Циня есть невеста, он, может, и расскажет тебе, что творится в женских головах... Побеседуйте, а я пойду поищу местечко поспать, — я, слегка одурманенный, направился к библиотеке на пятом этаже. Пятый этаж был читальным залом для самостоятельных занятий, а заодно отличным местом, где ученики могли поспать.
— Женщины... Простите, однокурсник Юй, в этом вопросе я и сам не особо силён. Цзэн Ци, зови меня просто Цинь Лин, — лицо Цинь Лина дёрнулось, он, похоже, с неловкостью отказался и вновь напомнил о том, как его называть. Но с Юй Чэнем он держался предельно вежливо и отстранённо.
— Вот как? — Юй Чэнь помолчал, потом вдруг схватил меня за руку. — Не ходи в библиотеку, я отведу тебя в хорошее место, там и поспишь.
— Куда? Э-э, не надо, — обернувшись, сказал я Юй Чэню. — Юй Чэнь, иди скорее на занятия, может, Сун Цзин ждёт тебя в аудитории.
— Тогда я дам тебе ключ, — Юй Чэнь повернул голову, вытащил из кармана брюк ключ и сунул мне в руку. Он и правда увидел в коридоре невдалеке силуэт Сун Цзин. Лицо Юй Чэня приняло растерянное и досадливое выражение; договорив, он нетерпеливо шагнул вперёд — сначала мелкими шажками, а через несколько шагов уже побежал.
Я уставился на ключ — на нём был выбит номер комнаты.
— Идём со мной, — прервал мои мысли Цинь Лин. Сказав это, он пошёл впереди.
Я стоял на месте и уже открыл рот, чтобы отказаться.
— Пойдём, твоего брата нет, я о тебе позабочусь. А когда проснёшься, помогу наверстать пропущенное, — сказав это, Цинь Лин одарил меня своей фирменной улыбкой.
До чего же тепло. Так я подумал.
— Это мой брат сказал? Попросил тебя позаботиться обо мне? — в душе моей вспыхнула радость. Да, Цинь Лин — друг Чжао Е, человек, которому можно доверять.
— Нет, Чжао Е ничего не говорил. Но ты его младший брат, важный для него человек — в этом можешь не сомневаться. И во мне, конечно, тоже можешь не сомневаться, — Цинь Лин подошёл ко мне вплотную. Я поднял голову и утонул в паре глубоких глаз, а про себя подумал: у Цинь Лина, должно быть, невероятно высокий индекс привлекательности для женщин.
Я кивнул и пошёл за Цинь Лином.
По дороге Цинь Лин задавал мне множество вопросов, половина из них — о Юй Чэне. Цинь Лин наверняка был отличным преподавателем: его вопросы были всесторонними и подробными, в них чувствовалась сыщицкая хватка. О Юй Чэне я знал немного, многое оставалось без конца. Мне не хотелось всё время оказываться в положении, когда задают вопросы, а ответить нечем, поэтому я вкратце изложил ему проблемы Юй Чэня.
— Цинь Лин, женщины правда все такие сдержанные? Твоя невеста...
Цинь Лин перебил меня:
— Вот как? Я так не думаю. Мне кажется, ты сам довольно сдержанный.
— ...
На этот раз я решил, что слово сдержанный должно навсегда принадлежать женщинам — это их особое свойство.
— Цинь Лин, ты знаешь, как добиться успеха в предложении руки и сердца? — перевёл я разговор на другую тему.
Цинь Лин от моего вопроса остановился.
— Цзэн Ци, это ты кому собираешься делать предложение?
— Это Юй Чэнь, ему отказали, — выпалил я, поспешив всё уточнить: брак со мной не имел ничего общего.
— Вот как. А тебе самому когда-нибудь делали предложение? Какой способ предложения тебе нравится? — не знаю почему, но каждый раз вопросы доставались мне, и я не знал, что ответить.
— ...
— Тебе нравится Юй Чэнь? Вы просто друзья? Конечно, твоего брата это, наверное, тоже очень волнует. В конце концов, ты его младший брат, — искренне спросил Цинь Лин.
— Он просто друг, у нас чистая дружба. М-м, такая же, как у тебя со мной.
— ...Разве всё нельзя изменить? — голос Цинь Лина был низким, словно он говорил сам с собой.
— Изменить? Конечно, самое большее — из обычных друзей превратиться в закадычных приятелей. Юй Чэнь довольно-таки верный товарищ, — принялся я расхваливать Юй Чэня, хоть тот и любил покурить.
— Вот как?
— Ага.
В весёлой атмосфере я добрался до комнаты Цинь Лина. Открыв дверь, он взглянул на часы и сказал:
— Я собираюсь на занятия. Отдыхай, если что — звони.
Так мы обменялись номерами телефонов, и я, словно украденный ребёнок, в конце концов обнял одеяло и сладко проспал два часа.
http://bllate.org/book/39453/4994933
Сказали спасибо 0 читателей