В двух шагах от юноши мальчик дрожал от холода, но всё равно отказывался отойти хоть на полшага.
Он ничего не сказал; дождавшись, пока аура старшего соученика удалится вместе с божественным духом, он обернулся и посмотрел на учителя, в его глазах промелькнула нотка осторожности.
Шагая навстречу морозному ветру, Юэ Цзи, оставляя след за следом, без колебаний направился туда, где находился Ци Цин, и погрузился в бурлящий вихрь Духовной Ци.
В тот момент, когда крошечная фигурка уже собиралась потонуть в морозной дымке, незаметно из его тела поднялась струйка черноты и безмолвно растопила пробирающий до костей холод.
Прорыв
Юэ Цзи шагнул в самый центр вихря.
Сидящий с закрытыми глазами человек, казалось, вовсе не замечал его приближения. Иней пополз от щиколоток вверх, а пронизывающий холод тонкими иглами впился в самые кости, заставляя мальчика слегка вздрогнуть.
Ребенок выдохнул облачко пара и, действуя с предельной осторожностью, протянул руку, касаясь бледного лица молодого человека.
Температура кончиков его пальцев была ледяной, казалось, он прикоснулся к куску прочного льда.
Учитель…
— тихо позвал он, надеясь, что молодой человек откроет глаза и посмотрит на него, но сидевший перед ним не ответил.
Длинные и тонкие пальцы ребенка на мгновение замерли на лице Ци Цина, но согреть человека так и не удалось. Напротив, его собственная Духовная Ци начала застаиваться, замедляться и подошла к грани затвердевания.
Подобно маленькой собачке, он тихонько прижался к щеке юноши и принюхался, а затем вытащил с пояса небольшой матерчатый мешочек, развязал тесёмку и рассыпал содержимое прямо в свою Духовную Ци.
Аура в ветре мгновенно стала смешанной и нестройной, смутно скрывая присутствие их обоих.
Убедившись, что в ближайшее время никто не станет им мешать, мальчик сложил пальцы правой руки в виде меча и прижал их к ладони левой.
Толтиком струйки чёрной Ци мгновенно вспыхнули на кончиках пальцев.
Юэ Цзи прикусил коренные зубы и резко полоснул.
— Ц!
От боли его ладонь задрожала, ярко-акрасная кровь потекла по линиям ладони и вскоре, словно липкая шелковая сеть, опутала всю руку.
Черная Ци словно ожила и наперегонки ринулась в рану, жадно поглощая свежую кровь.
Юэ Цзи отмахнулся от черной Ци, окровавленными пальцами-мечами развернул лицо Ци Цина.
Он мазнул красным следом по плотно сжатым губам юноши. Его бесцветные губы обагрились ярким цветом, напоминая красный сливяный цвет на фоне бескрайних снежных полей, а оттенок черной Ци придавал этому странное, демоническое очарование.
Увы, губы Ци Цина были сжаты слишком крепко, вся кровь осталась лишь на поверхности, не попав внутрь ни капли.
Ребенок тяжело вздохнул. Вокруг становилось всё холоднее и холоднее, пробирало до дрожи, и рана на ладони через мгновение перестала кровоточить.
Чтобы добро не пропадало даром, он с решимостью резко прижал окровавленную ладонь ко рту Ци Цина.
У Ци Цина ужасно болела голова.
Перед ним уже крутились два маленьких вредителя, так нет же, словно для полноты хаоса, за спиной неизвестно откуда появился ещё один.
Этот человек с первого взгляда казался точной копией его самого, но при ближайшем рассмотрении различия были колоссальными.
Напротив стоял полупрозрачный силуэт Ци Цина с холодным выражением лица и пронзительным намерением меча; кроме внешности и ледяного меча в руке, между ними не было ничего общего.
Силуэт качнул подбородком, не тратя лишних слов на пустые разговоры:
— Ну же, сразимся.
Ци Цин почти онемел, зажал виски и глубоко вздохнул:
— ...Ты ещё кто такой?
Его Море Сознания — это базарная площадь, что ли? Каждый норовит зайти и побродить где вздумается.
— Ты выиграешь — я уйду; я выиграю — ты останешься.
Силуэт говорил предельно прямолинейно и, не заботясь о том, согласен ли Ци Цин, взмахнул Ледяным мечом и ринулся вперед:
— Принимай удар!
— Постой, не спеши ты...
Холодный свет мгновенно скользнул по щеке, срезав прядь неубранных у виска волос.
Ци Цин втянул в себя холодный воздух, и его затуманенный мозг тут же прояснился.
Этот парень ведь действительно намеревался лишить его жизни!
Он больше не смел отвлекаться и в панике принялся отражать атаки силуэта.
Однако его уровень владения мечом можно было охарактеризовать лишь как двухчасовой ускоренный курс по системным профильным предметам: с парой мелких двойников он ещё справлялся, но если предстояло всерьез драться с человеческим силуэтом, то в сравнении это выглядело просто жалко.
Маленький человечек в черном немного понаблюдал за представлением и язвительно бросил:
— Предсказал неверно, правее... Разве не видишь такую огромную тень меча? Если бы в твою атаку вкладывалось хоть наполовину столько же сил, сколько в нападение на меня, я бы еще решил, что у тебя есть мозги. Ха... Попасться на столь примитивный обход с тыла? Старший соученик действительно с годами становится только глупее...
Человек в школьной форме не удержался и возразил:
— Ты можешь помолчать?
Человек в черном умолк на полуслове и холодно покосился на него:
— Нет.
Видя недовольное выражение лица человечка в школьной форме, человек в черном легко усмехнулся:
— Не по душе? Хм, я бы только радовался, если бы этого черносердечного и гнилого проткнули мечом насквозь. Никчемное создание, один раз уже вляпалось в неприятности, и всё равно позволяет себя очаровать.
— Это ты про меня? — парировал человечек в школьной форме. — Сам же вляпался, я-то тут при чём? У нас с учителем всё прекрасно, и не твоего ума дело.
— П-прекрасно? — человек в черном посмаковал это слово и чуть приподнял веки. — Он хоть раз говорил, что у него с тобой прекрасно? Не мни о себе лишнего.
Человек в школьной форме не стерпел, резко поднялся и выпалил:
— Да это ты в него втюрился!
Кто бы мог подумать, что эти слова заденут собеседника за живое: только что насмешливо ухмылявшийся человек в черном вмиг свирепо переменился в лице:
— Что ты несешь!
Он хлопком смахнулолетевшие на него ледяные осколки, указал на юношу, которого неподалеку отбросило ударом, и злобно прорычал:
— Да кто он такой? Вероломный негодяй, притворяется мягким и кротким, на словах распинается о милосердии и долге, а за спиной творит сплошные грязные делишки! По-твоему, я горим желанием снова его видеть?
Пока Ци Цина в одном углу оттесняли назад ударом за ударом, в другом ссорились два мелких человечка.
— Проваливай! Разве Море Сознания учителя создано для твоих бесчинств?
— Да разберись ты наконец: это твой расчудесный учитель силой затащил меня сюда — он сам этого захотел, уяснил?
— Чушь собачья, учитель тоже видеть тебя не желает!
Человек в школьной форме покраснел от гнева, вытащил меч и намеревался снова сойтись в поединке с человеком в черном, как вдруг почувствовал, что окружающий пейзаж слегка качнулся.
[Снова трансляция началась? Стример успешно прорвался?]
[Это место вроде бы не похоже на реальный мир.]
[Разве не говорили, что будет трансляция вознесения? Где она? Сейчас везде мошенничество с кликбейтными заголовками?]
— Дзынь!
Движения сражавшихся в воздухе двоих на миг замерли. Полупрозрачный силуэт среагировал быстрее всех, сделал шаг вперед, закрутил меч в сияющий круг и с бешеной силой бросился на Ци Цина.
Юноша попытался отразить удар плашмя поднятым мечом, но от мощной вибрации у него онемели обе руки, и его самого отбросило назад, тяжело впечатав в землю.
— Кхе... Кхе-кхе.
Сквозь пыль и дымку Ци Цин поднялся на ноги, отряхнул грязь, грязно выругался и сплюнул:
— В названии четко написано: сто дней спринта до вознесения, какое тут мошенничество? Не клевещите на меня.
Надо же, сюда даже трансляция проникает, теперь Море Сознания и вправду стало похоже на базар.
[Сто дней спринта? Стример такой трудоголик?]
[А тот парень рядом — случаем не Зеркало Сердца Небесного Пути? Он способен принимать облик самого культиватора и владеть его способностями, это воплощение Небесного Пути для закалки культиваторов. Раз уж стример столкнулся с ним, почему бы не провести побольше раундов, глядишь, почерпнет немало озарений.]
Стоило Ци Цину броситься вперед, как боковым зрение он заметил парящие комментарии и снова получил удар от силуэта, отлетев прочь.
Он с горечью и обидой проговорил:
— По-вашему, я похож на того, кто способен с ним тягаться?
Его же избивают в одни ворота.
— Раз не можешь тягаться, так сдайся, — прищурился человек в черном. — В конце концов, старший соученик всегда был таким трусливым и цепляющимся за жизнь, разве нет? Помри он пораньше, я бы тоже смог пораньше вернуться.
— Ты кому смерти желаешь?
Ци Цин тяжело перевел дыхание и стер кровь с уголка губ.
Ледяной меч со звоном вонзился в землю рядом с ним, продолжая вибрировать и гасить инерцию удара.
Впервые за все дни после перемещения сюда он столкнулся со смертельно опасным противником. И дело даже не в наблюдателях — сам он испытывал глубокие сомнения насчет того, сможет ли одержать победу.
Сможет ли он действительно выиграть? Или лучше просто спокойно лечь и признать поражение — глядишь, умерев, удастся переместиться обратно?
Две мысли кружились в его голове, ведя борьбу и не уступая друг другу. Юноша снова взялся за рукоять Ледяного меча, но тут же чуть ослабил хватку.
Может, всё-таки попробовать...
Прежде чем последние два слова успели оформиться в мыслях, окружающий пейзаж снова качнулся.
На этот раз покачивание было весьма заметным, зависший в воздухе силуэт тоже пошатнулся, и все подняли головы к небу.
Свет утренней зари на краю небосвода окрасился в тускло-красный оттенок, став призрачным и размытым. Внезапно поднялся морозный ветер, принесший с собой слабый запах крови.
Сердце Ци Цина ёкнуло: неужели во внешнем мире произошли какие-то перемены?
[Странно, грозовые тучи стримера еще не рассеялись, почему же сгустились новые?]
[Стримеру придется принять удар молнии дважды, какая жалость.]
Увидев эту фразу, Ци Цин был готов тут же упасть в обморок.
Он ведь просто попал в книгу, а не нарушил небесные законы, с какой стати его должно бить молнией дважды?!
[Погодите, грозовая туча сзади движется не к стримеру, рядом с ним есть кто-то ещё?]
Кто-то... Плохо, Юэ Цзи!
До того как он сам непонятным образом очутился здесь, Юэ Цзи находился рядом с ним!
При мысли о том, что ребенок, совершенно не умеющий себя защищать, вот-вот столкнется с двойной Громовой Казнью, Ци Цин заволновался не на шутку. С криком он выхватил Ледяной меч и бросился на силуэт:
— У меня сегодня дела, давай подеремся в другой раз!
В ответ последовала новая свирепая атака.
— Ты выиграешь — я уйду; я выиграю — ты останешься.
Силуэт повторил те же слова.
Ци Цин в раздражении увернулся от удара и выкрикнул:
— У меня срочные дела, понимаешь ты это или нет!
Он прекрасно понимал, что противник — всего лишь спарринг-партнер с заложенной Небесным Путем программой, у которого есть только два исхода: поражение или победа, и понятия прекращения огня для него не существует.
Поэтому, когда силуэт снова ринулся на него, в глазах Ци Цина мелькнула решимость.
Он больше не стал уворачиваться и прямо навстречу сиянию меча бросился к незащищенной бреши в обороне противника, готовый победить даже ценой взаимных тяжелых увечий.
— Он что, с ума сошел? — нахмурился наблюдавший со стороны человек в черном. — Так он сделает свои раны только хуже.
Ци Цин не слышал его слов, а даже если бы и услышал — не стал бы обращать внимания.
Тревожась за Юэ Цзи, оставшегося за пределами Моря Сознания, юноша уже не мог думать ни о чем другом.
Стоило ему запаниковать, как все премудрости, все техники владения мечом тут же вылетели у него из головы. Ледяной меч в его руках двигался вслед за велением сердца: как удобнее, так и бил, и в этом движении не было ни малейших правил.
Но подобный стиль боя неожиданно возымел действие: силуэт на мгновение растерялся, не понимая, из какого именно трактата взяты эти приемы, а потому не мог их предсказать.
http://bllate.org/book/39390/4981743
Сказали спасибо 0 читателей