Готовый перевод Where Did Jin Jiaxuan Go / Где скрывается Цзинь Цзясюань?: Глава 6

Цветочный магазин Беззаботность расположен на первом этаже жилого комплекса Бигуйюань, в северной части города Байюань.

Цзинь Сюй и двое его спутников встретились у главных ворот жилого комплекса с заместителем начальника участка Чжан Чжимином, который прибыл туда чуть раньше. Учитывая, что вчера Чжан Чжимин уже общался с владелицей цветочного магазина по поводу исчезновения Лю Вэйдуна, было решено, что его присутствие сегодня поможет сделать допрос более гладким.

Сев на заднее сиденье полицейской машины, Чжан Чжимин кивнул Шан Яну и Юань Дину в знак приветствия и сразу перешел к делу:

— Я только что взглянул: машина Сунь Лины стоит на парковке у магазина. Скорее всего, она внутри.

Цзинь Сюй спросил:

— Что она рассказала тебе вчера?

Вчера владелица цветочного магазина Сунь Лина сообщила полиции следующее: она уже довольно давно не общалась с Лю Вэйдуном и не видела его. Она утверждала, что они всего лишь обычные знакомые; якобы когда-то Лю Вэйдун обмолвился, что ему нужны деньги на бизнес, а так как у неё были свободные средства, она одолжила ему семьдесят тысяч юаней — не более того.

О том, насколько правдивы были эти слова, можно было догадаться сразу — отношения между ними явно не ограничивались дружбой. Шан Ян даже использовал этот случай как пример, чтобы проанализировать для Юань Дина типичные финансовые взаимоотношения между современными мужчинами и женщинами.

Чжан Чжимин признался:

— Когда я приехал вчера утром, я даже не думал, что это дело может быть связано с обнаружением трупа. Она женщина, не хотела распространяться о личной жизни, вот я и не стал настаивать.

Говоря это, он выглядел слегка смущенным. Никто не ожидал, что за одну ночь обстоятельства дела так резко изменятся: тот, кого считали просто пропавшим без вести, оказался замешан в уголовном преступлении. Разумеется, теперь и подход к опросу свидетелей требовал полной перемены.

— Помимо того что она скрыла характер отношений с Лю Вэйдуном, было ли в её поведении что-то странное? — уточнил Цзинь Сюй.

— Ну… — замялся Чжан Чжимин. — Как только речь заходила о Лю Вэйдуне, её выражение лица становилось неестественным. Я тогда решил, что она просто не хочет афишировать их роман.

Шан Ян заметил:

— И он, и она одиноки. Если бы их действительно связывали романтические отношения, скрывать их было бы незачем.

Чжан Чжимин пояснил ситуацию:

— Тут такое дело: бывший муж Сунь Лины — состоятельный бизнесмен. Они развелись из-за его измены. У них есть дочь, опека над которой осталась у Сунь Лины. Бывший муж платит внушительные алименты, а при разводе она получила две квартиры и около миллиона наличными…

— Так она богатая женщина, — вставил Юань Дин. — Неудивительно, что она не особо переживает из-за того, что семьдесят тысяч ушли в никуда.

— Не перебивай, — одернул его Шан Ян.

Чжан Чжимин не обиделся, улыбнулся Юань Дину и продолжил:

— Всё верно, Сяо Юань, так и есть. У Сунь Лины отличное финансовое положение, она и сама хорошо зарабатывает: этот цветочный магазин процветает, она даже открыла филиал на юге города. Вчера она сама говорила: если те несколько десятков тысяч не вернут, то и ладно, не обеднеет. А Лю Вэйдун — бездельник без постоянной работы, да еще и игроман. Они люди разного круга, так что желание Сунь Лины не признавать связь с ним вполне объяснимо.

Шан Ян кивнул. Основываясь на имеющейся информации, такой вывод казался вполне разумным, а правдивость предстоит проверить при встрече с самой Сунь Линой.

— Возможно, — Юань Дин, увидев, что Шан Ян больше не делает ему замечаний, продолжил, — эта разведенная богачка заводит мужчин не ради любви, а чтобы скоротать длинные ночи.

Шан Ян промолчал.

— Не факт, — возразил Цзинь Сюй. — Если она считает, что Лю Вэйдун ей не пара, и встречается с ним не для создания семьи, а просто для постельных утех…

Шан Ян не выдержал:

— Вы можете вести себя прилично? Где профессиональная полицейская этика?

Цзинь Сюй поправился:

— Я к тому, что если бы они просто развлекались, стала бы она носить парные обручальные кольца с Лю Вэйдуном? Я думаю, нет.

— Какие кольца? — удивился Чжан Чжимин.

Цзинь Сюй кратко пересказал то, что видела семья погибшего: Сунь Лина и Лю Вэйдун носили одинаковые бриллиантовые обручальные кольца. Затем он спросил:

— Когда ты видел её вчера, обратил внимание на руки? Были на ней кольца?

Чжан Чжимин ответил уверенно:

— Нет. Она разговаривала со мной и одновременно упаковывала букеты. Я точно помню, что на руках не было украшений, да и следов от колец, которые носят постоянно, я не заметил.

Цзинь Сюй сделал вывод:

— Похоже, они с Лю Вэйдуном расстались, поэтому она уже некоторое время не носит кольцо.

Шан Ян предположил:

— А вдруг жена Цзя Пэнфэя ошиблась? Может, это были обычные кольца со стразами, купленные ради забавы, а не что-то серьезное вроде обручальных колец.

— Неважно, настоящие ли это были бриллианты, — отрезал Цзинь Сюй. — Разведенная женщина не станет просто так носить кольцо на безымянном пальце.

Шан Ян задумался и вынужден был признать:

— Моих знаний в этой области недостаточно, но звучит логично.

Цзинь Сюй небрежно бросил:

— Знания о браке и отношениях — штука несложная. Со временем я тебя научу.

Шан Ян: «?»

Цзинь Сюй скомандовал:

— Пошли, поговорим с Сунь Линой лично.

Стоило толкнуть стеклянную дверь магазина Беззаботность, как навстречу ударило тепло и аромат живых цветов. Сама Сунь Лина соответствовала этой атмосфере: женщина с приятной, пусть и не броской внешностью, обладающая особым шармом. И, что было заметно невооруженным глазом, состоятельная. Заколка и серьги из классических коллекций дорогих брендов, кожа лица и рук ухожена, как у девушки, платье и туфли на высоком каблуке явно стоили недешево, а на парковке у магазина стояла машина стоимостью около трехсот тысяч юаней.

В городе пятого уровня, таком как Байюань, такая яркая и обеспеченная женщина неизбежно привлекает внимание в общественных местах. На ней был макияж в стиле нюд, брови слегка подкрашены, губы тронуты нежной помадой. В магазине было тепло, верхнюю одежду она сняла, а поверх блузки повязала флористический фартук, что лишь подчеркивало… тонкую талию и пышную грудь. Нельзя сказать, что она была ослепительной красавицей, но для обычного мужчины она была опасна.

Шан Ян внезапно всё понял. Раньше его удивляло, почему опытный оперативник Чжан Чжимин смущался расспрашивать её о личном. Видимо, дело было не только в том, что ситуация вчера еще не была такой критической, но и в том, что перед такой красоткой любой нормальный мужчина невольно теряет решимость.

— Я уже всё сказала вчера, — Сунь Лина говорила мягко и неспешно, с присущей ей нежной женственностью. — У офицеров полиции еще остались ко мне вопросы?

Юань Дин, который в машине рассуждал о длинных ночах, не ожидал увидеть такую красотку. Сейчас он стоял позади, по-мальчишески украдкой разглядывая её — обычная реакция молодого парня на зрелую женщину. Шан Ян мысленно вздохнул: никакой выдержки.

Взгляд Сунь Лины метнулся между Цзинь Сюем и Шан Яном. Поняв, кто здесь главный, она, однако, задержала взгляд на Цзинь Сюе. Шан Ян краем глаза глянул на Цзинь Сюя: тот, не мигая, смотрел прямо на Сунь Лину.

Шан Ян: …Тц, придется мне брать инициативу на себя.

— Госпожа Сунь, — начал он, — какие отношения вас связывали с Лю Вэйдуном? Надеюсь на искренний ответ.

Глаза Сунь Лины чуть дрогнули, она ответила:

— Мы были просто знакомыми.

Шан Ян продолжил:

— Дело слишком серьезное, вам лучше…

— Вы знакомы с Цзя Пэнфэем? — внезапно перебил Цзинь Сюй.

Сунь Лина вздрогнула, лицо её побледнело, а голос заметно задрожал:

— Кто это? Я не знаю такого.

Её реакция оказалась неожиданной. Полицейские предполагали, что раз она отрицает связь с Лю Вэйдуном, то и о Цзя Пэнфэе будет говорить, что не знает его. Но услышав имя, она испугалась. Чего она боится? Неужели смерть Цзя Пэнфэя как-то связана с ней?

Цзинь Сюй спросил:

— Позавчера, в субботу, где вы были с обеда и до вечера?

Это был временной интервал, в который, по предварительным данным судебных медиков, скончался Цзя Пэнфэй.

— В субботу? — Сунь Лина на мгновение растерялась, но, подумав, ответила: — Я была в магазине. По выходным много заказов, с самого открытия утром и до закрытия в десять вечера я никуда не выходила. После того как закрыла магазин и навела порядок, около десяти тридцати, я вернулась домой.

Пока она говорила, Шан Ян осматривал помещение. Когда она закончила, он спросил:

— Камеры в магазине работали исправно?

— Да, они включены, можете проверить, я действительно весь день была здесь, — ответила Сунь Лина.

Похоже, осознав, что полиция расследует не то, что она себе напридумывала, она заметно расслабилась. Но это лишь усилило подозрения присутствующих.

Цзинь Сюй спросил:

— А первого числа прошлого месяца вы тоже были в магазине?

Сунь Лина замерла, её лицо снова напряглось:

— Это… это было так давно, я не помню.

Первое число прошлого месяца — это 1 сентября. Именно в этот день жена Цзя Пэнфэя видела Сунь Лину играющей в карты вместе с Лю Вэйдуном и Цзя Пэнфэем. У Сунь Лины есть дочь-школьница, и 1 сентября — начало учебного года, такую дату молодой матери забыть сложно, а значит, и события того дня должны были остаться в памяти.

— Ничего, если не помните, мы можем посмотреть записи камер, — сказал Шан Ян.

— Возможно, меня не было в магазине… — неуверенно произнесла Сунь Лина. — Кажется, в тот день я ходила по магазинам.

Шан Ян с каменным лицом сказал:

— Госпожа Сунь…

Не дожидаясь, пока он закончит официальную тираду, Цзинь Сюй прямо спросил:

— Вы видели новости? Вчера на окраине города нашли тело мужчины.

Сунь Лина:

— …Ви… видела.

Видимо, в этот момент её осенило. Она побледнела, осознав, что убийство, о котором гудел весь местный чат, связано с ней самой.

— Это не Лю Вэйдун, — добавил Цзинь Сюй. — Не волнуйтесь так.

Сунь Лина молчала.

Если она не совсем глупа, то должна понять: раз погиб не Лю Вэйдун, то это мог быть только Цзя Пэнфэй.

Цзинь Сюй продолжил:

— Есть свидетель, который видел, как вы ссорились с Цзя Пэнфэем. Это был последний раз, когда его видели живым.

Шан Ян мысленно поаплодировал. Блестящий прием. Жена Цзя Пэнфэя действительно видела мужа в последний раз, когда тот ссорился с Сунь Линой за игровым столом перед тем, как уехать к родителям. Но в формулировке Цзинь Сюя это звучало так, будто ссора произошла прямо перед самым убийством.

— Это невозможно! — Сунь Лина попалась в ловушку и яростно возразила: — Когда я видела его в последний раз, он был цел и невредим!

Очевидно, что под «последним разом» она имела в виду совсем не ту встречу 1 сентября, о которой говорил Цзинь Сюй. В любом случае, она сама опровергла свои слова о том, что не знает Цзя Пэнфэя.

Шан Ян сразу понял: в вопросе Цзинь Сюя была вторая ловушка. «В последний раз» — абстрактное понятие, и только подозреваемая могла знать, когда именно это было. Бросив эту фразу, Цзинь Сюй вытянул из неё правду.

Поняв, что проговорилась, Сунь Лина помрачнела еще сильнее. Цзинь Сюй, сыграв роль «злого полицейского», решил больше не давить, чтобы она совсем не сорвалась, и кивнул Шан Яну, приглашая того продолжить.

Шан Ян спросил:

— Как вы познакомились с Цзя Пэнфэем?

У Сунь Лины покраснели глаза, она была готова заплакать. Юань Дин и Чжан Чжимин невольно посочувствовали ей. Цзинь Сюй остался невозмутим.

Шан Ян достал из кармана пачку бумажных платков, протянул ей и мягко спросил:

— Госпожа Сунь, с вами всё в порядке?

Сунь Лина взяла платок, глядя на Шан Яна сквозь пелену слёз. Слёзы катились по её щекам — картина была по-настоящему трогательной.

— Если не хотите говорить о Цзя Пэнфэе, — Шан Ян был любезен, но непреклонен, — тогда, может, расскажете, что вас связывало с Лю Вэйдуном?

Сунь Лина молчала.

Цзинь Сюй поднял руку и потер нос, пряча улыбку.

На двери цветочного магазина появилась табличка «Закрыто». Чжан Чжимин и Юань Дин ушли ждать в полицейскую машину, оставив Шан Яна и Цзинь Сюя внутри. В меньшем составе атмосфера была менее гнетущей.

История, которую рассказала Сунь Лина, оказалась куда сложнее, чем они предполагали.

Полгода назад, придя в игровой зал к знакомому, она там познакомилась с Лю Вэйдуном. Вскоре тот начал настойчиво ухаживать за ней. Оба были разведены. Лю Вэйдун, если не считать более низкого материального достатка, казался идеальным кандидатом на роль нового мужа. Он не возражал против наличия у неё ребенка и клятвенно обещал, что они не будут заводить новых детей, а дочь Сунь Лины он будет любить как родную.

Вскоре у них начался бурный роман. А потом Лю Вэйдун в три захода «одолжил» у неё семьдесят тысяч. Мечтая о новой семье, на сотый день знакомства Сунь Лина сама купила кольца и смело предложила ему пожениться, веря, что начинает новую жизнь.

— Больше месяца назад я поняла, что он всё время лгал, — призналась Сунь Лина. — Он говорил, что работает инспектором по контролю качества в газовой компании, показывал пропуск, и я верила. Но однажды пришел клиент, работающий в этой компании, и я спросила, знает ли он такого сотрудника. Оказалось, Лю Вэйдун там работал, но его уволили за кражу еще несколько лет назад.

Шан Ян взглянул на Цзинь Сюя, тот лишь приподнял бровь: он был тем самым офицером, который когда-то арестовал Лю Вэйдуна.

Сунь Лина вытерла слёзы и продолжила:

— Я нашла тот его пропуск — он был давно просрочен. Он лгал, что развелся с женой из-за её измен, и я сочувствовала ему. Но я через знакомых выяснила, что та женщина ушла от него, потому что он был игроманом. Те семьдесят тысяч, что я ему дала на бизнес, якобы на долю в игровом зале — всё это было ложью. Никакого бизнеса не было.

Шан Ян и Цзинь Сюй уловили суть.

— А его партнером по игровому залу был Цзя Пэнфэй? — спросил Цзинь Сюй.

— Да, — услышав это имя, Сунь Лина не просто испугалась, в её голосе зазвучала ненависть. — Это самый подлый человек, он еще хуже и гаже, чем Лю Вэйдун.

1 сентября, когда она увидела, как Цзя Пэнфэй бьет жену, она еще не осознавала масштабов обмана. Она просто терпеть не могла домашнее насилие, разругалась с партнером Лю Вэйдуна, а после ухода жены Цзя заставила Лю Вэйдуна уйти, убеждая его разорвать связи с таким типом. Тот лишь отделывался пустыми обещаниями.

Спустя несколько дней тот самый сотрудник газовой компании, придя в магазин, вскрыл правду. Сунь Лина начала проверять всё, что говорил Лю Вэйдун, и выяснила: всё было ложью. Он не работал в газовой компании, его родители были живы, а жил он на пенсию матери, проигрывая её деньги в игровых автоматах. Игровой зал был подставным: дважды они нанимали актеров, чтобы разыграть спектакль перед ней.

— Я была на грани краха, — сказала Сунь Лина. — Человек, с которым я жила несколько месяцев, оказался подделкой от начала до конца.

Шан Ян вздохнул:

— При ваших данных, даже если бы Лю Вэйдун был тем, за кого себя выдавал, выбор его в качестве спутника жизни… это было немного…

Он хотел сказать «слепо», но не стал обижать красивую женщину.

— Я знаю, что была глупа, — всхлипнула она. — Но у меня не было выбора. Казалось бы, у меня деньги, недвижимость, но найти мужчину моего уровня нереально. Офицер Шан, вы женаты?

Шан Ян растерялся, а Цзинь Сюй ответил за него:

— Нет, он беден как церковная мышь, живет в съемной квартире.

Сунь Лина: «...»

Шан Ян бросил на Цзинь Сюя недовольный взгляд, тот остался невозмутим.

— Я к тому, что обеспеченные одинокие ровесники либо ищут двадцатилетних девственниц, — продолжала Сунь Лина, — либо они — геи.

Шан Ян согласился:

— К сожалению, это правда.

Цзинь Сюй: «…»

— Поэтому я не могла найти ровню, — сказала Сунь Лина. — А так как в деньгах я не нуждалась, то решила найти того, кто будет добр ко мне и моей дочери. Лю Вэйдун идеально подходил под этот образ, кто же знал, что он всё время играл роль.

Шан Ян проникся к ней сочувствием. Он сам постоянно отбивался от сватовства родственников и знал, как несправедлив рынок брачных отношений к женщинам, которых постоянно заставляют снижать планку.

— Вам просто не повезло встретить негодяев. Вы не виноваты, не корите себя, — утешил её Шан Ян.

В глазах Сунь Лины отразилось нечто вроде благодарности. Цзинь Сюй бестактно прервал момент:

— А Цзя Пэнфэй? Кроме как участвовать в спектакле с игровым залом, у вас были другие контакты?

При упоминании Цзя Пэнфэя Сунь Лина снова сжалась, опустила глаза и плотно сжала губы. Было ясно, что здесь кроется что-то глубоко личное. Цзинь Сюй хотел было надавить, но Шан Ян положил руку ему на плечо, требуя отступить. Цзинь Сюй посмотрел на руку начальника и послушно закрыл рот.

— Мне позвать женщину-полицейского? — мягко и серьезно спросил Шан Ян.

Сунь Лина подняла голову, снова со слезами на глазах, посмотрела на него и медленно покачала головой. Она прониклась доверием к Шан Яну.

— Не нужно, — сказала она. — Я готова рассказать вам.

***

В полицейской машине снаружи Чжан Чжимин и Юань Дин обсуждали дело, а потом перешли на личности начальства. Почему такие завидные женихи за тридцать до сих пор не женаты?

Юань Дин сказал:

— Слышал от наших девушек, что начальник Шан не умеет общаться с женщинами. Если девушка холодна, он еще холоднее, если проявляет интерес — он сбегает со скоростью света.

Чжан Чжимин ответил:

— Про Цзинь Сюя не скажу. Когда он только пришел на участок Суншань, он был полным, сильно болел, никто не хотел за него замуж. За два года он пришел в форму, карьера пошла в гору, многие пытались сватать ему дочерей или племянниц, он всех отшил. Может, у него ПТСР от того времени, когда люди отворачивались от него?

— Вполне вероятно, — заинтересовался Юань Дин. — А чем он болел?

— Забыл научное название, какая-то форма псевдоэпилепсии, — сказал Чжан Чжимин.

Юань Дин ахнул:

— Эпилепсия?!

— Нет, не эпилепсия, просто симптомы похожи, — уточнил Чжан Чжимин.

— И всё равно звучит страшно, — заметил Юань Дин.

— В то время было серьезно, — продолжил Чжан Чжимин. — Из-за болезни он не мог оставаться в уголовном розыске, его перевели на бумажную работу. Говорили, болезнь неизлечима, он сидел на гормонах, превратился в бесформенный шар, был раздавлен морально. Я тогда был его начальником, пытался подбодрить, но толку было ноль.

— А что потом?

— Потом? Он не мог вечно киснуть. Взял себя в руки, начал лечиться, тренироваться, работать. Начал брать одну высоту за другой, и в итоге, черт возьми, стал моим начальником.

Юань Дин: «…»

— Сказали, что это нервное заболевание, связанное со стрессом, — добавил Чжан Чжимин. — Главное было — настроить сознание, найти идеалы. Посмотри, как быстро он растет в званиях!

Юань Дин, не желая уступать, сказал:

— Наш начальник Шан тоже быстро растет. Но надо признать, Цзинь Сюй крут. Они с Шан Яном однокурсники, выпустились всего восемь лет назад, четыре года он отпахал в розыске, потом тут… действительно быстро.

— Он получил личный орден второй степени, когда был оперативником, и дважды — коллективный орден третьей степени, когда возглавил группу здесь. Если сможешь так же — тоже быстро вырастешь, — улыбнулся Чжан Чжимин.

— И всё же он через такое прошел, — Юань Дин прикинул в уме, — круто, не поспоришь. Когда он начал «взлетать»? Мне бы рассчитать, со скольки лет нужно стараться, чтобы до пенсии дослужиться до замначальника управления.

Чжан Чжимин усмехнулся:

— Он долго хандрил, а потом внезапно воспрял духом — это было как раз два года назад.

Юань Дин подумал: какое совпадение, начальник Шан два года назад как раз навещал Цзинь Сюя… Э?

http://bllate.org/book/39280/4963311