Глава 13
Стояла глубокая ночь, и Вэнь Лэ не стал проявлять лишней прихоти, заставляя людей не спать ради уборки особняка. Все порядком утомились в дороге, поэтому, не считая солдат, присланных позже Да Чуньи, обитатели усадьбы почти поголовно погрузились в долгожданный сон.
Как глава семейства, Вэнь Лэ, естественно, занял главный дом. Его двор оказался на удивление хорош: по меркам Вэнь Лэ, человека с мышлением мелкого фермера, он получил невероятно выгодное приобретение. Для простой семьи такой двор уже считался бы роскошным особняком, а здесь бесчисленные комнаты пустовали — для жилья использовали лишь малую часть.
Древние люди были воистину странными: при таких огромных дворах жилые комнаты строили крошечными. В главной зале всего одно или два окна, душно и темно. А внутри — ничтожно маленькая кровать, будто земля была на вес золота и на ней жалели каждого дюйма.
Вэнь Жунь промолвил: Ложись у стены.
Как хочешь, — отозвался Вэнь Лэ. — Ты мылся? Если нет, на кровать не лезь.
Вэнь Жунь закатил глаза, расстелил постель, забрался под одеяло и похлопал по месту у края: Буду я мыться или нет — не твое дело, ложись давай, завтра рано вставать.
Вэнь Лэ, медля, поднялся и с неохотой принялся раздеваться. Хотя он изо всех сил старался наладить отношения с братьями, это вовсе не значило, что ему нравится спать с ними в одной постели. В обеих своих жизнях он привык к независимости и не особо любил телесные контакты; даже если он хотел выразить Вэнь Жуню близость, максимум, на что его хватало — это подергать за рукав. А теперь, когда приходилось делить ложе, он чувствовал себя крайне неуютно.
Впрочем, Вэнь Жунь выглядел не лучше. Посреди ночи в новом доме было не так много комнат, где уже застелили постели. Не мог же он идти искать работу или, будучи чужаком в этом месте, ночевать в постоялом дворе? Вэнь Лянь, стоит ему увидеть, как кто-то спит днем, — и тотчас начнется кошмар, так что, поразмыслив, Вэнь Жунь решил, что только с Вэнь Лэ будет тихо и спокойно, можно составить компанию и отдохнуть. После утомительного пути у него не осталось сил на колебания, и он, можно сказать, принял волевое решение, придя сюда проситься на ночлег.
Брезгливое выражение лица Вэнь Лэ его задело. Спустя некоторое время он услышал шорох, и в постель рядом с ним юркнуло теплое тело.
Кровать была слишком тесной, двое лежали плечом к плечу под одним одеялом, и сквозь ткань нижних штанов можно было почувствовать жар другого человека. Оба чувствовали себя невероятно скованно.
На самом деле Вэнь Лэ не любил спать одетым — он предпочитал спать голышом, поэтому специально купил в торговом центре несколько пар боксеров для сна. Но эти странные люди древности даже во сне истязали себя — и не только себя, но и требовали того же от других. Приходилось спать в тонком, но объемном одеянии, от которого при каждом повороте кожа страдала от складок ткани, — это было невыносимо.
В душе он проклинал нечуткого Вэнь Жуня, который не ложился спать и заставлял его нервничать, не зная, что сам Вэнь Жунь, делящий с ним постель, тоже не привык к такому соседству. Он был просто более сдержанным и не показывал вида.
Вэнь Жунь теперь немного жалел, что пришел к Вэнь Лэ, но встать и уйти сейчас было бы слишком демонстративно. Оставалось лишь прищуриться, прислушиваясь к движениям Вэнь Лэ, и, чтобы сменить тему, произнести: Завтра Да Чуньи, вероятно, приведет местных чиновников из округа Фучунь для встречи с тобой. Ты придумал, как себя вести?
Вэнь Лэ вздохнул: Буду действовать по обстоятельствам. Я даже не знаю, что это за люди, придется разбираться на ходу.
Вэнь Жунь сказал: Если не возражаешь, завтра я пойду с тобой. В конце концов, я на несколько лет старше, и никогда не считал себя бестолковым. Возможно, смогу в чем-то помочь.
Вэнь Лэ повернулся к нему лицом, нашел удобную позу, подложил руку под голову и ответил: Я как раз об этом и думал.
Он не остерегается меня.
Напряженные мышцы Вэнь Жуня постепенно расслабились.
С того момента, как они собрались в путь до Фучуня, он больше всего боялся стать бельмом в глазу Вэнь Лэ. Он знал способности своего второго брата: тот не был рожден для великих дел, но хитрости ему было не занимать. Если бы он не заслужил его доверия, то до самой своей смерти в Фучуне он не прожил бы ни дня спокойно.
Однако несколько месяцев назад этот второй брат без всяких причин вдруг прозрел.
Это вызывало у Вэнь Жуня одновременно и облегчение, и настороженность. Облегчение — потому что его острый ум несомненно повышал шансы Третьей ветви на выживание в Фучуне. Настороженность — потому что он как никто понимал: мысли умных людей обычно отличаются от мыслей простодушных.
Он прекрасно осознавал, что не был на хорошем счету у законной матери. В конце концов, как законный сын, Вэнь Лэ по праву обладал врожденной гордостью. А он, Вэнь Жунь, затмивший его, вряд ли был приятным персонажем в его глазах.
К счастью, он быстро понял, что ситуация меняется к лучшему.
Вэнь Лэ явно добровольно протягивал ему оливковую ветвь. Однако до сих пор это происходило молчаливо, по наитию. Впервые Вэнь Лэ доверился ему в делах.
Он не исключил его из кампании по восстановлению Фучуня. Вэнь Жунь успокоился, и одновременно с этим из глубины истощенных нервов навалилась тяжелая сонливость.
Вэнь Лэ заметил, что человек рядом дышит ровно, лежа в застывшей, правильной позе лицом вверх. Он пристально разглядывал безмятежное спящее лицо Вэнь Жуня, а затем тоже закрыл глаза.
На следующий день стояла жара. Когда Вэнь Лэ с трудом выбрался из постели, Вэнь Жуня уже и след простыл.
Он проснулся поздно, в особняке уже вовсю кипела работа по обустройству, а Чэнь Сян и Шуйтун уже быстро включились в свои обязанности.
Пока его одевали и умывали, Вэнь Лэ спросил: Куда делся старший брат?
Чэнь Сян, склонив голову, преданно расправляла складки на его одежде. Услышав вопрос, она потупила взгляд и мягко ответила: Я с утра видела, как господин старший брат выходил, вероятно, вернулся в свой двор.
Вэнь Лэ усмехнулся: Вчера я обошел двор и насчитал больше двадцати пустых комнат, право, жаль. Лучше было бы перевезти их всех сюда, а остальные дворы освободить под другие нужды.
В этот момент вошел Вэнь Жунь со свитком в руке и, услышав это, тихо рассмеялся: Я не против, но стоит тебе разок услышать храп третьего брата, ты тут же откажешься от этой мысли.
Я серьезно, — Вэнь Лэ сегодня почему-то был в особенно хорошем настроении и, говоря с Вэнь Жунем, проявил непривычную близость. — Я привез с собой матушку и остальных, изначально собирался дать им возможность заниматься кораблестроением. Сейчас этот тип Да Чуньи надоедает до смерти, боюсь, он будет жужжать, как муха, еще несколько дней. Я думал освободить несколько дворов, чтобы они могли скрытно работать.
Взгляд Вэнь Жуня стал серьезным: Строить корабли?
Вэнь Лэ перевел взгляд, прошептал пару слов Чэнь Сян, та на секунду остолбенела, но тут же быстро вывела двух служанок и плотно прикрыла дверь.
Вэнь Лэ подошел к Вэнь Жуню и прошептал ему на ухо: Когда я ехал из Даду, то посмотрел карту Фучуня. Старший брат, может, не знает, но я как-то видел у отца, что недалеко от берегов Фучуня есть множество маленьких островов.
Это была откровенная ложь — откуда у Третьего господина Вэня могла быть карта? Хотя Дали и была династией, которой не существовало в реальной истории, по упоминаниям императоров и названий государств Вэнь Лэ понял, что эта земля — все та же знакомая ему Поднебесная. Фучунь находился почти на самом юге, с одной стороны — море, а за ним разве не Индонезия?
А чего в Индонезии больше всего? Руды!
Он вовсю плел небылицы — добыча руды и морские плавания были делом не для одного человека, без поддержки Вэнь Жуня он никого не убедит.
В глазах Вэнь Жуня мелькнуло подозрение: За морем? Почему я никогда об этом не слышал? И что ты собираешься делать с островами?
Вэнь Лэ рассмеялся: Отец всегда был ко мне более расположен. Он обещал подарить мне остров на церемонию совершеннолетия, но боялся, что если узнает третий брат, то ему будет неприятно, и специально просил никому не рассказывать.
Закончив, он печально вздохнул: Отец… хоть и был строг в обычное время, но к нам он…
У Вэнь Жуня дернулся уголок рта. Отец подарит на совершеннолетие остров? Вот это да, действительно, предвзятость налицо! Обыденно он ругал второго брата последними словами, а оказывается, втайне был любящим отцом…
Он погладил Вэнь Лэ по голове: Ушедшие ушли. Ты хочешь найти этот остров, чтобы почтить память отца?
Вэнь Лэ кивнул: Последняя воля отца, как сын, я обязан ее исполнить.
Вэнь Жунь подумал, что в этом есть смысл. Хотя он считал, что тратить огромные деньги на морское путешествие ради поиска острова — пустая затея, но раз дело касалось сыновнего долга, ему не следовало вмешиваться.
Сменив тему, он потряс свитком в руке: Если ты решил, то я могу переехать к тебе. Но сначала посмотри на этот список — я попросил людей в Даду достать его, это реестр местных чиновников Фучуня.
Вэнь Лэ обрадовался: Правда? Это мне очень поможет!
Вэнь Жунь погладил его по голове и добавил: Когда я шел сюда, слышал, что Чжоу Юаньцин только что вышел из особняка. Как бы то ни было, нам стоит опасаться его в будущем.
Вэнь Лэ хмыкнул: Неужели мы позволим ему нами вертеть? Старший брат, ты завтракал?
Они сели и позавтракали, а после принялись обсуждать остальные дела.
Ткацкий станок, привезенный Вэнь Лэ, был бережно помещен в складское помещение. Три сестры из семьи Бу также были устроены, отец и братья Чжу Ваньэр были наняты Вэнь Лэ вместе с ними, каждому по два гуаня в месяц. Вскоре после прибытия в Фучунь их поселили в усадьбе с просторным двором, где Вэнь Лэ передал им стопку чертежей для постройки кораблей с очень четкими линиями.
Некоторые конструкции кораблей на тех чертежах привели их в восторг и изумление. Пятеро членов семьи с облегчением обосновались и начали изучать эти знания, о которых раньше даже мечтать не могли, и были совершенно счастливы.
Тридцать охранников из бывшего Лагеря императорской стражи вместе со скакунами также были размещены в немалом дворе. Отношение семьи Вэнь заставило их чувствовать себя польщенными. Новая одежда и обувь — это одно, но господин маркиз даже ввел правило, как это называлось… работать четыре часа. Они разделили тридцать человек на три отряда по десять человек, чтобы посменно работать в особняке, а остальное время отводить на отдых.
Они думали, что по пути в Фучунь потеряют как минимум семерых или восьмерых товарищей. Но не ожидали, что даже со слугами, которых взяла семья Вэнь, вся группа доберется до места назначения в добром здравии.
Командующий Чжу Чэнь и левый заместитель командующего Чжэн Пи поначалу не могли привыкнуть к такой спокойной жизни и часто собирались вместе, чтобы обсудить намерения нового хозяина. Лишь правый заместитель командующего Чжэн Жуй каждый день обмахивался веером, будто чего-то ожидая.
В особняке маркиза веяло новизной.
Тем временем Вэнь Лэ и Вэнь Жунь готовились к приему чиновников Фучуня, ожидавших аудиенции.
http://bllate.org/book/39278/4963137
Сказали спасибо 0 читателей