Готовый перевод The Catnip Pervert / Мой хозяин — извращенец с запахом кошачьей мяты: Глава 10

Прятавшийся в кошачьей сумке и затаивший дыхание Цинь Цин в тот же миг вздрогнул и взъерошился.

— Это там... Цинцин? Цинцин, это ты? — по голосу обычно ровной и бесстрастной Юань Вэньюй сейчас можно было безошибочно определить крайнее воодушевление. — Ой, ты привезла его!

Тут же лицо Юань Вэньюй вплотную прижалось к сетчатой стенке сумки.

Против света, на невероятно близком расстоянии, с огромными вытаращенными глазами. Зрелище вышло крайне жуткое.

Цинь Цин от испуга перестал задерживать дыхание.

Когда долго сдерживаешь дыхание, а потом снова начинаешь дышать, всегда рефлекторно делаешь глубокий вдох. В мгновение ока нос Цинь Цин наполнился запахом, полностью захватившим его мозг; коту стало дурно, и все четыре лапы синхронно забились в мелкой дрожи.

Этот запах был поистине слишком соблазнительным.

В прошлый раз во время игровой трансляции он лишь слегка втянул носом воздух, когда нужно было говорить: количество было мизерным, почти неуловимым, и тогда этот аромат показался ему очень приятным, успокаивающим кошачью душу и дарящим чудесное самочувствие.

Но теперь у него на глаза едва не наворачивались слезы.

— Привет~ Цинцин, привет! — источник всех бед сиял от восторга. — Я так давно хотел с тобой познакомиться!

Цинь Цин, раскинувшись тряпичной куклой на дне сумки, принялся усердно тереться мордочкой о подстилку, в его горле помимо воли зазвучало громкое мурчание, временами переходящее в жалобное мяуканье, причем голос звучал гораздо мягче обычного.

— Цинцин, что с тобой? — растерялся Цинь Юань. — С чего вдруг...

— Ха, я же говорил, я ему нравлюсь! — Юань Вэньюй безумно обрадовался и поднял взгляд на Цинь Юаня. — Можно я его подержу?

Цинь Юань замялся:

— Цинцин очень дикий, не любит, когда к нему прикасаются незнакомцы.

Юань Вэньюй просунул палец сквозь сетку сбоку сумки и коснулся межбровья Цинь Цина. Цинь Цин тут же зажмурился, вскинул голову и принялся яростно тереться о чужой палец; протерев макушку, он автоматически повернулся набок и стал тереться щекой, а грохочущее мурчание в его горле разносилось на всю округу.

— Видишь, ему нравится, когда я его трогаю! — с улыбкой произнес Юань Вэньюй.

Брови Цинь Юаня сошлись на переносице:

— Ладно уж... раз он не против, тискай давай.

Получив разрешение, Юань Вэньюй нетерпеливо расстегнул молнию на кошачьей сумке. Сумка оказалась сборной, чем-то напоминающей маленькую палатку: стоило расстегнуть молнию и отвернуть клапан, как она разложилась целиком.

Цинь Цин, который в полутумане пытался отыскать то самое мгновение назад палец, внезапно лишился укрытия и наконец немного пришел в себя.

Он затуманенным взором приподнял голову и посмотрел вперед, ощущая, что перед глазами все расплывается, а в ушах снова звучит голос Юань Вэньюй:

— Боже мой, вживую он еще милее, чем на фото!

Цинь Цин прищурился, с трудом сфокусировав взгляд, и увидел лишь приближающуюся к нему на всех парах пару рук.

— Дай-ка я погляжу, такие ли у него милые бубенцы!

Цинь Цин, до этого раскисший бесформенной лужицей, услышав это, с хлопком снова взъерошил всю шерсть.

Собрав последние крохи силы воли, он подпрыгнул и свирепо, во всю мочь рявкнул на Юань Вэньюй, чья рука уже протянулась к самой его мордочке.

Этот хриплый, но полный мощи звук застал Юань Вэньюй врасплох.

— Что это с ним? — спросил он, поднимая взгляд на Цинь Юаня.

— Цинцин разозлился, — заметив это, Цинь Юань тут же поспешно застегнул сумку обратно. — Он и правда терпеть не может, когда чужие трогают его.

Юань Вэньюй, похоже, впервые в жизни столкнулся с тем, чтобы кот на него шипел, и смотрел на всё это с абсолютным неверием:

— Серьезно? Это значит, что он злится? Быть того не может...

Пока Цинь Юань заново собирал кошачью сумку, ненадолго воспрянувший духом Цинь Цин тут же обмяк прямо на месте и принялся тереться о пол, громко мурча — звук по-прежнему стоял оглушительный.

— Чего это он снова замурчал... — Цинь Юань тоже растерялся. — Цинцин, ты как?

Заметив это, Юань Вэньюй осторожно просунул внутрь палец, и стоило ему лишь ткнуть Цинь Цина в щеку, как тот тут же вцепился в него и принялся с исступлением тереться. Не удовлетворившись этим через пару мгновений, Цинь Цин даже закинул передние лапы, крепко обнял палец и высунул язык, принимаясь его облизывать.

Находясь в невменяемом состоянии, он даже забыл втянуть когти, и острые кончики впились прямо в кожу Юань Вэньюй.

— Тц-с... — Юань Вэньюй резко втянул воздух, испытывая одновременно боль и наслаждение. — Цинцин, он меня в конце концов любит или ненавидит?

Цинь Юань был озадачен куда сильнее него.

— У меня от него палец сейчас облезет, — мучился в сомнениях Юань Вэньюй. — Но... ай!

С этими словами он с воплем мгновенно выдернул руку.

Цинь Юань наклонился, чтобы взглянуть: его изящный палец выглядел просто жутко — помимо нескольких неглубоких царапин на суставах, на самом кончике красовалась крошечная ранка, из которой сочилась кровь.

— ...Прости, — донельзя смутился Цинь Юань. — Раньше он никогда не кусался!

Оба уставились на кошачью сумку: сидевший внутри Цинь Цин громко мурчал и одновременно изо всех сил елозил мордочкой о стенки изнутри, так что вся сумка ходила ходуном.

— Он... — Юань Вэньюй замялся, не договорив.

— Ой, я тут вспомнил, мне нужно кое-куда сходить! — Цинь Юань подхватил трясущуюся без остановки кошачью сумку. — Я ненадолго отойду, скоро вернусь! Старший брат, посиди пока один!

Добежав сломя голову до угла у пожарной лестницы, Цинь Юань наконец опустил сумку на пол.

— Мать моя, ты что, опять растолстел? — тяжело дыша, произнес он. — Чего такой тяжелый, у меня руки отвалились.

Цинь Цин ничего не ответил.

Вдохнув свежего воздуха, он наконец успокоился и теперь чувствовал себя совершенно вымотанным, будто только что пробежал марафон целиком — от усталости он не мог пошевелить ни единым суставом.

— Ты что удумал-то? — Цинь Юань расстегнул сумку и вытащил его наружу. — Перепил какой-то дряни?

Цинь Цин безвольно висел тряпкой, не в силах пошевелить ни единой частью тела. Стоило Цинь Юаню взять его под мышки и слегка качнуть, как лапы и голова кота безвольно свесились, раскачиваясь из стороны в сторону и вперед-назад.

— Ты меня не пугай, — по-настоящему испугался Цинь Юань, усаживаясь на ступеньки и устраивая кота на коленях. — Цинцин, что с тобой? Скажи хоть слово!

— Не качай меня, — выдохнув еще пару раз, кое-как пришел в себя Цинь Цин. — У меня в голове все кружится.

— Заболел? Плохо? С чего бы это вдруг? — засыпал его вопросами Цинь Юань. — Как сейчас себя чувствуешь?

— Этот Юань Вэньюй... — мученически простонал Цинь Цин. — Он меня чуть до смерти не уморил своим запахом.

— ...Чего?

Несколько минут спустя Цинь Юань, выслушав объяснения Цинь Цина, запутался окончательно.

— Разве от него чем-то пахнет? Почему я ничего не чувствую? — нахмурился он. — К тому же ты ведь равнодушен к кошачьей мяте, я же помню...

— Да я и сам понятия не имею, — прильнув к его коленям, ответил Цинь Цин. — Но стоило ему появиться, как я тут же учуял этот дух, и после этого соображать перестал начисто.

— То, как ты себя вел... прямо как...

— Словно с цепи сорвался?

Цинь Юань покачал головой:

— Будто нажрался запрещенных веществ и пылаешь страстью.

— ...

— Со стороны выглядело жутко неловко! — заявил Цинь Юань.

— ...

— Ах да, ты же еще и палец ему прокусил, — нахмурился Цинь Юань. — Надеюсь, из любви к твоей миловидности он не станет держать на меня зла.

В этот момент зазвонил телефон Цинь Юаня. Это был Чжоу Янь: она спрашивала, где он находится, ведь скоро его выход на сцену для прогона.

Сбросив вызов, Цинь Юань погрузился в тяжкие раздумья.

— Пожалуй, пойду я.

Произнеся это, Цинь Цин спрыгнул на пол и тут же из-за слабости в лапах невольно сел на шпагат.

— ...Лучше я пойду, — Цинь Юань снова поднял его на руки и потрепал по голове. — Передохни пока. В конце концов, если ничего не выйдет, у нас же есть план Б.

Так называемый план Б таил в себе определенный риск.

Сперва Цинь Цин нарисует на листке бумаги массив, а затем Цинь Юань в те пять секунд, когда приглушат свет, бросит бумагу на пол и встанет на нее.

Звучит просто, но загвоздка заключалась в том, что для срабатывания массива листок должен лежать идеально ровно, без единого залома или сгиба. Дома Цинь Юань попробовал проделать это несколько раз: носить бумагу в руке слишком бросается в глаза, а в кармане она неизбежно мнется, из-за чего вероятность успеха падала до минимума.

Перед уходом на репетицию Цинь Юань с трагическим лицом заявил Цинь Цюню, что если перемещение провалится, он просто станцует под ритм музыку какой-нибудь янко, притворившись, что это юмористический номер.

Цинь Цин живо представил себе эту картину и подумал, что Чжан Син по ту сторону телевизора с вероятностью девяносто девять процентов тут же изойдет кровью и скончается на месте.

Он устроился в кошачьей сумке, ломая голову над выходом из положения, а снаружи за столом сидела специально вызванная Цинь Юанем Чжоу Янь и с улыбкой за ним наблюдала.

В гримерке находился Юань Вэньюй, так что Цинь Цин вернуться туда не мог. Но оставлять кота снаружи одного Цинь Юань категорически не решался. Предложение Цинь Цина обернуться в человеческий облик было с порога отвергнуто. Все-таки кругом телевидение, все входящие и выходящие обязаны носить пропуска, а у Цинь Цина его нет — он бы выглядел слишком подозрительно, что могло породить лишние проблемы.

Поэтому Цинь Юань попросил Чжоу Янь посидеть с ним в кафе внутри телецентра и заодно приглядеть за питомцем.

Уходя, он особо наказал девушке ни в коем случае не совать внутрь пальцы: мол, Юань Вэньюй не послушал предостережений и только что был укушен, его палец заливало кровью, это было просто ужасно.

— Цинцин~ — Чжоу Янь не стала совать пальцы внутрь, но продолжала непрерывно сбивать Цинь Цина с мыслей. — Ты оказывается такой бука?

Интонация, с которой она сейчас говорила, разительно отличалась от повседневной — она сюсюкала с ним, словно с маленьким ребенком, необычайно ласково.

— Ну и как на вкус пальцы того красавчика? — продолжала допытываться она.

— ...

Цинь Цин потерял дар речи, но невольно припомнил произошедшее. Хотя он и облизывал тот палец довольно долго, распробовать вкус толком не удалось; ему показалось лишь, что он до боли напоминает тот самый запах в носу — чарующий и приводящий кота в трепет.

— А знаешь, этот тип поставил твой портрет с бубенцами на заставку в телефоне! — выдала Чжоу Янь.

Маленькие бубенцы.

У Цинь Цина по спине побежали мурашки, он мысленно повторил эти три слова и поежился от отвращения.

— К тому же, — понизив голос, продолжила Чжоу Янь, — я заметила, что стоит ему выдасться свободной минутке, как он достает телефон, пялится в него и улыбается.

— ...

Спасибо, что поделилась этим грандиозным секретом, но я правда предпочёл бы не знать.

Цинь Цин страдал.

— Впрочем... — начав говорить, Чжоу Янь вдруг хихикнула. — А тебе не кажется, что они с твоим хозяином отлично смотрятся вместе?

Цинь Цин резко вскинул голову:

— Мяу?

Ты что вообще несешь?

— Цинцин, ты тоже так считаешь! — Чжоу Янь на ноль помножила кошачий язык и продолжила рассуждать в одиночку. — И ростом подходят, и лицами гармонируют. К тому же один поет, другой танцует — просто созданы друг для друга, правда же?

— Мяу-мяу-мяу?

— Да-да, — закивала Чжоу Янь. — А это обращение старший брат звучит донельзя двусмысленно.

Какая тебе еще к черту двусмысленность!

Цинь Цин понял: Чжоу Янь совершенно не волнует, что именно он пытается сказать, любой изданный им мяукающий звук она истолкует как знак согласия с ее слов. Эта девчонка просто воспользовалась тем, что кот не понимает человеческой речи, чтобы найти свободное дупло и выплеснуть наружу внутренние извращенные фантазии.

— Эх, а вообще-то раньше я думала, что Цюй Юэ тоже ничего так, — Чжоу Янь, видимо, внезапно что-то вспомнив, произнесла незнакомое для Цинь Цина имя и легко хлопнула ладонью по столу. — Во время прошлой совместной работы он выглядел таким неравнодушным к Юаню!

К Юаню.

На людях вежливо величает его господином Цинем, а за глаза тайком зовет Юанем.

Что за скрытый маньяк.

— Жаль только, больше они вместе не работали, — проговорила Чжоу Янь, падая грудью на стол. — Ладно, буду болеть за Юань Вэньюй: старший брат и младший брат — какое блестящее будущее!

Цинь Цин перестал мяукать.

Он тоже лег на подстилку, тайком размышляя о том, не осталось ли вокруг Цинь Юаня хоть одного нормального человека.

http://bllate.org/book/39230/4954683

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь