Готовый перевод The Protagonist's Nemesis / Мой муж — любимчик судьбы, а я просто хочу выжить: Глава 13

Му Цы находилась в комнате, совершенно не подозревая о том, что снаружи уже перевернулся мир.

Когда Гу Синчжи вышел наружу, лекари снова обступили его плотным кольцом, тщательно осматривая и проверяя. Убедившись, что он полностью исцелился, они лишь переглядывались в недоумении. Все видели, в каком тяжелом состоянии он был совсем недавно, как же он мог выздороветь меньше чем за время, необходимое для сгорания одной палочки благовоний, пока там была Му Цы? Это казалось совершенно немыслимым.

Помимо лекарей, в смятении пребывал и Му Яньчжи. Он вырастил Му Цы, неужели он мог не знать, что она владеет врачебным искусством? Слушая перешептывания толпы, он чувствовал невероятную душевную тяжесть.

Гу Синчжи, видя перед собой эту толпу, чьи лица выражали лишь сомнение и пустые разговоры — никто из них не хотел признавать способности Му Цы, — не удержался и фыркнул, хлопнув по столу:

— Довольно, хватит! Перестаньте меня осматривать. Я, ваш покорный слуга, сейчас здоров как никогда, аппетит отменный, да и поколотить кого-нибудь смогу. Все это — благодаря моей А-Цы, она просто божественный лекарь! Хватит стоять с такими кислыми минами, неужели так сложно признать, что кто-то лучше вас? С таким настроем вы долго не протянете.

Окружающие почувствовали горечь в горле. Этот сорванец Гу Синчжи, как всегда, ядовит на язык, но сделать с ним ничего было нельзя.

Он продолжал с воодушевлением расхваливать Му Цы, как вдруг ощутил на себе ледяной взгляд. Подняв голову, он увидел, что Шэнь Синянь бросил на него короткий взгляд и удалился.

— Вроде бы я не переходил дорогу этому громиле? — пробормотал про себя Гу Синчжи, недоуменно глядя ему вслед.

Шэнь Синянь направился в комнату к Му Цы. Взглянув на груду золота и драгоценностей на её столе, он слегка нахмурился:

— Так сильно любишь?

Му Цы кивнула. Кто же не любит Удача судьбы? Это и спасение жизни, и путь к Вознесению!

Шэнь Синянь присел рядом, его взгляд то и дело соскальзывал на её соблазнительные алые губы. Каждый раз, когда она спасала его, то вела себя так дерзко, а что же сегодня...

Легкий ветерок ворвался в комнату, вернув его к реальности, и он с ужасом осознал, что чуть было не спросил об этом вслух. Поцеловать или нет — какое ему дело до этого? Сейчас их связывают лишь деловые отношения.

Му Цы, видя, что он вошел и молчит, немного удивилась, но не стала расспрашивать. Сейчас ей нужно было подтвердить свои догадки, поэтому она небрежным взмахом руки убрала все вещи, а затем поднялась, собираясь уходить.

— Ты куда? — окликнул её Шэнь Синянь.

— Иду к Гу Синчжи!

Глядя на удаляющуюся спину, он почувствовал, как в груди стало еще теснее.

Как только Му Цы вышла, её тут же окружили, засыпая вопросами о том, как именно она вылечила Гу Синчжи.

— Сестра, неужели ты и правда владеешь медициной? — в шумной толпе раздался голос Му Ваньвань.

Все замолчали и обернулись к ней. Му Ваньвань выглядела бледной, она медленно подошла, опираясь на служанку:

— Сестра, выходит, ты всегда знала медицину, да еще и настолько хорошо, что даже Молодой хоу исцелился. Умоляю, спаси мою мать от сердечной болезни. Если ты согласишься вылечить её, я уеду в деревню и уступлю тебе место законной дочери Резиденция канцлера!

Сказав это, она опустилась на колени. Её плечи дрожали от едва слышных рыданий, а тонкая, словно тростинка, талия казалась такой хрупкой на ветру, что вызывала лишь жалость и желание защитить. Хрупкий белый лотос всегда вызывал у людей желание оберегать и сочувствовать.

Окружающие охнули, и их взгляды, обращенные к Му Цы, стали еще более неприязненными.

— Сестра, ты ведь можешь это сделать, правда? Мать всегда относилась к тебе как к родной, ты наверняка все эти годы тайно её лечила, верно?

Короткие фразы, но сколько же в них было подтекста. Присутствующие были не глупы и прекрасно понимали, к чему она клонит. Му Ваньвань ради спасения матери готова пожертвовать своим положением. Му Цы, обладая выдающимися познаниями, все эти годы бездействовала, пока мать страдала.

Взоры людей наполнились еще большим презрением и насмешкой.

— Му Цы, ты холоднокровная и бессердечная, у тебя просто нет сердца! Пусть ты не родная, но Резиденция первого министра растила тебя более десяти лет, ты купалась в любви, а обладая такими навыками, отказалась лечить собственную мать.

— Именно, Резиденция первого министра все эти годы кормила такую неблагодарную тварь, а теперь ты еще хочешь вернуться? Бесстыдница, как тебе не мерзко?

— Это место законной дочери изначально принадлежало Ваньвань, а ты еще смеешь посягать на него! Советую тебе поторопиться, вылечить госпожу, а потом покончить с собой, чтобы искупить грехи, на тебя тошно смотреть...

Начатая Лю Юаньюй волна насмешек и оскорблений накатывала со всех сторон, вонзаясь в неё, словно острые мечи.

— Это на тебя тошно смотреть! Твое лицо уродливо до такой степени, что вызывает гнев богов и людей, а сердце черное, как у паука, — как вижу тебя, кусок в горло не лезет! — вклинился в разговор Гу Синчжи. — Какое вам дело до того, владеет А-Цы медициной или нет, лечит она или нет? Совсем заняться больше нечем? К тому же, у вас что, мозгов нет? Что такое сердечная болезнь? Попробуйте хоть раз подумать головой: разве это лечится так просто? Разве эффект наступает мгновенно? И еще, место законной дочери Резиденция канцлера — великое достижение? Да если А-Цы захочет, она и супругой Ван Янь стать сможет...

Шэнь Синянь с мрачным лицом выступил вперед, прикрыв её собой. Двое мужчин встали перед ней, демонстрируя явное намерение защитить.

Му Цы дернула уголком рта: эй, она ведь совсем не такая слабая!

Шэнь Синянь собрался что-то сказать, но Му Цы потянула его за руку, отводя назад.

Лю Юаньюй, наблюдавшая за этим, чуть не захлебнулась собственной желчью. Бесстыжая лисица, мало того что соблазняет Гу Синчжи, так еще и от Ван Янь не отстает.

— Я действительно владею медициной!

— Ты признаешь, что была бессердечной и отказывалась помогать! — стоило ей закончить фразу, как Лю Юаньюй тут же вскрикнула, торжествующе и вызывающе глядя на неё. Теперь, когда она показала такую жестокость, Ван Янь непременно возненавидит её.

— Но с чего ты взяла, что я не лечила?

— Как такое возможно? Как ты могла лечить, если спустя столько лет ей до сих пор не стало лучше?

Глядя на то, как она размахивает руками, Му Цы почувствовала боль в глазах — черный паук, ползающий по её одежде, выглядел куда приятнее. Му Цы проигнорировала её и перевела взгляд на стоящего неподалеку Му Яньчжи:

— А вы что скажете, господин канцлер?

Все взоры обратились к Му Яньчжи. Лицо его было помрачневшим, он с болью в сердце смотрел на свою хрупкую дочь на земле, подошел и помог ей встать.

— Она действительно выписывала лекарства моей супруге! — он вздохнул, глядя на Му Цы со сложными чувствами. Госпожа Чжао много лет страдала от сердечной болезни, и Му Цы всегда готовила ей отвары, но никто из них не принимал это всерьез, считая лишь детскими шалостями, иногда снадобья даже не пили. Кто бы мог подумать, что она действительно обладает такими способностями.

Му Цы поняла его мысли и насмешливо хмыкнула. Истинная владелица тела, конечно, не знала медицины, но, услышав о болезни матери, тайно искала рецепты и собственноручно варила лекарства.

— Отец? — Му Ваньвань замерла, не в силах поверить услышанному.

Она совершенно не верила, что Му Цы знает медицину. Даже после исцеления Гу Синчжи она думала, что они сговорились обмануть всех или Му Цы использовала какие-то недостойные методы. Поэтому она и устроила это представление сегодня, чтобы возложить на Му Цы клеймо бессердечной, жестокой и неблагодарной дочери.

http://bllate.org/book/39226/4954286

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь