Готовый перевод Raising a Sesshomaru / Мой питомец — лорд Сэссёмару: Глава 11

Ито Фэн никогда не видел Цзяло в человеческом облик, поэтому, разумеется, не мог узнать в этом сногсшибательном красавце, от чьих длинных ног любой бы потерял дар речи, своего собственного пса — здоровенного черного пса с замашками капризного барина. Опасаясь, что они с Кудо Синъити и впрямь сойдут за наркоманов, он поспешно принялся оправдываться:

— Нет, мы просто...

Вспомнив, что именно он только что увидел, парень на мгновение замялся и всё же сменил тему:

— Мы просто загляделись.

В подобную отговорку не поверил бы никто, но Цзяло не собирался докапываться до правды. Он лишь запихнул обратно в пазуху Сяобая, который, уловив запах Ито Фэна, пытался высунуть голову наружу, и крайне холодно произнес:

— Что вы здесь делаете?

Сегодня он собственными глазами видел, как Ито Фэн отправился на учебу, так с чего бы ему забредать в столь опасное место? Взгляд Цзяло упал на Кудо Синъити: этот малый ради раскрытия дела готов забраться куда угодно — наверняка это он подговорил Ито Фэна притащиться сюда.

Кудо Синъити отчетливо почувствовал антипатию, которую Цзяло к нему питал, однако тот всегда держался отстраненно, и детектив не догадался, что неприязнь направлена исключительно на него одного.

Глядя на иссиня-черные волосы и золотые глаза Цзяло, Кудо Синъити быстро перебрал в памяти свои знакомства и понял, что раньше этого человека не встречал. Появление незнакомца в таком месте казалось весьма подозрительным, и он с легким подозрением спросил:

— А позвольте поинтересоваться, что здесь делает сам уважаемый господин?

Цзяло вновь вдавил пытавшегося высунуться Сяобая и невозмутимо ответил:

— Мой питомец не послушался и убежал сюда, так что я ищу собаку.

Снова оказавшийся в ловушке Сяобай мысленно взвыл: «Эту чушь я на себя не возьму!».

Ито Фэн и Кудо Синъити уже давно заметили, что за пазухой у Цзяло прячется какое-то животное, но просто не обращали на это внимания. Теперь же, услышав объяснение, они перевели взгляд на выглядывавшую из ворота пушистую макушку и крошечные кончики ушей, и в целом поверили ему. Из-за того, что Сяобай показывал лишь шерстку на макушке и самые кончики ушей, Ито Фэн даже не догадался, что этот белоснежный зверек — его собственный новоприобретенный щенок.

Цзяло бросил предостерегающий взгляд на призраков, которые всё еще не желали убираться восвояси. Заметив, что хоть большая их часть и рассеялась, многие всё еще жадно заглядываются на сочившуюся духовной энергией плоть Ито Фэна и жизненную удачу Кудо Синъити, бродя неподалеку и отказываясь уходить, он посоветовал обоим:

— Вам лучше поскорее отсюда уйти.

Аура здесь была пропитана тяжелейшей злобой. Не говоря уже о демонах и духах, которых привлекала эта гнетущая энергия, даже порожденные ею свирепые мертвецы были не по зубам обычным людям — и этого бы не вынесли даже те двое, один из которых был защищен крохами духовной силы, а второй — покровительством удачи.

Цзяло советовал им уйти из лучших побуждений, однако он не учёл, что его ледяной тон произведет обратный эффект. Вместо того чтобы послушаться, оба лишь заподозрили неладное, решив, что в этом доме кроется какой-то секрет, который незнакомец отчаянно пытается скрыть, и оттого захотели остаться еще сильнее.

Видя, что ни Ито Фэн, ни Кудо Синъити не собираются следовать его совету, Цзяло не мог просто силой вытолкать их вон, так что ему пришлось остаться с ними — по крайней мере, пока рядом находился Великий Царь Демонов, нечисть не посмела бы действовать опрометчиво.

Сама судьба хранила Кудо Синъити, и вскоре он обнаружил на стене, источающей злобу, четыре граффити, догадавшись, что они связаны с недавними убийствами. Но в отличие от Цзяло, прекрасно знавшего, что рисунки обладают проклятой силой, Кудо Синъити, не веривший ни в каких духов и призраков, посчитал их посланием убийцы и загорелся решимостью во что бы то ни стало вычислить преступника.

Наблюдая за тем, как Кудо Синъити и Ито Фэн усердно анализируют улики на стене злобы, Цзяло, охранявший подступы к стене и сдерживавший рвущихся наружу злых духов, не выдержал и мысленно выругался: какого черта ты кого-то ищешь, если убийца прямо перед тобой?!

Цзяло вдруг пожалел, что сразу же не вырубил этих двоих бездельников и не вышвырнул их на улицу. Сколько хлопот они ему теперь доставили! Мало того, что этот Кудо Синъити уставился носом в стену злобы и изучает четыре рисунка, так он еще и умудрился позвонить инспектору Мегуре из полицейского управления, чтобы тот привел наряд для совместного расследования.

Если заявятся копы, появится столько живых приманок... Какими бы пугающими для духов ни казались исходящие от него волны силы, мертвецы, подгоняемые лишь слепыми инстинктами, наверняка полезут наружу ради кровавой бойни. И тогда ему придется выбирать: раскрыть себя или нет?

Стоявший в стороне и с бесстрастным лицом обдумывавший план действий Цзяло вдруг заметил уцелевший обломок стены — крошечный уголок, который строители не успели снести во время сноса. В черноте этого зазора виднелся какой-то темный предмет. Хотя всё вокруг было черным-черно, при ближайшем рассмотрении бросалось в глаза, что туда вклинилось нечто постороннее. Подойдя ближе, он протянул руку, намереваясь вытащить эту черную штуковину, но тут же столкнулся с яростным сопротивлением: вся накопленная на стене злая энергия взбесилась и единым потоком ринулась на него, превратившись в смертоносное оружие.

Цзяло не обращал внимания на эти волны злобы. Он лишь крепче прижал к себе спрятанного за пазухой Сяобая, после чего ухватил торчащий предмет и резким рывком вытянул его наружу. Затопившая всё вокруг злость не успела даже приблизиться к нему, как была обращена в ничто невидимым пламенем с тихим шипением.

Обычным людям эти потоки нечистой энергии были не видны, поэтому Ито Фэн и Кудо Синъити заметили лишь то, как Цзяло присел на корточки у стены и, подобрав невесть что, заставил всю черную поверхность в мгновение ока побелеть — стена стала ослепительно-белой и новенькой, словно ее только что покрасили. Первые три рисунка на ослепительно-белом фоне заброшенного дома теперь выделялись еще резче...

Кудо Синъити подошел ближе и спросил:

— Что ты нашел?

Он не упускал ни единой крошечной улики.

Посмотрев на зажатый в руке длинный темный предмет, Цзяло на мгновение замолчал и произнес:

— Черную кость.

Кудо Синъити впился глазами в то, что держал Цзяло, но при всем желании не мог разглядеть в этом черном обугленном обрубке кость.

— С чего ты взял?

Он вовсе не сомневался, что парень врет, ведь истину можно было узнать лишь после лабораторной экспертизы. Детектива просто удивляло, как Цзяло с первого взгляда смог определить, что эта изуродованная до неузнаваемости вещица — кость. Стоило учесть, что сгоревшие кости выглядели совершенно иначе, а эта почернела неестественным образом.

Цзяло молча посмотрел на него, ничего не отвечая.

Разве мог он сказать, что собачий демон распознает кости лучше всего на свете? Ему даже смотреть было не нужно — один запах говорил о том, что перед ним кость, да к тому же берцовая! К тому же злоба, въевшаяся в кость, придала ей столь странный угольно-черный оттенок, но Цзяло без труда видел истинную суть сквозь пелену темной энергии.

Бросив обломок Кудо Синъити, Цзяло холодно произнес:

— Понятия не имею, зачем вы сюда приперлись, но эта штука наверняка окажется вам полезна.

Окинув взглядом побелевшую стену злобы, он был вынужден отказаться от первоначального замысла.

— Я нашел это в щели в стене. Возможно, внутри есть и другие — поищите, если хотите.

Изначально он не собирался рушить стену злобы, надеясь мягко развеять накопившуюся в ней обиду мертвецов, но теперь, когда Кудо Синъити всё испортил, пришлось менять планы. Скопившаяся на поверхности скверна рассеялась, а прятавшиеся в толще стены злые духи неизвестно когда сбежали, так что теперь оставалось только сносить саму стену.После того как Цзяло выжег всю злобную ци, что скапливалась на стене в этом доме, свирепые духи бесследно исчезли, а различные демоны и монстры один за другим разбрелись кто куда. Здание вновь обрело вид обычной заброшенной постройки, в которой уже очень давно никто не жил.

Разница между домом с призраками и обычным жилищем оказалась поистине огромной. Даже Ито Фэн и Кудо Синъити, не сразу сообразившие, что перед ними обитель нечисти, всё же заметили перемены:

— Мне кажется, температура тут вдруг сильно поднялась, стало уже не так холодно...

Цзяло холодно бросил:

— Наверное, вам показалось...

Кудо Синъити бросил на Цзяло взгляд. Хотя он и сам считал внезапное потепление странным, похожим на иллюзию, этот таинственный мужчина казался ему крайне подозрительным. Тот вовсе не был похож на человека, который просто пришёл сюда в поисках своей собаки. Так кем же были оставлены эти четыре граффити на стене? Являлись ли они посланием от убийцы, или их нарисовал этот человек? А может, он и есть сам убийца? Кудо Синъити со строгим выражением лица смотрел на четвёртую картину, краски на которой ещё не успели потускнеть: рисунок явно был создан совсем недавно, а до них здесь появлялся лишь этот мужчина в чёрном...

Цзяло, разумеется, и не подозревал, что молодой и чересчур догадывающийся знаменитый детектив уже внёс его в список подозреваемых. Впрочем, даже если бы он узнал об этом, ему было бы всё равно — это была уверенность, основанная на сокрушительной силе. Он сказал обоим:

— Я ухожу, вы собираетесь уходить вместе со мной?

Хотя все демоны и духи разбежались, это вовсе не значило, что в доме больше не осталось никакой опасности, поэтому было куда разумнее заманить этих двоих с собой.

Кудо Синъити, уже занёсший Цзяло в категорию подозреваемых, разумеется, предпочёл уйти вместе с ним, а Ито Фэн, который увязался за Кудо в надежде докопаться до правды, само собой, тоже согласился.

Стоило Цзяло выйти за пределы зоны сноса, как он тут же произнёс:

— Похоже, нам не по пути, давайте на этом распрощаемся.

Кудо Синъити с улыбкой отозвался:

— С чего это вам знать, по пути нам или нет?

Цзяло с лёгкой насмешкой в голосе ответил:

— Фотографии школьника-детектива Кудо Синъити постоянно мелькают в газетах. Надеюсь, я не слепой и способен узнать живого человека.

Адрес Кудо Синъити уже давно был раскопан от и до!

Хотя он и мог понять стремление Кудо Синъити раскрыть дело, его раздражало то, что этот парень везде сунулся и подозревал его на каждом шагу — даже несмотря на то, что у него самого действительно имелось немало секретов, дававших повод для подозрений...

Цзяло больше не желал возиться с этими двумя бестактными типами, разрушившими его планы. Он развернулся и направился в один из переулков. Прекрасно зная, что Кудо Синъити тайком следует за ним, он всё же скрылся из виду, а затем превратился в маленькую чёрную собачку — верно, приняв истинный облик, он намеренно стал совсем крошечным. После этого, прихватив с собой Сяобая, он спрятался в тихом уголке и стал молча наблюдать за растерянным выражением лица Кудо Синъити, который обнаружил, что живой человек растворился в воздухе прямо посреди длинного переулка. На душе у Цзяло стало необычайно приятно.

Ито Фэн, пришедший следом за Кудо Синъити, оглядел пустой переулок и удивленно воскликнул:

— Тот господин шёл просто с невероятной скоростью!

Этот переулок не был тупиком, но тянулся очень далеко, при этом в нём не было никаких ответвлений — прямая дорога от начала до конца. Однако с того момента, как Цзяло вошёл в переулок, и до того, как Кудо Синъити добрался до входа и заглянул внутрь, прошло меньше минуты. Этого времени никак не хватило бы человеку, чтобы преодолеть столь длинный путь, даже если бы он бежал со всех ног — разве что он умел летать...Кудо Синъити не верил, что Цзяло мог передвигаться с такой невероятной скоростью. Хотя в переулке и валялся кое-какой хлам, в этих местах не было ничего, что могло бы скрыть фигуру взрослого мужчины, не говоря уже о ребенке. Можно сказать, что всё пространство просматривалось с первого же взгляда: он совершенно не видел, где там можно спрятаться, и не замечал ничьего присутствия.

В конце концов, как бы ни ломал голову этот гений с его высочайшим интеллектом, он и помыслить не мог, что прятался вовсе не человек.

* * *

Потеряв след Цзяло, Кудо Синъити оставалось лишь уйти в полном унынии.

Ито Фэн не удержался и спросил:

— Зачем ты так зациклился на этом господине? Лучше бы подумал, почему мы оба угодили в иллюзию, стоило нам только войти в тот дом.

Кудо Синъити с крайне серьезным выражением лица произнес:

— Я подозреваю, что ту кровавую картину на стене нарисовал именно он.

Ито Фэн совершенно не интересовалось, кто автор граффити, нарисованного кровью на стене, его гораздо больше удивляло другое:

— А как та стена вообще внезапно из черной стала белой? Даже в фокусах не бывает таких чудес!

Кудо Синъити тоже находил невероятным то, что стена вдруг побелела. Перед уходом из дома он специально тщательно осмотрел её: это была самая обычная стена, никаких скрытых механизмов он не обнаружил. Он также особо провел досмотр в том месте, откуда Цзяло выкопал берцовую кость, и тоже ничего не нашёл.

— Похоже, разгадать эту тайну удастся только тогда, когда инспектор Мегуре со своими людьми разберут стену.

Кудо Синъити и Ито Фэн вместе отправились в полицейский участок к инспектору Мегуре, в то время как превратившийся в маленькую черную собачку Цзяло лежал в углу переулка с абсолютно опустошенным и несчастным видом. И хотя Сяобай, размером примерно с него самого, крутился рядом и тыкался в него носом, он по-прежнему прижимал задние лапы к животу и лежал на земле, не желая шевелиться.

Черт побери, он считал, что ему вовсе не стоило превращаться в маленькую черную собаку из опасений, что его заметит Ито Фэн! Кто же мог знать, что этот отвратительный маленький детеныш окажется настолько беспринципным, что тяпнет его за самое сокровенное место!

Подобное происшествие даже для Великого Царь Демонов являлось невыносимой болью, от которой едва ли не разрывалось сердце!

А конкретные обстоятельства дела обстояли следующим образом:

Когда Цзяло находился в человеческом облике, он спрятал Сяобай за пазуху на груди. Сяобай несколько раз пытался высунуть голову наружу, но Цзяло каждый раз заталкивал его обратно, в результате чего Сяобай внутри одежды оказался перевернутым вниз головой. Позже Цзяло молча вернулся в свой истинный облик — причем в облик детеныша. Естественно, Сяобай, который до этого находился у него на груди, оказался придавлен его весом. Будь у него облик большой черной собаки, Сяобай не подвергся бы такому давлению, но он принял форму детеныша, а Сяобай, совершенно незнакомый с этой его формой, внезапно испытал сильнейшую тяжесть. Даже намеренно превратившись в маленькую черную собачку, Цзяло не стал бы легче, и Сяобай, машинально открыв пасть, укусил его и угодил как раз в ту самую непроизносимую часть тела...

Хотя Сяобай вовремя сообразил, что придавшая его черная собачка обладает знакомым покроем шерсти и привычным запахом, и потому не стал сильно сжимать челюсти, даже слабый укус все равно оставался укусом. К тому же эта деталь была донельзя уязвимой, а молочные зубки Сяобай — такими острыми! Цзяло искренне считал, что если он все еще мог оставаться псом мужественным и в полном расцвете сил, то исключительно благодаря прекрасно освоенному искусству защитных чар!

Однако сколько ни тренируй защитные чары, эта часть тела никак не могла сравнить себя с кожей, шерстью и мышцами, которые не боялись ни клинков, ни оружия, ни воды, ни огня. К тому же болевые ощущения не уменьшились ни на йоту.

Лежа на земле и прижав задние лапы к животу, Цзяло медленно пришел в себя, с трудом поднялся на ноги и снова принял человеческий облик: в истинном облике всё было слишком на виду и легко уязвимо для травм, а в человеческом — хотя бы имелась одежда.

Опустив голову, он посмотрел на маленького детеныша, который совершенно не осознавал, какую только что сотворил пакость. Цзяло с унылым видом взял загривок малыша и приподнял его, подталкивая к самому лицу, чтобы заглянуть в глаза:

— Мелкий гаденыш, если еще хоть раз посмеешь без разбора трогать мое сокровище, я тебя съем! — С этими словами он изобразил зловещую и свирепую, как ему казалось, улыбку.

http://bllate.org/book/39169/4945264

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь