В дверях появился мужчина в классическом черном костюме. Заговорил он негромко, но властно, и его тяжелый, пронзительный взгляд медленно скользнул по присутствующим. Столкнувшись глазами с Фэн Ли, вновь прибывший на секунду замер. Юноша тоже опешил от неожиданности.
«Как он здесь оказался?»
«Надо же, действительно он».
Фу Цзюньхэ только что выслушал всю эту историю в конференц-зале. Поначалу он решил, что речь идет о заурядной школьной стычке, но чем дальше продвигалось обсуждение, тем труднее ему было сдержать холодную усмешку.
Взрослые люди сговорились, чтобы затравить ребенка. Какое бесстыдство!
А затем он прислушался и понял, что голос этого «зачинщика» кажется ему удивительно знакомым.
Такой тембр и дерзкие интонации трудно было спутать с чьими-то еще.
И теперь, распахнув дверь кабинета, Фу Цзюньхэ убедился в своей догадке.
Этот взбалмошный мальчишка, который еще утром так аппетитно уплетал завтрак, сейчас стоял один-одинешенек посреди просторного кабинета. Одетый в отглаженную школьную форму, он казался хрупким и зажатым. На лице не отражалось ни единой эмоции, но кулаки были сжаты с такой силой, что побелели костяшки.
Пальцы судорожно вцепились в тяжелую стеклянную пепельницу, левая рука мелко дрожала. По тыльной стороне ладони пролегли натянутые струнами вены.
В глазах Фу Цзюньхэ он выглядел диким зверьком, которого обложили охотники. Беззащитный, загнанный в угол, он задыхался от гнева, обиды и глубоко запрятанного страха.
Если мгновением ранее мужчина испытывал лишь легкое раздражение от глупости ситуации, то теперь внутри у него закипал настоящий гнев. Взгляд его потемнел и сделался леденящим.
Под этим тяжелым, давящим взором вице-директор Лю почувствовал, как вдоль хребта пополз противный липкий холод. Потеряв былую спесь, он засуетился и заискивающе забормотал:
— Господин Фу, вы... вы всё не так поняли. Мы тут просто беседуем, улаживаем, так сказать, недоразумение. Пустяковый конфликт между ребятами, мальчишке нужно просто извиниться, и инцидент будет исчерпан...
Наткнувшись на непреклонный вид Фу Цзюньхэ, Лю осёкся, и его голос сошел на нет.
— Вот как? — холодно обронил мужчина. — Ну так просветите меня, что здесь стряслось.
Породистое лицо Фу Цзюньхэ оставалось непроницаемым, словно высеченным из мрамора, а во взоре сквозило такое равнодушное презрение, что у Лю задрожали поджилки. Понять, о чем думает этот человек, было невозможно.
«Что происходит? Они знакомы? Нет, бред какой-то. Откуда у этого оборванца Фэн Ли связи с самим Фу Цзюньхэ? Я ведь сам через третьи руки узнал, что господин Фу заедет проведать своего старого учителя, и еле выпросил аудиенцию!»
Но если они все-таки знакомы... От одной этой мысли у вице-директора похолодело внутри. Страх начал брать верх. Не дожидаясь, пока столичный гость заговорит снова, Лю резко повернулся к классному руководителю:
— Мы как раз разбираемся в деталях... Учитель Хэ, немедленно отправляйтесь на пост охраны и принесите записи с камер видеонаблюдения!
Тот, уверенный, что дело уже замяли, растерянно захлопал глазами:
— Что?
— Быстрее, я сказал!
— Слушаюсь! — Учитель Хэ хоть и не отличался умом, но инстинкт самосохранения у него работал исправно. По заискивающей мимике начальства он сообразил, что незваный гость — птица слишком высокого полета, чтобы вставать у нее на пути. Суетливо закивав, он поспешил к выходу.
Инь Ханьцзы, не думая о последствиях, преградила ему дорогу. Демонстративно и с силой опустив дорогую брендовую сумочку на лакированный стол, она смерила вице-директора презрительным взглядом:
— Это еще что значит, вице-директор Лю? Вы хотите сказать, что сомневаетесь в моих словах?
Еще минуту назад пресмыкавшийся перед ней Лю мгновенно переменился в лице. Теперь он вещал тоном праведника и радетеля за истину:
— Ну что вы, госпожа Инь, я ни в коем случае не ставлю под сомнение вашу честность. Однако в стенах учебного заведения мы обязаны опираться на факты. Огульные обвинения недопустимы, мы не имеем права портить репутацию учащегося без веских на то оснований.
— Без оснований?! — Инь Ханьцзы опешила от такой наглой смены курса. Щеки ее пошли пунцовыми пятнами. — Моих слов вполне достаточно! Если вам этого мало, я сейчас же наберу отцу, и он лично объяснит вам, кто здесь виноват!
— Чудесно. Если у господина Иня Биня найдется свободное время, мы будем рады видеть его в нашей школе, — ровным тоном ответил вице-директор. В глубине души он и правда надеялся, что Инь Бинь явится и заберет свою ненормальную семейку подальше отсюда.
— Да как вы... — Задохнувшись от ярости, девушка не нашла что ответить. Лицо ее полыхало от гнева и унижения.
— Учитель Хэ, выполняйте, — бросил Лю. — Сделайте копию записи на флешку и возвращайтесь.
— Сию минуту, — классный руководитель поспешно обогнул разъяренную фурию и выскользнул за дверь.
Фэн Ли молча наблюдал за этой комедией. На его лице промелькнуло удивление. Он перевел взгляд на нежданного защитника, заново оценивая его безупречную, статную фигуру.
Похоже, этот господин Фу был куда более крупной рыбой, чем показалось сначала.
Почувствовав на себе пристальный взгляд мальчишки, Фу Цзюньхэ повернулся к нему. Встретившись с ним глазами, мужчина заметно смягчился.
Он промолчал, но в его теплом прищуре читалось ясное: «Не бойся, всё под контролем».
Фэн Ли, еще секунду назад готовый броситься в бой, под этим неожиданно заботливым взором почувствовал себя крайне неловко. Поколебавшись мгновение, он все же разжал пальцы и вернул пепельницу на стол. Использовать ее в качестве холодного оружия больше не требовалось.
Он лишь недовольно цыкнул, демонстрируя свой колючий характер.
Увиденное повергло вице-директора в глубокое недоумение.
Они не произнесли ни слова, однако это безмолвное взаимопонимание между ними говорило само за себя.
И только Инь Ханьцзы с братом, совершенно не умея читать атмосферу, продолжали захлебываться ядовитой слюной, требуя немедленно вышвырнуть Фэн Ли из школы.
Этот визгливый балаган заставил Фу Цзюньхэ поморщиться.
Пока они ждали возвращения учителя с записью, вице-директор Лю осторожно поинтересовался:
— Господин Фу, вы знакомы с этим юношей?
Заботясь о репутации подростка и не желая давать повод для сплетен, Фу Цзюньхэ сухо отрезал:
— Нет.
В сущности, это было правдой — он до сих пор даже не знал, как зовут спасенного им сорванца.
Вице-директор выдавил из себя подобие вежливой улыбки.
В деловых кругах давно ходили слухи о кристальной честности и обостренном чувстве справедливости владельца Группы «Лунцюань», но Лю и представить не мог, что тот станет разыгрывать благородного рыцаря ради первого встречного оборвыша.
Для самого вице-директора подобный альтруизм был не более чем глупым чудачеством.
Не прошло и десяти минут, как запыхавшийся классный руководитель ворвался обратно в кабинет.
На экране компьютера запустили запись. Правда вскрылась мгновенно.
Камера зафиксировала, что Фэн Ли и его приятель Чэнь Вэйлэ мирно стояли на лестничной площадке. А вот Инь Сянцзе и Цинь Фэй с воинственным видом и сжатыми кулаками целенаправленно летели на них снизу вверх.
Любому непредвзятому зрителю было очевидно: хулиганы шли на таран с четким намерением устроить драку.
Инь Сянцзе испуганно пискнул и заискивающе уставился на сестру:
— Сестра, но он первый нас обматерил!
Очевидные факты не оставили Инь Ханьцзы пространства для маневра. Скрипнув зубами от бессильной злобы, она уставилась на Фэн Ли так, словно хотела задушить его прямо на месте.
Вице-директор Лю поспешил разрядить обстановку, натянув фальшивую маску благодушия:
— Что ж, как мы видим, произошло досадное недоразумение. Сянцзе, Цинь Фэй, впредь будьте аккуратнее на лестницах. Бегать по ступенькам смертельно опасно — мало того что сами расшибетесь, так еще и других покалечить можете.
Учитель Хэ тут же подхватил тон начальства, сокрушенно закивав:
— Вот-вот! Я сразу почувствовал неладное. Фэн Ли у нас тихий, прилежный мальчик, прилично учится, со всеми ладит и мухи не обидит. Ну с чего бы ему бросаться на людей? Конечно же, это просто нелепая случайность. Сянцзе, Цинь Фэй, прекращайте эту вечную спешку.
Сколько патоки, сколько отеческой заботы! Словно и не было тех яростных нападок и угроз отчислить, которыми они сыпали пару минут назад.
— Ха-ха-ха!
Фэн Ли даже не пытался сдержаться — он расхохотался прямо им в лицо.
Эти двое хамелеонов, секунду назад надувавшие щеки от собственной важности, теперь лебезили перед ним и нахваливали его покладистый нрав. Они действительно держали его за идиота?
«Прилежный мальчик? Со всеми ладит? — Фэн Ли мысленно фыркнул. — Да Инь Сянцзе со своей сворой травил его у всех на глазах круглые сутки, а этот горе-педагог усердно смотрел в другую сторону».
А если Фэн Ли пытался возмутиться, в ответ неизменно прилетало дежурное:
«А почему они лезут именно к тебе, а не к кому-то другому? Может, дело в твоем поведении?»
Юноша скрестил руки на груди и с издевкой в ясных глазах поинтересовался:
— Уважаемые учителя, а у вас лица от такого быстрого переобувания еще не треснули?
В кабинете повисла звенящая тишина. Никто не ожидал от бесправного ученика такой дерзкой прямоты.
—...
Физиономии педагогов перекосило от бессильной злобы. На них лица не было — выглядели они так, словно их заставили прилюдно сожрать кучу дерьма.
Вид их кислых мин доставил Фэн Ли неописуемое удовольствие.
Этот чистый, звонкий смех заставил Фу Цзюньхэ вновь взглянуть на подростка. Прислонившись к краю стола, Фэн Ли стоял вполоборота. Его тонкий профиль казался хрупким, но вызывающая, едкая усмешка лишала образ всякой беззащитности.
Он презирал их открыто, ничуть не заботясь о приличиях.
Эта колючая дерзость на удивление гармонировала с его тонкими чертами лица, делая его облик невероятно притягательным и опасным. От него трудно было отвести взгляд.
Очевидно, под маской невинного школьника скрывался сущий чертенок — невыносимо заносчивый и своенравный.
Старый лис Лю быстро справился с замешательством. Нацепив невозмутимую мину, он проигнорировал выпад подростка и примиряюще произнес:
— Ну что же, раз инцидент исчерпан, пора и честь знать. Ступайте по домам, время уже к девяти вечера. Будьте аккуратны на дорогах.
— Какое еще недоразумение?! — взвизгнула Инь Ханьцзы, окончательно теряя рассудок от злости. — Сянцзе — спортсмен государственного уровня! Его ноги застрахованы на бешеные деньги! Случись что с суставом, этот нищеброд до конца жизни не расплатится!
— Послушайте, госпожа Инь, — устало вздохнул Лю, — вы же своими глазами видели запись. Сянцзе сам кубарем полетел по ступеням. Кто тут виноват, кроме его собственной невнимательности?
— Вы хотите сказать, что мой брат сам виноват?! Вице-директор Лю, вы ослепли? У него голень распухла! Это всё из-за удара этого ублюдка! И вы смеете выгораживать эту мразь...
Инь Ханьцзы брызгала слюной, не выбирая выражений, как вдруг над ней нависла огромная, давящая тень. Слова застряли у нее в горле.
Девушка вскинула голову и наткнулась на пару абсолютно ледяных глаз.
Фу Цзюньхэ молча сделал шаг вперед, заслоняя собой Фэн Ли. Одно лишь его присутствие, внушительный рост и тяжелый, парализующий волю взор подавляли любую попытку возразить. В глубине его темных глаз бушевала настоящая буря. Он смотрел на визгливую девицу сверху вниз, как на пустое место.
— Извинись, — веско обронил он.
Голос мужчины прозвучал негромко, но в нем сталью зазвенел приказ, не допускающий возражений.
— Живо извинись перед ним.
http://bllate.org/book/39107/5092148
Сказали спасибо 10 читателей