Готовый перевод Almighty Strategy Game / Всемогущая игра симулятора свиданий: Глава 6

Сцена началась с эпизода, где Лю Чуаньдэн отдаёт приказ вырезать весь род Шэнь, обвинив их в измене государству и оказании сопротивления при аресте.

Цзянь Ли вышел на середину пустой площадки и ненадолго прикрыл глаза. Ему потребовалось лишь мгновение, чтобы настроиться на нужную волну, после чего веки медленно поднялись.

В этот миг всё вокруг переменилось. Для него больше не существовало съёмочного павильона и отборочной комиссии — он перенёсся в залитое кровью поместье Шэнь.

Заложив руки за спину, Цзянь Ли замер. Былая мягкость и вежливость испарились без остатка: лицо застыло, а в глубине глаз проступила мрачная, давящая тьма. Взгляд медленно скользил по полу, а чуть опущенные веки в сочетании со стрелками придали его облику холодную, отталкивающую зловещность.

Одно едва уловимое движение глаз — и вся его аура мгновенно пропиталась ядовитым угрюмством.

Вжился в роль!..

Чжоу Цзинь вздрогнул. Скорость, с которой молодой актёр переключился на образ, поразила режиссёра настолько, что он едва не подался вперёд, не сводя с него пристального взгляда.

Цзянь Ли обвёл взором помещение. Губы искривились в изощрённой, безумной усмешке, будто под ногами и впрямь покоились груды разрубленных тел. Он выглядел как триумфатор, с холодным наслаждением подводивший итоги кровавой бойни.

Когда его взгляд скользнул в сторону, один из сотрудников персонала случайно встретился с ним глазом. Наткнувшись на этот ледяной, дышащий безумной яростью взор, бедолага почувствовал, как волоски на его затылке встали дыбом!

Сжав пальцы в кулаки на столе, Чжоу Цзинь наблюдал, как Цзянь Ли остановился и медленно шагнул вперёд. Взгляд актёра прикипел к одной точке, а улыбка стала совсем уж дикой и бессердечной. Он ступал так, словно не замечал луж крови под ногами, и замер прямо перед обомлевшим работником.

У того от этого пронизывающего насквозь взора мороз пошёл по коже. Сердце сжалось от страха, и он едва удержался, чтобы не отшатнуться.

— Господин Шэнь...

Цзянь Ли подал голос — и присутствующие ошеломлённо ахнули. Его тембр разительно изменился! В чистом прежде голосе прорезались въедливые, слегка визгливые и неестественные нотки, присущие придворным евнухам.

Предыдущие претенденты тоже пытались менять голос, но без профессиональной подготовки это получалось фальшиво, резало слух и разрушало погружение. У Цзянь Ли же не было и намёка на наигранность. Словно опытный диктор, он с филигранной точностью выверял интонацию каждой фразы.

Все присутствующие поняли: он решил использовать случайного сотрудника как партнёра по сцене.

— Вы совершенно правы, господин Шэнь, — неспешно проговорил Цзянь Ли, прогуливаясь взад и вперёд с руками за спиной. В его тоне слышалась ядовитая насмешка. — На что способен какой-то евнух? Разве что избавлять государя от лишних забот... Поругайтесь ещё, погромче! А то ведь совсем скоро и рта открыть не сможете...

Не успели эти слова отзвучать, как его рука метнулась в сторону. Ловким, отработанным движением он выхватил бутафорский меч со стойки, отступил на пару шагов и с маху выбросил клинок снизу вверх.

В воздухе мелькнула серебристая вспышка. Один удар — и наповал.

Швырнув оружие на пол, Цзянь Ли с отвращением оглядел мнимый труп и стряхнул с рукава невидимые капли крови. Он уже собрался уходить, как вдруг резко замер.

В романе именно на этом месте происходила встреча братьев — Лю Чуаньдэна и Лю Байчжу.

Два совершенно одинаковых лица: один — в ослепительно белых, неземных одеждах, другой — в пропитанном чужой кровью чёрном одеянии.

На лице Цзянь Ли отобразилось глубокое изумление. Он уставился перед собой странным, тяжёлым взглядом — прямо на Чжоу Цзиня, сидевшего напротив.

Их взоры пересеклись, и режиссёр почувствовал, как его самого затягивает в глубь этой сцены! Перед ним стоял уже не начинающий актёр Цзянь Ли, а могущественный, держащий в страхе весь двор Главный надзиратель Палаты Церемониального Этикета — Лю Чуаньдэн.

По сюжету к этому моменту Лю Чуаньдэн уже знал, что его брата-близнеца усыновил знатный клан Мужун. Пока он сам балансировал между жизнью и смертью в императорском дворце, превращаясь из человека в монстра, его родной брат купался в роскоши и почёте.

Лютующая, всепоглощающая обида захлестнула его. Цзянь Ли наполнил свой взгляд такой дикой, сжигающей ненавистью, будто перед ним действительно находился Лю Байчжу, смеющий его осуждать:

— Ешь что попало, да не мели что попало! — отчеканил он с ледяным презрением. — Наше ведомство лишь исполняет волю Его Величества.

При слове «Его Величество» Цзянь Ли сделал формальный почтенный жест, а в следующее мгновение, будто от калёного железа, вспыхнул от слов противника. Широкий рукав взметнулся, голос упал до заговорщицкого, давящего шёпота, потеряв всякую официальность:

— Замолчи! Кричишь, что я истребляю верных слуг и сею хаос при дворе? Да что ты вообще понимаешь?!

Мать, пытавшаяся прокормить семью, из двух братьев-близнецов решила отдать в дворцовые евнухи именно его — лишь потому, что младшенький был ласковее и умел ей угодить. Первые годы в замке, наблюдая, как другим приходят вести из дома, он до боли в груди ждал хотя бы строчки от матери... Ждал, что она спросит, не больно ли ему. Но так и не дождался ни единого слова.

— Ты сладко жил у клана Мужун! Хоть раз вспомнил, каково мне приходилось в дворцовом аду?! И теперь смеешь заводить речи о братских чувствах?!

С каждым словом он наступал, шаг за шагом приближаясь к Чжоу Цзиню. В его глазах пылала неспадающая жажда убийства, а на губах застыла ядовитая усмешка:

— Клан Мужун научил тебя быть наивным дураком, но забыл обучить правилу выживания? Ещё хоть слово, и не пеняй на кровные узы! Отправлю на тот свет — к родителям!

Воздух вокруг него буквально сгустился от смертоносного жара. Было очевидно: Лю Чуаньдэн готов без колебаний уничтожить собственного брата.

Чжоу Цзинь застыл, не смея шелохнуться. На его лице не отразилось ни эмоции, но по спине пронёсся ледяной пот под этим диким, пронзающим насквозь взглядом.

На этом отрывок для прослушивания Лю Чуаньдэна закончился. Однако когда Цзянь Ли замер, в помещении продолжала стоять мёртвая, оглушительная тишина.

Присутствующие не могли оторвать глаз от юноши в центре комнаты. Души всех присутствующих всё ещё были объяты трепетом от увиденного — казалось, жестокий и властный Главный надзиратель Восточного Депо сошёл со страниц романа прямо в реальный мир!

— Браво...

Хуан Лишэн первой пришла в себя и уже поднесла ладони, чтобы зааплодировать, но Чжоу Цзинь вовремя остановил её, мягко прижав её руку и прошептав:

— Тише. Он ещё не вышел из образа!

— А?..

Приглядевшись, Хуан Лишэн ахнула. Цзянь Ли действительно всё ещё находился в роли, но зловещее, свирепое выражение его лица мгновенно сменилось смесью шока, боли и праведного гнева.

Она обомлела: он моментально переключился на образ Лю Байчжу!

Закончить отыгрывать одного персонажа и без пауз, на одном дыхании воплотить совершенно противоположного, продолжить сцену уже с другой стороны... От подобной пластичности перехватывало дыхание.

И юноша перед ними продемонстрировал это с безупречным грациозным мастерством!

Сбросив с себя кровавую ауру Лю Чуаньдэна, он преобразился. В нём проявилась благородная, открытая статура молодого господина из знатного рода. Едва открыв рот, Цзянь Ли обрушил на слушателей всю гамму чувств Лю Байчжу: его ярость, крушение надежд и глубокое отчаяние от осознания того, во что превратился его единственный кровный брат.

Один и тот же человек за пару минут сыграл две противоположные личности, до мельчайших нюансов выведя наружу их сложнейший внутренний надлом!

Подобный колоссальный, пугающий уровень мастерства был не под силу не то что большинству претендентов на пробах — даже среди признанных мэтров индустрии лишь единицы могли бы продемонстрировать нечто подобное. Чжоу Цзинь почувствовал искреннюю благодарность к своему племяннику, приславшему ему такое сокровище. Как же хорошо, что он сменил гнев на милость и согласился дать парню шанс, иначе потерял бы идеального кандидата!

— Моё выступление окончено. Спасибо за внимание, уважаемые члены комиссии.

Под восхищёнными, неверящими взглядами Цзянь Ли слегка поклонился присутствующим.

Чжоу Цзинь поднялся со своего места и первыми искренними аплодисментами приветствовал новичка, подарившего ему настоящий актёрский триумф:

— Цзянь Ли, добро пожаловать в съёмочную команду «Опустившегося Месяца над Длинной Рекой»!

Следом за режиссёром в аплодисментах зашлась и остальная комиссия.

Хуан Лишэн была в полном восторге от увиденного и не удержалась от вопроса:

— Вы сыграли просто невероятно! У вас уже есть опыт съёмок? Прежде я о вас не слышала.

— Для меня это первые официальные пробы, — скромно улыбнулся Цзянь Ли, будто смутившись от похвалы, и снова слегка наклонил голову. — До этого я учился самостоятельно дома, так что мне ещё многое предстоит узнать. Буду рад вашим наставлениям.

Затем он подошёл к сотруднику, которого использовал в качестве молчаливого партнёра, и искренне извинился перед ним за доставленные неудобства.

Красивый, воспитанный, да ещё и невероятно талантливый — он мгновенно расположил к себе каждого в этой комнате.

Повторно поблагодарив всех и оставив свои контактные данные, Цзянь Ли покинул съёмочную площадку.

***

Когда Цзянь Ли начинал выступление, Цзи Шу выходил в коридор отвечать на рабочий звонок. Выйдя из помещения, Цзянь Ли увидел, что главный секретарь всё ещё говорит по телефону неподалёку, и решил подождать его.

Закончив с делами, Цзи Шу подошёл к юноше, который молча стоял, опираясь о стену. Решив, что тот провалил прослушивание, секретарь мягко проговорил:

— А-Ли, не принимай близко к сердцу. Это всего лишь одна роль, считай это полезным опытом.

В этот момент Цзянь Ли как раз болтал с Системой, выясняя, насколько эффектно он смотрелся во время сцены, поэтому не сразу понял слова Цзи Шу:

— Что вы сказали?

Цзи Шу, приняв его задумчивость за глубокое расстройство, продолжил утешать:

— Я говорю, ничего страшного, если пробы не прошёл. Генеральный директор Цзянь передавал, что если ты захочешь, он устроит тебя в другой...

— Учитель Цзянь!

Договорить он не успел — его прервал подбежавший сотрудник. Поздоровавшись с секретарём, тот протянул Цзянь Ли папку с документами:

— Учитель Цзянь, Сестра Хуан просила передать вам этот разбор персонажей Лю Чуаньдэна и Лю Байчжу. Думаю, вам это пригодится!

— Ещё как пригодится! Передайте Сестре Хуан мою искреннюю благодарность, — с улыбкой принял материалы Цзянь Ли, догадавшись, что продюсер решила помочь ему из-за его слов об отсутствии опыта.

— Договорились! Ваша сегодняшняя игра была просто потрясающей! Ну, я побежал!

Цзи Шу стоял ни жив ни мёртв, переводя потрясённый взгляд с убегающего работника на лучезарно улыбающегося Цзянь Ли:

— «Учитель Цзянь»?..

— Именно, — Цзянь Ли игриво помахал папкой в воздухе. — Как раз дело к обеду. В честь того, что я получил желаемую роль, не составит ли мне компанию главный секретарь Цзи?

— ... Составит, — пробормотал Цзи Шу, чувствуя, что упустил нечто грандиозное. С каких это пор он стал «Учителем»?!

***

После обеда Цзи Шу отвёз Цзянь Ли домой и лишь затем вернулся в корпорацию, чтобы доложить о случившемся Цзян Чжаню.

Узнав, что Цзянь Ли успешно прошёл прослушивание, Цзян Чжань искренне удивился. Он-то думал, что парень вернётся ни с чем, а тот своими силами заполучил роли Лю Чуаньдэна и Лю Байчжу.

Изначально, когда Цзян Чжань попросил дядю взять парня в проект, режиссёр резко отказал, заявив: либо пробы на общих основаниях, либо ищите другого режиссёра.

Цзян Чжань прекрасно понимал стремление дяди доводить каждую деталь до идеала и не собирался менять именитого постановщика ради одноразовой игрушки. Но и слово своё назад брать не хотелось.

И пусть Цзянь Ли залез к нему в постель ради протекции (да ещё и перепутав номера!), проведённая ночь оставила у Цзян Чжаня весьма приятные воспоминания. К тому же Цзянь Ли был абсолютно в его вкусе, так что обижать юношу не хотелось. Именно поэтому он и послал Цзи Шу — чтобы в случае провала предложить парню достойную компенсацию.

Кто же мог подумать, что этот мальчишка сумеет пробиться через требования его придирчивого дяди и заберёт сразу двух ключевых персонажей?

А не прост этот малый.

Настроение Цзян Чжаня неожиданно улучшилось. Откинувшись на спинку кожаного кресла, он спросил у секретаря:

— Он просил о какой-нибудь компенсации?

— Нет, господин Цзянь. Господин Цзянь Ли сказал, что относится к вашему положению с полным пониманием, — ответил Цзи Шу.

«С полным пониманием?»

Цзян Чжань усмехнулся. А парень-то с совестью! Хоть роль он получил и не напрямую, возможность попасть на пробы выбил для него именно Цзян Чжань. Значит, и его заслуга тут есть.

За такую понятливость Цзян Чжань решил проявлять к нему чуть больше заботы:

— Проверь, есть ли у него ассистент. Если нет, подбери толкового человека до начала съёмок.

— Будет сделано, генеральный директор Цзянь, — кивнул Цзи Шу и уже повернулся, чтобы выйти, но его остановил оклик.

Цзян Чжань как бы между прочим поинтересовался:

— Он больше ничего не передавал?

Например, предложения поужинать вместе в знак благодарности.

— Э-э... — Цзи Шу замялся, не зная, стоит ли озвучивать услышанное.

— Говори как есть, — нахмурился Цзян Чжань, видя его колебания.

— Господин Цзянь сказал... что вы развели его на секс.

— ...

Лицо Цзян Чжаня мгновенно застыло, а затем стремительно потемнело, накрывшись тучей ярости. Он процедил сквозь зубы:

— Вон. Отсюда!

Цзи Шу испарился со скоростью света.

***

В это же время Цзянь Ли, увлечённо изучавший полученный разбор ролей, неожиданно услышал в голове тревожный, оглушительный писк Системы:

[Внимание, хост! Уровень симпатии главного героя стремительно падает! Уровень симпатии главного героя стремительно падает! Уровень симпатии главного героя стремительно падает!]

Цзянь Ли мгновенно развернул панель задач и онемел: шкала симпатии рухнула прямо до -25!

На его лице застыло крайнее изумление:

«?!»

http://bllate.org/book/39048/4981673