Глава 16
На тыльной стороне правой руки Тань Сяоцин виднелась тонкая, длинная кровавая линия, будто её поцарапало что-то острое, и из раны сочились алые капли.
— Ой, и когда же это… — Тань Сяоцин нахмурилась, уставившись на царапину длиной в палец. Выглядела она озадаченной и, казалось, совершенно не понимала, как это произошло. Впрочем, заметив встревоженный и обеспокоенный взгляд Лин Лу, Тань Сяоцин тут же повеселела: — Сяо Лу, совсем не больно. Не переживай.
Для неё подобное даже мелким ранением назвать было нельзя.
Тань Сяоцин исполнилось двадцать три года. Хрупкая фигурка, копна свежих, аккуратно подстриженных коротких волос и круглое лицо, вызывающее искреннее расположение, — вероятно, всё это стало одной из главных причин, почему доктор Чэнь Су выбрала её охранять Лин Лу. Но ещё важнее было то, что помимо должности младшего научного сотрудника второй категории в Лаборатории генетических препаратов (подчиняющейся Антарктической Звезде), она обладала ещё одним, неафишируемым особым статусом.
Увидев собственными глазами, как Тань Сяоцин провела рукой по месту пореза и та алая полоска исчезла бесследно, Лин Лу во все глаза уставился на неё, переполненный изумлением. Тань Сяоцин же держалась совершенно непринужденно и, не удержавшись перед милым видом мальчика, снова ущипнула его за щеку. Моргнув, она заговорщицки протянула: — Сяо Лу, хочешь, я открою тебе один секрет…
Изначально Тань Сяоцин планировала сгородить какую-нибудь чушь для одурачивания детей вроде: «Сестрёнка обладает суперсилой, сестрёнка — великий герой, и втайне она каждый день спасает мир», — после чего рассчитывала увидеть ещё больше изумления на лице Лин Лу. Но к её досаде, перед ней сидел вовсе не обычный ребёнок: Лин Лу, не дожидаясь подсказок, своей сообразительной головкой мгновенно додумался до ответа.
— Сестричка Сяоцин, у тебя Мозговая ветвь?
Пятилетний Лин Лу уже давно проявлял другую свою сторону — рассудительную и решительную, а его вопрос попал прямо в яблочко.
Тань Сяоцин тут же лишилась дар речи.
Как и Лин Лу, она действительно принадлежала к Новым людям, чья вероятность появления составляла всего 0,01%. Вот только её способность была второй по редкости после Мозговой ветви — ветвью трансформации. Подобная сверхспособность позволяла Тань Сяоцин адаптироваться к любым условиям гораздо быстрее обычных людей, а в случае необходимости — стремительно менять форму волос, кожи, костей и мускулатуры по всему телу.
Вскоре, поскольку оцепление вокруг жилого комплекса ещё продолжалось, они позавтракали вдвоём, после чего Тань Сяоцин посидела с Лин Лу, пока тот немного смотрел новости. По ходу дела одноклассники Лин Лу — брат и сестра Хуан Цзюэюань и Хуан Симин, а также их учительница Чжао Фэнроу прислали сообщения. Увидев в новостях репортажи о блокировке жилого комплекса Тунхуа и убедившись, что с Лин Лу всё в порядке, учительница Чжао и шумные брат с сестрой наконец успокоились.
В это время за пределами всего квартала у каждого перекрёстка всё так же сновали патрульные машины и воздушные полицейские дроны. Сам Лин Лу не осознавал масштабов происходящего бедствия и чувствовал лишь смутную тревогу. Этот мирный жилой комплекс, где со дня постройки не случалось никаких тяжких преступлений, казалось, был окутан невидимой тенью.
Как только выпуск новостей закончился, Лин Лу потерял усидчивость. Он сообщил Тань Сяоцин, что поднимется наверх делать летнее задание, затем попросил у робота-дворецкого А Юаня целую гору съестного и, отказавшись от чьей-либо помощи, в одиночку утащил эту кучу снеди наверх, топая ножками.
Тань Сяоцин снова уселась в гостиной и достала карманный коммуникатор, чтобы доложить обстановку доктору Чэнь Су, находившейся далеко на антарктической базе. В ожидании соединения по зашифрованному каналу она уставилась на стеклянную стену с зияющей в ней дырой, и взгляд её непрерывно менялся:
— Доктор, это я, Тань Сяоцин. Сяо Лу только что позавтракал, с ним всё хорошо, мда… у меня здесь всё в штатном режиме.
Под спокойный голос Тань Сяоцин это утро всё ещё казалось обычным и безмятежным. А вот в инфекционном отделении Федеральной больницы, расположенной в самом центре Верхнего города, уже царил полный хаос.
В сопровождении непрерывно завывавших автоматических сирен глухие удары становились всё более частыми и неистовыми. Из коммуникатора в руке судмедэксперта Ян Юйгун доносились сорванные крики Бай Лэмина. Видя, что добиться от него хоть чего-то чнятного не удаётся, Ян Юйгун просто отбросила рацию, пытаясь придумать другой способ открыть эту проклятую гермодверь перед ней.
Тридцать секунд спустя в коридоре стремительно появилась группа медиков в белых защитных костюмах и охраны.
Следом раздался грохот — многие, включая Ян Юйгун, ощутили мощную встряску. Толчок был куда сильнее предыдущих ударов, почти как при землетрясении, так что под ногами задрожал даже пол.
Казалось, что-то прорвало оковы, и среди прибывших сотрудников быстро поднялась суматоха. Ян Юйгун прижалась к стеклу, пытаясь разглядеть происходящее, но всё случалось на другом конце, и она заметила лишь несколько ярких вспышек, вероятно, от оружейных выстрелов.
Не прошло и нескольких секунд, как огромная тёмная масса стремительно бросилась к двери Ян Юйгун, издав оглушительный грохот. Инстинктивно отпрянув назад, она увидела, как на армированном стекле двери мгновенно разрослась паутина трещин. Рассмотрев то, что влетело в преграду, Ян Юйгун осознала — это был человеческий затылок.
При такой силе и скорости этот несчастный, судя по всему, уже погиб на месте.
Ян Юйгун не успевала размышлять дальше. В этот момент за покрытым трещинами стеклом мелькнула ещё одна фигура — на сей раз больничный охранник с противоударным щитом в руках. Его влетело прямо в потолок коридора, а затем под действием гравитации швырнуло на пол; из-под защитного костюма хлынула лужа крови, тело несколько раз конвульсивно дёрнулось и затихло.
И это было лишь то, что Ян Юйгун удавалось разглядеть.
Что за человек или какое чудовище обладало столь невероятной силой? У Ян Юйгун, ещё недавно искавшей любые способы выбраться наружу, вдруг появилось чёткое осознание: пожалуй, сейчас разумнее оставаться в комнате. Но разве можно чувствовать себя в безопасности, не предпринимая ничего?
За какие-то десяток минут к месту происшествия прибыло ещё множество до зубов вооружённых стражей порядка. Не оглядываясь, они пронеслись мимо Комнаты 606 — то есть той, где находилась Ян Юйгун, — и устремились в другой конец коридора. В их мельком брошенных взглядах Ян Юйгун неизменно читала глубоко затаённый страх.
В комнате, помедлив мгновение, Ян Юйгун отыскала единственный находившийся под рукой передвижной столик на колёсиках. Столик был совсем небольшим, около полуметра в ширину, изготовленным из лёгкого, но прочного сплава. Подняв опорную раму столешницы, Ян Юйгун взвесила её в руке, а затем нацелилась одним из четырёх углов на покрытое трещинами стеклянное окно и изо всех сил ударила.
Пятимиллиметровое закаленное стекло разлетелось вдребезги от одного удара.
Грохот выстрелов, какофония голосов и крики ужаса мгновенно обрушились на Ян Юйгун подобно штормовому ливню. В этот момент никто не обращал на неё внимания — очевидно, всё их внимание было приковано к тому, что творилось на другом конце коридора.
Расчистив остатки осколков стекла, Ян Юйгун вытянула правую руку и нащупала снаружи электронный кодовый замок. Общительностью она обычно не отличалась, но так уж вышло, что одна из её давних знакомых раньше работала врачом в Федеральной больнице. Та не раз жаловалась Ян Юйгун в разговорах, что пароли от больничных палат остаются неизменными из года в год.
Введя комбинацию 692403, Ян Юйгун услышала мелодичный писк, и дверь легко отворилась.
Труп, прежде прислоненный к косяку, плавно завалился внутрь комнаты.
Под герметичным защитным шлемом виднелось молодое лицо. Обладатель лица таращил глаза, а малая часть его головы утопала в луже крови, застывшее выражение запечатлело предельное изумление. Ян Юйгун привыкла иметь дело с гибелью людей и сохраняла хладнокровие; на её месте обычный человек, к чьим ногам вдруг рухнул бы труп с размозженным мозгом, давно бы завизжал.
Вытащив ногу, Ян Юйгун только собралась переступить порог, как наткнулась на что-то лицом. В абсолютно пустом воздухе будто выросла невидимая стена. Эта стена шевельнулась и крепко ухватила едва не потерявшую равновесие Ян Юйгун.
— Медэксперт Ян, мы снова встретились.
Вслед за этим низким голосом в воздухе сначала проступил слабый силуэт, а затем очертания человеческой фигуры стали всё отчётливее — проявились руки, туловище, ноги.
— Это ты?! — Ян Юйгун резко вскинула голову, узнав этот знакомый голос. В конце концов, с момента тех событий прошло совсем немного времени: когда Ян Юйгун с тремя помощниками проводила вскрытие погибшего Лю Пинхуэя, спецназ «Жадный Волк» ворвался в помещение и велел им остановиться, и голос предводителя отряда был точь-в-точь как у стоящего перед ней мужчины.
— Не ожидал, что вы меня помните. — Мужчина снял шлем боевого костюма Таньлан, обнажив волевое, мужественное лицо. Он отпустил руку Ян Юйгун, усмехнулся и надел шлем ей на лицо.
Она не успела среагировать, как перед глазами вдруг погрузилось во мморак, её охватило удушающее давление, а на лице ощутился легкий покалывающий укол — казалось, в кожу вонзились крошечные щупальца или иглы. Испытав испуг, Ян Юйгун инстинктивно попыталась сорвать со своего лица то, что так плотно к нему прилегало. Однако человек напротив остановил её: — Если не хотите заразиться, не снимайте. Потом ещё спасибо скажете.
К счастью, всего через пару секунд лёгкий дискомфорт быстро сошёл на нет.
Ощущения в этот миг Ян Юйгун описать было трудно: она прекрасно понимала, что на лице появился какой-то предмет, и он мгновенно покрыл всё её тело, но стоило перестать концентрироваться на прикосновении, как она начисто забывала о его присутствии. Дыхание стало невероятно лёгким и свободным, а поле зрения расширилось до пределов фантастики — убранство комнаты позади неё Ян Юйгун теперь видела насквозь, даже не поворачивая головы.
— Пойдёмте! Вы же хотели посмотреть, что там стряслось? — Крепкий мужчина рядом с ней, казалось, прекрасно знал, что она намерена сделать.
Впрочем, подгонять её было не нужно, Ян Юйгун уже всё для себя решила. Шагнув с мужчиной в коридор, они словно оказались на съёмках фильма ужасов: повсюду валялись груды тел, некоторые из них были распороты и разорваны на куски, а ослепительно белые стены, пол и потолок забрызганные багровой кровью, казалось, состояли из неё сплошь.
Эпицентром этого кровавого месива являлась Комната 606, где находилась её помощница Цю Я. Металлическая дверь 606-й палаты была зверски искорёжена и деформирована, а изнутри в ней проломили огромную дыру.
Дурное предчувствие в груди Ян Юйгун разгоралось с новой силой. Она не была дурой и, судя по бессвязным речам Бай Лэмина и открывшейся картине, понимала: с Цю Я могло случиться нечто ужасное. Ускорив шаг и пройдя вместе со спутником около двадцати метров вперед, они завернули за угол т-образного перекрестка в другой коридор, и хотя Ян Юйгун морально готовилась к худшему, увиденное всё равно повергло её в шок.
Что это было за существо, висящее вниз головой на потолке под перекрёстным огнем сотен бойцов? Или это оставалось человеком? Опытный судмедэксперт Ян Юйгун уже не могла ответить на этот вопрос утвердительно.
Монстр был сплошь раздут, растрёпанные волосы свисали вниз, а всю кожу покрывали чёрные волдыри. На его лице — о, если это месиво вообще можно было назвать лицом — красовалось четыре пары красных глаз! И если верхнюю половину тела ещё кое-как удавалось признать человеческой, то раздутый круглый живот внизу и восемь суставчатых паучьих ног, расположенных парами напротив друг друга, полностью выходили за рамки человеческого облика.
Словно загнаний в угол дикий зверь, чудовище издавало угрожающее шипение. Окружавшие его люди нервничали куда сильнее монстра и непрерывно поливали тварь из всех стволов, однако обычные боеприпасы не наносили ей никакого вреда, лишь заставляя раздражённо мотать головой.
И как раз в этот момент из-под шеи твари свесился золотой медальон в форме сердечка, отражая вспышки света. Какими бы стальными нервами ни обладала Ян Юйгун, в её голове тут же гулко зазвенело, будто её ударили чем-то тяжелым.
Из трёх её помощниц Цю Я обычно вела себя беспечнее всех. Но именно этот золотой кулончик она ежедневно носила с собой с огромным трепетом и аккуратностью: по её словам, это была реликвия, оставленная матерью перед смертью, и она не расставалась с ней никогда, кроме как во время купания…
http://bllate.org/book/38990/4916827
Сказали спасибо 0 читателей