Готовый перевод Reborn: The Distilled Wine's Legacy / Возрождение винодела: Искусство читать сердца: Глава 8

Старший господин Юнь позвал Ся Юэ в главную залу и протянул ему три бухгалтерские книги.

Прежний Юнь Ся Юэ вовсе не собирался унаследовать винокурню семьи Юнь. Сам он не любил вино, поэтому, естественно, не испытывал особого интереса и к виноделию. Однако, желая облегчить заботы семьи, Юнь Ся Юэ по собственной инициативе вызвался управлять винным кабачком, который семья Юнь открыла в Иньчэне. Кабачок семьи Юнь был единственным в своем роде, он располагался на восточном берегу канала в Иньчэне и носил название «Сицзюцзуй». В заведении подавали исключительно вино, сваренное на винокурне семьи Юнь, в сопровождении восхитительных закусок. Заведение пользовалось в Иньчэне прекрасной репутацией, бизнес шел весьма успешно, и оно же являлось главным семейным предприятием.

Юнь Ся Юэ полностью сосредоточился на управлении «Сицзюцзуй». И хотя он не был гением торговли, благодаря уму, проницательности, дальновидности и усердию в делах, с восемнадцати лет приняв бразды правления, он сумел поставить дело на широкую ногу. Доходы по сравнению с прежними временами даже немного выросли, хотя и без разительных перемен, так что его работу можно было назвать добротной, но ничем особо выдающимся.

Не прошло и двух лет с тех пор, как он взял бразды правления в свои руки, как Юнь Ся Юэ внезапно слег. Последние три года «Сицзюцзуй» снова управлял Старший господин Юнь: хотя ему и помогали приказчики и управляющие, нагрузка оказалась немалой. Зима — пора виноделия, и Старший господин Юнь и вовсе разрывался между делами. К тому же он видел, что сын уже с полмесяца как очнулся и восстанавливается весьма успешно, поэтому и решил расспросить его о планах. Раз к винокурне у того душа не лежит, настаивать не станет; но коль сыну по нраву «Сицзюцзуй», заведение останется в его руках. И пусть пока приступить к делам он не может, взять книги за последние три года и предварительно ознакомиться с ними будет полезно.

Ся Юэ, конечно же, был согласен. В прошлой жизни они с другом вместе держали небольшой идзакая, так что определенный опыт в управлении и ведении дел у него имелся. К тому же, будучи молодым хозяином, ему предстояло лишь направлять общее течение дел, а с мелкими хлопотами справлялись управляющие и приказчики, так что перенапрягаться не придется — это было куда лучше прошлой жизни, где почти всё приходилось делать самому.

Взяв бухгалтерские книги, Ся Юэ пообещал, что, как только лекарь Шэнь разрешит ему выходить из дома, он сначала заглянет в «Сицзюцзуй», осмотрится, а освоившись, официально примет дела. Отцу же нужно лишь сосредоточиться на заботах винокурни.

Старший господин Юнь с облегчением кивнул. Заметив, что Ся Юэ то и дело поглядывает на стоящие на столе бутыли с вином, он невольно удивился. Этот его сын отроду не удостаивал вино взглядом — с чего бы ему, очнувшись после трех лет беспамятства, вдруг проявить к нему интерес?

Если сын и впрямь увлекся этим делом, Старший господин Юнь был бы только рад. Поразмыслив, он поманил Ся Юэ подойти и, указав на две стеклянные бутыли на столе, сказал: Это новое вино, только что спущенное с желоба. Одна бутыль приготовлена на обычном крестьянском рисе для варки вина, а вторая — на отборном винном рисе семьи Бай. Степень шлифовки у обоих семь десятых, а на винокурню их принесли для меня на дегустацию. Если тебе интересно, можешь забрать их к себе в комнату.

Услышав, что это вино нового урожая, только что сошедшее с желоба, Ся Юэ вмигсиял. Вино со свежего желоба еще не прошло фильтрацию от осадка и термическую обработку, дрожжи в нем находились в самом активном состоянии, а продолжение брожения изменило бы вкус и качество напитка. Именно поэтому нефильтрованное свежее вино крайне редко поступало в продажу; но даже если оно и попадало на прилавки, вкус к моменту распития уже отличался от первозданного. Настоящего свежего вина с желоба можно было отведать только в сезон виноделия прямо на винокурне. Ся Юэ давно мечтал его попробовать, да всё не было возможности, а теперь, увидев его воочию, он не смог сдержать волнения.

Вот только забирать обе бутыли целиком, раз уж они предназначались для дегустации хозяину винокурни, было как-то неудобно.

Ничего страшного, велю прислать еще, — с улыбкой произнес Старший господин Юнь, глядя на увлеченного новым вином Ся Юэ. — Хочешь — забирай, заодно дай Ши Яню попробовать вино, сваренное из нового риса их семьи.

Тогда Ся Юэ поблагодарил Старшего господина Юня, зажал бухгалтерские книги подмышкой, прижал к груди две большие бутыли и в прекрасном расположении духа вернулся в свою комнату.

Ши Яня в комнате не оказалось, записки он не оставил — значит, со двора не отлучался, быть может, управляющий позвал. Ся Юэ не слишком встревожился: он лишь позвал слугу и отдал ему пару распоряжений, велев принести винные принадлежности, а заодно каменную жаровню с углями и котелок с чистой водой, чтобы поставить её греться.

Еще в первые два дня после свадьбы Ся Юэ перебрал и пролистал все книги по обычаям Ло Юэ, хранившиеся в кабинете, а после читал исключительно трактаты о виноделии, которых там было больше всего. Прежний Юнь Ся Юэ не любил алкоголь и не умел отличать один сорт от другого, и нежелание наследовать винокурню в какой-то мере проистекало из этой неизбывной горечи. Зато сам Ся Юэ вино обожал, и его заветной мечтой в прошлой жизни было путешествовать по всему миру ради дегустации вин из мест их исконного происхождения. Узнав, что семейным делом этого тела является винокурня, он стоил невероятных усилий, чтобы не выдать своего ликования.

Судя по записям в винных трактатах, в Ло Юэ существовал лишь один вид вина: с сильным послевкусием, но от которого трудно было опьянеть до бесчувствия. Ся Юэ уже распробовал его в день свадьбы: вино было слабой крепости, к тому же со вкусом до боли знакомым. Сначала он не стал углубляться в раздумья, но позже, наткнувшись в книге на технологию виноделия, внезапно сообразил: здешнее вино как по вкусовым качествам, так и по процессу приготовления до странности напоминало японское сакэ из того мира.

В прошлой жизни они вместе с другом смешанного китайско-японского происхождения держали идзакая. Родственники этого партнера владели винокуренным заводом, и каждый год зимой тот возвращался в Японию помогать на винокурне, а возвращаясь, привозил с собой свежее вино с наклеенными этикетками и затягивал Ся Юэ в разговоры о виноделии за бокалом-другим. Наслушавшись этого вдоволь, Ся Юэ постепенно освоился с варкой сакэ, и они даже договорились однажды съездить вместе, чтобы лично приобщиться к процессу, но, увы, этому обещанию уже не суждено было сбыться.

Впрочем, глядя на поднимающиеся от воды в котелке пузырьки пара, Ся Юэ не мог сдержать улыбки: волею судеб попав в Ло Юэ, он всё же сможет исполнить заветное желание и прикоснуться к таинству виноделия на собственной винокурне — так что сожалеть было не о чем. К тому же эта винокурня принадлежала его собственной семье. Что бы ни думал прежний хозяин тела, Ся Юэ твердо решил унаследовать винное дело семьи Юнь — как из сыновнего долга, так и ради самого себя, страстного любителя вина.

Сняв пробку со стеклянной бутыли, он аккуратно перелил вино в узкогорлый, тонкий и изящный сосуд с плечиками. Свежее, только что сошедшее с желоба вино обладало живым, мощным и чистым ароматом, который волной ударил в нос, доставляя невероятное удовольствие. Ся Юэ понимал, что здешние технологии виноварения наверняка уступают современным с их повсеместным использованием разнообразных машин, но семипроцентная шлифовка риса всё равно внушала большие надежды.

Наполнив два сосуда емкостью примерно в один го, то есть одну десятую литра, каждым из двух видов вина, Ся Юэ тщательно закупорил их. Налив по чашечке того и другого, он погрузил оба сосуда в уже закипевшую воду.

В Ло Юэ не имели обыкновения подогревать вино; подогрев применяли разве что для растираний при простуде, поскольку считалось, что от нагретого вина исходит резкий запах, да и на вкус оно становится едким и дерзким. Поэтому даже в лютую студь никто не выбирал подогретое вино для питья.

Но Ся Юэ знал: подогрев способен раскрыть новые грани вкуса сакэ, каждая температура дарит свой неповторимый оттенок, и для каждого сорта вина требуется своя идеальная степень нагрева. В этом крылась целая наука, которую нельзя было почерпнуть из книг — её приходилось постигать путем бесконечных проб и личных поисков. Некоторые виды сакэ совершенно не годились для питья в теплом виде, и стоило переборщить с подогревом, как истинный вкус напитка неизбежно разрушался.

Технология производства была до того похожа, что Ся Юэ просто не мог не воспринимать лоюэское вино как сакэ. А раз так, то и правильный, по его мнению, подогрев должен был прийтись местному вину по вкусу. Пока вино грелось, Ся Юэ решил отведать оба сорта в сыром виде, прямо из чашечек, при комнатной температуре.

Сначала он сделал глоток нового вина, сваренного на обычном рисовом зерне, а затем — вина из риса семьи Бай. Сопоставив оба вкуса, он тронул губы легкой улыбкой.

Когда Ши Янь толкнул дверь и вошел в комнату, перед его взором предстала картина: муж, держа в пальцах винную чашечку и опустив ресницы, тихо улыбался, словно сошедший с полотна живописца.

Молодой господин семьи Юнь и впрямь обладал утонченным и мягким нравом, и одна лишь эта едва заметная улыбка способна была лишить рассудка. Если бы те столичные юноши, что отказались идти к нему на утешительный брак, увидели эту сцену, трудно было даже представить, как горько они пожалели бы о содеянном. А вспомнив, что такой человек — его законный муж, Ши Янь почувствовал, как его обычно невыразительное лицо начинает приятно жечь от прилившего жара.

Заметив возвращение Ши Яня, Ся Юэ радостно засиял, поманил его сесть рядом, достал еще две чашечки и, откупорив стеклянные бутыли, налил вина.

Свежее вино с желоба, хоть осадок еще и не отфильтрован… Хочешь попробовать?

Ши Янь слегка удивился: Разве можно?

Конечно, можно, — с улыбкой ответил Ся Юэ. Незамужним юношам пить запрещалось, да и Ши Янь, выросший в простой крестьянской семье, наверняка никогда не пробовал тайком отцовского вина — всё-таки вино семьи Юнь считалось дорогим товаром. — Ты ведь согласился стать хозяином нашей винокурни, неужто ни разу не думал, что тебе дозволено пригубить вино?

Ши Янь покачал головой, осторожно поднес обеими руками крошечную чашечку к лицу и с благоговейным видом сделал маленький глоток. Когда он поднял взгляд, черты его лица разгладились.

Странно, будто пьешь впервые, — поддразнил его Ся Юэ с улыбкой, заметив, как тот смущенно опустил голову. — Разве в день свадьбы мы не пили свадебное вино из связанных лентой кубков?

В тот день… — пробормотал Ши Янь, пряча смущение, — я вообще ничего не распробовал, даже не понял, вино это или вода.

Потому что мы сидели слишком близко?

Поглаживать мочку уха Ши Яня уже вошло у Ся Юэ в привычку. Послушный кивок мужа неизменно поднимал ему настроение, но, сообразив, что не стоит до конца смущать беднягу, Ся Юэ перестал озорничать и сменил тему, поинтересовавшись, какие у Ши Яня впечатления от вина.

Очень вкусно, — Ши Янь поднял глаза и прикрыл их, словно заново переживая вкус. — Немного сладковато, и такой мягкий вкус, он медленно разливается во рту… Кажется, будто даже на зубах остался винный аромат.

Ся Юэ замер. Он вглядывался в погруженного в собственные ощущения Ши Яня так пристально, что тот даже смутился.

Муж мой, я сказал что-то не так?

Опомнившись, Ся Юэ покачал головой и ничего не ответил, лишь пододвинул к Ши Яню вторую чашечку.

Испытывая легкую робость, Ши Янь послушно склонил голову к чашечке и сделал осторожный глоток. Мгновение спустя он ошеломленно поднял взгляд на Ся Юэ, широко распахнув глаза, и в его взоре мелькнуло изумление.

Ну как? Какое тебе нравится больше? — спросил Ся Юэ, и в его голосе явственно прозвучало ожидание.

Муж мой… — Ши Янь опустил глаза на чашечку в своей руке. — Мне больше нравится это. В нем есть знакомый аромат, похоже, рисовый; и запах, и вкус вина гораздо насыщеннее, а во рту остается какое-то непередаваемое ощущение легкости и умиротворения. По сравнению с ним первая чашка кажется слишком мягкой, вкус у неё какой-то расплывчатый, не дотягивает до этой.

Вот как, значит, Ши Яню по душе вторая чашка. Увидев кивок Ши Яня, Ся Юэ отвел былой пытливый взгляд и с улыбкой пояснил: Это новое вино, сваренное из риса семьи Бай.

Вино, сваренное из выращенного моим родом риса? — изумился Ши Янь и, не удержавшись, снова пригубил напиток, после чего прищурился от удовольствия, а его черты стали еще мягче. — Вино из нашего риса, оказывается, такое вкусное…

Видя, как счастлив Ши Янь, Ся Юэ и сам радовался. На лице его играла улыбка, но в душе он тайком изумлялся удивительной чуткости Ши Яня к вину: человеку, никогда прежде не бравшему в рот капли алкоголя, мало того что удалось столь точно передать ощущения, так он еще и сумел уловить разницу между сортами.

Ся Юэ опустил голову и сделал глоток вина из риса семьи Бай из собственной чашки, удерживая его на языке и смакуя каждую нотку. Раньше он и впрямь чувствовал в этом вине некий особый аромат — едва уловимый, но отчетливый. Так вот что это за рисовые нотки! Глядя на миловидное лицо своего юного супруга, он подумал: уж не достались ли его Ши Яню золотые вкусовые рецепторы?

Поразмыслить над этим ему не дали: внимание Ся Юэ переключилось на каменную жаровню, на которую посмотрел Ши Янь. Только тут он вспомнил, что вино-то всё еще греется, и поспешно вытащил сосуды из воды, проверяя ладонью температуру. К счастью, использовались угли, так что вода не успела перегреться и вино не испортилось.

Ши Янь с любопытством наблюдал за ним со стороны. Глядя, как Ся Юэ разливает вино по чашечкам, он не выдержал и спросил: Муж мой, это вы его подогреваете?

Заметив, что Ся Юэ с улыбкой кивнул, Ши Янь немного поколебался и произнес: Я слыхал от людей, что подогретое вино отдает едким запахом, пить его совершенно невозможно, и оно лишь портит хороший напиток.

Услышав это, Ся Юэ лишь улыбнулся безмолвно и протянул мужу чашечку — на сей раз он налил вино, сваренное из обычного риса. Ши Янь бросил на Ся Юэ лишь один взгляд и сразу же пригубил напиток. Такая абсолютная преданность и доверие согрели сердце Ся Юэ.

Вино скользнуло в горло, и вкус, совершенно не похожий на холодный вариант, застал Ши Яня врасплох. Ошеломленный и сбитый с толку, он повернулся к Ся Юэ: Это же… то же самое вино, что я пил только что?

Ся Юэ кивнул: Да.

Ши Янь поспешно опустил чашечку, взял ту, что была сварена из семейного риса, сделал глоток, а затем растерянно уставился на четыре чашечки перед собой, не веря собственным чувствам.

Почему… почему вкус вина так сильно изменился? — Ши Янь прямо посмотрел на Ся Юэ, и в его глазах пытливо блестело любопытство. — Вино из нашего риса после подогрева стало будто… еще гуще, и гуще, и ароматнее. А второе теперь кажется не таким расплывчатым, у него появился какой-то округлый вкус, пить стало намного приятнее. Вино, что подогрел муж, такое вкусное! Почему же люди говорят, что подогрев портит вино?

Ся Юэ протянул руку и потрепал Ши Яня по волосам, с улыбкой объясняя: Чтобы подогретое вино получилось вкусным, недостаточно просто нагреть его. Тут очень важно выдержать температуру: если перегреть, улетучится весь аромат, останется лишь жгучий винный дух — конечно, оно будет разить сивухой и испортит напиток. Температуру подогрева нельзя задирать слишком высоко, да и варить вино на открытом огне нельзя — лучше всего греть его на водяной бане.

Говоря это, Ся Юэ и сам отпил глоток подогретого вина, наслаждаясь округлым, богатым вкусом, который приносил неизъяснимое умиротворение.

К тому же, разные сорта вина требуют разной температуры для питья, иные и вовсе не годятся для подогрева. Нужную температуру приходится выверять бесконечными дегустациями, и даже отыскав её, в следующий раз добиться той же степени нагрева не так-то просто. Твой муж может лишь приблизительно угадать. Ведь здесь не было термометра, и добиться идеальной точности при нагревании вина было поистине трудно.

Ши Янь слушал затаив дыхание. Очарованный изменчивым, богатым и благоуханным вкусом вина, он впервые в жизни прикоснулся к нему — и сразу полюбил. Вино с винокурни семьи Юнь было восхитительно само по себе, а муж открыл ему прелесть подогрева. Одно лишь изменение температуры творило с напитком такие чудеса — вино казалось поистине волшебным, а муж, так легко и свободно рассуждавший о его подогреве, выглядел в его глазах истинным божеством.

Взгляд, которым Ши Янь смотрел на Ся Юэ, невольно заволокся пеленой трепета. Он не мог удержаться от глубокого вздоха в глубине души: это его муж — остроумный, нежный, заботливый и знающий. Он считал себя самым счастливым супругом в Ло Юэ, и даже если муж не пылал к нему супружеской страстью, он всё равно чувствовал себя бесконечно счастливым.

Ши Янь, искренне убежденный, что обладает совершенным мужем, вовсе не терзался мыслями о том, достоин ли он его. Он просто и чисто хотел сделать для Ся Юэ хоть что-нибудь полезное. За ведением хозяйства он усердно следил под руководством управляющего и свекра, со всей строгостью следовал наставлениям лекаря и заботился о Ся Юэ. Но неужели не было ничего еще, чего-нибудь такого, чем он мог бы услужить мужу?

Ся Юэ и не догадывался, что его вечно тревожный младший супруг вдруг преисполнился столь решительных помыслов. Узнай он об этом, непременно обрадовался бы и тут же заключил бы его в объятия. Впрочем, в этот момент он просто наслаждался сосредоточенным взглядом Ши Яня и с улыбкой продолжал подливать ему вина.

Не успел он развить тему тонкостей подогрева вина, как снаружи раздался голос слуги:

Молодой господин, управляющий Фан из «Сицзюцзуй» пришел, ждет в главной зале.

Тут Ся Юэ вспомнил, что сам велел позвать винного управляющего. Ему пришлось отставить чашечку, подняться на ноги, одернуть одежду и сказать Ши Яню: Я пойду потолкую с управляющим Фаном о делах. На улице холодно, ты не выходи, посиди здесь, подожди меня, я скоро вернусь.

Увидев, как Ши Янь послушно кивнул, он напоследок привычно пощипал его за мочку уха и лишь после этого вышел за дверь.

http://bllate.org/book/38987/4916381